Агент 013

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 22

Не успела я вернуться в офис, как Чеслав огорошил меня заявлением:

– Венев умер.

– Знаю, – отмахнулась я, – у него во время операции отказало сердце.

– Я о Григории Игоревиче, – пояснил босс.

– Как? И он тоже? – ахнула я.

– Скончался в реанимации в шесть утра, – сказал Чеслав, – инфаркт развивался слишком бурно.

– Не повезло, – пробормотала я, – ни отцу, ни сыну. Я всегда считала аппендицит ерундой, вроде как зуб удалить. Неприятно, может, больно, но не опасно.

– Если у тебя аллергия на лидокаин или обестезин, запросто можешь и в кресле стоматолога тапки отбросить, – влез с замечанием Приходько, сидевший на диване.

– На теле Игоря Фатима обнаружила характерный синяк, – продолжил Чеслав, – в виде…

– Дракона! – подпрыгнула я. – «Ручка» Харитонова!

– Похоже на то, – согласился шеф.

Мы с Федором уставились друг на друга, Чеслав сделал вид, что не заметил нашего изумления.

– Таня, через пятнадцать минут в офис приедет Рената Васькина, побеседуй с ней, выясни…

– Прости, – отмерла я, – но я никогда не занимаюсь двумя делами одновременно. Понимаю, у нас не хватает сотрудников, Федор пока практикант, самостоятельное расследование ему нельзя поручить, но…

Чеслав нахмурился.

– Разве я велел впрягаться еще в одни сани? Рената Васькина заявила о пропаже мужа, он сегодня не поздравил ее с какой-то их годовщиной. Не появился дома.

Чеслав подровнял стопку бумаг на столе, затем протянул мне листок.

– Это фото супруга. Зовут его Юсит.

– Татарин? – предположил Приходько, который не видел снимка и не понимал, почему я лишилась дара речи.

– Фамилия исчезнувшего Кошмаровин, – договорил Чеслав, – Юсит Кошмаровин.

Федор выдернул из моих рук фото.

– Вау! Это же Осип Кошмаров собственной персоной.

– Юсит Кошмаровин, – ожила я, – наверное, «спецагент» заявил о потере паспорта, получил новый документ, а старый чуть-чуть подретушировал. «Осип» легко превращается в «Юсит», надо лишь приписать в имени пару палочек-закорючек и к фамилии окончание «ин» присобачить. Был Осип Кошмаров – стал Юсит Кошмаровин. Просто, как чихнуть.

– Он еще и двоеженец! – восхитился Коробок. – Наш пострел везде поспел!

У Чеслава на поясе запищал телефон, босс глянул на экран.

– Таня, Рената тебя ждет.

Я вскочила и побежала в переговорную.

Меньше всего я ожидала увидеть очаровательную блондинку, как две капли воды похожую на Лапулю. Красивые локоны, голубые глаза, мини– юбочка, маечка в обтяжку, глубокое декольте, модная сумочка и слегка размазанный макияж, похоже, красавица очень нервничала, плакала, а потом забыла припудриться и подкрасить веки.

Чтобы наша беседа не выглядела допросом, я принесла девушке кофе, открыла коробку с конфетами и лишь потом рискнула спросить:

– Давно вы с Юситом женаты?

– Год, – всхлипнула Рената, – это по паспорту, но на самом деле всего пару месяцев вместе живем.

– Извините, не поняла, – удивилась я, – вы зарегистрировали брак и разошлись? А потом сошлись?

Рената съежилась.

– Нет. Мы обожаем друг друга! Страстно! Но работа Юсита… она… тут можно говорить правду? Мне сказали, что в вашем подразделении разрешается откровенничать, оно особое.

– Да, пожалуйста, – кивнула я, уже понимая, что сейчас услышу.

Интуиция меня не подвела. История, рассказанная Васькиной, повторяла Сонину. Юсит – спецагент, он постоянно в разъездах, времени на личную жизнь у него практически не остается, но он все же умудрился познакомиться с Ренатой. Она служила официанткой в кафе, Юсит сел к ней за столик и тут же назначил свидание. Не надо считать Ренату доступной женщиной, до той поры она никогда не кокетничала с клиентами. Но Юсит ей очень понравился. Завертелся роман, который из букетно– конфетной стадии никак не переходил к постельным отношениям. Кошмаровин вел себя как принц, делал Ренате подарки, купил ей шубку, сережки, а затем предложил расписаться. Васькина немедленно согласилась и заявила жениху: «Завтра все девчонки от зависти умрут! Их дурачки тебе в подметки не годятся. Милый, давай созовем всех-всех! Пусть корчатся от зависти при виде нашего счастья. Зря они меня дурой считали! Говорили: «Если девушка парню в интиме отказала, он от нее убежит. Рената, ты старомодная идиотка! Что за принципы! До свадьбы ни-ни? Наоборот, надо выяснить, подходит ли тебе мужик по темпераменту». Но я считаю, что невеста должна стать женщиной в первую брачную ночь. Если мужчина ее любит, он женится, а если просто потрахаться хочет, то меня ему никогда не заполучить. Я без штампа ни с кем не лягу, даже если полюблю до смерти. Девственности хочу лишиться как положено, после загса! И ты меня понял!»

Юсит обнял невесту: «Выслушай меня внимательно. Я не имею права устраивать торжество».

Думаю, не стоит повторять то, что Осип наплел наивной Ренате. Кошмаров умел убеждать, Васькина ощутила себя женой декабриста и с тех пор беспрекословно подчинялась жениху. По его приказу она, не объясняя причины, уволилась из кафе и переехала в маленькую квартирку супруга. Брак заключили без помпы, тихо. Васькина не москвичка, она сирота из Тулы, приехала покорять столицу, сняла комнату и нашла работу в кафе. Ни матери, ни отца, ни бабушки с дедушкой, ни одного здравомыслящего взрослого человека, способного ей объяснить: «Рената, не следует выскакивать замуж, если ничего не знаешь о кавалере», – в окружении Васькиной не нашлось.

Ренате Юсит нравился до мурашек. Он имел столичную прописку, приличный оклад и обожал ее. Ну что еще требуется для счастья? Только ребенок!

Но, увы, в отношении наследников Юсит был настроен отрицательно. Почти сразу из загса он отвел Ренату к гинекологу и велел поставить ей спираль, препятствующую зачатию. Муж отмечал в календаре критические дни супруги и, если они задерживались, немедленно покупал в аптеке тест на беременность. «Пойми, – внушал он Ренате, – дети – это огромная ответственность, я не смогу сейчас уделять сыну или дочери должного внимания и принимать участие в их воспитании. Частые командировки, отлучки не позволят мне проводить время с малышами. Ты будешь уставать, между нами возникнет охлаждение. Давай повременим, поживем для себя. Вероятно, меня переведут на канцелярскую работу, спецагенты в поле долго не выдерживают. Вот тогда и родим одного за другим троих. Ну какие твои годы? Только девятнадцать исполнилось».

Рената и здесь не спорила. Она согласилась с умным мужем, лучше немного погулять, а малыши пусть появятся поближе к тридцати годам. Юсит велел ей пойти на курсы мастеров по маникюру-педикюру и приказал устоиться на работу в салон красоты.

Васькина устроилась во «Флер»[7], живо обзавелась клиентами, к некоторым из них она теперь ездит на дом и хорошо зарабатывает. Рената не распространялась о своей личной жизни, на все вопросы она отвечала: «Я замужем, супруг летчик, он часто бывает в рейсах».

Ренате показалось романтичным представляться женой капитана воздушного судна. Вообще-то она собиралась рассказывать про космонавта, но Юсит был недоволен. «Фантазировать надо умеючи. Налетишь на клиентку из Звездного городка – и она тебя на чистую воду выведет. Летчик лучше, и не уточняй, к какому отряду я приписан. Будут докапываться, отвечай: «Ну… не помню. Он то из Шереметьева, то из Внукова летает. Какая вам разница?»

Рената затвердила урок мужа и жила счастливо, а вчера Юсит не поздравил ее с семейной датой.

– С ним что-то плохое случилось, – шептала она, ломая пальцы рук, – пожалуйста, скажите правду!

– Почему вы сразу подумали о нехорошем? – увильнула я от ответа. – Наверное, Юсит и раньше исчезал?

– Да, – кивнула Рената, – порой пришлет смс: «Умчался. Люблю», и гадай, куда его направили. США? Эквадор? Испания?

– Спецагент международного уровня, – вздохнула я, – современный Штирлиц!

Васькина криво улыбнулась.

– Нет. Юсит намного круче, его засылают в страну, когда там происходят события, угрожающие мировой безопасности. Например, кража атомной боеголовки. Пропажа кода ядерной кнопки. Боюсь, я не имею права вам все рассказывать, да и сама не очень в курсе дела, собирала обрывки сведений, которыми иногда делился Юсит.

– Так что вас внезапно забеспокоило? – спросила я Ренату.

Девушка нахохлилась.

– У нас есть памятный день. Двадцатого числа каждого месяца Юсит всегда срывается с работы, может примчаться ко мне на пару часов из командировки, лететь через полмира на частном рейсе, чтобы подарить букет, обнять и сказать слова любви.

Женщины больше всего ценят демонстративные знаки внимания. Похоже, Осип, отлично знал о такой их черте и старательно это использовал.

Рената потерла виски ладонями.

– Голова начинает болеть.

– Это от нервов, – поставила я диагноз.

Васькина кивнула.

– Я очень дергаюсь. Ну подумайте сами. Целый год по двадцатым числам Юсит засыпает меня цветами, а один раз он принес коробку, открыл, а оттуда стая бабочек! Они у нас дома потом сутки жили.

– Кошмаровин романтик, – не удержалась я.

– Верно, – Рената не заметила ехидства в моих словах, – тонкий, нежный, такой хороший!

7

Название придумано автором, любые совпадения случайны.

Из ее голубых глаз покатились градом слезы, я поставила перед Васькиной коробку с бумажными носовыми платками и еще сильнее возненавидела Осипа. Мерзавец безошибочно вычислял глупых девчонок и запудривал им мозги. Соня в жизни Кошмарова появилась раньше, она обзавелась детьми, не понимала, какая это обуза – малолетние наследники. Осип во время двух беременностей супруги сидел на зоне и не смог отправить ее на аборт. А вот с Ренатой «спецагент» проявил благоразумие, от Васькиной он детей категорически не хотел.

Чтобы не заорать от негодования, я стиснула зубы. Кошмаров редкостный мерзавец, он почти заморил Соню и детей голодом, бедная женщина не имела денег на памперсы, стирала бесконечные ползунки дочери, экономила на всем, а Осип баловал Ренату цветами и бабочками. Но почему он не ушел от Софьи? Слабо верится, что негодяя удерживали дети. Почему он вообще женился на падчерице Григория Игоревича? Да потому, что она воспитывалась старшим Веневым как дочь! Наверное, Осип все-таки надеялся в качестве зятя проникнуть в обеспеченную семью, торил дорожку к деньгам короля свалки. Деньги… деньги… деньги…

В моей голове начала оформляться интересная мысль. Выстраивалась простая цепочка из уже известных фактов, но тут снова послышался голос Ренаты:

– Двадцатого мая прошлого года мы с Юситом поженились…

Я вздрогнула, потеряла ту самую интересную мысль и стала слушать Васькину.

– С тех пор двадцатое число любого месяца наша дата, – мямлила Рената, – в этом мае, на годовщину, он меня розами завалил! Сказал: «Солнышко, когда я стану президентом, сделаю наш праздник красным днем календаря». А вчера, двадцатого, ничего. Ни звоночка, ни смс!

Слезы снова полились потоком.

– Я не выдержала, – всхлипывала она, – поехала в ФСБ, подошла к дежурному, говорю: «Здравствуйте, перед вами жена сотрудника Юсита Кошмаровина, отведите меня к начальству. С моим мужем беда стряслась!»

– И как отреагировал караульный? – вздохнула я.

– Позвонил кому-то, еще раз уточнил имя с фамилией, затем очень тихо, шепотом сказал: «Дорогая, ты зря сюда заявилась! Нарушила государственную тайну. Ступай домой и не высовывайся. Никогда больше на Лубянку не приходи, мужу плохо будет». И я ушла!

Рената вытащила из упаковки новую салфетку. К моей злости на Осипа добавилось негодование на сотрудника приемной, который счел девушку психически больной и отделался от нее самым простым способом. Всем известно, что с безумным человеком не следует спорить, нет смысла говорить: «Справок о сотрудниках не даем».

Лучше принять условия игры и мирно отправить беспокойного визитера домой. Я сама придерживаюсь этого нехитрого правила. Оно хорошо, если имеешь дело с сумасшедшей, но Рената нормальна, она жертва опытного мошенника, просто не великого ума девица.

– Мне стало совсем плохо, – рыдала Рената, – я понимала, что меня вытурили, побоялись сказать правду! Юсит погиб! Я не знала, как поступить, написала в Интернете: «Кто подскажет, куда мне обратиться? У меня пропал муж!» – и выставила фото Юсита. Он не разрешал свои снимки делать, но я разок его потихоньку щелкнула. Ну и пришло письмо, с телефоном Чеслава… я… я… скажите мне правду! Юсита больше нет?

– Посиди секундочку, – велела я, – принесу тебе валерьянки.

– Спасибо, – прошептала Рената и уткнула лицо в салфетку.

Я поспешила к Чеславу и честно призналась:

– Не могу открыть Васькиной правду!

Босс моргнул.

– Это твоя работа. Возвращайся в переговорную.

– Не могу, – повторила я. – Рената верит, что ее Юсит спецагент! Не хочу я лишать девушку иллюзий.

Чеслав закрыл ноутбук.

– Иди! Это приказ.

Я вывалилась в коридор и увидела Приходько.

– Хочешь, скажу Ренате правду? – предложил он.

– Ты подслушиваешь чужие разговоры? – возмутилась я. – Если я неплотно закрыла дверь в кабинет, то это не означает, что можно греть уши.

Федор отступил на шаг в сторону.

– Я просто догадался. Спиной почуял. Ты боишься причинять боль Ренате. Давай отправлюсь вместо тебя. У меня есть опыт общения с жертвами насилия, вооруженных нападений и бывшими заложниками. Поверь, я справлюсь и ничего не расскажу боссу. Моя спина не ошибается. Тебе в лом к Васькиной идти.

– Твоя спина не ошибается, – признала я, – но это моя работа. Никто не обещал, что она всегда будет приятной. Спасибо за предложение, но нет. Я должна преодолеть этот порог.

– Давай хоть вместе пойдем, – не успокаивался Федор, – моя спина чует, случится нечто из ряда вон.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *