Безумная кепка Мономаха

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 32

Помолчав немного, Костин вдруг спросил:

— Ты же помнишь, что Ведерников был женат на Алисе под личиной Кононова?

— Да, — кивнула я.

— Тогда продолжаем разматывать историю дальше…

А настоящий Алексей живет в Москве, в комнате на самой окраине. Костя снял для него жилье у некой старухи. Кононов мирно валяется на кровати, мечтая о богатстве. Алексей ленив патологически, к тому же он не особо далекого ума человек, Ведерников легко дурит зятя. Иногда Костя приезжает, привозит продукты и показывает сберкнижку.

— Видишь, тебе еще начислена зарплата, — говорит он, — наш перелет в Америку пока задерживается, но денежки капают.

Любой другой человек мигом бы принялся задавать вопросы. Почему мне платят за безделье?

Зачем жить в Москве и тратить деньги на съемное жилье, когда можно вернуться в Прюково, оно ж близко от столицы?

Но Алексею все до лампочки, он день-деньской глядит в телевизор, мечтает и, наверное, ощущает себя счастливым.

Потом настает роковой вечер, события которого можно лишь домыслить, ведь все его участники уже мертвы.

Костя приезжает к Алексею и велит:

— Скорей, собираем все твои вещи и отбываем в аэропорт, сегодня летим в Америку.

Взяв шмотки, Ведерников сажает Алексея в «Жигули», в те самые, на которых он якобы подрабатывает извозом, и катит в сторону области.

Кононов абсолютно спокоен, он не знает Москвы и не понимает, что его везут в том направлении, где нет никаких аэропортов. А далее, скорее всего, ситуация развивалась так.

Костя притормаживает в нужном месте и восклицает:

— Господи, совсем забыл! На, выпей лекарство.

— Зачем? — слабо удивляется Алексей.

— Ты же в первый раз полетишь на самолете?

— Ну да.

— Затошнит, это пилюля от укачивания, — заботливо сообщает Ведерников.

Не думающий ни о чем плохом Алексей проглатывает таблетку, которая на самом деле является сильным снотворным.

— Запей коньяком, — продолжает хлопотать Костя. Он-то хорошо знает, что медикамент вкупе со спиртным почти мгновенно свалит с ног и слона.

Кононов быстро засыпает. Костя вылезает наружу и сталкивает «Жигули» с обрыва. Место для преступления он выбрал идеально — крутой поворот на высокой горке, видимость встречной машины крайне ограничена, обрыв огорожен многократно помятым заборчиком, малоопытные водители часто попадают тут в аварии.

Автомобиль плюхается на крышу. Естественно, он сильно искорежен. Костя спускается вниз и чиркает спичкой, вспыхивает пламя. Все, Алексей Кононов погиб, Алиса теперь вдова, она никогда не станет искать мужа и…

— Тебе все ясно? — опять вдруг спросил Костин, прервав повествование на середине фразы.

— Да, — мрачно ответила я.

— Совсем?

— Да.

— Совершенно? — с непонятной настойчивостью твердил Вовка.

— Что касаемо ситуации с гибелью Кононова, то да, — кивнула я, — имеются другие неясности, как большие, так и маленькие.

— Какие? — внезапно оживился Вовка.

— Ну, хотя бы с паспортом Кононова.

— А что с ним?

Я снисходительно прищурилась.

— Ты, Вовка, мышей не ловишь! Кононов-то женат на Ирине, на странице должен был стоять штамп! Каким же образом его расписали с Алисой, а? И еще фотография!

Костин покрылся пятнами.

— Знаешь, Лампа, — весьма сердито заявил он, — на предмет мышей я бы на твоем месте помолчал. Сама-то хороша! А со штампом все проще некуда. Думаю, Ведерников намеревался дать взятку в ЗАГСе или вытравить отметку о бракосочетании, но преступнику повезло — ничего подобного не понадобилось. Лет за пять до всех этих событий Алексей потерял паспорт, Ирина еле-еле заставила мужа съездить в райцентр и получить новый.

Для патологически ленивого Алексея это было почти гражданским подвигом. В паспортном столе ему вручили бордовую книжечку и предупредили:

«Теперь ступайте в ЗАГС, и там, на основании предъявленного свидетельства о бракосочетании, вам поставят штамп». Кононов пришел в ужас. Это что ж получается? Надо катить в Прюково за бумагой, потом снова назад в райцентр… Ясное дело, он вернулся домой и плюхнулся на раскладушку, страничка о семейном положении в паспорте осталась чистой, что невероятно порадовало Константина. Что же касаемо фото… Ведерников и Кононов примерно одного возраста, Алексей полный, Костя худой. Ведерников, если бы в ЗАГСе засомневались, мог сказать: «Да я это, похудел только сильно и постарел слегка!» Но ведь в ЗАГСе не особо разглядывают фотографии на паспортах, это же тебе не таможня и не граница. Ну что, все вопросы?

— Нет! Что случилось со мной?

— Нинон ткнула в великого детектива Романову расческой. Знаешь, бывают такие металлические, с длинной ручкой?

— Да, — кивнула я.

— Тебе повезло, — вздохнул Вовка. — Нинон была поражена до глубины души, поняв, кто к ней пришел. Но пока ты пыталась общаться с плоховменяемой хозяйкой квартиры, у которой Нинон, поломойка и одновременно начальник безопасности Саймон, снимала комнату, она мигом сложила кое-какие кубики и поняла: неожиданная гостья опасна, ее следует уничтожить. Всегда появлявшийся лишь в Интернете Саймон вылез в реальной действительности. Скромная, тихая женщина Нинон превратилась в расчетливого начальника ФСБ, услыхав от тебя фразу: «Я хорошая знакомая Модестова». Повторяю, тебе повезло. У Саймона есть опыт убийства, он лично устранял в Гардоре провинившихся граждан, но в реальной жизни Нинон никого не убивала, оружия, естественно, не имела, единственным, что попалось ей под руку — расческой, — и воспользовалась. Сейчас, арестованная, она клянется, будто не желала убивать госпожу Романову, просто хотела незаметно убежать. Но ударила она тебя в левую сторону груди, метила в сердце. Железка пропорола кожу и скользнула по ребрам, ты упала в обморок.

— Было жутко больно, — пожаловалась я. — А что дальше?

— Увидав, что опасная гостья свалилась, Нинон выскочила в прихожую, схватила сумку и убежала из квартиры. Но она ошиблась — вместо своей торбы взяла твою.

— Они у нас одинаковые! — вскинула я голову. — Да, таких в Москве много. Между нами говоря, обидно видеть у других свою сумочку.

Костин потер шею.

— Между прочим, именно ридикюль-близнец помог поймать преступницу и быстро оказать тебе помощь.

— Каким образом?

— Кирюша ждал во дворе и, мечтая поскорей увидеть Великого Али, не сводил глаз с подъезда.

Он устал ждать, поэтому набрал номер твоего сотового. И тут из двери вылетает баба, растрепанная, с сумкой. Кирюша глядит на тетку и слышит, как из ее ридикюля доносится его собственный голос: «Лампа, возьми трубку! Лампудель, немедленно проснись!»

— Да-да, он поставил мне на днях такой идиотский звонок, записав свой голос на диктофон!

Костин кивнул и продолжил:

— Кирюша удивился. Тетка тоже застывает на месте, она смотрит на торбу. Мальчик же мгновенно соображает: случилась беда, ридикюль принадлежит Лампе, из него доносится звонок ее мобильного, у незнакомой бабы подозрительно красное лицо… С воплем: «Помогите, она украла у Лампы сумку!» — Кирюша бросается на Нинон. Та пытается удрать, но подросток цепко держит ее и голосит на всю округу: «Воровка, воровка, воровка…»

Мигом собралась толпа, кто-то вызывал милицию. Люди держали Нинон, а Кирюша ринулся в подъезд и стучал во все квартиры. Так и нашел тебя. Дальше понятно: тебя, обколов лекарствами, увезли в больницу, а Нинон в отделение, куда примчался я, предупрежденный Кирюшей. Ну, собственно говоря, это все. Остальное дело техники.

Вопросы есть?

— Да! — заорала я. — Их куча! Кто такая Нинон?

С какой стати она решила, что я ей угрожаю, а?

Вовка хмыкнул:

— Знаешь, Лампа, у каждого сыщика свой метод. Тот, который избрала ты, в принципе верен.

Ходишь по людям, собираешь информацию, сопоставляешь факты, обнаруживаешь некие нелепицы. У тебя есть определенный талант — например, разговорить человека. Не всякий способен вызвать к себе доверие, а у госпожи Романовой такое получается. Одна беда!

— Какая?

— Ты не умеешь слушать! Я сейчас намеренно опустил часть информации, а ты и ухом не повела.

Ведь спрашивал многократно: есть вопросы? А ты что твердила? Нет! Нет! Нет! Хотя кое-какие нелепицы просто в глаза бросались. Правда, некоторые не приметили не только ты, но и Алиса, и сотрудники ДПС, прибывшие на место той аварии, где сгорел в машине настоящий Кононов. Не понимаешь, о чем веду речь?

— Нет, — сердито ответила я.

Костин тяжело вздохнул.

— Огонь почти уничтожил автомобиль, тело Алексея было настолько обезображено, что его хоронили в закрытом гробу.

— И что?

— А документы Кононова, его паспорт, уцелели. Правда странно?

Я кивнула. Вовка склонил голову набок.

— И это не все. Помнишь, я рассказывал про ремонт, который затеял Алексей-Константин, про поведение Киры? Тебя не удивило, что зять страшно испугался слов тещи: «Он не зря затеял ремонт, ищет что-то». И зачем Костя обустраивал гнездо?

Он-то знал, что не станет долго жить с Алисой, так какого черта тратил деньги, врал про проданную жилплощадь? Ведерников тратил столь любимые им деньги впустую. Почему? А?

Я растерянно пожала плечами.

— Да потому, — снисходительно пояснил Вовка, — что он и впрямь искал нечто. В том числе в доме Алисы. Сначала пересмотрел все вещи женщин, облазил углы, шкафы, антресоли, комоды.

Работа продвигалась не слишком быстро, она заняла много времени, а в конце концов Ведерников сдался и решил затеять ремонт. Он думал, что перед началом тотального обновления квартиры жена вынет тщательно спрятанный документ, но этого не случилось. Костя сломал полы, ободрал стены — ничего! Очевидно, он не сумел скрыть разочарования и этим обратил на себя внимание Киры. Мать Алисы не знала, что ищет зять, но поняла: все-таки он что-то ищет. Убив Киру, Костя, по приказу Валерия Леонидовича, исчез из жизни Алисы. Но он не оставил надежды найти нужное.

Ведерников рассуждал так — в доме бумаги нет.

Где же она? Может, спрятана на кладбище, в Ларюхине, где похоронены родители Алисы? Та ведь часто ездит туда ухаживать за могилой. И Костя нанимает хулиганов, которые инсценируют погром погоста, но все без толку: документов на кладбище нет.

Следующее предположение — бумаги в аптеке, в рабочем столе Алисы. К слову сказать, она никогда не оставляла мужа одного в служебных помещениях, возможности спокойно порыться в офисе супруги у Кости не имелось. Ведерников теперь хорошо знает сотрудниц аптеки, он в курсе, что ночью серьезной охраны нет, и выбирает момент, когда дежурит глухая Леокадия, вскрывает решетку, переворачивает вверх дном кабинет заведующей.

Милиция, вызванная к месту происшествия, полагает, что в аптеку влезли наркоманы, и снова никто — ни сотрудники правоохранительных органов, ни госпожа Романова — не задался вопросом: почему порваны книги? Ладно, стол разломали, потому что думали: там хранятся таблетки. Но зачем разорвали переплеты у справочников? Наркоманы все же не настолько тупы, чтобы подумать, будто заведующая хранит пилюли в книгах. Может, находящиеся в ломке парни от злости поломали и порвали все? Маловероятно, случайные грабители ведь не могли знать, что дежурная аптекарша глуха, словно пень, они бы поостереглись шуметь. Следовательно, искали нечто, способное уместиться между страницами или под переплетом, вероятнее всего, фото или листок бумаги.

Потерпев в очередной раз неудачу, Ведерников не был намерен сдаваться. Алиса после смерти матери и мужа совершенно одинока, она, не без помощи Ведерникова, отдалилась от своей единственной подруги, и Костя решает использовать еще одну возможность: он подсылает к Алисе девочку Люсю, сумевшую соскочить с наркотиков.

Она должна, по его приказу, понравиться заведующей, втереться к той в доверие. Но и этот план терпит крах. Вначале Люся, которой очень нужны деньги, исправно играет роль, однако Алиса начинает относиться к девочке с любовью, и Люся — видимо, от расстройства, от стыда за предательство — снова хватается за шприц и умирает.

Ведерников почти в отчаянии, он потратил на поиски кучу денег, но нужных бумаг так и не нашел, к богатству не подобрался. И пришлось ему заняться привычным делом: в Гардоре вновь появляется Лео, охотник за женщинами. Вот на этом поле игры Ведерников ас, он легко зарабатывает нужные суммы и даже вдет на поводу у своей слабости — покупает себе роскошный «Мерседес», который в конечном итоге стал причиной его гибели.

Кстати, знаешь, как произошла авария? Костя ехал в машине, заткнув уши плеером. Сколько раз служба ГАИ предупреждала водителей: никогда не отвлекайтесь за рулем, не болтайте по телефону, не надевайте наушники с музыкой, ан нет, люди не внемлют предостережениям, мало того, кое-кто ухитряется в момент движения есть, смотреть телевизор и.., читать книги. Так вот Ведерников не услышал сирену спецмашины, не понял, отчего несколько автомобилей шарахнулось вправо. Наоборот, он нажал на газ, и тут его начала обходить легковушка с джипом сопровождения. Внедорожник задел «Мерседес», Костя не справился с управлением и на полном ходу влетел в стену дома. Ведерников погиб на месте, сразу. В это время Алиса, решив купить телевизор, заходит в магазин, видит на экране руку со шрамом… Ну, дальнейшее тебе известно. Теперь ясно?

— Нет!!! Отчего Костя ищет документ дома у Алисы? Впрочем, знаю! Сотрудница, та самая Нинон, дала бумагу заведующей на хранение. Это просто. Но почему Нинон решила убить меня? Чем я ей помешала?

Вовка тяжело вздохнул:

— Когда ты заявилась на квартиру, где Нинон, прикидываясь бедной поломойкой, снимала комнату, и произнесла фразу: «Я Евлампия Романова, подруга Алика Модестова», произошло знаменательное событие. Впервые Нинон в реальной жизни превратилась в беспощадного Саймона. До сих пор она…

— Ты уже говорил об этом! При чем тут я?

Вовка хмыкнул.

— Ваша первая встреча с Алисой произошла в магазине, случайно. Кононова, растерянная, слегка испуганная увиденной катастрофой, хочет узнать правду о человеке, чью руку украшает столь знакомый ей шрам. А тут ты, по счастливой случайности, оказываешься детективом. Алиса верит Лампе, но в тот момент, когда сыщица является к Нинон, да еще говорит о своей связи с Модестовым, скромная поломойка, чуя беду, грозящую Алиленду, превращается в Саймона. Ей приходит в голову простая мысль: Евлампия Романова — шпион, который подбирается к Али, к богу, а встреча в магазине не случайность, она разыграна специально.

— Бред! — завопила я. — Если следовать этой логике, то получается, что я знала о желании Алисы купить телевизор и специально убила в нужный момент Ведерникова, подговорив съемочную бригаду показать репортаж. Кретинство! Идиотство! Эй, эй, постой! Но при чем тут Нинон? Я ее ни разу не видела! Меня нанимала Алиса!

— Дорогая моя, — очень ласково произнес Вовка, — Алиса и Нинон — одно и то же лицо. Даже не так: Алиса, Нинон и Саймон — одно и то же лицо.

Именно Алиса — начальник ФСБ Алиленда. Костя это понял, поэтому и искал коды у супруги дома. Кстати, Алиса умна, бумаги она спрятала гениально. Под видом Нинон Алиса приходила к Алику, который, кстати, всегда считал Саймона мужчиной. Всемогущий начальник службы безопасности не открывался даже богу, но Алиса знала про Модестова все, понимала, что Алик беспечен, и начала опекать его в реале. Бумагу, где написаны коды, свои документы, Алиса боялась держать дома, не прятала их и в съемной квартире, про которую не знал никто, кроме Модестова (Алик считал, что у него в руках телефон и адрес домработницы, но комната и была снята для того, чтобы не давать Модестову подлинные координаты). Кононова понимала, что ей необходимо охранять свое инкогнито, вот она его и берегла. Алиленд для нее — буквально все, даже наладившаяся вроде личная жизнь не вытеснила нереальные приключения. Я сейчас не стану подробно излагать, каким образом Костя понял, кто из аптекарш Нинон. Он жил с Алисой, был внимателен и в конце концов вычислил истину. Алиса же ни в чем не заподозрила мужа, но она тщательно берегла правду даже от супруга. Вот смотри, что получается: Саимон — беспощадный, храбрый, умный, жестокий начальник ФСБ, Нинон — тихая, скромная, малоприметная, Алиса — хороший человек, затюканная родителями дочь, отличный провизор, умелый руководитель аптеки. Одна в трех лицах, она ловко переходила из роли в роль, но каждый раз перевоплощалась полностью. Она никогда не была в Алиленде аптекарем и ни разу — ни разу! — в ней не проснулся в реале Саймон. В Алиленде начальник ФСБ мигом бы понял, что в аптеку влезли не наркоманы, в реальной жизни Алиса растерялась. Пойми, все люди, по большому счету, играют роли: на работе одну, дома другую, с любимым человеком третью… Просто у Алисы были слишком уж полярные маски, и в ней явно есть артистические способности, вкупе с умом и жестокостью.

Да, ее родители сумели подавить волю дочери, но, оказавшись в Алиленде, Алиса выпустила наружу второе, а потом и третье «я». Наверное, я сейчас коряво объясняю суть, какой-нибудь психолог сделал бы это намного лучше. Алиса не допустила никаких сбоев, кроме одного — в реальной жизни она, как Саймон, хранила коды, не доверила их компьютеру, потому что знала: в него можно влезть. Знаешь, где она держала то, ради чего Ведерников пустился на преступления?

— Где? — прошептала я.

— Это была очень женская идея! — улыбнулся Вовка. — Полки в кухне аптеки были застелены бумагой, обычными листами формата А-4, и на той стороне, что была книзу, записаны коды. По-своему гениальное место. Костя, бывая у жены в аптеке, многократно открывал шкафчики, брал пачки с чаем, кофе, печенье. Ему и в голову не могло прийти, что секретная информация лежит буквально на самом виду. Правильно говорят, если хочешь что скрыть, водрузи прямо у всех перед носом, никогда не найдут. Человек настроен искать ценности в потайном месте, на вещицу, небрежно брошенную на тумбочке, он даже не взглянет. Раз валяется открыто, следовательно, ничего не стоит.

Эпилог

Собственно говоря, больше добавить мне нечего. Смерть Константина Олеговича Ведерникова не была криминальной — обычное дорожно-транспортное происшествие, водитель превысил скорость, не справился с управлением и погиб. За убийство Алексея Кононова, организацию отравления Киры и смерть бомжа, принесшего матери Алисы фальшивую водку, Костя осужден не будет. Ему не попасть ни на скамью подсудимых, ни в тюрьму, смерть избавила Ведерникова от ареста, СИЗО, зоны, от моральных и физических страданий. Ему теперь придется предстать перед другим судьей.

Ирине Кононовой всю правду про брата не сообщили. Это неверно, что сотрудники МВД — бездушные люди. Женщине сказали об аварии, но покривили душой и представили дело так, словно Алексей и Костя погибли вместе в Америке, там и похоронены.

Алиса, естественно, узнала истину. Она по-прежнему работает в аптеке, потому что я очень просила не возбуждать против нее дела. Ссадина на боку заросла почти без следа, к тому же Кононова, придя в себя, стала плакать и просить прощения.

— Не понимаю, не понимаю, не понимаю, как это произошло! — твердила она. — Сама не знаю, отчего схватила расческу! Я не хотела никого убивать, я не могу такое сделать! Что со мной случилось?

Раскаянье Алисы было столь велико, что у нее заболело сердце, и Кононову поместили в больницу. Я съездила к ней, мы долго обсуждали ситуацию и расстались по-хорошему. Но, поцеловав друг друга на прощание, мы более не встречаемся.

Модестов по-прежнему владеет Алилендом и Гардором, более того, на днях в Интернете появился еще один город — Орландия, жители которого начали сразу проявлять редкостную агрессивность по отношению к другим аналогичным поселениям.

Встревоженная психическим состоянием Алика, я приволокла к нему врача, но тот лишь развел руками и не нашел у явно ненормального, на мой взгляд, Модестова никаких отклонений.

— Человек просто увлечен своим делом, — забубнил эскулап.

— Но он не выходит на улицу и может начать есть кошачий корм! — возмутилась я.

Доктор вздохнул:

— Это не патология, просто некая личностная особенность.

Я сначала обозлилась на медика, но потом нашла Алику домработницу, тихую, спокойную женщину, которая регулярно ходит за продуктами, готовит боженьке обед и вычесывает Гава. Костин не одобряет моей инициативы.

— Твой Модестов — гадость, — говорит Вов’ ка. — Тоже мне, властелин судеб… Безумная кепка Мономаха…

На Кирюшу все произошедшее произвело невероятное впечатление.

— Я больше ни за что не влезу в виртуальный мир! — заявил подросток. — Ну их к черту! Буду лишь скачивать рефераты и ходить на сайт мопсятников, там выставлены прикольные фото собак.

Кстати, о собаках. Хозяина Кусика нам никак не удалось найти. Мы старались, как могли, поместили объявления в газетах, но люди, звонившие нам, как правило, спрашивали:

— Вы отдаете взрослого стаффа? Бесплатно?

Ясное дело, я отвечала всем:

— Нет.

Стаффорд мил, приветлив, аккуратен, он полюбил домашних, а мы нежно относимся к найденышу. Одна беда — Кусик апатичен, ничто и никто не может вывести его из этого состояния, иногда мне хочется подтолкнуть пса в спину, до того неторопливо-вальяжно он идет на зов.

Вот и сегодня я собралась вывести стаю во двор и принялась звать на разные лады:

— Кусик! Куся! Кусепа! Кусунечка!

Мопсы, Рейчел и Рамик переминались у двери с лапы на лапу, тихо поскуливая, Кусик все не шел.

— Кусьман! — завопила я что есть силы. — А ну, живо! Ты, между прочим, не единственная собака в семье, если Ада или Капа сейчас не выдержат и нальют лужу, сам убирать будешь!

Послышалось тихое пофыркивание, и в прихожую, сохраняя полнейшее спокойствие, выбрался Кусик. На его морде было написано: «В чем дело? Кто-то торопится? Но зачем? Прогулка никуда не убежит. Господа, берегите нервные клетки».

Увидав Кусю, стая взвыла и кинулась к выходу.

Стоит ли говорить, что стафф оказался замыкающим при входе в лифт и при выходе из подъезда?

На улице все собаки рысью побежали к пустырю, Кусик медленно тащился позади меня. Я тяжело вздохнула. С появлением Куси наши обязательные променады превратились в нудную тягомотину. Сейчас Муля, Ада, Феня, Капа, Рейчел и Рамик завершат дела и пойдут в подъезд, а меланхоличный Кусик все еще будет элегически бродить по окрестностям — место для полиса он выбирает с такой тщательностью, словно собирается жить на облюбованном пятачке лет десять, не меньше.

Решив поторопить флегматика, я обернулась, раскрыла рот, чтобы привычно гаркнуть: «Кусундель, включи скорость!» — но подавилась словами.

Чуть поодаль, слева, шла невысокая, хрупкая девушка, одетая в ярко-синюю куртку. Отчего-то незнакомка привлекла внимание Кусика. Стафф сначала замер, подняв правую переднюю лапу, потом взвизгнул и бросился вперед со скоростью пули. Я не успела и моргнуть, как Куся со всего размаха напрыгнул на тоненькую фигурку и повалил ее на землю. Упав, девушка принялась издавать какие-то сдавленные крики.

Пару секунд я стояла, хлопая глазами, потом в два прыжка преодолела расстояние до несчастной и замолотила кулаками по широкой спине стаффа.

Куся замер, я схватила его за ошейник и закричала:

— Девушка, простите: Господи, вы вся измазались! Пойдемте к нам, живу вот в этом подъезде, почищу вашу одежду!

— Роджер! — тоненько вскрикивала незнакомка, не слушая меня. — Роджер! Ты нашелся, милый! Любимый!

Кусик снова бросился на девушку, и тут я поняла, что стафф вовсе не собирается нанести вред прохожей: он лижет ей лицо и руки, а «голубая куртка» обнимает пса за могучую шею.

— Так это ваша собака?! — вылетело из меня.

Через десять минут все встало на свои места.

Олеся, хозяйка нашего найденыша, пошла пару недель назад гулять с Роджером — так на самом деле зовут Кусика. Роджер медлителен и меланхоличен, а Олеся забыла дома сигареты, и, посадив собаку у ларька, она побежала домой за куревом. Бесшабашная хозяйка абсолютно не беспокоилась о четвероногом друге — разве кто осмелится подойти к здоровенному бойцовому псу? Но когда Олеся вернулась, Роджера на месте не оказалось. Главная беда состояла в том, что пес является любимцем мужа, и Олеся страшно боялась гнева супруга. Хорошо хоть все это время супруг находился в командировке.

Олеся очень надеялась, что Роджер найдется, но с каждым днем надежда таяла. И вот сейчас…

— Господи, Петька бы меня убил, — твердила Олеся, целуя Роджера. — Вы, главное, никому не рассказывайте о том, что произошло! Живем-то в соседних домах…

— Извините, — лепетала я, — ей-богу, не нарочно увела его, он меня послушал, съел сырок и…

— Творожный, глазированный?

— Да.

— Господи, да он за него душу продаст! — взвизгнула Олеся. — Мы ему сырки очень редко даем. Ой, а это ваша стаффиха?

Я погладила подбежавшую Рейчел.

— Верно.

— Очень красивая! И какие мопсики…

Олеся принялась ласкать собак. Муля, Ада, Феня, Капа, Рамик и Рейчел, поняв, что перед ними добрая душа, начали обниматься с новой знакомой. Потом мы поболтали еще пять минут, обменялись адресами, телефонами и расстались.

Олеся взяла поводок Роджера, тот начал упираться. Я уцепила Рейчел, но и та сердито заворчала.

— Похоже, им неохота расставаться, — захихикала Олеся и потащила за собой Роджера.

Я с огромным трудом утянула Рейчел и еле-еле впихнула ее в квартиру.

Вечер покатился своим чередом. Завершив домашние дела, я плюхнулась в кресло у телевизора.

Завтра снова на работу. Юра Лисица, расставшись все-таки с визгливой дочуркой слонопотамши, изгнавшей его с дачи, ввязался в новый роман, и никто не будет мешать мне читать в конторе книгу. Впрочем, может, придет и клиент. Всегда следует надеяться на лучшее, жизнь любит сюрпризы и всяческие неожиданности. Вот кто бы мог подумать, что Кусик, то бишь Роджер, столкнется на улице со своей хозяйкой? Интересно, почему он отзывался на данную нами кличку? Милый пес… похоже, Рейчел по нему скучает.., лежит тихая, на спине, раскинув лапы…

На этом плавный ход моих мыслей оборвался.

Действительно, собака развалилась на ковре, воздев вверх четыре лапы, но пониже живо га у нее…

Ой, мама! надеюсь, я не потеряла бумажку с телефоном Олеси!

Слава богу, клочок оказался на месте.

— Олеся! — завопила я, услыхав тихое «алло». — Это Лампа! Как там Кусик, тьфу, Роджер?

— Ничего, лежит у двери.

— Ну-ка, глянь на него.

— А что?

— Пойди, изучи внимательно заднюю часть.

— Bay! — завопила через некоторое время Олеся. — Это…

— Рейчел, — докончила я. — А Роджер у меня.

Мы перепутали собак, спускаюсь вниз.

— Бегу, — засипетила Олеся, — несусь и падаю!

Очень довольная тем, что никто из домашних не стал свидетелем моей новой оплошности, я отвела Кусика-Роджера во двор, получила Рейчел, на всякий случай внимательно оглядела ее и вернулась в квартиру.

Рейчуха не знала, куда деть себя от радости! Наверное, она уже решила, что хозяйка сошла с ума, вот и отдала ее чужому человеку, но потом, слава богу, поправилась и забрала назад.

Я дала стаффордширихе крайне неполезную мармеладку и, погладив ее по спине, попросила:

— Давай никому не скажем ни слова, иначе меня задразнят!

Рейчел повернула голову набок и прищурилась.

— Вот и правильно, — улыбнулась я. — Естественно, нам, женщинам, всегда найдется, что сказать по любому поводу. Но лично я считаю: чаще следует пользоваться ушами, чем языком. И потом… Конечно, молчание не всегда является признаком ума, но оно свидетельствует об отсутствии глупости.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *