Человек-невидимка в стразах

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 27

С момента приезда в Москву Лапиной катастрофически не везло, она не поступила в вуз, быстро истратила данные мамой деньги и осталась без жилья. Сначала Таня решила отправиться домой, в маленький городок Трегубов, но потом представила мамины слезы, торжество бывших одноклассников, фразу, которую непременно отпустит папа: «Говорил же, нечего ездить, только собранные нами на ремонт деньги профукала», – и отправила на малую родину телеграмму самого светлого содержания: «Поступила в институт, дали место в общежитии и стипендию. Пишите на Главпочтамт до востребования».

Отрезав себе пути назад, Таня целую неделю ночевала у девушки Веры, с которой познакомилась в очереди, когда сдавала документы в вуз. Вера была москвичкой, жалела Лапину, кормила-поила ее и не спрашивала: «Ты купила обратный билет в Трегубов?»

Ксения Яковлевна, мать новой знакомой, ни разу не дала Тане понять, что она незваная гостья с хорошим аппетитом. Но через семь дней дама подошла к несостоявшейся студентке и сказала:

– Наверное, ты думаешь о работе? Могу тебе помочь, моя приятельница ищет продавщицу в ларек, мороженым торговать. Соглашайся, пока не поздно, я тебе и с жильем поспособствую, другая моя подруга комнату в коммуналке сдает. Видишь, как здорово все устраивается.

Таня поблагодарила заботливую даму и перебралась на новое место жительства. Лапина понимала: Ксения Яковлевна хотела избавиться от постороннего человека и лишнего рта. Но мать Веры могла просто выставить девушку за дверь, не волнуясь о том, куда та пойдет. Тане повезло встретить порядочную женщину, которая позаботилась о срезавшейся абитуриентке.

Работа в ларьке оказалась нетрудной, Татьяна сидела в будке до поздней ночи. С одной стороны, ей хотелось побольше заработать, с выручки капал процент. С другой, жизнь в коммуналке была совсем не веселой – кроме нее там обитали три семьи алкоголиков. Каждый вечер на кухне начиналось выяснение отношений, вечно толклись странные личности бомжеватого вида, квартира походила на притон. Танечка мечтала оттуда удрать, но за комнатушку хозяйка брала с нее копейки, поэтому приходилось терпеть. Девушка твердо решила обзавестись собственным жильем и откладывала каждый, далеко не лишний рубль. Но, повторяю, придя домой, она всегда оказывалась либо в эпицентре драки, либо в сердце развеселой гулянки.

Тот, кто полагает, что гулянка намного лучше дебоша, никогда не жил бок о бок с любящими погудеть соседями. Поверьте, через неделю вам станет все равно, по какой причине за стеной шумят: матерятся жильцы в момент озлобления или, испытывая ко всему миру нежность, нестройно поют «Постой, паровоз», все равно вы не уснете. Лапина пыталась усовестить алкоголиков, покупала беруши, – но никакого эффекта от этого не было. И Танечка стала оставаться ночевать в палатке, там как раз хватало места, чтобы расстелить на полу матрас.

В тот год выдался очень теплый август, затем наступил не менее погожий сентябрь. Домой Таня забегала, чтобы помыться и переодеться, все остальное время она проводила в торговой точке. Девушка предпочитала не задумываться о том, что будет, когда наступят холода, радовалась каждому ясному денечку и возможности выспаться.

Однажды в конце сентября Танюша, как всегда, торчала за прилавком. В торговле мороженым наступил мертвый час – у детей в школе закончились уроки, малышня уже унеслась домой, кое-кому удалось уговорить сопровождавших взрослых на приобретение эскимо. Следующий наплыв покупателей ожидался после шести, когда народ повалит с работы, и Таня откровенно скучала. Внезапно за ларьком послышался шум и приглушенные голоса, продавщица приоткрыла дверь и увидела двоих школьников, по виду третьеклассников. Дети выглядели странно, мальчика колотила дрожь, девочка тяжело дышала, оба были растрепанными, как будто только что подрались. Не успела Татьяна окликнуть безобразников, как со стороны гаражей выглянула старшеклассница.

– Идите сюда, – свистящим шепотом приказала она.

Девчонка молча ринулась на зов, а мальчик прошептал:

– Меня сейчас стошнит!

Лапина сразу поняла, что дети придумали какое-то безобразие, и хотела крикнуть: «Эй, чем вы там занимаетесь?»

Но тут к ней подошла покупательница и стала выбирать пломбир для дня рождения. Женщина брала много порций и оказалась капризной – требовала, чтобы пачки были не помятыми, с аккуратными обертками. Тане пришлось переворошить весь холодильник. Когда придирчивая покупательница убралась восвояси, Лапина решила посмотреть, что происходит на задворках за будкой. Распахнула дверь и увидела, что там никого нет, зато у бачка валяется портфель, серый, украшенный изображением самолета. Таня открыла замки, нашла внутри учебники за третий класс, дневник с именем «Павел Хитрук» и номером школы на обложке. Решив завтра сбегать в учебное заведение и получить от родителей растеряхи денежное вознаграждение, Лапина спрятала находку под прилавок и продолжила торговлю. Потом она расстелила матрас и улеглась спать.

Ночью Таню разбудили звуки, доносившиеся из-за ларька.

Мало кто знал, что за будкой с мороженым есть небольшой проход к гаражам. О нем были осведомлены лишь местные дети. Просвет был таким узким, что воспользоваться им могли либо малыши, либо очень худые школьники. Но детсадовцы одни не гуляют, а старшие дети бродят компаниями, в которых часто есть толстяки. Потому проходом пользовались крайне редко. Один раз Тане взбрело в голову, что ее киоск как граница, отделяющая один мир от другого. По бокам павильончика стоят очень дорогие ювелирные магазины, перед ним простирается широкий, ярко освещенный по вечерам проспект, а сзади ржавые гаражи да квартал блочных трущоб, где обитают полунищие люди, многим из которых не по карману даже «плодово-ягодное» из Таниного киоска.

Лапина отлично понимала, что ночью нельзя выскакивать из будки с криком: «Кто там шумит?» Продавщица ведь не имеет права ночевать в торговой точке, ее могут оштрафовать за нарушение санитарных норм. Но еще хуже будет, если она нарвется на уголовника, который решил неприметной дорогой проникнуть к гаражам, чтобы спереть инструменты, колеса или угнать машину. Нужно было сидеть на матрасе, не издавая громких звуков, но любопытство оказалось сильнее благоразумия.

Татьяна очень осторожно приотворила дверь и выглянула в щелку. Яркая реклама, горевшая на торце ювелирных бутиков, работала лучше фонаря, свет озарил пространство с баком для мусора. Увиденное зрелище сильно удивило мороженщицу. Около мусорного контейнера стояли двое: мужчина и та самая старшеклассница. Оба держали в руках карманные фонарики.

– Нашла? – тихо спросил дядька.

– Нет, – прошептала девочка. – Но должен быть здесь, он сказал, что бросил его у бачка.

– Тут ничего нет… – бормотал мужик. – Плохо. Ты сама не помнишь?

– Папа, это не я, – всхлипнула школьница, – она виновата.

– Сейчас не до споров, – остановил ее отец, – надо его увезти.

– Ой, нет! – застонала девочка. – Нет!

– Майя, ты хочешь сесть в тюрьму? – сурово осведомился отец. – Хватит одного горя!

– Зачем она их родила! – заплакала дочь.

– Майя, возьми себя в руки, – приказал отец. – Ищи портфель, времени мало, а я пойду займусь телом.

Таня от страха зажмурилась. Когда она открыла глаза, Майя сидела в той же позе, отца не было. Лапину заколотила крупная дрожь.

– Майя, – позвал мужчина, выходя на пятачок из-за гаражей, – отыскала? Хватит рыдать! Александру уже не помочь, надо вас спасать. Где портфель? Его не должны здесь найти! Павел не выходил из школы, ты была около больной мамы – у тебя полнейшее алиби.

– Может, его кто-то украл? – прошептала Майя.

– Молчи! – прикрикнул отец. – И твердо заучи: ты здесь никогда не была, с Павлом не знакома, Александра ни разу в жизни не видела. Вообще-то я сомневаюсь, что кто-нибудь о тебе вспомнит. Павла я в больницу спрячу, шум погашу.

– А Сашка? – пропищала Майя.

– И с ней договоримся, выкрутимся. Доченька, соберись! Вспомни, где портфель!

– Не могу, – зарыдала девочка.

– Тише, – шикнул отец, – вроде нет никого вокруг, ночь стоит, но шум нам не нужен.

И тут Таня высунулась из ларька.

– Простите, вы пытаетесь найти школьную сумку Павла Хитрука?

Лапина закашлялась и схватила бутылку колы из пластиковой подставки около подлокотника.

– Ты бесстрашная авантюристка, – оценила я по достоинству поведение Татьяны. – Услышала слова: «Пойду, займусь телом» – и не побоялась заявить о том, что стала свидетельницей заметания следов преступления.

Лапина вернула почти опустошенную бутылку на место.

– Нет, – не согласилась она, – я умная и сразу сообразила: дядька на киллера не похож.

– Имей преступники на лбу надпись «убийца», жизнь следователей и оперативников стала бы намного проще, – фыркнула я. – Позволь тебя разочаровать: иногда за милой внешностью девочки-белочки скрывается хитрая и жестокая гиена. Ты вела себя глупо и безрассудно.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанское, – бесшабашно откликнулась Таня.

– Ладно, – опомнилась я, – не собираюсь обсуждать твои действия, меня интересуют только факты. Ты спросила про портфель и что?

Лапина довольно ухмыльнулась.

– Они испугались! Девчонка опять у мусорника на землю села, а мужик глаза выпучил, уставился на меня и мычит что-то нечленораздельное. Но он быстро в себя пришел и пообещал: «Подарю тебе квартиру, только молчи», – довольно улыбнулась Татьяна.

– Я бы ему не поверила, – сказала я.

Лапина кивнула:

– И я не дура. Пока бумаги не оформили, я портфель не отдавала, спрятала его в камере хранения. По улице ходила, оглядывалась, боялась, что по башке стукнут. Но Роман оказался честным, не обманул. У него какие-то знакомые были, за пару дней сделку оформили. И теперь я живу на проспекте Мира.

– Значит, Роман, – кивнула я.

– Ага, – подтвердила Татьяна. – У его жены была тетка, она умирала, это ее площадь. Ой, такая загаженная была! Я года два квартиру в порядок приводила. Денег-то больших не имела, заработаю чуток и переклеиваю обои!

– Ты понимаешь, что помогла убийце уйти от ответственности? – не выдержала я.

Лапина посмотрела в зеркальце.

– Я никакого преступления не видела. Роман с девочкой искали портфель, и все!

– Ну да, тебя наградили квартирой за сохранение дневника и учебников, – ехидно заметила я.

– Ага, – закивала Лапина. – Бумаги на жилье законно оформлены. И вообще, кто вы такая? Откуда взялись? Чего я вас испугалась?

– Наверное, совесть нечиста, – вздохнула я. – Если в прошлом есть грязная тайна, постоянно будешь трястись и оглядываться.

Татьяна крепко сжала губы, потом внезапно расслабилась.

– Ничего я вам не рассказывала, вы в моей машине не сидели, мы не встречались. И попробуйте поспорить, мое слово против вашего будет!

Мне стало понятно, что испуг, который испытала Лапина при виде незнакомки, появившейся во дворе, словно призрак из прошлого, прошел.

Большинство людей, столкнувшись с тем, кто знает их секреты, похороненные под спудом лет, ощущают страх, теряются и становятся излишне откровенными. Но постепенно человек успокаивается, трезвеет и предпринимает отчаянные попытки отказаться от невольно вырвавшегося признания. Опытные сотрудники из органов знают: хочешь получить чистосердечное признание, не откладывай допрос в долгий ящик, начинай разговор сразу, пока задержанный не пришел в себя.

– Квартиру вам у меня не отнять, – пыхтела, как рассерженный еж, Лапина, – она оформлена по всем правилам. И чего? Сообщите мужу, что я не москвичка? Ну обманула парня, за это не судят. Мать у него тронутая, хотела только столичную невестку со своей площадью. Но теперь свекровь на меня молится и простит.

Я, забыв попрощаться с ушлой девицей, вылезла из ее симпатичной иномарки и направилась назад, к своему разноцветному чудовищу, вытаскивая по дороге мобильный.

– Шумаков, – усталым голосом ответил Юра.

– Это Виола. Можно попросить тебя о любезности? – спросила я.

– Ну конечно, – с готовностью откликнулся следователь.

– Не проверишь родственников Хитрука? Сыновей у него нет, оба умерли. А дочь, девочка по имени Майя, есть? Вероятно, он развелся с первой женой, и Майя от нее.

– Сейчас попытаюсь, – пообещал Юра.

– Буду тебе очень признательна, – с интонацией главы дипкорпуса ответила я и побежала к «ежику».

Около моей машины неожиданно обнаружился мужчина, на голове у которого сидела шляпа. Черный котелок съехал на затылок и чудом там держался. Я приблизилась к машине и поняла, что мужчина не трезв и что он пытается при помощи брелока открыть мое авто, дверцы которого отпираются просто ключом.

– Отойдите, пожалуйста, – вежливо попросила я пьяного.

– Ехать хочу, – без смущения сообщил набравшийся гражданин.

– Вы стоите около чужой машины, – попыталась объясниться я, – и лучше вам в таком состоянии за руль не садиться, идите домой пешком!

– Это моя тачка, – заявил незнакомец, покачиваясь.

– Нет, моя, – возразила я.

– А вот и моя! – с упорством, достойным лучшего применения, стоял на своем дядя в шляпе. – Ща, откроется, уно моменто… Ну почему не щелкает?

– Потому что вы пытаетесь влезть в чужой автомобиль, – все еще вежливо пояснила я.

– Ни фига подобного! – топнул ногой дядька и громко икнул. – Знаешь, кто я?

Хотелось ответить: «Пьяная чебурашка», но интеллигентного человека от хама отличает неискренность, поэтому я пробормотала:

– Извините, но мы до сегодняшнего дня не встречались.

Мужик рыгнул.

– Тройник!

– Простите? – прищурилась я. – Это фамилия?

– Тройник, – повторил пьянчуга и приосанился. – Нас по головам можно пересчитать! Тройник – редкость! Не фамилия, а просто настоящий тройник. Видела такое хоть раз? Давай знакомиться… э… э…

Алконавт замер с приоткрытым ртом.

– Тройник? – поразилась я. – Пластмассовая штукенция, которую вставляют в розетку для увеличения количества электроприборов на одной точке? У меня на кухне есть такое для телика, зарядки и лампы. И должна сказать, вы абсолютно на него не похожи.

– Поспорь тут еще! – сверкнул глазами выпивоха. – Я тройник! Зовут… э… э… Как меня зовут? Черт, забыл. Усе, отвали! Не мешай, мне ехать пора! Севодни праздник у ребя-я-ят…

Несмотря на нелепость положения, мне стало смешно, и я попыталась помочь нетрезвому поросенку.

– Вы откуда идете?

– Из леса, – неожиданно нормальным голосом сообщил дядя. – Хорошо в лесу, вкусно, грибочки соленые, капустка маринованная, медвежатина жареная.

– Да уж, повезло в волшебном местечке погулять, – захихикала я, – собрал соленые грузди, полакомился белокочанной в уксусе, ба, навстречу только что со сковородки снятый Топтыгин торопится! Замечательный вечер получился! Ладно, заедем с другой стороны. Какая у вас машина?

– Ну, эта… того самая… черная… длинная… на носу… Блин… кто у нее на носу? – мучительно вспоминал любитель прогулок по фантастическому бору.

Я взяла ошалевшего от возлияний типа под локоть и попыталась оттащить в сторону. До какой же степени надо налакаться, чтобы спутать свой автомобиль с «ежиком»? Разноцветный агрегат уникален! Правда, я встречала людей, которые по ошибке пытались на стоянке открыть чужие тачки. А сама я один раз попала в наиглупейшее положение. Как-то в декабре рано утром спустилась во двор, увидела ряды сугробов, в которые превратил машины всю ночь валивший снег, и стала откапывать свою «крошку». Потратив сорок минут на приведение малолитражки в божеский вид, я замерзла, устала и была счастлива, когда отрыла дверцы. Но к моему огромному недоумению, сверкавшая чистотой «букашка» никак не отреагировала на мои манипуляции с брелоком, зато из соседнего сугроба раздалось характерное попискивание. Тут только до меня дошло: я перепутала место парковки и выкопала чужую малютку, похожую на мою и цветом, и маркой! Обратите внимание, я пребывала в кристально трезвом состоянии, я практически не употребляю алкоголь, мне от спиртного делается плохо.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *