Чудеса в кастрюльке

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

Первая книга, которую я увидела на лотке возле своей станции, была «Гнездо бегемота» Арины Виоловой. Трясущимися руками я вытащила кошелек и спросила у продавщицы, огромной тетки, закутанной в куртку, шаль и жилетку:

– Хороший детектив? Покупают?

Баба скользнула по мне равнодушным взглядом.

– Арина Виолова? А хрен ее знает! Столько их развелось, писателей! Вон Маринину берут, Полякову… Из любовных романов Берсеневу читают, хорошо продается. А Виолова эта… Да возьмите, чем вы рискуете?

– Можно мне три книги? Подругам хочу подарить.

– А нет, я только одну получила, зачем рисковать, если автор неизвестный? – пояснила торговка. – Повиснет еще, убыток принесет.

– И что, ее никто с утра не купил? – пробормотала я.

– Только вы заинтересовались, – вздохнула продавщица, – народ избалованный пошел, не то что раньше, подай теперь всем только тех, кого знают. Оно и понятно, книжечки-то не дешевые, цена кусается, неохота людям зря тратиться.

Прижимая к груди «Гнездо бегемота», я ворвалась домой и позвонила Олегу.

– Немедленно приезжай.

– Случилось что? – испугался муж.

– Быстрей, прямо сейчас!

Через сорок минут запыхавшийся Куприн вошел в прихожую.

– Ну, – начал он.

Но я не дала ему закончить фразу, вытянула вперед руку с детективом и торжествующе сказала:

– Вот! Смотри, какая книжечка.

В глазах мужа мелькнул злой огонек. Он явно собирался воскликнуть: «Из-за такой дряни сорвала меня с работы?!» Но тут его взор упал на обложку, и мой майор заорал:

– Вилка! Суперски! Ну, блин! Я – муж писательницы! Офонареть можно! Это надо отметить, немедленно собирайся!

– Куда? – попятилась я. – Зачем? Ночь на дворе!

– Давай, давай, – всовывал меня в куртку Куприн, – в ресторан пойдем!

– Но мы всегда едим дома!

– А сейчас изменим привычке.

– Томочка не сможет пойти…

– Топайте вдвоем, – подала голос подруга, прижимая к себе спящего Никиту.

Олег выволок меня во двор, открыл машину и неожиданно сказал:

– Надо купить тебе шубу из нутрии. Сейчас красивые продают, не черные, а рыжие. У нас Лена из техотдела в такой щеголяет.

Я чуть не съехала под панель от удивления.

– Зачем? Мне и в куртке отлично, не люблю, когда верхняя одежда под ногами путается.

– Ничего, – бормотал супруг, вертя руль, – все ходят, и ты научишься. Теперь начнешь на тусовках появляться, на презентациях, надо иметь приличный вид. Так! Мне дадут премию, попросим в долг у Юрки и Сени, небось и у Ленинида кое-что отложено. Отлично, будет шубка.

Я молча смотрела на дорогу. Тусовки, презентации… Он что, издевается надо мной?

В ресторане Олег заказал бутылку шампанского, я подождала, пока его бокал опустеет, и сказала:

– Теперь нужно быстро писать следующую книгу. Муж воткнул вилку в отбивную.

– За чем же дело стало? Действуй! Нечего ерундой заниматься, хватит за продуктами бегать. Я великолепно могу поесть на работе, в столовой, да и Сеня тоже! Пиши, не отвлекайся. Хочешь, уходи из журнала, будет больше времени.

Я вздохнула:

– Вот придумала кой-чего, но не знаю, как закончить, хочешь расскажу?

– Конечно, – воодушевился Олег.

Я медленно стала пересказывать ему историю с Лялей. Куприн внимательно слушал. Когда я добралась до встречи с Сергеем, мой майор хмыкнул:

– Ну ты даешь! Так накрутила! На мой взгляд, имеется несколько нестыковок, но в целом здорово! Слушай, у тебя талант! Агата Кристи отдыхает. Ну и где же в конце концов оказалась Ляля?

Собрав все мужество в кулак, я заявила:

– Есть одно соображение, но без твоей помощи никак не обойтись, сделай одолжение, пойди мне навстречу.

– При чем тут я? – удивился Олег.

Я глубоко вздохнула, на всякий случай отодвинула от него подальше бутылку, тарелку, бокал и сказала:

– Потому что вся история произошла в действительности с дочерью Аси Бабкиной… Олег посинел:

– Ты опять…

Я быстро схватила его за рукав.

– Милый, помоги! Во-первых, очень жаль Аську, хоть она и дура, а во-вторых, мне надо писать следующий роман, вот он, готовый, осталось уточнить лишь некоторые детали. Такая книга получится! Все придут в восторг! Просто чудеса в решете. Ну, пожалуйста, ты же любишь меня!

Олег мрачно уставился на остатки мяса, потом заказал кофе и сказал:

– Мне бы больше хотелось, чтобы в нашей семье чудеса находились в кастрюльке. Жена, которая сидит дома и готовит ужин, на мой взгляд, лучше супруги, которая сначала, задрав хвост, носится по городу, а потом еще и описывает свои приключения на бумаге. Теперь все сначала, очень медленно, с максимумом подробностей и мелкими деталями, всеми, даже такими, которые показались тебе глупыми и ненужными.

– Я знаю, где девочка, нужно только…

– Хочешь, чтобы я помог? – взвился Олег. – Тогда начинай.

* * *

Прошла неделя. В пятницу вечером Куприн вернулся домой около семи, и мы до полуночи проговорили в спальне. Узнав полностью правду, я долго не могла прийти в себя, потом пробормотала:

– И что теперь? Простить им все?

– Сделаем так, – сказал Куприн, – но только нужно быть осторожной.

На следующий день, около полудня, я позвонила в квартиру Бабкиной. Дверь распахнулась сразу, словно хозяева маялись около нее, поджидая гостей. На пороге стояла Светка, одетая в шубу, в то самое манто из рыжей нутрии, которое присмотрел для меня Олег.

– Надо чего? – рявкнула она, зло сверкнув глазами. – Лучше уходи, сегодня Андрей на работе, можешь по морде получить.

– Ну зачем ты сердишься? – улыбнулась я. – Поговорить надо.

Светка стала снимать шубку.

– В магазин ходила? – продолжала мило улыбаться я. – За продуктами? Чего сама? Вроде ты домработницу имеешь?

– Райка уволилась, – буркнула Света, – другую пока не нашла! Ну, козлы!

– Кто, домработницы?

– Нет, – заорала Светочка, – в домоуправлении тут идиоты сидят, кретины, сволочи! Ну прикинь, позвонили с утра и велели: «Приходите в одиннадцать, срочно!»

Светочка, привыкшая спать до полудня, попробовала было возразить:

– Не могу.

Но с той стороны трубки заявили:

– Нет, немедленно, иначе вам монтер отрубит свет! За неуплату!!!

Пришлось Светке вылезать из-под уютного пухового одеяльца ни свет ни заря, потом искать книжки по оплате за свет и топать в самый дальний конец здания, где находится домоуправление. Дом занимает целый квартал, на улице мороз, ветер, вьюга. Одним словом, Светка спустилась в подвал в состоянии крайней озлобленности и налетела на бухгалтера, толстую тетку с «мелкой химией» на голове.

– С ума посходили? Кто нам свет отключит?

– А вот он, – окрысилась баба, указывая на молодого парня в синем комбинезоне, – надо вовремя платить! Давайте книжку.

В результате томительного разбирательства, длившегося почти час, выяснилось, что Бабкина очень аккуратно рассчитывается за свет и никаких долгов за ней нет.

– Да, – покачала головой бухгалтер, – мы с шестьдесят шестой квартирой перепутали, ступайте домой.

Светка обматерила всех и ушла, злая до крайности. Не успела она войти в Аськину квартиру, как появилась я, и теперь вторая жена Андрюшки просто посинела от негодования. Она была полна решимости вытолкать наглую гостью за дверь и уже приготовилась пнуть меня, но я быстро сказала:

– Я все знаю. Света оторопела:

– Что?

– Все.

– Не понимаю.

Я нагло ухмыльнулась, стащила куртку, шапку и, не снимая сапог, пошла в гостиную.

– Эй, ты, – побежала за мной следом Света, – офигела, да? Чего грязь несешь? Мне мыть придется, сказала же, Райка ушла!

– Ты ее уволила, – усмехнулась я, – говорю же, я знаю все.

– Зачем бы мне от домработницы отказываться? – оторопела Светка.

– Сейчас объясню, – сообщила я и плюхнулась в глубокое кресло, – вот что, приготовь-ка мне чайку, с лимоном, околела вся, пока дошла, мороз шпарит, ну прямо зима, а не конец осени.

– … тебе, а не чай! – взвилась Света. – Пошла вон!

– Ладно, гони пятьдесят тысяч долларов, и разбежимся.

– Чего?

– Ты мне должна пятьдесят штук баксов.

– За что?

– За молчание.

– Какое?

Я посмотрела в забегавшие глазки Светки и медленно сказала:

– У меня к тебе вопрос…

– Ну?

– Андрея вызывать с работы или сначала все же послушаешь меня?

Гадкая баба опустилась на диван:

– Давай неси свой бред.

Я мысленно зааплодировала. Ага, зацепило! Света больше не собирается прогонять меня. Она испугана и готова к разговору.

– Это не бред, дорогуша, а рассказ о любви, вернее, о том, что люди понимают под любовью. Ну, готова?

Света, не мигая, уставилась на меня.

– Тогда слушай, – вздохнула я. – В некотором царстве, в некотором государстве жила-была бедная девочка, прямо-таки нищая, мечтавшая стать богатой. Другая бы упорно училась, пыталась сделать карьеру, добиться успеха самостоятельно, но Светочка оказалась другой. Лет с двенадцати она твердо знала, что надо удачно выйти замуж и все будет в шоколаде. Только где взять жениха? В училище, которое выпускало бухгалтеров, науку грызли одни женщины, да и преподаватели они же. После получения диплома Света очутилась в воинской части. Вроде повезло, холостые парни роятся там стаями, но… они пьют и совершенно не имеют денег. Наша Света не теряется, она не глупа и в конце концов придумывает интересный ход: набирает по знакомым астрономическую в ее понимании сумму в две тысячи долларов и записывается на занятия в самый фешенебельный спортивный клуб «Планета-фитнес». Расчет прост: ну где еще можно подцепить богатенького Буратино? Только там, где стакан сока стоит сто рублей.

Надо отдать должное нашей охотнице, она хорошенькая девочка с красивой фигуркой, и в расставленные сети быстро попадается крупная добыча – Андрей, успевший к тому времени сколотить тугой капитал. Завязывается роман. Кстати, Андрюша совершенно не собирался жениться на вульгарной оча-ровашке, через некоторое время он бы избавился от Светы, но тут в действие вмешивается богиня судьбы, большая озорница, любящая подшутить над людьми. Света беременеет.

Андрей приходит в восторг, ему давно хочется ребенка, но Аська так и не смогла родить, поэтому, даже несмотря на то, что парень понимает: Света не слишком подходящая кандидатура для брака, он ведет ее в ЗАГС. На свет появляется Ниночка, которую Светка упорно зовет Алисой. Как правило, мужчины более чем равнодушны к младенцам, отцовские чувства у них просыпаются позже, когда дети начинают ходить и разговаривать. Но Андрей, забирая в родильном доме маленький сверток, откинул кружевной уголок и почувствовал радостное волнение: девочка была совсем не похожа на Светку, она пошла в его породу.

Началась счастливая жизнь. Внешне все у Андрея и Светы выглядело прекрасно: богатство, любовь, ребенок. Но это был лишь тонкий слой лака, покрывавший изъеденную жуками древесину. Андрей с трудом терпел жену ради дочери, Света не любила богатого мужа. Но она не слишком ласково относилась и к дочери. Всю жизнь женщина мечтала жить в богатстве, проводя время на тусовках и фуршетах. Но теперь, когда у нее имеются деньги, приходится сидеть дома, возле писклявого свертка. Андрей не разрешил нанимать к младенцу няню.

– Подрастет немного, тогда пожалуйста, а сейчас сама заботься, – велел он жене.

Пришлось Свете вскакивать ни свет ни заря и целый день носиться колбасой, потому что Ниночка была крикливой.

Спустя год Андрей понял: он фатально ошибся. Женщина, которая живет рядом, чужая ему, но ведь не сиротить же дочь? Пусть девочка спокойно растет, а там посмотрим.

Бывшая жена Андрея, Аська, тоже рожает ребенка. Ляля появляется на свет чуть ли не в один день с Ниночкой, и Андрей пытается подавить в себе странное ощущение: ему кажется, что Ляля – его ребенок. Он до сих пор нежно относится к Аське и с большим удовольствием развелся бы со Светкой и вновь женился на Бабкиной.

Идет время, девочки растут, они практически не встречаются друг с другом. Андрей недоволен Светой, та не любит мужа. Аська на грани развода с Сергеем… Не понятно, что бы получилось из этой ситуации, но тут в нее вмешивается Ежи Отрепьев.

Здесь придется сделать небольшое отступление. Ежи, как и многие другие участники этой истории, нуждается в деньгах. Он содержит свою жену Полину в Репневе, в платном отделении. Только не подумайте, что врач настолько привязан к супруге. Нет, тут дело в другом. Во-первых, его шантажирует теща, обещающая поднять шум и рассказать о торговле допинговыми препаратами, если ее дочь не будет находиться в хороших условиях, а во-вторых, Ежи хочет подобрать лекарство, которое бы хоть немного купировало болезнь, вот он и использует Полину в качестве лабораторной крысы, пробуя на жене все мыслимые и немыслимые снадобья.

Ежи работает кардиологом, но в свободное от службы время составляет «коктейли» для спортсменов, желающих добиться победы не совсем честным путем. Его имя хорошо известно в определенных кругах, недостатка в клиентах у Отрепьева нет, но ему хочется еще и славы, а на ниве допинга ее не добиться. Поэтому господин Отрепьев и ищет упорно методику борьбы с рассеянным склерозом, именно поэтому и идет на большие расходы по содержанию жены в палате люкс. Ему не нужны свидетели, от некоторых лекарств, принесенных мужем, Полине делается совсем плохо, один раз она чуть не умерла, попробовав очередную «панацею».

Но в Репневе всем кажется, что супруг обожает Полину. Главным врачом там работает простая тетка, бывший районный терапевт, другие медработники тоже не слишком квалифицированы. Словом, лучшее место для опытов, даже если Полина умрет, никто не станет поднимать шума. Несмотря на свидетельство о браке, Ежи не считает себя женатым человеком и ведет свободный образ жизни. Он постоянно меняет любовниц, женщины быстро надоедают ему. Маргарита Федоровна продержалась возле кардиолога почти три месяца, но она не знала, что Ежи одновременно крутил роман с Аськой и Миленой. Потом дамы надоели кардиологу, и он завел связь еще и с тобой, мой котик.

Светка вздрогнула, но промолчала.

– Не знаю, где вы познакомились, – продолжила я, – но встречались на квартире Ежи. Кстати, было глупо приходить туда. Хотя ты надевала рыжий парик и очки.

– Откуда ты знаешь? – буркнула Света.

– Лифтерша сказала, – усмехнулась я, – и уж совсем идиотство было притащить к любовнику ребенка.

Светка пошла красными пятнами:

– Но…

– Ой, пожалуйста, – отмахнулась я, – не начинай врать! Сказала же, я знаю все! Вот только не пойму, почему ты прихватила в тот страшный день с собой Ниночку?

Неожиданно Светка расплакалась:

– Господи, хорошо тебе говорить! Знаешь, какой ужас! Ни за что бы не поволокла ее к Ежи, но в садике карантин объявили, вот и взяла девчонку!

Слова полились из Светки потоком, очевидно, она устала носить в себе жуткую тайну.

– Мы пришли к Ежи, а Нина начала капризничать и плакать…

Мать пыталась успокоить дочь, но та, возбужденная незнакомой обстановкой, все больше орала. Свидание явно срывалось. Света, обозлившись, отшлепала девочку, но та не собиралась замолкать. И тогда Ежи дал ребенку пару таблеток.

– Не волнуйся, – успокоил он Свету, – легкий транквилизатор, вреда не будет!

Нина мигом заснула. Любовник отнес девочку на кухню, положил там на диван, и следующие два часа Ежи и Света провели в свое удовольствие. Представьте теперь их ужас, когда они поняли, что Нина… умерла. Лекарство, данное врачом, убило девочку.

Со Светой приключилась истерика. Конечно, ей было жаль дочь, но больше она испугалась за свою судьбу. А ну как Андрей разведется теперь с ней?

Ежи тоже перепугался почти до обморока. Таблетки-то дал он. Потом, как объяснить Андрею нахождение в его квартире Светы и Нины?

Кардиолог предложил:

– Давай отвезу вас назад, внесу тихонько девочку в квартиру…

– Ага, – заорала Света, – хочешь сухим из воды выйти, все на меня свалить! Сделают вскрытие, найдут остатки лекарства!

– Дура, – вскипел Ежи, – я хотел как лучше, чтобы Андрей ничего не узнал.

– Сволочь, – завопила Света, – посажу тебя! Убил девочку!

Я кивнула. Понятное дело, наоскорбляв друг друга от души, парочка остыла и принялась думать, как поступить. И тут Ежи, большому выдумщику и фантазеру, пришла в голову невероятная идея: надо найти девочку, беленькую, голубоглазую, похожую на умершую, и выдать ее за Нину – Али су.

– Но где взять такую? – вновь впадает в истерику Света.

– Только спокойно, – говорит Ежи, – есть план, езжай домой.

– Что я скажу Андрею? Он может спросить: где Нина?

Кардиолог на секунду задумывается:

– Очень просто. Позвони ему сейчас на работу и сообщи, что у девочки боли в животе и вы едете в больницу. Вечером, когда муж вернется, объяснишь ему: подозрение на аппендицит снято, но ребенка оставили, чтобы понаблюдать за клинической картиной. Обычное дело.

Света отправляется домой. Ежи тем временем развивает бешеную активность. Сначала он летит в морг, где работает его знакомый, готовый за деньги на все. У него кардиолог достает необходимые для заморозки трупа препараты, а главное, покупает пустой бланк справки о смерти с необходимыми печатями. Вернувшись, Ежи обрабатывает тело несчастного ребенка и приступает ко второй части операции. У него на примете есть две дамы с подходящими девочками: Милена и Ася.

Забелина мигом отвергает предложение кардиолога. Она не желает продавать ребенка ни за какие деньги. Тогда Ежи обращается к Аське, он понимает, что та ни за что не отдаст Лялю, и предлагает любовнице «украсть» девочку, чтобы потом долго и счастливо жить вместе.

Наверное, в эти минуты господь отнимает у Бабкиной разум, потому что она соглашается. Ежи ликует. Он договаривается с приятелем-медиком, объясняя парню:

– Будь другом, помоги. У соседей, хороших моих друзей, случилось несчастье, умерла маленькая дочь. Мать никак не может поверить в ее смерть. Очень прошу, когда позвоню тебе, подъезжай и сделай вид, что на «Скорой» работаешь, скажи, что девочка мертва.

– Понимаю, – кивает приятель, – реактивный психоз, только чем мой визит поможет? Ежи вытаскивает сто долларов.

– Психолог посоветовал. Говорит, если мать опять испытает шок, услыхав о смерти ребенка, может прийти в себя. Очень прошу, окажи любезность! Не вызывать же и впрямь «Скорую», труп заморожен, представь, что бригада скажет!

– Без проблем, – соглашается мужчина и прячет в кошелек гонорар.

Дальнейшее представление разыгрывается как по нотам. В дело втягивают Розалию Никитичну, которая обожает Аську и терпеть не может Сергея. В качестве свидетеля смерти Ляли зовут меня и усаживают на кухне. Лялечку, накормленную снотворным, уносят в комнату Розалии Никитичны и прячут у старухи под одеялом, в детскую кроватку Ежи кладет труп Нины. Все проделывается в полной тишине. Кардиолог не пользуется входной дверью, он перелезает через балкон. Потом Аська поднимает шум, появляется якобы доктор «Скорой помощи»… Представление разыграно так натурально, что ни у кого: ни у меня, ни у прибежавшего Сергея – не возникает никаких вопросов. Голову всем задурили капитально. Когда я ухожу домой, а измученный отец девочки, напуганный и усталый, засыпает, Ася и Ежи уносят Лялю в квартиру к кардиологу. Еще совсем не поздно, но Ася мигом убегает к себе, она боится, вдруг Сергей проснется. Ежи звонит Свете:

– Забирай девочку. И слышит в ответ:

– Могу только завтра, после обеда.

– Почему? – изумляется врач.

– Андрей уезжает в командировку, – поясняет Света, – лучше привести ребенка, когда его нет. А то еще девочка скандал поднимет, да и муж, хоть он и видит ребенка редко, может заподозрить неладное. Нет, лучше завтра, пусть думает, что ребенок в больнице.

Ежи теряется:

– Ты же меня так торопила! Но что мне делать с Лялей?

– Подержи ее у себя, – брякает Света, – больше не могу говорить, до завтра, до вечера!

Врач оказывается в почти безвыходном положении. Он сегодня вечером должен ехать к сестре в монастырь, везти той эскиз монограммы для постельного белья. Ежи намеревался переночевать в монастыре, его там ждут. Но главное не это. Ляля просыпается и устраивает скандал. После снотворного ребенок плохо себя чувствует и капризничает. Мужчина боится, что сердитый детский крик долетит до соседней квартиры и Сергей насторожится. И тут ему на ум приходит Маргарита Федоровна.

Отрепьев звонит бывшей любовнице и предлагает ей:

– Хочешь здорового ребенка? Забирай прямо сейчас!

Та соглашается. Ежи привозит ей Лялю и со спокойной душой уезжает к Евдокии. Он знает, что завтра вечером заберет Лялю назад, нанесет травму бывшей любовнице, но ему наплевать на ее чувства, как, впрочем, и на ощущения Аси, которой Ежи собирался сказать:

– Лялю похитили из монастыря.

Отрепьев не боится, что Бабкина поднимет скандал. Для всех ее дочь мертва, выдана справка о смерти. И потом, он полагает, будто Аська испугается Сергея и не захочет шума. Впрочем, до разговора с Бабкиной еще далеко, сейчас же главное, что за Ля-лей приглядят. А в том, что Маргарита не сделает ребенку ничего плохого, врач абсолютно уверен. Поэтому он спокойно отбывает в Тартыкино.

Но тут события начинают разворачиваться не совсем по сценарию. Рита, наивно полагающая, что двухлетние крошки – милые, улыбчивые ангелы, сталкивается с капризной Лялей. Опыта обращения с детьми у нее нет, потом приезжает Игорь Филиппович, разгорается скандал… В результате Ляля оказывается у провизора Зои, а Рита проводит ночь без сна, пытаясь дозвониться Ежи, но тот забыл заправить мобильник, батарейка не работает, и несчастная женщина слышит бесконечно повторяющуюся фразу: «Абонент недоступен».

Днем Ежи приезжает из Тартыкина, звонит Рите, но та уже уехала к Зое, забрала девочку и отправилась к Милене. В доме Забелиной ее и застает звонок Отрепьева.

Маргарита хватает Лялю и несется к больнице, туда же приезжает озлобленный Ежи. Везти девочку к себе Рита не хочет, а Ежи боится приводить Лялю в свою квартиру, поэтому они встречаются в кафе «Блины». Отрепьев, которому успела позвонить крайне удивленная Милена, с одной стороны, доволен.

Рита спокойно вернет девчонку, не надо будет отнимать ребенка со скандалом. Но она уже наделала глупостей, съездила к Забелиной. Чтобы заткнуть Рите рот, Ежи налетает на бывшую любовницу:

– С ума сошла! Зачем ты покатила к Милене?

– Я хотела девочку отдать!

– Это не ее дочь.

– А чья? – теряется Маргарита.

– Я украл для тебя ребенка! Убедил одну женщину в смерти ее дочери, – самозабвенно врет Ежи, – а ты!

– Ужас! – пугается Рита. – Делать-то что?

– Девочку я заберу, – говорит Ежи, – но имей в виду, ты соучастница похищения. Держи язык за зубами, не дай бог, мать узнает, в чем дело.

При всей своей житейской хитрости, Маргарита Федоровна глуповата и труслива. Она пугается до полусмерти и обещает молчать.

Довольный Ежи отдает Лялю Светке, дело можно считать сделанным, но тут вожжи событий окончательно вырываются у него из рук.

Я замолчала, потом внимательно посмотрела на Свету, с удовлетворением отметила, что у той мелко трясутся руки, а над губой появилась капелька пота, и продолжила:

– Ты поступила хитро. Сначала постригла Лялю почти наголо, обезобразила девочку, но одновременно сделала ее почти неузнаваемой. Андрей, видящий дочь очень редко, ничего не подозревает, к тому же он был несколько дней в командировке, а когда возвратился, Ляля уже звала Свету мамой.

Кажется, можно успокоиться, все в полном порядке. Для пущей безопасности Света увольняет домработницу, которая может удивиться, взглянув на девочку. Женщине кажется, что все предусмотрено. Но Аська попадает в больницу, и Андрей настаивает на переезде к своей матери.

Света пугается. Розалия Никитична не Андрей. Она отлично знает Лялечку и мгновенно поймет, что перед ней не Нина. Да и девочка узнает бабушку. Что делать? Не поехать невозможно. Света в панике кидается в детскую больницу и помещает Ляльку в платное отделение на обследование. Сейчас за деньги возможно все. Пусть девочка сдает анализы, а там, глядишь, и Ася вернется.

Но Бабкиной делается все хуже и хуже, Света понимает: ей придется прожить со свекровью довольно долго, а Розалия Никитична ненавидит невестку, более того, она что-то подозревает. На поминках еще до болезни Аси пожилая дама зазвала Свету в ванную и сказала:

– Значит, так. Тихо и спокойно уходишь из нашего дома.

– С какой стати? – возмутилась Света. – Вам моча в голову ударила?

– Смотри, как бы тебе по голове не дало, когда расскажу всем правду, – пригрозила Розалия.

– Вы о чем? – пытается сохранить лицо Светка.

– Сама знаешь, – фыркает свекровь.

Истины сейчас, после кончины Розалии Никитичны, нам не узнать, но думается, пожилая женщина просто догадалась, что Света изменяет Андрею, и решила избавиться от невестки. Скорей всего, бабушка и не предполагала, у кого оказалась та, кого она считала своей любимой внучкой. Но Света решила: старуха непостижимым образом все узнала о подмене. Кое-как справившись с эмоциями, жена Андрея бормочет:

– Хорошо, но я не могу вот так, сразу, дайте мне десять дней.

– Ладно, – соглашается незлобивая Розалия Никитична, – но по истечении этого срока – все!

В безумной тревоге Света лихорадочно пытается сообразить, как поступить. Но в голову ничего не приходит, тогда, поняв, что делать нечего, невестка угощает Розалию творожной запеканкой. Другая бы свекровь насторожилась, получив из рук невестки, которой объявлена непримиримая война, любимое блюдо на ужин. Любая, но только не Розалия. Матери Андрея и в голову не приходит, что Света задумала плохое. Пожилая дама наивно полагает, что «захватчица» осознает неправильность своего поведения и попросту уйдет, сгорая от стыда. Но Света поступает по-другому. Сладкий творожник нафарширован сердечным лекарством, самым элементарным препаратом, который не может нанести вреда больному, если, конечно, не глотать его по двадцать таблеток сразу.

Поняв, что гостья полностью в курсе дела, хозяйка стала приторно любезной.

– Наливай, – разрешила я и стала пересчитывать купюры.

Через секунду перед моим носом оказалась чашка с дымящимся напитком.

– Угощайся, – улыбалась Света, – специально заварила.

Я кивнула и сказала:

– Давайте, пора.

– Это ты мне? – удивилась Света.

– Нет.

– А кому?

– Сейчас увидишь.

Она недоумевающе глянула на меня, и в ту же секунду комната наполнилась мужчинами. Мигом оценив ситуацию, Света кинулась к столику и попыталась сбросить на пол чашку, но была поймана милиционерами.

– Очень глупо, – сказала я, отодвигая подальше «чай», – пробу можно и с ковра взять. Что ты мне подсунула? Чего добавила во вкусный чаек? Средства для борьбы с садовыми грызунами, или решила угостить, как Розалию, ударной дозой медикаментов?

Абсолютно белая, Света забормотала:

– Но… откуда… Как они вошли…

– Экое удивление, – фыркнула я, – они еще слышали весь наш разговор.

– Каким образом?

– Пока ты бегала в домоуправление, тут установили «жучок», оперативная группа сидела в автобусе и записывала все на пленку, – спокойно пояснила я.

Внезапно Света рухнула на колени и заголосила.

– Замолчи, – сурово велел ей Олег, – лучше быстро рассказывай, кого наняла, чтобы убили Ежи, ну, живо!

Противная баба закатила глаза и рухнула в обморок. На этот раз она не притворялась, поняв, что все тайны раскрыты, она и впрямь лишилась чувств.

Естественно, я рассказала обо всем Томочке. Подруга ахала и охала, без конца повторяя:

– Господи, как же она не побоялась, что Андрей узнает Лялю!

Я пожала плечами:

– Знаешь, он очень редко бывает дома, маленькие дети быстро меняются. Вот я, например, достаточно часто сталкивалась с Ваняшей во дворе, а когда он оказался у нас на кухне, не узнала его сначала. Ляля и Нина были очень похожи…

– Так вот почему Ежи сказал Маргарите, будто девочку зовут Алисой! – воскликнула Тамарочка, прижимая к себе Никиту.

Я кивнула:

– Ну да. Во-первых, Ежи не хотел называть ее настоящее имя, а во-вторых, наверное, думал, что девочке следует привыкать откликаться на имя Алиса.

– А кто задавил Маргариту?

– Водителя не нашли, знаешь, к сожалению, это частое явление. Многие наезды так и остаются безнаказанными.

– Это не Светка наняла шофера? Я покачала головой:

– Нет, она вообще ничего не знала о Маргарите. Как ни прискорбно осознавать, но в ее смерти косвенно виновата я.

– Ты?!

– Ну да. Пришла к ней в кабинет и с бухты-барахты ляпнула: «Где девочка?» Маргарита перепугалась, решила, что видит перед собой мать похищенного ребенка. Она в тревоге выскакивает из кабинета, чтобы спрятаться от разъяренной родительницы. Есть только одно место на земле, где ее не станут искать, – квартира Сергея. К тому же она находится в двух шагах от больницы. Маргарита Федоровна, игнорируя подземный переход, сломя голову несется через проезжую часть и не замечает вылетающей из-за поворота машины…

– А Ежи? Он почему повесился? Совесть замучила?

Я мрачно усмехнулась. Томочка, чистое, наивное существо, она будет терзаться от раскаяния, даже если просто подумает плохо о ком-нибудь.

– У некоторых субъектов вообще отсутствует понятие совести. Нет, Ежи убила Света.

– Ужасно! – закричала Томочка. – Сама! Мужчину, которого любила!

– Ну, Света сделала много такого, что не укладывается в голове у нормального человека, – вздохнула я, – похоронила свою дочь под чужим именем и, похоже, совсем не горевала, не дрогнувшей рукой поднесла творожник Розалии Никитичне… И еще собиралась убить Аську, боялась, что Ляля узнает свою мать. Бабкину спас инфаркт. Светка, правда, пыталась проникнуть в больницу, но ее не пустили. Вот она и решила подождать, авось первая жена Андрея сама загнется, а если нет… Но с Ежи ей было не справиться, пришлось нанимать исполнителя. Знаешь, о чем она говорила на допросах с невероятным возмущением?

– Нет.

– О сумме, которую заломил киллер. Света торговалась с ним до последнего, но так и не сбила цену.

– Где же она нашла убийцу?

– В Интернете, на сайте, среди тех, кто ищет работу. Наткнулась на объявление «Устраню любую вашу проблему. Быстро, дорого».

– Кошмар, – прошептала Тамарочка, – так просто! Прямо дрожь берет.

– Ага, – кивнула я, – вот такая сказочка про любовь!

– При чем тут любовь? – изумилась подруга.

– Аська любит Лялю и из-за этого затевает невероятную историю, Сергей вроде тоже обожает дочь и собирается похитить ее, Розалия Никитична желает счастья Аське, Андрей души не чает в Ниночке, и по этой причине Светка похищает Лялю… Но что-то мне подсказывает: их действия не имеют никакого отношения к настоящей любви.

– Вот странно, – пробормотала Тамара.

– Что?

– Помнишь, ты рассказывала, что, когда Ежи был в монастыре, ему звонила Рита и потребовала срочно купить ей игрушки для капризничающего ребенка? Евдокия потом очень удивилась, увидав Маргариту, которая шла на поклон к иконе, которая помогает бесплодным. Она еще сказала тебе: «Похоже, девочка у нее».

– Ну и что?

– Но это было задолго до похищения Ляли! Как же такое могло получиться?

– Евдокия ошиблась, – пояснила я, – Ежи-то не называл любовницу по имени, вот она и решила, что речь идет о Маргарите. Монашке и в голову не могло прийти, что ее братец крутит одновременно со многими, матушка слишком порядочна. Ежи говорил со Светой. Это она, любительница скандалов и истерик, в момент отсутствия Андрея, требовала от кардиолога срочно купить игрушку для Нины.

– Господь сурово наказал ее, – прошептала Томочка, – отнял ребенка.

Я посмотрела на взволнованное лицо подруги. Тамаре всегда всех жаль, а вот мне нет. Светка должна получить по заслугам.

ЭПИЛОГ

Не знаю, какую меру наказания определили бы жене Андрея, но до суда она не дожила. Однажды утром ее нашли на нарах бездыханной. Тюремное начальство сообщило, будто Света покончила с собой, удавилась, сделав веревку из разорванной простыни. Но что-то мешает мне поверить в эту версию. Во-первых, Света была не из тех людей, которые испытывают муки совести, а во-вторых, на зоне и в СИЗО терпеть не могут тех, кто обижает детей. Но что бы ни случилось, Светлана умерла, дело было прекращено в связи с кончиной основной подследственной. Наше государство не осуждает мертвецов, смерть снимает все обвинения.

Аська выздоровела, вышла из больницы и развелась с Сергеем. Тот не стал чинить препятствий и без звука отдал ей Ляльку. Несколько недель тому назад Аська и Андрей опять поженились, но как идет их вторая семейная жизнь, я не знаю. Бабкина усиленно зазывает меня в гости, а я постоянно придумываю причины, чтобы не наносить ей визита. Честно говоря, мне совсем не хочется видеть ту, которую я считала своей самой давней подругой.

Ленинид закончил ремонт, Маринка и баба Клава переехали к себе. Ваняшка получил в подарок железную дорогу. Он стал считать нас родственниками и часто прибегает покушать. Правда, совсем ругаться он не перестал, но мы не оставляем надежды искоренить эту привычку.

Позавчера мы с Олегом поехали в Репнево и узнали о смерти Полины. Мне жаль несчастную, но смерть принесла ей избавление от мучений.

– Тебе не кажется странным платить деньги за чужую бабушку? – спросила я у мужа, когда мы ехали назад.

Куприн тяжело вздохнул:

– Эта бедная никому не нужная старуха Степанида Петровна так боится снова оказаться в муниципальном отделении… Две тысячи – не такая уж страшная сумма, впрочем, ты напишешь новый роман и получишь гонорар, пусть уж бабка последние деньки проведет в нормальных условиях.

Я молча смотрела в окно, Олег повернул направо, притормозил у светофора и сказал:

– Знаешь, какая простая мысль пришла мне в голову? Не надо стараться помочь сразу всему человечеству, достаточно просто посмотреть вокруг и увидеть того, кому плохо. Если каждый из нас пригреет брошенную собаку, утешит обиженного ребенка или поможет одинокому старику, в мире не останется несчастных. Не нужно бросаться спасать голодающих шахтеров Британии, нет, помоги своему ближайшему соседу по подъезду, и на земле будет меньше зла. Разве не так?

Я, ничего не сказав, кивнула.

Что-то моего муженька потянуло на патетические высказывания. Хотя, он прав, следует быть добрее друг к другу…

Я не успела додумать интересную мысль. Из-под ног вырвался сноп искр, раздался громкий звук «бам», и на секунду я словно ослепла и оглохла. Через пару мгновений глаза открылись, и я увидела на тротуаре остатки петарды. В окне второго этажа, в том, которое расположено на лестнице у мусоропровода, мелькнуло чье-то лицо, и раздалось довольное хихиканье. Олег понесся в подъезд, я за ним. Муж оказался намного проворнее. Когда я поднялась по ступенькам, он уже добежал до цели и держал за ухо ревущего Ваньку…

– Дядя Олег, – плакал безобразник, – я не разглядел, что это вы, думал, кто другой. Ой, не надо!

– Очень даже надо, – свирепым голосом ответил Куприн, – за такое следует примерно наказать. А если бы петарда упала нам прямо на голову?

– Так не попала же, – ныл Ваняша, пытаясь выкрутиться из железной хватки майора.

– Отпусти его, – попросила я.

– Ни за что. Вот выдеру, и пускай идет.

– Он больше не будет.

– Вот и хорошо, получит свое и поостережется в следующий раз безобразничать.

– Ты же только говорил, что нам следует быть добрее друг к другу!

Олег, левой рукой держа Ваньку, правой начал расстегивать брючный ремень.

– Ну не до такой же степени проявлять христианское милосердие, – сказал муж, потом глянул на зареванного безобразника и шлепнул его ладонью по попке, обтянутой грязными джинсами.

Ваня заорал так, словно у Олега были не пальцы, а иглы.

– Ладно тебе, – пробурчал Куприн, отпуская «преступника», – смотри, больше так не делай.

– Ага, – всхлипнул Ванька, – ни в жисть не буду.

– Пошли, – сказал мне Олег, – эх, сигарет забыл купить.

Мы вернулись к метро, а когда пришли назад, обнаружили во дворе соседа Николая Сомова, стоявшего с задранной головой.

– Здравствуйте, – вежливо сказала я. Николай сердито ответил:

– Вот гады!

– Кто? – удивился Олег.

– Да пацаны, – пояснил сосед, – шел себе из магазина, а они мне под ноги петарду кинули. Сумку уронил, банки побил. Найду, кто эту забаву придумал, уши оторву.

Олег быстро втолкнул меня в подъезд.

– Это ты виновата!

– Я?! Что же я совершила?

– Не дала наказать Ваньку, и вот результат.

Куприн кипел от гнева, я молчала, понимая полную бесполезность спора с мужем. Ну почему так получается? Что бы ни стряслось, виновата всегда я.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *