Безумная кепка Мономаха

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 11

Затоптав бунтующую совесть, я кинулась на пустырь и со словами: «Рейчел, мама принесла вкусное» — раздвинула кусты.

Вместо радостного собачьего повизгивания и криков несчастного Миши, лежащего на скамейке под тушей стаффихи больше часа, уши уловили тишину, а глаза увидели лишь пустую скамейку.

Рейчел и Миша испарились без следа. Меня охватил ужас. Нет, судьба решившего задать тут храпака парня не волновала вовсе, но Рейчел! Наша стаффиха с виду смотрится злобным псом, однако на самом деле является нежным созданием, которое никогда не видело от людей зла. В теле бойцового пса живет трепетная душа Белоснежки.

Я заметалась по пустырю с воплями:

— Рейчел, Рейчел!

Но собака не спешила на зов хозяйки.

В конце концов, устав бегать и кричать, я побрела домой, чувствуя, как по щекам бегут слезы, потому что в мыслях мелькали сплошные ужасы.

Рейчел пропала. Она не способна жить на улице и, потерявшись, попытается искать защиты у человека. Подойдет к какой-нибудь женщине и, желая обратить на себя внимание, тронет ту лапой. А теперь представьте, что к вам на проспекте пристает здоровенный стаффордширский терьер и начинает заглядывать в глаза! Как минимум вы заорете.

На вопль примчится милиция и, особо не церемонясь, пристрелит собаку, поскольку отчего-то считается, что все стаффы злобные, отмороженные мерзавцы. Но ведь это не так! Псы — зеркало хозяина. «Каков поп, таков и приход», — говорили раньше в народе. И если ваша болонка злобно кусает всех за ноги, поройтесь в своей душе, может, это вы ненавидите человечество и с огромной охотой уничтожили бы все живое…

Почти полностью погрузившись в отчаяние, я вышла к дому и тут, около павильончика, где торгуют хлебом, увидела Рейчел. Она мирно сидела на ступеньке.

— Дорогая! — кинулась я к обретенной потере. — Любимая!

Рейчел отвернула морду.

— Ну, не дуйся, вот твой сырок!

Стаффиха шумно вздохнула, облизнулась и вмиг проглотила угощенье.

— А теперь пошли домой, — велела я.

Рейчел не послушалась, я рассердилась, ухватила ее за шею, встряхнула и сурово заявила:

— Фу, как некрасиво! Давай, шевели лапами, дома есть еще сырки.

Псина чихнула и пошла в подъезд.

Решив никому не рассказывать о произошедшей дурацкой истории, я впихнула стаффиху в прихожую и заперла дверь снаружи. Долг по отношению к семье выполнен — продукты куплены, собаки выгуляны, а с остальными тяжелыми задачами, типа заваривания пакетика чая, все способны справиться сами. Мне же не следует терять времени, надо навести кое-какие справки.

Рука схватила мобильный, пальцы настукали знакомый номер.

— Алло, — немедленно отозвался Вовка.

— Привет, — обрадовалась я.

— Ну?

— Сделай одолжение, помоги.

— Потом.

— Мне очень надо!

— Потом!!

— Но…

— Я на совещании!

— Однако…

Договорить я не успела — в ухо понеслись гудки, пришлось набирать номер еще раз. «Абонент временно недоступен», — прокурлыкала трубка.

Я стукнула кулаком по колену. Вовка, решив наплевать на мои мольбы, выключил аппарат! Ну, погоди, еще вернешься домой! Ничего, обойдемся без Костина.

Находясь бесконечно в поисках работы, я постоянно устраивалась в некие странные места и довольно долгое время просидела на радиостанции с бодрым названием «Бум». Особо приятной служба там не казалась, приходилось разговаривать на идиотском сленге и радостно внимать замечательным высказываниям слушателей, дозвонившихся в прямой эфир. Обычно, все они с невероятным энтузиазмом выкрикивали одни и те же фразы:

— Здравствуйте, радио «Бум». Ой, как суперски, что пробилась к вам! Неделю трезвонила! Переедайте, пожалуйста, привет моему любимому мужу — он, кстати, сейчас сидит рядом, вот тут, на диване, — и поставьте песню группы «Блям» под названием «Когда же ты упрешься вон».

Меня подобные заявления приводили в крайнее удивление. Тратить семь суток, чтобы получить возможность передать привет любимому супругу, который сидит около жены? И заказывать для милого песенку, в которой сообщается: «Ох, и надоел же ты мне, животное, сил нет терпеть. Хорошо бы тебе упереть, хоть на край света, животное»?

Группа «Блям» отличается экстремальной содержательностью текстов, а с музыкой у них и вовсе беда, наверное, поэтому и назвались ребята столь милым образом.

Но в службе на радиостанции имелся и большой плюс. В эфир «Бум» в качестве гостей приходили разные люди, кое с кем я осталась в хороших отношениях и постепенно обросла связями в самых разных, порой крайне необычных местах. И вот сейчас мой путь лежал к Алику Модестову.

Алик странный человек. Начнем с того, что у него дома нет телевизора. Впрочем, радио Модестову тоже не по душе. Он не читает газет, журналов и книг. Досуг Алик посвящает Интернету. Нет, я подобрала сейчас не правильное выражение — не «досуг», а все время. Модестов сутки напролет пялится в экран компа, месяцами не выходит из дома и при этом совершенно великолепно зарабатывает.

Алик придумал гениальную вещь — игру под названием «Город»: создал виртуальный населенный пункт, присвоил ему наименование Алиленд и начал пускать туда всех желающих, причем совершенно бесплатно. Надо лишь зарегистрироваться на определенном сайте, придумать себе ник — и, пожалуйста, проживай в Алиленде.

Сначала игра не пользовалась особым успехом, но теперь население виртуального города перевалило за несколько сот тысяч человек. У алилендовцев все как у «больших». Есть заводы, фабрики, шоу-бизнес, есть банкиры, олигархи и бомжи.

Вы можете заняться торговлей, воровать и грабить, можете издавать книги, играть свадьбы и даже завести детей.

В виртуальном городе все как в реальной действительности. Один обитатель Алиленда за короткий срок способен получить огромный капитал в местной валюте, а другой и за три года себе на крохотную каморку не заработает. Все прибывающие в Алиленд оказываются поначалу в равных условиях, им выдают небольшую сумму и селят в общежитии для эмигрантов. Дальше — действуй сам.

Так вот, одни быстро встают на ноги, другие метут улицы или клянчат деньги у магазинов.

Чем же зарабатывает Алик, если вход в город и проживание в нем бесплатно? Очень просто — рекламой. На улицах Алиленда полно щитов и растяжек, таких, которыми заполнены все свободные места в Москве. Большинство фирм оценило могущество Интернета и готово платить за свой промоушен.

И еще одно: Алик для своих граждан является богом, его приказы не обсуждаются.

Теперь понимаете, отчего Модестову нет никакой необходимости выходить из дома?

Припарковав «Жигули», я уже направилась было к нужному подъезду, но вдруг вздрогнула и остановилась. Из сумки летел негодующий крик:

— Лампа, возьми трубку! Ламповецкий, найди телефон…

Дело в том, что Кирюша пару дней назад записал свой голос на диктофон и установил «песню» на мой мобильный вместо звонка.

— Ты вечно не слышать сотовый, — пояснил он, — а теперь уж точно отреагируешь.

И верно, я почти лишаюсь чувств от страха, когда ридикюль начинает разговаривать. Может, потом привыкну?

— Алло, — выдохнула я в трубу, с трудом беря себя в руки.

— Ната, ты?

— Ошиблись, — ответила я и пошла в подъезд, чувствуя, что сердце еще продолжает колотиться от только что полученного телефонного стресса.

Добравшись до нужной квартиры, я пнула дверь ногой и вошла в отвратительно пахнущую прихожую. У Алика есть кот по имени Гав, а замок компьютерный бог никогда не запирает.

— Ты где? — крикнула я, вглядываясь в темный коридор.

— На месте, — прозвучало в ответ.

Я прошагала несколько метров вперед и очутилась в донельзя грязной и захламленной комнате.

В углу тут стояла кровать, на которой неаккуратным комом высились одеяло и подушка. На столах громоздились сразу три компьютера. Около одного сейчас восседал Гав — некогда белоснежный, а теперь похожий на серый валенок перс, у второго азартно щелкал мышкой Алик, третий аппарат был выключен.

— Это кто? — спросил Модестов, не отрывая глаз от монитора.

— Я.

— «Я» бывают разные, — процитировал Алик друга Винни-Пуха, Кролика.

— Лампа.

— Ага, — кивнул Модестов, — садись, угощайся, тут печенье есть, солененькое.

Сделав гостеприимное приглашение, Алик пошарил левой рукой по столу и, нащупав блюдечко, схватил лежащий на нем коричневый катышек. Затем, под отчаянное мяуканье Гава, сунул найденный деликатес себе за щеку.

— Вкусно? — с неподдельным интересом поинтересовалась я.

— Ну.., вставляет, — кивнул Алик, водя курсором по экрану. — Правда, я больше сладкое люблю. И чего Гав разорался? С утра визжит!

— Он плачет от жадности, — усмехнулась я.

— Полагаешь? — удивился Алик и повернул ко мне бледное лицо человека, давно не выходившего на свежий воздух.

Я кивнула и указала на блюдце с коричневыми катышками.

— Ты ешь его сухой корм, печенье стоит на другом столе!

— Господи, — подскочил Алик. — Гав, милый, прости! Хочешь, сожри мое курабье!

— Мяу, — недовольно отозвался кот и отвернулся.

— А тебе, Лампа, чего надо? — вздохнул Алик.

Обижаться на подобную невежливость не стоило. Модестов вовсе не хам, просто он беседует так с теми, кто не имеет отношения к Алиленду. На самом деле Алик милый человек, и если его о чем-то попросить, он моментально бросится на помощь.

— У меня проблема, — сообщила я.

— Какая?

— Необходимы данные на двух людей: Алексея Петровича Кононова и Константина Олеговича Ведерникова.

— А именно?

— Адрес, семейное положение, место работы.

— В общем, анкету?

— Верно.

Алик положил руки на клавиатуру.

— Ща, погоди.., где это… Информация — великая вещь. Имей Александр Македонский компьютер, мир бы сегодня выглядел иначе. Сейчас, сейчас.., где-то тут… Ага, теперь надо чуток подождать.

Алик откинулся на спинку кресла.

— Если уж ты явилась и помешала работе, то можешь пойти на кухню и сделать пожрать.

— С удовольствием, — согласилась я. — Но не мог бы ты объяснить, что сейчас произойдет с умной машиной? Где она возьмет информацию?

Модестов изумленно распахнул глаза.

— Позырь в комп. Читать, надеюсь, умеешь?

— Ага, — кивнула я, — только пока ничего не понимаю, тут какие-то значки.

Алик снисходительно хмыкнул.

— Сейчас загрузится. Имеются специальные диски, данные адресного бюро, база ГАИ, телефонных компаний. Их легко купить, да и недорого совсем.

— Скажите пожалуйста! — поразилась я.

— Ага, — ухмыльнулся Алик. — Сейчас ничто не может остаться тайным. Я имею суперскую программку, она сейчас выдаст, так сказать, расширенные данные, ее один хакер продает. Иди, состряпай хавку, там продуктов полно.

Я покорно пошла на кухню. Плиту покрывал ровный слой пыли, похоже, ею не пользовались уже дня три как минимум. В углу, около подоконника, стоял черный пластиковый мешок, доверху набитый коробками из-под пиццы.

В холодильнике обнаружился дивный набор: пять бутылок пива, банка майонеза, два куска засохшего сыра и почти умершая сосиска.

Я сдула с плиты пыль, мелко порезала сосиску и швырнула на дно найденной в шкафчике гнутой тефлоновой сковородки. Когда сосиска приняла Румяный вид, я положила кусочки на сыр, сверху накапала майонез и приволокла яство Алику.

Гав со всех лап бросился к тарелке и, пока хозяин чесал в затылке, ухитрился, орудуя когтями, словно вилкой, упереть добрую часть ужина.

— Готовишь ты хреново, — резюмировал Алик, облизывая пустую посуду. — Вот, не помню когда, Нинон приходила, так она суперские котлеты забабахала.

— У твоей Нинон, очевидно, имелся более широкий спектр продуктов, — пояснила я, — а у меня лишь мертвая сосиска с потерявшим сознание» сыром.

— Хороший повар и из забора пельмени навертит, — элегически заметил Алик, отпихивая Гава, норовящего облизать губы хозяина. — Лады, читаем! «Кононов Алексей Петрович. Родился в 1967 году, деревня Прюково, Московской области.

Окончил восемь классов, работал пастухом. Погиб в 2004 году в дорожно-транспортном происшествии. Жена Кононова, Ирина Сергеевна, сельскохозяйственная рабочая, проживает в Прюкове. Жена Кононова, Алиса Павловна, фармацевт, прописана по адресу: Москва…»

Я кашлянула.

— Ничего не понимаю. Мой Кононов бывший сотрудник хлебозавода, пусть поищет еще.

— Ты до конца дослушай, — велел Алик. — «Ведерников Константин Олегович, москвич, 1965 года рождения, судимый, освобожден, основал фирму „Моно“, адрес по прописке…» И все! Более сведений нет.

— Пусть твоя программа найдет более широкие данные на Кононова, — велела я. — Да и на Ведерникова тоже.

Алик постучал по клавишам и приказал:

— Тебе все равно делать не фига, рыси за хавкой. Гаву корма купи.

Я кивнула и отправилась в ближайший магазин. Первое, на что упал взор, были горы глазированных сырков, абсолютно не нужных мне на данном этапе.

Через полчаса холодильник Алика оказался под завязку забит едой, а я получила новую информацию.

Кононов всю жизнь провел в Прюкове, работал с малых лет пастухом и никаких, похоже, амбиций не испытывал. На Ирине он женился сразу после возвращения из армии и жил с ней долгое время. Развод с Ириной не оформлял, следовательно, его брак с Алисой Кононовой не мог считаться действительным. Каким образом Алексею удалось поставить в паспорт новый штамп о бракосочетании, непонятно.

Ирина Кононова до сих пор обитает в Прюкове, работает в местной артели, производящей маринованные овощи в банках.

Алиса Кононова, вторая, но, получается, незаконная супруга, трудится в аптеке и всю свою жизнь провела в Москве.

О Ведерникове более подробных данных не нашлось, суперская программа оказалась бессильна: сидел, освободился, создал фирму. Все.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!
Добавить свой комментарий:
Имя:
E-mail:
Сообщение: