Бабки царя Соломона

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 38

 — Мой сын ни в чем не виноват! — закричала Полина Макаровна. — Все ложь! Все!

— У вас не было единоутробного брата? — уточнил Иван.

— Мать, замолчи, — приказал Захар Назарович. — Пусть детектив говорит, а я послушаю.

Юрская кивнула.

— Итак, Луиза страшно зла на родственников Суха за то, что они после смерти Гавриила ни разу не вспомнили о ней…

— Она нам никто! — перебив ее, снова взлетела ракетой Полина Макаровна. — Мало ли с кем Гаврюша спал?

— Мать, — повысил голос Гришкин, — заткнись.

— Послушайте сына, Полина Макаровна, — посоветовал Роберт, — он тертый калач, знает, что лучше выяснить, какой информацией владеет противник, а уж потом реагировать на обвинение.

— Постараюсь кратко изложить суть дела, — пообещала Антонина. — Луиза знала, что Гавриил материально помогал своей сестре и ее сыну. Очень часто заемщики расплачивались с барыгой драгоценностями, часть из них Сух отдавал Полине. И эта часть, по утверждению Хмель, была немалой. Когда Захару исполнилось двадцать лет, дядя привлек племянника к своему бизнесу. На Сухомлинского работали крепкие парни, они навещали должников и пугали их, пока те не расплачивались. Сейчас многие полагают, что советские годы были идиллическим временем, мол, тогда, как пелось в песне, «молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет», сахар был слаще, чем сегодня, и преступлений не совершалось. Но это не так. В СССР существовали ростовщики, наемные убийцы, воры, грабители, мошенники, проститутки, альфонсы, похитители людей, а также нелегальный рынок оружия — весь «джентльменский» набор. Однако в отличие от лихих девяностых, когда преступники сразу хватались за оружие и начинали мочить и своих врагов, и мирных граждан, и милицию, представители криминального мира советских лет на рожон не лезли. Да, людей убивали, только не в ресторане на глазах у десятков посетителей, а тихо. Захар, молодой видный парень, спортсмен, идеально подходил на роль человека, который может выколотить долг, и Гавриил включил племянника в группу своих коллекторов.

Антонина потянулась за водой, а я воспользовалась паузой.

— Полина Макаровна, разговаривая со мной, вы упомянули, что Захар в юности много занимался спортом. На мой вопрос каким, последовал ответ: «Бегом». Тогда эта информация не показалась мне интересной, но сейчас мы ее проверили. Ваш сын вовсе не нарезал круги по стадиону, он увлекался спортивной стрельбой, даже побеждал на каких-то не очень престижных соревнованиях.

Юрская, сделав пару глотков, отодвинула стакан и продолжила расказ.

…Коллекторы Сухомлинского имели при себе оружие, но никогда из него не стреляли, Гавриил не хотел шума. Стволы демонстрировали, чтобы напугать. Увидев направленное в лицо дуло, должники моментально притаскивали шкатулки с драгоценностями, вытряхивали заначки. Пару лет Захар работал у Суха, и дядя был доволен племянником. По словам Луизы, Гавриил нахваливал сына сестры, считал его одним из лучших своих парней. Гришкин часто использовал оружие с глушителем и мог даже пальнуть из пистолета в упрямого заемщика, сделав вид, что собрался его убить, но промахнулся. Для человека, не один год занимавшегося спортивной стрельбой, проделать это было совсем не трудно.

Как-то раз Захар, отчитываясь перед Сухом, похвастался:

— Сегодня такой крутой мужик попался! Ствол увидел — не дрогнул, пуля мимо уха просвистела — он и не пошевелился. Только я тоже не прост. Прицелился в его ребенка, и он сразу все отдал.

— Завелся Захарка не по-детски, — сказал второй коллектор, — его аж затрясло, он побелел, покраснел. Потом, когда уже в машину сел, на головную боль жаловаться начал, затошнило его. Мы у аптеки тормознули, анальгин купили.

— Слышь, парень, ты поосторожней, — сказал Гавриил племяннику. — Еще заболеешь, не надо нам этого. Ну, не получилось с кем-то, не беда, все равно ты у меня лучший.

— Нет! — вспыхнул Гришкин. — Если деньги не вернули, значит, я накосячил, твое доверие не оправдал.

И вот однажды на пути ростовщика и его подручного Захара встретился тихий ученый, обожатель Индии Владлен Андреевич Цапкин. От человека интеллигентного и неконфликтного, ничего тяжелее ложки никогда в руках не державшего, Гавриил не ждал никаких неприятностей.

— Ерунда, — сказал Сух Луизе, — Захарка его сначала мирно попросит должок вернуть, а если тля откажется, покажет пушку. У придурка полно антиквариата, пусть кое с чем расстанется. А то набрал академик хренов чужих денег на свои заграничные вояжи и думает, что ему их подарили!

Но все пошло совсем не так, как планировал барыга. Через три часа Захар вернулся к дяде и признался в убийстве Цапкина.

Сухомлинский знал, что на его племянника неожиданно накатывают припадки ярости, но в молодые годы Гришкин слетал с катушек редко, в основном когда кто-то начинал с ним агрессивно спорить. А с ученым все пошло не так, как обычно.

Владлен Андреевич почему-то не испугался коллектора с пистолетом, спокойно сказал:

— Простите, у меня сейчас трудности.

Разговор сначала тек мирно, знаток Индии согласился расстаться с кое-какими экземплярами из коллекции. Потом Захар показал на скульптуру из желтого металла, смахивающего на золото. Вот тут Цапкин воскликнул:

— Нет! Нет! Это самый ценный экспонат, он намного дороже долга, не отдам его и не просите!

Гришкин стал требовать фигурку, а Владлен Андреевич неожиданно уперся, предложил взамен другие вещи. Непоколебимость немолодого мужчины взбесила коллектора, Захар выхватил пистолет и выстрелил в ученого. Оружие было с глушителем, соседи ничего не услышали. А еще убийце невероятно повезло — на него не попала кровь жертвы.

Второй коллектор обомлел и перепугался. А позже, когда оба парня предстали перед боссом, сказал:

— Прости, только с Захаром я больше на дело не пойду, он шизанутый. Взял да и вогнал в мужика «маслину». Зачем? Тот же согласен был расплатиться. А потом и вовсе с катушек Захар съехал. Подошел, пощупал дядьке шею, обрезал палец о медальон, еще сильнее взбесился и вновь стрельнул. В машине его опять скрутило — голова здорово заболела, блевал, пару раз останавливаться пришлось. Делай что хочешь, я с психом работать не хочу. Вдруг опять взбесится и меня уконтрапупит?

Луиза, присутствовавшая при разговоре, внимательно посмотрела на Захара и поняла: тому очень плохо. Он был бледным до синевы, потным, его мутило.

Дядя велел убийце ехать домой, позвонил сестре, предупредил ее о случившемся. Под утро Захара увезли в больницу с инсультом.

Гришкин выкарабкался из болезни, на восстановление ему понадобилось два года. Сухомлинский племянника более к работе не привлекал.

— Старайся сдерживаться, не летать на метле, — сказал ему Гавриил. — У тебя слабые сосуды, второй раз шандарахнет — не оклемаешься.

По словам Луизы Хмель, Сух продолжал дарить Полине драгоценности, полученные от заемщиков, та их продавала, и они с сыном не бедствовали.

Однажды брат передал Полине большую сумку, набитую ювелиркой, и попросил ее спрятать. Может, предчувствовал свой арест? Скорей всего, средства на создание магазина «Чудеса техники» были взяты из этой кошелки. Полина Макаровна человек осторожный, в советские годы заначку не трогала, боялась, вдруг кто-то спросит: «Почему заведующая аптекой шикует?» А после перестройки, когда в стране начался беспредел, опасаться перестала, спустила часть золотишка, помогла сыну открыть фирму. Гавриил не увидел, как племянник превратился в успешного бизнесмена, он попал в Бутырку и живым оттуда не вышел.

Ставшая на старости лет почти неподвижным инвалидом, Луиза в разговоре с отыскавшей ее в доме престарелых Антониной Юрской жаловалась на Полину:

— Она хитрая, жадная и злая. Она про Гаврюшу, когда его арестовали, и не вспоминала, забыла все доброе, что брат для нее делал. Фамилии-то с отчеством у них разные. И Сух следователям ни словечка ни о Полине, ни о Захаре не вымолвил, а вот про меня наболтал. Я одна ему передачи таскала. Раз только попросила Полину продукты отнести, потому что воспалением легких заболела, встать с кровати не могла. Позвонила ей: «Помоги, будь человеком. Если Гаврюша харчи не получит, целый месяц ему до следующей передачи голодным сидеть». Так она выкобениваться начала, заныла: «Там небось паспорт при входе спросят, не хочу светиться». Но я ее уломала, доверенность выдала, чтоб еду приняли. И на похороны Гаврюши ни Полька, ни Захар психованный не пришли, мне ничем не помогли. Сволочи они! Гришкина ту сумку себе оставила, мне ничегошеньки оттуда не перепало.

Детектив замолчала.

Полина Макаровна застучала ладонью по столу.

— Луизка брешет! Сын никогда у Гавриила не работал, вообще с ним незнаком! Ни о каких драгоценностях я понятия не имею!

— Мать, успокойся, — велел Захар Назарович. — Зря вы, ребята, столько сил потратили. Хмель не в своем уме. Не работал я у Суха, не бывал в квартире у того ученого. Где улики, а? Одно бла-бла!

Я открыла планшет.

— Иногда совершенное в прошлом преступление аукается в настоящем, причем самым невероятным образом. Вы трогали медальон Цапкина, порезали палец, а уходя из квартиры, погасили свет и не заметили, что малое количество вашей крови осталось на клавише выключателя. Тогда, в семидесятых, криминалисты не проводили анализ ДНК.

— Зато сейчас его делают, — перебила меня Юрская. — Я рассказала Лене о прошлом мужа, она принесла мне вашу зубную щетку, я отдала ее своему приятелю, сотруднику МВД, тот добыл из архива выключатель, и — приз в студию! Свет тушил Захар Назарович.

— Молодец, — усмехнулся старший Гришкин, — хорошая работа. И что? Срок давности по тому делу истек. Я могу спокойно признаться: да, совершил в молодости глупость. С кем не бывает?

— Мамочки! Это ж в какую семью я попала! — ужаснулась Ольга. — Свекор киллер, бабка его покрывала, муж отравил мачеху.

— Ты-то сама кто? — заорала Полина Макаровна. — Шлюха и убийца!

— Подобное тянется к подобному, — буркнул себе под нос Роберт.

— Стойте! — завопила Ольга. — А кто лишил жизни Федора, Лидию и Нину?

— Это не я! — замахал руками Макар. — Не я!! Не я!!!

— И уж точно не я, — поморщился старший Гришкин. — Мне оно зачем?

— Нет, не вы, — подтвердил Иван Никанорович. — Но все же — вы.

Все присутствующие повернулись к нему, наш босс обратился к бизнесмену:

— Цапкин обожал Индию, писал книги, делал доклады о своих путешествиях. Мы изучили его творчество, прочитали повесть «Моя любимая река» и поняли: ученый посетил местность, где распространен вирус, жил там несколько месяцев и стопроцентно подцепил возбудитель. В книге рассказано, как тесно Владлен Андреевич общался с аборигенами, буквально ел-пил из их посуды. Еще он прозрачно намекал на более чем теплые отношения с одной индианкой. Прямо о том, что был близок с ней, не говорил, в те годы за связь с иностранкой могло не поздоровиться, но между строк все прекрасно читалось. Захар прикоснулся к трупу ученого, повредил палец о медальон, зараженная кровь убитого попала в ранку. И все, вы получили вирус.

— Бред! — фыркнул Гришкин.

— Нет, — отрезал Глеб Валерьянович. — Не знаю, почему врач в Швейцарии не сделал анализ вашей крови, но сейчас его надо провести.

— Валяйте, — пожал плечами бизнесмен.

В его взгляде на секунду промелькнула усмешка. Но мне хватило этого мгновения, и я сказала:

— Иностранный специалист оказался профи высокого класса. Он сообщил, что вы являетесь вирусоносителем. Полагаю, Макар тоже был инфицирован. Роже Вернье лечил не только Елену, провел терапию и с вами. Сейчас вируса у вас в крови уже нет.

Ольга вскочила, отбежала к стене и зашептала:

— Уколы, повышающие иммунитет! Захар Назарович прилетел из Швейцарии и первым делом нанял медсестру, и она всем обитателям дома сделала инъекции. От них температура сначала поднялась ненадолго, потом упала. Еще свекор приказал всем, включая Сашу, пить таблетки, я вчера последнюю проглотила. Мне он сказал, что это профилактика болезни, от которой остальные померли. У меня был этот вирус? Ужас!!! Спасите!!!

— Заткнись, дура, — приказал свекор, — тебе анализ не делали, пролечили на всякий случай. Если что и было, то теперь нет. Усекла?

— Вирус элементарно передается через мелкие ссадины, — уточнил Борцов. — Мы никогда не сможем определить, сколько лет назад и каким именно образом зараза переползла от Захара Назаровича к остальным членам семьи. Возможностей было множество. Например, в последнее время у вас живет кот Перси, он царапает окружающих. Незадолго до смерти Федор приехал с отдыха, там он учился серфингу, ободрал ноги. Лидия тоже пыталась стоять на доске, сорвала ноготь. Нина возилась по хозяйству, легко могла поранить руку. Ерундовые травмы заживают быстро, о них тут же забывают, но они ворота для вируса.

— Роже Вернье уверил меня, что пакость активируется исключительно после встречи с рачком, который живет в грязи на берегах одной индийской реки, да еще в районе, куда не ездят туристы, — напомнил старший Гришкин. — Ну и где, по-вашему, этого рачка можно найти в Москве?

— Макар, у кого вы покупаете глину для косметических процедур? — поинтересовалась я.

— У дистрибьютора, — процедил владелец спа-салона. — Он сам пришел ко мне, предложил прекрасный продукт по умеренной цене. Все законно, африканская глина расфасована в герметичную упаковку, ее вскрывают в присутствии клиента.

— Вот она! — объявил Глеб Валерьянович, выкладывая на стол белый кулек. Внешне придраться не к чему, все на английском, есть русский перевод: продукт родом из Африки, обработан в Италии, указан и дистрибьютор — компания «Олег Волобуев». Итальянская фирма широко известна, она производит качественные средства для ухода за телом. Скажите, Макар, вас не смутило, что продавец отдавал глину слишком дешево?

— Нет, я брал сразу большую партию, поэтому получил скидку, — пояснил младший Гришкин.

— Вы попросили Федора поучаствовать в рекламной кампании, и его намазали глиной, — вставил свое слово Жданов. — Лидия позавидовала мужу и тоже приняла грязевую процедуру. Ранее вы решили побаловать Нину и устроили ей курс обертываний, во время которого применялась та же глина. И Елена иногда заглядывала к вам в салон, делала маникюр-педикюр, болтала с Майей. Именно Отпадова рассказала подруге о чудесном африканском каолине, и та пошла к косметологу. Думаю, в тот момент на ее теле имелись незажившие следы от когтей любимца Перси.

— Ход ваших рассуждений понятен, — прошипел Макар. — Отец передал членам семьи вирус, а моя глина его активировала. Вы забыли крохотную, но самую главную деталь: грязь должна содержать рачок, а тот живет исключительно в Индии. В Африке и Италии его нет. Нет, понимаете? Нет!

Иван поднял руку.

— Танюша, расскажи нам историю про Бабара.

И я завела обстоятельное повествование о баснословно богатом индийском вельможе, который обустроил в Подмосковье маленькую Индию, о его дворце, кутежах, о речке и глине, которую в огромном количестве привезли для аристократа из его родной деревни, той самой, где распространен вирус и где вольготно себя чувствует рачок. Не забыла упомянуть и о мужчине, который в последние два года приезжает с бочкой в Сапеловку и бесплатно набирает там индийский каолин.

Когда я закончила, снова заговорил шеф:

— Пару лет назад компания «Олег Волобуев» разорилась. Она была маленькой семейной фирмой и не выдержала конкуренции, поставщики глины отказались с ней работать. А господин Волобуев решил не сдаваться. Неудачливый бизнесмен начал ездить за сырьем в Подмосковье, расфасовывал его в пакеты, герметично закрывал аппаратом вроде того, что запечатывает посылки на почтах, и развозил по спа-салонам. Самые обычные водонепроницаемые белые пакеты можно приобрести на стройрынках, надписи на них элементарно делаются с помощью принтера, машинка для «запечатки» стоит не слишком дорого, глина и вовсе бесплатная. На производство одной партии глины мошенник тратил менее ста рублей. А за сколько вы ее у него покупали?

— За две тысячи для лица и по пять для тела. Вся косметика очень дорогая! — признался Макар. — А у меня нет бабок царя Соломона, чтобы людям даром услуги оказывать.

— Вы тоже внакладе не остались! — рассердилась я. — Маска для мордочки в вашем салоне обходится клиенту в четыре тысячи, а за все тело надо отдать десять.

— Мой салон элитный! — вспыхнул Гришкин-младший. — Для состоятельных людей!

Я усмехнулась.

— В ВИП-раздевалке, в душе стоят бутылочки с надписью Chanel, в них содержатся шампунь, гель для мытья, крем для тела. Так вот, поверьте мне, к всемирно известной фирме «Шанель» это никакого отношения не имеет. Вы стараетесь сэкономить, поэтому покупаете подделки.

— Вадим Полупанов входит в число ваших клиентов? — поинтересовался Борцов. — Хотя он, наверное, не приезжает в спа. Но вы могли привезти ему глину домой. Кстати! Вашему любовнику делали анализ на вирус?

Макар дернул шеей.

— Мой друг не любит косметические процедуры.

— Ему повезло, — сказал Глеб Валерьянович. — Но вирус вы ему точно передали, пусть летит к Роже Вернье, исследует кровь и лечится.

Старший Гришкин оперся руками о стол и стал медленно подниматься.

— Это что ж получается? Это как? Выходит, я заразился от Цапкина, затем передал вирус членам семьи, а глина, которую мой сын-кретин покупает по дешевке, активировала болезнь? Значит, это я всех убил? Я убил Лену?

Я сделала вид, что внимательно изучаю экран планшетника. Наконец-то до бизнесмена дошло. Владлен Андреевич Цапкин спустя много лет отомстил своему убийце. Жаль только, что невинными жертвами стали ни в чем не повинные родственники киллера.

Захар Назарович ухватился за край стола и перевернул его. Я нажала на кнопку вызова охраны. Денис и Роберт бросились к Гришкину, Глеб Валерьянович достал шприц. Ольга закрыла лицо руками и зарыдала.

— Не трогайте моего сына, — пронзительно закричала Полина Макаровна. — Не имеете права сажать его в тюрьму, хватайте дурака Макара! Из-за него мы тут оказались! Это он все затеял! Вас вызвал! Анализ ДНК подделан! Захар Цапкина не убивал! Луиза Хмель из ума выжила, все наврала! Ненавижу тебя!

Старуха вскочила, одним прыжком очутилась около внука, схватила со стола пластиковую бутылку с водой и начала лупить Макара по голове. Ольга скользнула под стол и затаилась.

— Маленькие семейные радости в полном разгаре, — пробормотал Иван Никифорович, глядя, как охрана скручивает Захара Гришкина, а Денис с Робертом оттаскивают бабку от внука.

Я искоса посмотрела на шефа.

— Наверное, лучше сказать: маленькие семейные гадости.

Эпилог

Вечером Иван зашел в мой кабинет.

— Чем занимаешься?

Я оторвалась от компьютера.

— Отчет пишу.

— Получается? — улыбнулся босс.

— Хуже, чем у Достоевского, но читать можно, — в тон ему ответила я. — Еще раз просмотрела дело, нашла один вопрос, на который не было ответа.

Иван Никифорович спросил:

— Какой?

Я выпрямила спину.

— Антонина обмолвилась, что Елена держала папки с компроматом в банковской ячейке. Почему же они очутились в шкафчике спа-салона?

Шеф сел в кресло.

— Полагаю, ты уже устранила непонятку?

Я кивнула.

— Позвонила Юрской, спросила, не знает ли она, в чем дело. Она сказала, что Лена отнесла собранный ею материал в «Кредит стоп плюс», а у банка внезапно отобрали лицензию. В таких случаях содержимое ячеек отдают клиентам. Но Елена об этом не знала и позвонила в районе шести вечера Антонине. Между ними состоялся разговор. Передаю почти дословно…

— Что делать? «Кредит стоп плюс» накрылся медным тазом. Как мне папку назад получить?

— Не паникуй, езжай в хранилище и вскрывай ячейку, никто препятствий чинить не станет, — ответила Тоня.

Лена через час опять побеспокоила Юрскую.

— Я все забрала. Но тащить домой папки не хочу. Завтра арендую другую ячейку, сегодня уже поздно. Положила материалы в свой шкафчик в спа-салоне.

— У Макара? — насторожилась сыщица.

— Всего на ночь, — успокоила ее Лена. — Ключ один, он у меня, дубликата нет. Макар никогда в раздевалку не полезет, ему и в голову не придет, что я могу там нечто важное прятать. И записи зашифрованы.

— Может, ты и права, — пробормотала Антонина. — Но побыстрей забери их…

Встав, я пошла к кофемашине, продолжая рассказ.

— Прямо завтра, — пообещала Лена…

Гришкина на следующий день не смогла приехать в салон — наутро она заболела. А когда вернулась из Швейцарии, снова позвонила подруге и сказала: «Через пару дней я наконец отправлюсь в салон и возьму свои папки, сейчас пока ноги от слабости трясутся». Выполнить задуманное ей не удалось. К тому времени она уже была мертва.

Из моей груди вырвался вздох.

— А насчет шкафчика Елена оказалась права. Сотрудники салона не имеют права заходить в ВИП-зону, и у Макара даже мысли не возникло, что компромат на него мирно хранится буквально под носом. Про то, что у мачехи есть личный шкафчик, младший Гришкин забыл, голова была занята другими проблемами. И на свой шифр жена Захара Назаровича рассчитывала не зря. Тайнопись оказалась не простой, Роберту понадобилось время, чтобы разобраться с ней. Когда Троянов привел текст в нормальный вид, я уже пообщалась с Юрской и все узнала от нее. Лена была удивительной девушкой! Антонина ей сказала, что ее муж убийца, а она осталась с ним жить, планировала родить от него детей. Я бы сбежала от такого супруга.

Иван усмехнулся.

— А Захар, услышав, что жена была «ангелочком» и собирала компромат на членов семьи, не пришел в ярость. Лена мечтала о благополучной жизни, богатстве, и Гришкин дал ей все это. Подумаешь, много лет назад в молодости он человека застрелил… Захар же полюбил Лену, ему с ней было очень хорошо. Подумаешь, была та когда-то элитной проституткой… Они очень похожи друг на друга, могли прожить счастливо до глубокой старости.

Я убрала со стола бумаги.

— Утром соберу совещание. Мы допустили два крупных косяка. Первый. Не узнали, делали ли Захару и Макару анализ на вирус, лечили ли их от заразы. И второй, самый важный. Не обратили внимания на привод Полины Макаровны в милицию, не проверили историю с колбасой. Юрская оказалась умнее, копнула глубже и вытащила на свет историю с Цапкиным. Я проявила беспечность, это недостойно профессионала.

— Не стоит себя корить, — миролюбиво заметил Иван. — Ты же не робот, а человек, люди иногда допускают ошибки. Похоже, тебе нравится Антонина?

Я не стала скрывать свои чувства.

— Да, Тоня прекрасный специалист.

Иван стряхнул с пиджака невидимые пылинки.

— Рад, что наши мнения совпали. Если Юрская благополучно пройдет проверку, она станет членом твоей бригады.

— Здорово! — обрадовалась я. — Нам давно нужен психолог-профайлер.

— И придется искать еще одного сотрудника, — продолжал Иван. — Кочергина уходит.

— Почему? — поразилась я.

— У нее проблемы со здоровьем, — уточнил босс, — неполадки со щитовидной железой. Елизавете предстоит длительное лечение.

— Вот отчего она закатывала истерики, — пробормотала я, — гормональный дисбаланс.

У шефа затрезвонил телефон. Иван Никифорович посмотрел на мобильный и быстро вышел. Я положила документы в сейф, но уйти домой не удалось — в кабинет заглянул Глеб Валерьянович.

— Танюша, ты еще здесь?

— Кое-что закончить надо, — объяснила я.

Борцов устроился в кресле, где недавно сидел Иван.

— Трудоголизм вреден для здоровья… Знаешь, похоже, Гришкин-старший выскочит сухим из воды. Срок давности за убийство Цапкина действительно истек.

— Повезло ему, — мрачно сказала я. — Его матери тоже даже пальцем не погрозят. А что с Ольгой и Макаром?

Борцов побарабанил пальцами по подлокотнику.

— К сыну Захара Назаровича приехал адвокат, один из лучших в России и очень дорогой. Сергей Горин умеет отмазывать тех, кому светит пожизненное.

— Полупанов постарался? — предположила я. — Не бросил любовника?

— Полагаю, да, — согласился эксперт. — У Ольги денег на хорошего защитника нет, ей предоставят бесплатного. И еще. Очень надеюсь, что у старшего Гришкина найдется хоть сколько-нибудь совести и он не отправит Сашу в детдом, оставит мальчика при себе.

Я промолчала. По-моему, не стоит рассчитывать на благородство владельца фирмы «Чудеса техники».

— У тебя по делу остались вопросы? — сменил тему Глеб Валерьянович.

— Только один: зачем Иван придумал глупость с нашим совместным проживанием на оперативной квартире?

Борцов достал из кармана рубашки очки и водрузил их на нос.

— Во время разговора со славным семейством Гришкиных Иван назвал тебя один раз Танюшей.

— Да? — удивилась я. — Не обратила внимания. Вы уверены? Очень странно. К сотруднице положено обращаться либо по фамилии, либо использовать нейтральную форму имени. В моем случае «Татьяна». На крайний случай «Таня».

— А он произнес «Танюша», — повторил Глеб Валерьянович. — Похоже, ты нравишься шефу. Я имею в виду как женщина. Вот он и нашел способ поближе познакомиться, решил, что вы должны выдавать себя за супругов. Причем специально взял крохотное жилье, не трехкомнатную квартиру — надеялся при тесном общении тебя покорить.

Я разинула рот, потом засмеялась.

— Глупости! Я некрасивая, готовить не умею, ненавижу домашнее хозяйство, а Иван одет с иголочки, хорош собой. Зачем ему толстуха-трудоголик?

— Дорогая, не неси чушь, — усмехнулся Борцов. — Лично я давно понял, что Ваня неравнодушен к тебе и от этого совершает глупости. Присмотрись к нему, из вас выйдет отличная пара.

Я навесила на лицо улыбку.

— Ладно, последую вашему совету.

Глеб Валерьянович встал.

— Дорогая, меня, боевого коня на пенсии, обмануть трудно. Ты что-то задумала.

— Нет-нет, — живо сказала я, прогоняя из головы мысли о Гри.

— Не делай этого, — серьезно сказал Борцов, — не надо.

Я прикинулась удивленной.

— Чего?

— Не знаю, — вздохнул эксперт. — Того, что тебе навредит.

— Не понимаю, о чем вы, — пробормотала я.

Глеб Валерьянович пошел к двери, но на пороге обернулся.

— Танечка, я не экстрасенс, не гадалка, но что-то мне подсказывает: к тебе на большой скорости летит ветер перемен, в твоей жизни произойдет масса интересных событий. Но чтобы это случилось, надо проститься с прошлым, освободить место для нового.

Борцов скрылся в коридоре. Я осталась работать над отчетом.

Если к твоему жилью на всех парах летят ветры перемен, поскорей и как можно крепче закрой окна и двери, иначе эти самые ветры устроят разгром в твоем доме.

Дверь приоткрылась, в кабинет вновь заглянул Глеб Валерьянович.

— Уж прости, Танюша, опять я. Милая, нельзя жить на кладбище, похорони призрак Гри и уходи с погоста. Судьба предоставляет тебе шанс стать счастливой. Обычно я не лезу в чужие дела, но сейчас скажу: вы с Ваней прекрасно подходите друг другу. Поверь, я редко ошибаюсь. Правда, Иван не богат, как и все мы, получает зарплату. Но, думаю, тебе неважно, есть ли у близкого человека бабки, то есть копи царя Соломона.

Я усмехнулась.

— Не хочется вспоминать Макара. Но вы правы, из-за денег я никогда не стану жить с мужчиной, даже если он царь Соломон. Зря Макар считает, что огромное состояние даст ему все, что он пожелает.

— Не в деньгах счастье, — улыбнулся Борцов, — прости меня за трюизм, Танюша, не злись на босса, постарайся говорить ему комплименты, ну, например: «Иван Никифорович, вы самый умный», и скоро сама в это поверишь. Все. Ушел. Больше на эту тему никогда не заговорю.

Я взяла сумку и погасила в кабинете свет. Ну и ну! Борцов произнес вслух имя Гри и решил поработать свахой?!

Если женщина называет мужчину самым умным на свете, то она распрекрасно знает, что второго такого дурака ей больше нигде не найти. 

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *