Безумная кепка Мономаха

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 20

Я уставилась на экран.

— Каждый из жителей Алиленда, — спокойно вещал Алик, — после того как прошел испытательный срок и получил гражданство, обретает личный секретный код. Его нельзя сообщать никому.

Заветные цифры известны лишь трем людям: самому человеку, Саймону и мне. Если начальник ФСБ или я захотим пообщаться с алилендовцем, то…

— У него на мониторе загорится окно! — вспомнила я слова Кирюши.

— Верно, — кивнул Алик, — врубаешься. Значит, так! Ну, кого возьмем? Э.., допустим, Хела, владельца колбасной. Я, естественно, никогда до сегодняшнего дня с ним не связывался, Великий Али практически недосягаем для простых людей.

Чем дальше государь от народа, тем более он любим. Итак, внимание!

Грязные пальцы Модестова застучали обгрызенными ногтями по клавиатуре. Я уставилась на экран и стала читать текст.

— Хел, приветствую тебя.

— Великий Али!!!

— Я.

— Чем могу служить?

— Немедленно продай свой бизнес, дом и переезжай в общежитие для переселенцев на Садовой. Вещи оставь.

— Слушаюсь, мой повелитель.

Алик удовлетворенно хмыкнул.

— Видела? Я набрал секретный код, у парня загорелось «божье окно», и все! Хел даже не спросил, по какой причине следует лишиться нажитого.

— И он выполнит приказ?

— Стопудово. Наверняка уже бежит на Садовую. За непослушание Великому Али — смерть.

— Хороша демократия! — подскочила я. — А если с ним связался не ты?

— А кто?

— Ну.., самозванец.

Алик засмеялся.

— Это невозможно.

— Почему?

— Только что же говорил про секретный код.

— А вдруг цифры стали известны посторонним?

— Исключено, — решительно ответил Модестов, — они лишь у меня, у Саймона и у самого гражданина. Коды хранят пуще глаза. Пойми, тот, кто знает их, владеет Алилендом. Я, например, не держу список в компьютере, он лежит в ином месте.

— Но Хела ты сейчас мигом нашел! Не отходя от монитора!

Алик улыбнулся.

— У нас война, Гардор прет, сейчас список на столе.

— Не боишься, что его украдут?

— Кто? — напрягся Модестов. — Я ж не отхожу от стола ни на секунду, а на ночь прячу.

— Значит, Хел уезжает?

— Ага.

— Немедленно останови его.

— Зачем?

— Жестоко просто так сдергивать человека с места.

Модестов усмехнулся.

— Ничего, ему полезно, засиделся в своей колбасной.

— Ты ведешь себя отвратительно.

— Я бог, — снова заявил Алик и выпрямился.

На секунду у меня закружилась голова. Похоже, Модестов заболел психически. Может, у него от безвылазного сидения у компьютера мозг съехал набок?

— Ты не имеешь права губить людей! — заорала я. — Немедленно верни Клифа!

Лицо Алика покрылось потом, он приподнялся над креслом.

— Кого?

Понимая, что совершила трагическую ошибку, я примолкла, но Модестов, покраснев, взвизгнул:

— Немедленно говори, откуда знаешь мерзавца?

— Клиф.., э.., сын моей знакомой, он хороший мальчик…

— Предатель.

— Его подставили!

— Сволочь!!!

— Нет, Ханой обманул ребенка.

— Негодяй!!!

— Пожалуйста, не кричи, — взмолилась я.

Алик обвалился назад.

— Клиф способствовал тому, что был украден шар жизни, из-за него пошла война. Гардор обрел силу, мой народ гибнет! Клифа убили! Его имя предано позору!

— Приди в себя, это игра.

— Нет! Меня нельзя победить! Нет! Нет! Смерть Клифу!

Я испугалась и понеслась в кухню за водой, Алик опустошил полный стакан, потом обвел глазами комнату и упал головой на стол.

Вот тут мне стало совсем плохо от страха, и я схватилась за телефон.

«Скорая помощь» прибыла на удивление быстро, почти мгновенно — и десяти минут не прошло после звонка диспетчеру, как в квартирку, громыхая железными ящиками, вошли два мужика.

Модестова перенесли на кровать.

— Что с ним? — суетилась я. — Что?

— Вы пока на кухне подождите, — устало сказал тот, что постарше.

Пришлось идти в указанном направлении и готовить медикам бутерброды. Через четверть часа я всунулась в комнату. Врач писал что-то на листе бумаги, его помощник закрывал ящик.

— Он жив? — вылетело из меня.

— Ясное дело, да, — мрачно отозвался медик.

— Хотите чаю? — повеселела я.

— Времени нет.

— Сергей Петрович, — взмолился фельдшер, — может, все-таки попьем чайку? Быстренько…

— Ладно, Петяша, — неожиданно легко согласился доктор.

Все перебрались в кухню, я налила врачам полные чашки, придвинула бутерброды и спросила:

— Так что все-таки с Аликом?

— Сейчас много таких, — вздохнул суровый Сергей Петрович. — Сидят у компьютеров.., стрелялки, бродилки, Интернет… Не едят, не спят, не отдыхают, не гуляют, лишь в монитор пялятся. А человек должен двигаться, шевелиться, иначе кранты. Сейчас даже инфарктников быстро на ноги ставят. В смысле, ходить заставляют.

— И после операции физкультуру делать велят, — встрял Петяша, набивая рот сыром. — А ваш просто ополоумел.

— Он скоро придет в себя, не волнуйтесь, — сообщил Сергей Петрович, быстро допивая чай, — ему уже хорошо, просто дремлет. Хотите совет? Выбросьте компы. Парня переломает, словно нарка, а потом он нормальным станет. А то так и умереть может. Пошли, Петяша, хорош жрать.

Закрыв за медиками дверь, я бросилась к Модестову. Алик сидел на кровати.

— Че со мной было? — тихо спросил он.

— Ты в обморок упал.

— Врешь.

— Правда.

— Почему?

— Перенервничал. К тому же не гуляешь, плохо питаешься… — стала я загибать пальцы.

Модестов вскочил на ноги и кинулся к столу.

— Господи, коды! Слава богу, на месте. Ты не трогала список? Отвечай! Признавайся!

— Не сходи с ума! Иди, ляг.

— У нас война! Гардор прет! У них теперь есть супероружие!!!

Я постояла некоторое время в растерянности, глядя, как Алик дергается у монитора, потом, сообразив, что Модестов после обморока напрочь забыл про нашу беседу о Клифе, решила предпринять еще одну попытку устроить судьбу Кирюши.

— Не жалеешь ты себя…

— На войне, как на войне! Победим и расслабимся.

— Тебе хоть кто-то помогает?

— Нинон приходит.

— Она кто?

— Нинон? Это Нинон.

— Замечательно. Она твоя любимая?

Алик растерянно взлохматил волосы.

— Нинон? Ее прислал Саймон.

— Женщина — гражданка Алиленда?

— Да.

— И ты с ней общаешься в реале?

— Ага.

— Насколько поняла, у вас такое не заведено.

Модестов пожал плечами.

— Я ни с кем не тусуюсь, я бог, обо мне никто не знает!

— А как же Нинон?

— В прошлом году меня свалил грипп, — разоткровенничался Модестов. — Я чуть не подох, еле до компа добрел и Саймону отбил: «Рули сам, мне плохо».

Я, кивая, слушала его рассказ. Собственно, он был коротким: начальник ФСБ забеспокоился и прислал к Алику Нинон, тихую, скромную, безвозрастную тетку, которая купила недужному боженьке лекарства и сварила суп. С тех пор Нинон регулярно появляется у Алика. В Алиленде она самая последняя спица в колеснице, живет в скромной квартирке, ничего не добилась, собственного бизнеса не имеет, ходит по богатым домам, служит поломойкой. В реальной жизни Нинон зовет Модестова его настоящим именем — Олегом Михайловичем и попросту не знает, что Великий Али и тот, кому она иногда приносит продукты, одно и то же лицо.

— Если Нинон живет в Алиленде, — задумчиво заговорила я, — то, войдя к тебе в комнату, она вполне может сообразить, что к чему. Глянет на компы…

Алик хмыкнул.

— После той дуры, которая «клаву» тряпкой протерла, я никого в комнату не впускаю. Нинон лишь на кухне шерудит и еще ванную моет, сюда ей вход запрещен. Намертво! Я для нее Олег Михайлович, веб-дизайнер, и точка. Да она ничем и не интересуется, придет тихая, молчком суп сделает, и ку-ку.

— И сколько ты ей платишь?

— Плачу? — растерянно отозвался Алик. — В смысле деньгами?

— А чем еще? Конфетными фантиками? Если тетка ходит по чужим людям мыть полы, то навряд ли она особо обеспечена, — заметила я.

Модестов запустил лапу в сальные волосы и ничего не ответил, на его лице отразилось некое недоумение.

— Кстати, — напомнила я, — сколько раз к тебе наведывалась и всегда слышала от тебя одну фразу: «Купи пожрать».

— Тебе трудно? — пошел в атаку Модестов. — Весь день ни фига не делаешь, супермаркет рядом, а у меня отчего-то жратва мигом заканчивается. Ну, не оставлять же город без присмотра…

— Во-первых, я работаю; во-вторых, продукты действительно имеют обыкновение быстро заканчиваться, никому еще не удалось закупить их на год; в-третьих, харчи стоят денег. Ты в курсе, что в Москве нет бесплатной раздачи хлеба с маслом?

Вот тут Модестов возмутился окончательно:

— Не считай меня идиотом! Кстати, у нас в Алиленде практически изжита инфляция и малоимущим раздают некий необходимый набор, типа потребительской корзины. Но я не кретин и знаю, что в вашей Москве чумовые цены.

«В вашей Москве»! Интересная фраза для человека, который родился, вырос и живет в столице. Данное заявление — лишнее доказательство того, что Алик окончательно переселился в Интернет и перепутал виртуальный мир с реальным.

— Модестов! — рявкнула я. — Ты ни разу не предложил мне, девушке небогатой, оплатить принесенные мною продукты. Между прочим, сегодня их имелось на пятьсот рублей.

— Да? — поразился Алик.

— Но хоть Нинон-то ты, надеюсь, вручаешь купюры?

Боженька попытался снова взлохматить сальные пряди.

— Э.., э.., но она же не просит…

— То есть?

— Ну.., придет и говорит: «Я вам суп сварю, овощной, и котлеты пожарю». Я кивну, она на кухне кастрюлями погремит и крикнет: «Все на плите, что могла помыла, до свидания».

— Ты свинья.

— Почему?

— По какой причине Ниной к тебе ходит?

— Я бог, — пожал плечами Модестов, — любая с радостью побежит.

И как бы вы отреагировали на Подобное заявление, а?

— Ты же минуту назад говорил, что Нинон не в курсе, у кого наводит порядок, — напомнила я. — Женщина — тут твоя божеская сущность не работает! Она служит поденщицей, живет в реальной жизни на деньги, полученные от хозяев. Наверное, она не слишком образованна и изворотлива, если и в Алиленде приобрела всего-навсего тот же статус. Но твоей Нинон надо есть, пить и одеваться. Вполне вероятно, что она имеет ребенка.

— Да ну! — воскликнул Алик. — Мне и в голову подобное не приходило!

Я обозлилась. Те люди, которые работают в сфере обслуживания: шоферы, охранники, горничные, личные повара, репетиторы, — иногда сталкиваются с малоприятными хозяевами, норовящими обмануть служащих. Пообещают те большую зарплату, а потом дают лишь половину, мило присюсюкивая:

— Ах, прости, сейчас с деньгами форс-мажор, в следующем месяце должок верну, тебе даже лучше будет, получишь сразу большую сумму, купишь телевизор…

Мой совет: если вы услышали подобную фразу от хозяина — моментально увольняйтесь. Да, потеряете значительную часть обещанной зарплаты, но будет лучше, если поймете: вас обманывают.

На следующий месяц повторится тот же разговор, долг увеличится вдвое, потом втрое, вчетверо…

И чем больше он станет расти, тем обиднее человеку будет покидать босса-лгуна. Поймите, именно на чужой порядочности он и строит свои планы. В конце концов, проработав почти год за копейки, вы все же смените место службы, уйдете сами или, того хуже, будете выгнаны за некую оплошность.

У Катюши была пациентка, весьма обеспеченная дама. После операции, когда хирург сидела ночью у ее постели, бизнес-вумен спросила:

— У вас есть домработница?

— Нет, — улыбнулась Катюша, — сами справляемся.

Дама вскинула аккуратно выщипанные брови.

— Вам нравится лично возиться в грязи?

— Не очень, — созналась подруга. — Только хорошая прислуга дорого стоит, она нам не по карману.

Бизнес-вумен прищурилась.

— Хотите, научу, как заполучить поломойку за сто баксов?

— Давайте, — оживилась Катя.

— Главное — не обращайтесь в агентство. Напишите объявление в бесплатную газету, что-нибудь типа: «В приличную семью требуется женщина для ведения хозяйства, оплата достойная, интим исключен».

— Навряд ли сто баксов можно считать достойной оплатой, — вздохнула Катюня — Это так, для приманки, слушайте дальше, — стала раскрывать тайны мадам. — К вам начнут ломиться дуры, и вы говорите им, что оклад тысяча долларов.

— Господи! — подскочила Катюша. — Я и сама столько не всегда имею.

— Дайте договорить! Естественно, вы никогда не станете отстегивать подобную сумму. А дурам говорите так: зарплата — штука, но сначала испытательный срок шестьдесят дней, и за это время всего по сто баксов.

— Кто же согласится!

— Все! — хмыкнула дама. — У меня обломов не случается. Два месяца баба старается, получает оговоренную сумму, а потом вы ее турнете, мол, не подошла. И нанимаете следующую на тех же условиях.

— Но по какой причине я ее выгоню? — изумилась Катя.

— Эка проблема! Плохо погладила, под кроватью пыль оставила, кран в ванной не почистила.

Идеальных людей нет. Главное, поорать как следует, чтобы работница поняла: она лентяйка, от того и вон идти ведено.

— А если все замечательно? — растерянно поинтересовалась Катюша.

— Так не бывает!

— Но вдруг!

— Тогда суньте ей незаметно в сумочку свою кофту, кольцо или что-нибудь из косметики, велите при выходе раскрыть торбу, торжественно выньте «пропажу» и гоните воровку в шею. Кстати, в таком случае и сто долларов можете не отдавать. Наглым воровкам зарплата не положена!

— Но это подло! — взвилась Катюша.

Брови дамы изогнулись домиком.

— О чем вы, милочка? Гадко со стороны прислуги выманивать у хозяев большие оклады, а я просто экономлю свои деньги.

Но я, кажется, немного отвлеклась от нашего боженьки.

Наверное, Нинон никогда не сталкивалась с подобными личностями, как та бизнес-вумен, и сейчас она терпеливо ждет, пока у Модестова проснется совесть.

— Ты просто мерзавец! — рявкнула я.

Алик заморгал.

— Ну.., не пришло в голову про деньги, действительно глупо вышло. Слышь, Лампа, а сколько надо?

— Понятия не имею! Мне неизвестно количество принесенных ею продуктов. Ты вел список?

Модестов вдруг выключил монитор, потом без слов встал и ушел в коридор. Я села на диван, где дыбилось горой одеяло в грязно-сером полотняном мешке, по всей видимости, когда-то называвшемся пододеяльником. Из ванной донесся плеск воды — похоже, Алик наконец-то, впервые за долгое время, решил умыться.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *