Астральное тело холостяка

Внимание! Это полная версия книги!

Онлайн книга «Астральное тело холостяка»

Внимание! Это полная книга!
Cтраница 39

«Ронди Кар» были значимы для отца Дионисия. Почему? Учитывая музыкальное дарование Игоря Сидорова и то, что Никита Слонов обладал оперным голосом, могу предположить: юноши пересекались на уроках пения или случайно оказались рядом на каком-то концерте. Возможно, до того как Игорь принял сан, они дружили. И что, потом совершенно случайно отец Дионисий, знавший группу «Ронди Кар», и музыканты попали в ДТП поздним вечером около Бойска?

Такое совпадение кажется невозможным, но в жизни случается всякое. Могу рассказать вам об англичанине Стенли Томпсоне, которого еще в юности однажды на пешеходном переходе сбил таксист. Молодого человека отвезли в больницу, у него оказался перелом правой лодыжки, хирург наложил гипс. Спустя двадцать лет Стенли на той же «зебре» опять угодил под колеса машины, и у него снова оказалась сломана правая лодыжка. Более того, за рулем сидел тот же таксист, а в клинике с ногой возился тот же врач, что и в первый раз. Думаете, Томпсон жил в крохотном городке, где было всего два такси и один госпиталь? Ан нет, он жил в Нью-Йорке. Так что совпадения порой бывают невероятные.

Но у меня все равно почему-то в душе укоренилось ощущение: музыканты и отец Дионисий знали друг друга. Иначе зачем священник иногда включал «кастрюльный звон»? Современный рок его не интересовал, других исполнителей в этом жанре он не слушал. И то, что музыканты погибли, а священник попал в аварию в один день – двадцать девятого ноября, мне не кажется удивительным совпадением.

Мои размышления прервал сигнал прилетевшей эсэмэски: «Ванечка, скучаю, думаю о тебе. Не пора ли отдохнуть? Ты устал. Ляг поспи».

Я позвонил Борису и попросил его:

– Можете «расшифровать» номер? Сделать закрытый контакт открытым?

– Это не трудно, – ответил секретарь. – Есть специальная программа, ее устанавливает оператор мобильной связи. Сейчас попробую оснастить вас такой. Но придется заплатить.

– Мне надоела девушка, постоянно отправляющая послания, – вздохнул я. – И, наверное, ей обидно, что любимый человек не отвечает, поэтому…

– Простите, Иван Павлович, – смущенно перебил меня Борис, – мы с Демьянкой только что вошли в клинику.

– Все-все, сначала постановка диагноза собаке, а потом остальное, – быстро сказал я и отключился. Затем поехал к Протасову, поговорил с ним, попросил кое-что узнать, а после этого порулил обратно в Москву на прием к доктору, к которому записался утром по телефону.

До клиники я добрался безо всяких приключений. Милая блондинка на рецепшен, вглянув в компьютер, защебетала:

– Уважаемый Иван Павлович! Извините, пожалуйста, утром на моем месте сидела новенькая, она не знала, что вы наш самый любимый, прекрасный, лучший пациент…

Я напрягся. Если администратор начинает заливаться соловьем, признаваясь клиенту в обожании, значит, случился какой-то косяк.

– Врач, который должен принять меня, скончался? – остановил я девицу, предполагая услышать: «Нет» и намереваясь съехидничать: «Доктор не имеет права отказаться от пациента, если он жив».

Служащая подпрыгнула.

– Как? Леонид Маркович умер? Боже! Света, ты слышала? Вот ужас! Горелов-то погиб!

– Девушка, это была неудачная шутка, – попытался я остановить сотрудницу, – приношу свои извинения за неуместную фразу.

– Не вижу ничего удивительного в его кончине, – сказала вторая сотрудница. – Ты, Леся, излишне наивная, ничего и никого вокруг не замечаешь. А мы видели, что он каждый вечер бухой за руль садился.

– Ой, правда? – заморгала Леся.

Светлана закатила глаза.

– Девушки, доктор жив! – воскликнул я.

И тут зазвонил телефон.

Леся схватила трубку, Светлана встала и торжественно произнесла:

– Уважаемый Иван Павлович! В связи с независящими от нас обстоятельствами вас вместо врача Горелова примет академик Радько. Он – супер. Лучше его никого нет. А вот и Виктор…

Около стойки возник молодой парень в очках.

– Виктор, ассистент академика Радько, проводит вас в его кабинет, – выпалила блондинка и тоже схватила трубку телефона.

– Добрый день, – заулыбался Виктор. – Вы понимаете мои слова?

– Конечно, – ответил я, – рад встрече.

– Сейчас мы поднимемся на второй этажик, – сказал парень, – в зону наших владений. Вы понимаете мои слова?

– Вроде да, – усмехнулся я.

– Смущает словечко «вроде», – забеспокоился мой провожатый. – Значит, вам что-то не понятно. Вот лифтик. Это кнопочка. Тык – и дверки закрылись. Ту-ту! Поехали! Все, приехали. Выходим. Сюда, пожалуйста, налево, направо, налево. Лево это где левая ручка и ножка, а право наоборот. Кабинетик. Тук-тук. Это мы!

– Входите, солнышко, – донеслось из кабинета.

Виктор толкнул дверь, я вошел в просторную комнату, одна из стен которой была занята стеллажами. На них расположились самые разные и, на мой взгляд, совершенно не нужные в кабинете врача предметы: кастрюли, сковородки, банки разных цветов и размеров, коробки с шахматами, домино и нардами, матрешки, фигурки зверей, машинки… Хотя последние, наверное, с удовольствием рассматривают пациенты-дети. За столом восседала полная фигура в мешковатом свитере. Рот ее открылся, и послышался визгливый голос:

– Приятно вас видеть, Ванечка. Академик Радько к вашим услугам.

Я на секунду растерялся. Передо мной мужчина или женщина? Для представителя сильного пола голос чересчур высокий, а для слабого, пожалуй, низковат. Академик коротко пострижен, но это прическа унисекс. На лице нет ни грамма косметики, однако некоторые дамы обходятся без макияжа. Добрую половину физиономии врача скрывали огромные очки с затемненными стеклами, что тоже не способствовало половой идентификации. Отсутствие лака на ногтях и украшений тоже ни о чем не говорило, потому что в медицинских учреждениях должностная инструкция предписывает сотрудникам не носить кольца-браслеты-серьги и не пользоваться лаком из соображений гигиены. Знаете сколько микробов скапливается под перстнем? Орда! И фамилия «Радько» никак не могла мне помочь в определении пола академика.

Глава 28

– Садитесь, Ванечка, и поведайте мне, что вас тревожит, – продолжал человек, сидящий за столом.

Я опустился на стул и нерешительно начал:

– Понимаю, вы сочтете меня странным…

– Маловероятно, – засмеялся хозяин (или хозяйка) кабинета, – вещайте смело.

– Глупо, конечно, – еще больше смутился я, – но сегодня утром… я чувствую себя идиотом, рассказывая вам об этом… ну… в общем… я разговаривал с собакой.

– Чудесно! – засмеялся врач.

Воротник пуловера Радько слегка съехал в сторону, я увидел на шее академика золотую цепочку и обрадовался: ага, это – дама!

– Люблю поболтать со своим псом, – продолжала Радько, – вечером всегда ему о новостях дня рассказываю. У меня лабрадор. А у вас?

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *