Безумная кепка Мономаха

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 18

И вновь Костя развил бешеную деятельность.

Алексей по-прежнему лежал на раскладушке, а Ведерников носился со всякими документами.

В конце концов Константин показал сестре паспорт и красивую бумажку, переливающуюся всеми цветами радуги, — визу в США.

— Вот, — деловито сообщил он, — тут и билет, и чемодан с вещами. Завтра улетаем.

— Уже? — испугалась Ира.

Костя обнял сестру за плечи.

— Не пугайся, умножь двенадцать месяцев на пять тысяч долларов. Вот она, твоя квартира в Москве.

Ирина не нашла слов, а Костя бегал из дома к своей машине, притаскивая всякую всячину.

— Ты в Москву не катайся, — раздавал он указания сестре, — еще, не дай бог, болезнь вернется.

Я оформил подписку, газеты тебе на дом приносить станут, а еще я книги привез, с картинками.

Любовных романов прихватил и детективов. Читай, сколько и что хочешь! Куда ящики с тушенкой поставить? В подпол? Тут еще чаю запас, мешок сахара, макароны, молоко сухое…

Кононова притомилась смотреть за скачущим Костей, а тот без устали тараторил:

— Чуть самое основное не забыл! Тут тебе лекарство, витамины всякие, а главное — Фемара.

Купил сразу несколько упаковок, пей, не забывай.

А в город не мотайся! Ясно? Через год мы вернемся, денег на квартиру привезем. Ну, бывай здорова!

Быстро поцеловав сестру, брат сел за руль, Алексея он впихнул на заднее сиденье. Апатичный Кононов никаких чувств не выражал, ему, похоже, было до лампочки все происходящее. Леша особо не волновался, Нью-Йорк так Нью-Йорк, лишь бы не трогали, оставили спокойно лежать и мечтать о сундуках с кладом.

Ира осталась одна. Улеглась на кровать и включила телевизор — Костя купил сестре роскошный, с пультом управления, переключать каналы можно было лежа на постели. Вот уж теперь она заживет… Все есть, надрываться не надо, а будет еще лучше…

В тот же вечер, спустя пару часов после отъезда Кости и Леши, к Ире забежала соседка, Маша Калинина. Сквозь слезы, она рассказала, что была сегодня у врача и узнала ужасную правду: у нее рак.

— Тебе же операцию сделали, — рыдала Маша, — расскажи мне, это как? Больно? Да?

Ира старательно успокоила женщину:

— Не бойся, ничего не почувствуешь, заснешь, и все.

— А потом, потом?

— Ну, таблетки пить станешь, уколы делать.

— Я умру… — стонала Маша.

— Да нет, — попыталась приободрить Калинину Ира, — почти все живы остаются. Знаешь, как мне врач сказал: «Если вам операцию делать берутся, то на успех надеются, безнадежных на стол не укладывают. Но даже и у них шанс есть!»

— Но кто-то умирает, — гнула свое Маша.

— Мне же повезло, — возразила Ира. — Чем ты хуже?

— Скажи, может, пьешь чего, — продолжала допытываться Маша, — травы какие.

Ира подошла к буфету и вынула Фемару.

— Вот, хорошее лекарство. Дорогое, правда, но ведь речь о жизни идет, тут никаких денег не жаль.

Впрочем, мне оно даром досталось, брат купил.

Маша повертела в руках коробочку, потом швырнула ее на стол и зарыдала еще пуще.

— Мне такого никто не принесет, крутом одни пьяницы. Вот в жизни как несправедливо: кто богатый, тому и счастье.

— Окстись, — разозлилась Ира, — где ты у меня достаток видишь!

Калинина, давясь слезами, ушла. На следующее утро она зашла к Ире и сказала:

— Ты извини, вчера мне крышу снесло, наговорила тебе гадостей.

— Ерунда, — отмахнулась Ира, — сама, когда про болячку узнала, психовала.

— Пошли, кофе угощу, — заулыбалась Маша.

Ира воспользовалась приглашением. Калинина нарезала торт, побаловала соседку вкусным напитком, и домой Кононова вернулась в отличном настроении. Вечером, перед сном, она полезла в буфет за Фемарой, хотела принять таблетку и обомлела: ящик зиял пустотой. Исчезла не только начатая упаковка, но и запас. Ира пощупала дрожащими пальцами дно, потом изучила содержимое всего буфета, постояла в недоумении и побежала к Калининой.

— Забыла чего? — спросила ее, зевая, Маша.

— Ты украла у меня Фемару, — прошептала Ира, — верни.

Калинина распахнула слишком честные глаза.

— Я? У тебя? Лекарство? Когда?

— Сегодня.

— Да мы же вместе кофе пили! — уперла руки в бока Маша. — Похоже, у тебя с головой-то тю-тю!

Ира заплакала и ушла. Она очень хорошо понимала, как сладилось дело. Калинина никогда раньше не угощала соседку тортом. С чего бы вдруг такое радушие? Значит, пока наивная Ира наслаждалась бисквитом, муж или старший сын Машки влезли через всегда открытое окно кухни в дом Кононовой и вытащили из буфета медикаменты.

Ночь Ира провела без сна, она очень боялась, что болезнь, отпугнутая лекарством, вернется вновь, поэтому утром поехала в Москву, хотя Костя категорически приказал сестре не покидать Прюково.

Он сказал Ире абсолютно правильные слова о плохой экологии столицы и нервном стрессе, который неминуемо испытывает тихая женщина, редко выезжающая за пределы своей деревеньки, допустим, в том же метро. Шум, гам, толчея, духота… Народ несется, пихается, ругается… Здоровому человеку и то не по себе станет!

Костя оставил Ире денег, вполне приличную сумму, чтобы та жила скромно, конечно, но не впроголодь. Ирина человек экономный и, конечно, растянула бы деньги до самого возвращения брата и мужа, но сейчас она решила сама купить себе Фемару. Оставленных Костей денег как раз хватало на несколько упаковок. Бог с ним, с мясом и колбасой, проживет без них, как раньше жила, лекарство нужнее.

Ира плохо знала Москву, поэтому в поисках аптеки слегка заплутала. Для начала она, обратившись в разные места, выяснила, что столь необходимый ей препарат продается именно в аптеках, а не в ларьках, киосках или машинах, украшенных зеленым крестом. Наконец нашла нужную точку и встала в очередь, перед ней было три женщины и мужчина, который в тот момент, когда Ира пристроилась в хвост, уже расплачивался с провизором. Лица его Кононова не видела, лишь спину, обтянутую дешевой синей курткой с ярко-белой надписью «Йес». Ира отвернулась к витрине и стала от скуки разглядывать выставленные препараты, ей не было дела до посторонних людей.

Очень скоро она оказалась перед прилавком и попросила:

— Дайте мне Фемару.

— Только что последнюю упаковку продала, — с сожалением ответила девушка в белом халатике. — Мужчина взял, в синей куртке.

Ира выскочила из аптеки и увидела в самом конце малолюдной улицы того самого дядьку, белая надпись «Йес» просто била в глаза. Долго не раздумывая, Кононова кинулась за мужиком, а тот спокойно шагал вперед, не замечая преследовательницу. В тот момент, когда Ирина почти поравнялась с незнакомцем, тот вновь нырнул в аптеку. Кононова было ринулась за ним, но притормозила у широкой витрины. Ей вдруг стала ясна глупость ее поведения. Ну что она скажет незнакомцу? «Перепродайте мне Фемару, я не москвичка, сегодня должна уехать, сил нет по столице ходить, а вы еще купите»? Так, что ли? И что ответит ей мужик? Хорошо, если просто пошлет!

В полной растерянности Ира смотрела сквозь стекло внутрь аптеки. Очередь там продвигалась очень быстро, мужчина в приметной куртке стоял спиной к улице. Потом он о чем-то поговорил с провизором, повернулся и двинулся к двери. Ира чуть не упала — это был Костя! От неожиданности она бросилась за угол и принялась наблюдать за ним.

Но уже через секунду Ира сообразила: нет, это не Константин. Брат носил длинные светло-русые волосы, а незнакомец был коротко острижен, на макушке у него дыбился ежик из темно-каштановых «иголок», да и не надел бы обеспеченный Костя этакую жуткую куртенку, такие мятые брюки и рыжие, явно дешевые ботинки на толстенной подошве. И потом, Костя раскатывал на дорогой иномарке, а не шлепал пешком по лужам.

Следовало признать: ей встретился на жизненном пути двойник Ведерникова. Такое иногда случается.

Постояв за углом, Ира пришла в себя и отправилась в торговый зал.

— Дайте мне Фемару, — попросила она провизора.

— Сейчас этого препарата нет, — ответила та.

— А где можно найти? — поскучнела Ира.

— Ну.., не знаю, поспрашивайте в других аптеках.

— Вот беда! — расстроилась Кононова. — Я не москвичка, на один день приехала из деревни, специально за Фемарой! И никак не могу найти лекарство.

— Да уж, бывает так, — вздохнула провизор, — одному ни к чему, другая ищет. Вам бы минут на пять пораньше прийти…

— Почему? — удивилась Ира.

— Сюда только что мужчина заходил, думал Фемару сдать, она ему не понадобилась. Но ведь лекарства не диван, назад не примут. Вы бы могли у него упаковку забрать, но я уже позвонила одной больной, та скоро приедет за лекарством.

— Не повезло, — бормотнула Ира.

— Ладно, погодите, — велела фармацевт, — сейчас попробую помочь.

Женщина исчезла в глубине аптеки, Ира осталась в торговом зале и задумалась в полном изумлении. Это что же получается? Мужик в синей куртке купил только что Фемару в одной аптеке, дошел до другой и решил.., продать ее? Почему?

Вернее, зачем? Впрочем, может, мужик таким образом хотел заработать? Идиотское предположение, но ничего более умного Ирине в голову не пришло.

Искать другое она не стала, из подсобки вышла фармацевт, протянула бумажку и сказала:

— Езжайте в аптеку вот по этому адресу. Я договорилась, вам оставили Фемару.

Ира поблагодарила отзывчивую женщину и пошла к автобусной остановке.

Домой она вернулась ночью, но не успела отпереть избу, как в ноги ей бросилась зареванная Маша Калинина.

— Ирка! — кричала соседка. — Прости меня, если можешь, прости! Вот твои лекарства! Совсем я ума лишилась! Меня господь теперь накажет!

Кононова обняла Машу.

— Забудь, всякое случается. Если хочешь, купи у меня Фемару, я за ней сегодня в Москву сгоняла, все деньги потратила.

— Конечно… — засуетилась Маша. — И деньги за билет верну…

— Не надо, — отмахнулась Ира, — я еще по Москве побродила. Ох и шумно там! Прав Костя, незачем в столицу шастать. Газеты мне теперь на дом принесут. У нас в Прюкове лучше.

Больше Ира в город не ездила. Никаких сведений от мужа и брата не имела, писем они родственнице не посылали, а звонить ей было некуда, телефона у Кононовой не имелось.

У Иры сначала закончились оставленные деньги, потом съелись продукты и лекарства, лишь телевизор по-прежнему без устали показывал программы. Время бежало, а Алексей с заработанными тысячами так и не появлялся. В конце концов Ира решилась и поехала вновь в Москву, в свою родительскую квартиру. Жилплощадь оказалась крепко запертой, Ира потопталась у двери, потом, решив, что она в своем праздничном платье выглядит достойно, пошла в домоуправление и сказала одной из сидевших там теток:

— Я когда-то жила в этом доме, но, когда вышла замуж, перебралась в иное место, а брат тут остался. Потом он уехал в Америку и пропал. Уж больше года прошло, ни слуху ни духу от него. Не знаете, где искать?

Домоуправша водрузила на нос круглые очки и недовольно ответила:

— Вот уж кретинский вопрос! Коммунальные услуги у него оплачены, долга по электричеству нет, потому как он свет не жжет. Зачем мне его искать?

— Не пишет он, — растерянно сообщила Ира.

Сидевшая за другим столом абсолютно седая, похожая на белую мышь старушка оторвалась ОТ калькулятора и уставилась на посетительницу, а домоуправша, поправив необъятный бюст, рявкнула:

— Вы мешаете нам работать! Ответственным делом занимаемся, квартплату перерассчитываем.

Куда ваш брат делся, понятия не имеем. Может, специально уехал, от родственников удрал. Теперь свобода, делай что хочу. Ясно?

Ира кивнула, вышла во двор и села на лавочку.

Следовало уезжать назад в Прюково.

— Деточка, — послышался подтреснутый голосок, — ты меня не помнишь?

К Ире неслышным шагом подошла та самая седая старушка.

— Я Элла Семеновна, из третьей квартиры, — продолжила бабушка. — Вся жизнь моя тут прошла, тебя девочкой помню.

— Здравствуйте, — вежливо кивнула Ира.

— Ты ведь у нас не прописана…

— Верно.

— Квартира Костина, ничего с этим поделать нельзя, — продолжила Элла Семеновна. — Никак не отсудишь, ни один адвокат не поможет.

— Я просто брата искала, — безнадежно ответила Ира.

— Зачем? — насторожилась бабуся.

Ира повторила рассказ про Нью-Йорк и завершила его фразой:

— Вот и волнуюсь теперь, вдруг случилось чего.

Элла Семеновна села на скамеечку.

— Езжай назад, не ищи Костю.

— Но почему?

Старушка замялась, но потом решилась на откровенный разговор.

— Он нехороший человек, вор.

— Да что вы такое говорите! — всплеснула руками Ира. — Брат бизнесмен, машину имеет, получает хорошие деньги!

Элла Семеновна потерла виски пальцами.

— Я всю жизнь в домоуправлении сижу, — мягко сказала она, — от нас ничего не скроешь, с документами работаем. Костя в тюрьме сидел, потом исчез. Жилплощадь у него в собственность оформлена, а где уж сам обретается, то мне неведомо. Однако счета он оплачивает регулярно, сразу за год сумму вносит и не спорит, если квартплата возрастает и доплатить надо. Самого его давно не вижу, но квитанции из почтового ящика кто-то вынимает.

Ира разинула рот от такой информации. Элла Семеновна повздыхала и ушла, а Кононова побрела к вокзалу, ощущая легкое головокружение. Вдруг У Иры что-то щелкнуло в голове, и она вспомнила, как брат говорил, что родительскую квартиру продал, а с выручки за нее занялся бизнесом. Но Элла Семеновна сейчас сообщила иное: жилплощадь оформлена в собственность самого Константина. Следовательно, никто хоромы на торги не выставлял! Откуда тогда деньги на бизнес? И зачем Костя соврал? Было от чего закружиться голове.

Ира вернулась в Прюково. Никаких попыток отыскать мужа и брата она больше не предпринимала. Отсутствие Алексея не пугало — толку от мужа и раньше не имелось, одна докука, о нем Ира с легким сердцем забыла, а вот о Косте нет-нет да вспоминала, уж больно заботливым и хорошим был брат. Правда, короткое время…

* * *

— Вот тебе вся моя жизнь, — спокойно завершила рассказ Ира. — Тайн от людей не имею, рак у меня вроде прошел, только сердце щемит и голова кружится. Наши думают, выпиваю я втихую, ну да пусть их! Ты не сомневайся, избу помою, порядок наведу и спорить с тобой не стану. Коли сдала комнаты, они твои, делай, что хочешь, — занавески вешай, мебель привози… Так как?

Мне очень не хотелось обманывать простодушную, нуждающуюся в деньгах Иру, поэтому быстро ответила:

— Уж не сердись, все у тебя хорошо, но мне не подходит.

— Хозяин — барин, — пожала плечами Кононова. — Только дешевле не найдешь, я знаю точно.

— Все-таки еще похожу.

— Пожалуйста. Ступай тогда в Ладыкино, это по тропинке влево. Село большое, вдруг и есть свободный дом.

— А Волкина?

— Там давно никто не живет.

— Вообще?

— Пусто, даже электричество отключено. Может, конечно, бомжи какие и устроились… — задумчиво протянула Ира.

— Моя знакомая несколько лет назад снимала там дом у женщин, которых зовут Полина и Вера, очень довольна осталась. Кстати! Только что до меня дошло, — старательно изобразила я замешательство, — они же родственницы твоего мужа.

— Кого? — с неподдельным изумлением вскинулась Ира.

— Алексея Кононова. Вроде одна ему двоюродная сестра, а вторая тетка.

— Ты ошибаешься, — твердо ответила Ира, — у Алешки не было никакой родни. Вообще! Мне мама поэтому и посоветовала за него замуж идти.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *