Диета для трех поросят

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 21

Галина вскочила, закрыла дверь в кухню, метнулась к буфету и принялась выставлять на стол угощение: коробку шоколадных конфет, зефир, мармелад, банку дорогого растворимого кофе, кекс…

Мой желудок неожиданно заныл, руки сами потянулись к соблазнительно пахнущим сладостям. Не в силах справиться с собой, я схватила шоколадку, запихнула ее в рот и, чуть не застонав от удовольствия, проговорила:

– Хозяйка не похвалит тебя за столь щедро накрытый стол.

Галина беспечно махнула рукой.

– Все равно мне уходить. Олег Михайлович откинул тапки, теперь Катька экономить еще больше станет. Понимаешь?

– Нет, – на всякий случай ответила я и вцепилась зубами в самый большой кусок кекса.

Думаю, диетологи ошибаются. По их убеждению, тазик салата из зелени с огурцами не прибавит вам ни капли жира, а крохотный ломтик булочки вмиг превратит в слонопотама. Врачи ошибаются. Выпечка ерунда, в нее ничего особенного не положено, а вот смесь из овощей живо растянет желудок. Ученым свойственно делать неверные выводы, например, до недавнего времени они считали макароны самой вредной едой, а теперь не моргнув глазом заявляют: «Ешьте спагетти из твердых сортов пшеницы и останетесь тростиночками!» Правда, желая сохранить свой имидж и боясь признать вслух, что ошиблись, люди науки непременно добавляют: «Читайте информацию на пачке, там должно быть указано, что использованы именно твердые сорта. От других вы расползетесь квашней».

Но, на мой взгляд, это жалкие оправдания. Твердые, мягкие… Какая разница? [17] А теперь посмотрим на кексик. Из чего его состряпали? Из муки, как и спагетти. Составляем логическую задачу: кекс сделан из муки, следовательно, от него что? Правильно: тоже не поправишься. Можно спокойно лакомиться выпечкой!

Но я, кажется, отвлеклась.

– Мне деньги нужны позарез, хочется на отдельную квартирку заработать, – призналась Галина, попивая хозяйский кофеек. – Но у меня спонсоров нет, самой вертеться приходится. Мечта всей жизни пристроиться в хороший дом, с проживанием и едой… Но тут постоянный облом! Думаешь, легко в богатый дом попасть?

– Нужно обратиться в агентство, – авторитетно заявила я, – там тебе подберут разные варианты.

Галина горько засмеялась.

– Наивняк! Хорошее место лишь своим достанется, или за взятку, остальных в такую парашу пристроят! Либо хозяйка сука, чуть что не так – орет да руки распускает, либо муж ее под юбку к тебе полезет. А если оба нормальные, в семье бабка найдется или ребеночек избалованный, который будет в тебя из ружья пластиковыми шариками палить. Даже если на первый взгляд дом приличным кажется, спустя месяц ты увидишь: все не так! Я вот вначале думала: спасибо Ирине, с Ефремовыми мне повезло. И чего? Ерунда вышла.

– А кто такая Ирина? – я сделала стойку, услышав знакомое имя.

Галина налила себе еще чашечку кофе.

– Сестра Олега Михайловича, – пояснила она. – Катька ее ненавидит. А Ирина брата обожает. Тут такой клубок! Если тебе интересно, могу рассказать.

– Давай, – кивнула я, стараясь скрыть ликование. Значит, у Олега Михайловича Ефремова есть сестра, которую зовут Ириной!

– Мы с ней в хосписе познакомились, давно дело было, – завела Галина. – Ира соседку ходила навещать. Та одинокая, поэтому в больницу и попала.

Я протянула руку за остатками кекса. А домработница-то явно любит посплетничать! Или решила завоевать расположение старшей горничной из богатого дома рассказом о жизни Ефремовых…

Галя давно мечтала уйти из места, куда людей привозили умирать. Удерживала ее большая зарплата, да еще многие родственники обреченных совали деньги медперсоналу, и на больничной кухне можно было вполне прилично питаться.

17

Увы, желая похудеть, Татьяна постоянно творит глупости, и вес у нее растет. Что же касается макарон из твердых сортов пшеницы, то от них и правда не поправишься, если, конечно, будешь употреблять без масла, соуса, подливки. В небольшом количестве макароны никому не повредят. (Прим. автора.)

Ирина как-то дала Гале деньги и попросила:

– Приглядите за моей знакомой.

– Не волнуйтесь, я ее не оставлю, – заверила Галина и как честный человек сполна отработала гонорар.

Соседка Иры умерла, Галя забыла об отзывчивой женщине, которая не пожалела на неродного человека ни своего времени, ни денег.

Как-то осенью, под проливным дождем, Галя прыгала на остановке у хосписа. Как назло, автобус не спешил, медсестра продрогла. И вдруг около вконец замерзшей женщины притормозила машина. Передняя дверь приоткрылась, знакомый голос спросил:

– Галя?

– Я, – обрадовалась та. – Кто это? До метро подвезете?

– Садись, – радушно предложила водительница.

Галина влезла внутрь и узнала Ирину.

– Все еще в хосписе работаешь? – спросила та.

– Ну да, – вздохнула Галя.

– Хотела же уйти, – напомнила Ира.

– А куда мне податься? – помрачнела медсестра. – В другую клинику? Дадут копеечный оклад, а работа по сути та же.

– Ты совсем измучилась, – с жалостью посмотрела на нее Ирина. – Бледная, худая!

– Устаю очень, и морально тяжело – призналась Галя. – Но деваться некуда.

Некоторое время женщины молчали, потом Ирина сказала:

– У меня есть брат, обеспеченный человек, банкир. Ему требуется домработница. Хочешь, я переговорю с ним?

– К холостому мужчине идти стремно!

– Он женат, – улыбнулась Ирина – Правда, на редкостной стерве, Катерине лишь деньги Олега нужны. Вот Олеся, его предыдущая супруга, другой была, но она умерла.

– И сколько он мне платить будет? – заинтересовалась Галина.

– Умеешь уколы делать? – склонила голову Ира. – Олегу врач инъекции прописал.

– Это же моя работа, – засмеялась Галя. – Внутримышечные инъекции, капельницы, клизмы, катетер… Я все могу…

– Думаю, Олегу нужна именно такая горничная, – оживилась Ира. – Подожди-ка!

Не успела Галя моргнуть, как Ира припарковалась у обочины и вытащила мобильный. Через два часа медсестра встретилась с Ефремовым и решила: вот оно, счастье по лотерейному билету. Богатая квартира, интеллигентные хозяева, к тому же в семье не было детей, только собаки. Ире предстояло жить у Ефремовых постоянно, Катерина панически боялась оставить псов одних.

– У моей знакомой, – пояснила хозяйка, – случился пожар, и в огне погиб ее шпиц. Умоляю, если в нашей квартире замкнет проводку, или в Москве случится землетрясение, нападут террористы… наплюй на деньги, драгоценности и вещи, хватай собак и убегай. Самое важное в доме – четвероногие!

Галина любила животных, поэтому никаких отрицательных эмоций слова Катерины у домработницы не вызвали. Галя сдала свою комнату за небольшую, но вполне приличную сумму двум украинкам, и перебралась к Ефремовым.

Никаких особых происшествий вначале не было, первую зарплату Галине выплатили сполна. Правда, ей сразу стала очевидна жадность хозяев, но, стоя у плиты, всегда можно найти способ наесться. Оставалось лишь радоваться своему удивительному везению и возносить богу молитвы за здравие Ирины. Кстати, сестра не приезжала к брату, она была в ссоре с Катериной. Но и этот факт не смутил Галину, медсестра навидалась в хосписе всякого, слышала проклятия, которые выкрикивали над кроватями умирающих их ближайшие родственники, и уже ничему не удивлялась. Она сообразила: Ира хочет иметь своего человечка в семье брата, надеется получать от Гали информацию о частной жизни Олега.

Но год назад, десятого октября, произошло из ряда вон выходящее событие. Олег Михайлович, исправно выходивший к завтраку ровно в восемь, не появился в столовой. Галина подождала четверть часа и постучалась в спальню хозяина, но тот не отреагировал. Домработница решила, что Ефремов не услышал ни звонка будильника, ни ее деликатного стука, и в конце концов приоткрыла дверь в комнату.

– Олег Ми… – начала она и потеряла дар речи.

Ефремов стоял посреди просторного помещения полностью одетый. Но что за костюм красовался на нем!

Хозяин надел джинсовые шорты, торс облегала белая накрахмаленная рубашка с галстуком, завязанным… «пионерским» узлом. Полосатые гольфы и невесть откуда взявшиеся сапоги-гриндерсы довершали картину.

– Ой! – только и сумела вякнуть Галина.

Ефремов, пытавшийся справиться с пуговицей на манжете, поднял голову.

– Тигровна, – сказал он хриплым голоском, – я не виноват. Она сама ко мне залезла. Почему ты мне не веришь, Тигровна? Я не хотел! Она виновата!

У бедной Галины заледенел язык.

– Олег Михайлович, – с трудом произнесла она, – вы на работу не поедете?

– К папе? – жалобно спросил Ефремов и вдруг опустился на пол.

– Вам плохо? – домработница кинулась к хозяину.

– Никогда, – зашептал он невпопад, – лучше умереть. А! А! А! Тигровна! Нет! Десятое! Нет! Она! Не я! Нет! Не хочу!

И только тут до опытной медсестры дошло: Олегу Михайловичу требуется немедленная помощь психиатра.

Бросив бьющегося в истерическом припадке банкира одного, Галина ринулась в спальню к Екатерине.

– Что случилось? – зевнула хозяйка.

– Он… там… в шортах, – принялась бестолково объяснять Галина.

Екатерина соскочила с кровати и побежала к мужу.

– Господи… – испугалась она, увидав, что Олег без движения лежит на ковре. – Ой, ему плохо!

– После припадка человек спит, – прошептала Галина, которая в хосписе сталкивалась с подобными казусами. – Его нельзя сейчас трогать, надо просто прикрыть одеялом и позвонить врачу.

– Без медиков справимся, – фыркнула Екатерина.

Она кинулась к себе в спальню. Вернулась с пакетом, протянула его Гале.

– Там есть все, и бумажка как колоть.

Медсестра быстро справилась с поручением. Некоторые препараты она знала, другие нет, но никаких особенностей при введении медикаментов не было.

– Теперь сходи в аптеку, – велела Катерина, – и купи лекарства по списку.

Галя посмотрела на бумажку. Аспирин, но-шпа, баралгин, бинт, вата, зеленка и еще целая страница подобных мелочей. Завершала перечень кружка Эсмарха или, по-простому, клизма. Рядом с ней было написано – непременно голубого цвета.

– Не возвращайся, пока все не приобретешь, – велела хозяйка.

Галя вышла за дверь, притормозила и услышала воркование Катерины:

– Милый! Ну почему ты занервничал? Ерунда, скоро мы уедем!

Потом из гостиной донесся скрип половиц, и Галина испуганной мышью метнулась в прихожую.

Олег Михайлович приходил в себя неделю (Катерина позвонила в банк и сообщила о гриппе). Никакой паники болезнь управляющего не вызвала. В конце концов Олег встал на ноги и отправился на службу. Но после странного припадка он стал другим. С лица пропала улыбка, он перестал шутить, старался меньше общаться с женой. На глазах у домработницы супруги не ругалась, но ее стали часто отправлять с идиотскими поручениями, и Галина поняла: хозяева удаляют ее из квартиры, чтобы без посторонних ушей обсудить свои проблемы.

Один раз Галя слишком быстро управилась с поручением и вернулась раньше предполагаемого часа. Домработница открыла своим ключом дверь, поняла, что Олега Михайловича нет, и услышала рыдания из спальни Кати. Галя на цыпочках прокралась в свою комнату, и тут хозяйка истерически завизжала:

– Господи! Убью, сволочь! Ну и жизнь у меня! Убью!

Галине стало не по себе. На секунду даже промелькнула мысль: может, ей следовало остаться в хосписе? Еще наделают Ефремовы глупостей, а милиция затаскает Галю. Кто у царей всегда виноват? Холопы! Богатый человек от закона откупится, а бедный по уши вляпается! Галя уже готова была покидать свои вещи в сумку и заявить хозяйке: «До свидания, более не могу у вас работать». Но она вспомнила о крохотной комнате в коммуналке и жутком запахе в хосписе. Что хорошего ожидает ее в случае отказа от места? В общем, повздыхала-повздыхала она и осталась…

– Вот как у людей бывает! – завершила домработница свое повествование.

– Ничего ужасного я не вижу, – парировала я.

– Да хозяин-то ваще псих стал! – взвилась Галя. – Последние месяцы каждый день скандал закатывал, меня перестал стесняться. На стенку лез! Поговорит по телефону и беленеет!

– По телефону?

– Ну да, – подтвердила Галя. – Я заметила, как на него злоба накатывает. Сидят с Катькой вечером, телик глядят. Любо-дорого посмотреть на парочку. Катерина хоть и вредная со мной была, но с мужем никогда первая ссору не начинала. Наоборот, стелилась перед ним и сюсюкала: «Миленький, хочешь того, этого, пятого, десятого…» Хитрющая! Сама-то не работала, вот и ласкалась к кошельку. Короче, идиллия у экрана. Вдруг у Олега сотовый звонит. Мужик его хвать и говорит: «Да, слушаю! Ага!» И живо уходит. А через четверть часа возвращается… Гасите свечи, играйте туш! Морда красная, с зубов пена капает, и на Катьку: «Ах ты дура, сука, сволочь! Почему не выключила мою трубу? Хороша жена! Заботливая! На работу зовут! Идиотка, кретинка…» Затем ключи от машины хвать – и в гараж.

– На месте Катерины многие заподозрили бы мужа в неверности, – отметила я. – Очень характерное поведение для прелюбодея. Сначала ему звонят, потом он ругается с женой, чтобы получить возможность смыться. Типичная позиция обманщика: ему некомфортно чувствовать себя мерзавцем, вот он и обвиняет супругу.

– Не думаю, – возразила Галина. – Но то, что Олег Михайлович после звонка крышу потерял, – стопроцентно. И деньги они перестали тратить. Катерина постоянно ныла, дескать, у них сейчас трудное время, надо экономить, мне лишнюю чашку кофе не позволяла. Знаешь, я так думаю, Катерина-то рада его смерти. Платок черный нацепила, носом шмыгает, а сама, судя по виду, счастлива. Свобода пришла, и деньги теперь ее, по наследству. Уж больно плохо Ефремовы в последнее время жили! А разводиться ей было не с руки. Куда идти? На какие доходы жить? Катя избалованная, на метро не поедет, на оптушку за продуктами не попрет!

– Ефремов дома скончался?

– Нет.

– В больнице?

– Его отправил в командировку банк. Он так Катьке сказал. И прикинь: ей из ментовки позвонили! Тело нашли в сквере, в спальном районе, хрен знает где, – зачастила Галина. – Труп в морг переправили, при нем все документы. Ну цирк!

– Что забавного ты находишь в кончине Олега Михайловича? – с укоризной спросила я.

– Да не о нем речь, о Катьке! Вот ты как отреагируешь, если узнаешь: супруг того, коньки отбросил?

– Не хочу даже думать об этом!

– Во! А Катерина спокойно выслушала ментов и ответила: «Еду». Я даже не поняла, чего ей сообщили. Хозяйка трубку повесила и говорит: «Погладь мне черный костюм, достань такие же туфли. Олег умер, надо тело опознать». Потом оделась и к двери. В руке носовой платочек! Сама печаль! А в глазах радость, там прямо плакат повис: «Ура, свобода! И деньги мои!» Ладно, темное нацепила, а ведь могла и в любимой одежде пойти. Есть у нее костюмчик: мини-юбка, пиджак в обтяг, пуговицы серебряные (она их чистить заставляет, чтобы блестели), и цвет у костюма розовый. В таком только у дороги мужиков снимать! И ведь может себе хорошие вещи позволить, но жаба душит. Так я подхожу твоей хозяйке?

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *