Диета для трех поросят

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 22

Приди мне в голову мысль нанять помощницу по хозяйству, Галина бы оказалась на последнем месте в списке претенденток. Вы захотите иметь дело с бабой, легко выбалтывающей секреты семьи, в которой ей платят за службу? Домработница должна уметь держать язык за зубами. Но для меня, искавшей Ирину, болтливость Гали оказалась подарком, осталось выяснить самую малость.

– Я не принимаю решений, просто доложу хозяйке о нашей беседе, – сказала я. – У нас в доме последнее слово за ней.

– Ясно, – погрустнела Галина. – Что ж, буду ждать. Ты позвонишь?

– Только в случае положительного решения, – не стала я обнадеживать трещотку. – Если через два дня не проявлюсь, ищи другое место. Кстати! Тебе понадобится рекомендация. Но, думаю, лучше взять ее не у Катерины. Вдруг моя хозяйка тебя не возьмет? Останешься вообще без работы. Ирина может тебе дать характеристику?

– Ну… наверное… – не очень уверенно ответила Галина.

– Тогда замечательно, – стараясь скрыть ликование, сказала я. – Катерина останется в неведении, что ты ищешь новое место, а если к нам тебя не возьмут, службы ты не лишишься. Говори телефон Ирины, а заодно и ее адрес.

– Она живет неподалеку, – мигом попала в расставленный мною капкан сплетница, – в паре кварталов отсюда. А номерок у нее красивый. Небось денег за него заплатила немерено, такой бесплатно не получить…

Выйдя от Галины, я посмотрела на часы. «Завтрак давно прошел, а обед еще не начался». Наверное, медвежонок Винни-Пух мой ближайший родственник. Иначе почему я тоже постоянно хочу есть? И вот странность, если я не сижу на диете, то аппетит не мучает, но стоит задуматься о снижении веса, как голод тут же принимается терзать меня, словно Тузик грелку. А какой лучший способ не поправиться? Есть часто, мелкими порциями. Я же пренебрегла этим – практически не позавтракала, несколько кусочков кекса у Галины не в счет. Сейчас необходимо слопать ну… допустим, яичницу. Или порцию овсянки. Организм должен получать необходимые белки, жиры, углеводы и витамины. Но сначала выпью целлюлозу. Вот черт, я же оставила ее дома! Спокойно, не надо терять самообладание! Прямо по курсу вижу аптеку, целлюлоза стоит копейки, соленый раствор имени… забыла кого, потом вспомню… тоже недорогое удовольствие. Вперед и с песней!

В небольшой, явно новой аптеке не было ни одного покупателя, кроме курносой женщины в круглых очках, делавших ее похожей на сову. Я встала за ней и приуныла. Вот повезло! У «совы» в руках был список длиной с Ленинградское шоссе.

– Анальгин в таблетках, – занудила она.

Провизор молча выложила на прилавок блистер.

– Дайте еще, – потребовала зануда, – хорошо. Теперь валокордин, термопсис от кашля, но-шпа, аспирин, дибазол с папаверином, каффетин, бисакодил, гутталакс, пурген…

– Не так быстро! – взмолилась фармацевт. – Простите, вы уверены, что нуждаетесь в таком количестве слабительных препаратов?

Женщина издала протяжный вздох.

– Это все папа, он всегда следит за аптечкой! Пополняет ее, говорит: «Заболею, тогда некогда будет бежать за лекарствами».

– Это не совсем правильный принцип, – мягко возразила провизор. – Даже аспирин или цитрамон, если глотать их без предписаний доктора, могут нанести вред.

– Да я твержу ему то же самое, – протянула женщина. – Не слушает!

– Пожилые люди – как дети, – улыбнулась аптекарша, – приведите ему весомый аргумент: лекарства имеют срок годности, если вы не употребили таблетки вовремя, они пропадут. В аптеку сбегать недолго, и…

– Сколько можно возиться? – заскрипел от двери недовольный голос. – Лариса, опять языком болтаешь?

– Сейчас, папа, – тихо ответила «сова».

Огромный, прямо-таки шкафообразный дядька, совсем даже не старый, а вполне крепкий мужик со здоровым цветом лица подошел к прилавку и рявкнул:

– Ну сколько можно тут торчать!

– Я скоро, папа.

– Вот ведь копуша!

– Продавщица удивилась, зачем нам столько лекарств, – вздохнула дочь.

– Эти средства в открытой продаже, – возмутился папаша.

Потом он выудил из кармана несколько коробок, вытащил из них пилюли, засунул все вместе в рот и без особых усилий проглотил. Мало кому удается справиться с таблетками без воды, но у дядьки это получилось.

– Что вы делаете! – воскликнула провизор.

– А почему нет? – уставился на нее мужик. – Я свое ем, из дома принесенное.

Лицо фармацевта покрылось красными пятнами.

– Вы одновременно приняли препарат для понижения давления, капсулу от мигрени, анальгин, диуретик и… О, прекратите!

– Да что с вами такое? – поинтересовался дядька и выбросил в корзинку для мусора опустошенную бутылочку, в которой содержался жаропонижающий сироп.

– Кто вам прописал такой набор? – изумилась фармацевт.

– Я сам в аптеке купил, – ответил мужик. – Разве нельзя?

– Можно. Но пить одновременно эти препараты… У вас давление в ноль уйдет, упадете в обморок. Если заболели, лучше дома остаться, лечь в кровать, вызвать врача.

– Толку от них… – протянул мужик. – Сами справимся. И у меня ничего не болит.

– Зачем тогда ваша дочь покупает столько лекарств? – простонала провизор.

– Аптечку чистим. У таблеток срок хранения закончился, – вполне разумно ответил дядька.

– Но вы сейчас глотали капсулы, – напомнила провизор.

– Чем вы думаете, – окрысился посетитель. – Сказал же: у лекарств срок вышел. Хранить их нельзя, а выбросить жалко – деньги потрачены. Значит, их надо съесть.

– Как? – обомлела фармацевт.

– Просто, – пожал плечами покупатель, – ам-ам, и нету. Я уже неделю их глотаю, всего ничего осталось. Ну хватит болтать! Нам еще в бытовую химию забежать надо. У средства для полировки мебели и у спрея от тараканов тоже срок годности вышел. А я строго за этим слежу. Ларка, поторопись!

Завершив свою речь, резвый папаша вытряхнул на ладонь штук десять разноцветных таблеток и одним махом отправил в глотку. Я разинула рот. Может, пойти за этой парочкой в хозяйственный магазин, поглядеть, как бодрячок выпьет там полироль и станет пшикать на себя яд от домашних насекомых?

Провизор трясущимися руками пробила чек, сгребла лекарства в пакетик и протянула его Ларисе.

– Спасибо, – поблагодарила «сова».

– Хватит трендеть! – обозлился папенька и вытолкал дочь на улицу.

Провизор встряхнулась, как собака, попавшая под дождь, увидела меня и заученно осведомилась:

– Чем могу вам помочь?

– Он, похоже, псих! – не выдержала я.

Фармацевт кивнула.

– Явное помешательство.

– Дайте мне целлюлозу, пожалуйста.

Женщина выложила на прилавок упаковку.

– И раствор Паганини, – сказала я.

– Кого?

– Вроде фамилия в названии была Паганини, – уже не так уверенно повторила я.

– Впервые слышу о таком за четверть века работы, – торжественно заявила аптекарша.

– Значит, я перепутала, – приуныла я. – А какие еще бывают растворы?

– Их много, – не захотела мне помочь фармацевт.

Я посмотрела на бейджик, украшавший ее халат, и завела:

– Ольга Ивановна, его пьют. Соленый такой…

Женщина ткнула пальцем в толстый справочник, лежащий у кассы.

– Вот список растворов. Паганини тут нет!

– Фамилия, как у композитора, – напрягла я память.

– Паганини был скрипач, – строго заметила Ольга Ивановна.

– Совершенно из головы вылетело… – расстроилась я. – А врач велел пить раствор непременно.

– От склероза могу посоветовать гомеопатию, – оживилась Ольга Ивановна. – Германия производит хорошие средства…

– Обязательно ими воспользуюсь, но сейчас мне нужен раствор. О! Вспомнила!

– Слушаю!

– На букву «Р». Абсолютно точно! – обрадовалась я. – Рахманинов? Нет, не он… э… Равель? Не похоже. Секундочку… Рокотов?

– Это же художник, – провизор продемонстрировала почти энциклопедические знания.

– Действительно, – расстроилась я. – Такая простая фамилия, самая обычная…

– Может, Рихтер? – вдруг спросила Ольга Ивановна. – Раствор Рихтера, отличное, но, увы, позабытое средство.

– Соленое? – подскочила я.

– Сама я не пробовала, – призналась провизор, – не имею проблем с кишечником. Но, думаю, из-за содержания хлористого натрия вкус его слегка напоминает сильно разбавленный рассол.

– Это он, скорей несите! Лучше не в порошке. – Я обрадовалась и похвасталась: – Я знаю, что такое хлористый натрий – это поваренная соль!

– Никогда не видела препарат Рихтера, так сказать, в сыпучем виде, – занудила фармацевт. – Он разлит в тару из темного стекла… Кстати! Вы что-то говорили про композитора, а Рихтер был гениальный пианист, он не писал музыку.

– Не важно, – отмахнулась я. – Ну, где бутылочка? Вас не смутит, если я приму лекарство прямо в аптеке? Не сочтете меня, как предыдущего покупателя, сумасшедшей? На улице-то неудобно, а мне очень нужно.

– Пожалуйста, – вежливо кивнула Ольга Ивановна.

И я принялась глотать целлюлозу. Фармацевт во все глаза наблюдала за процессом.

– Зачем вы едите добавку в таком количестве? – в конце концов не выдержала она. – Ну и денек сегодня!

Я, успев все проглотить, хотела рассказать о замечательном докторе Радживе, но внезапно поняла: раствор Рихтера и то, что я пила вчера дома, – разные составы. Спору нет, они похожи, солоноватые, но привкус-то иной!

В ту же секунду в моем желудке поднялась буря, я икнула раз, другой, третий… По подбородку что-то потекло.

– Мама… – слабо пискнула Ольга Ивановна и осела на пол.

Я испугалась, сделала шаг в сторону прилавка, наткнулась глазами на большое зеркало и ахнула! Из моего рта лезла синяя пена. Тело сотрясалось в икоте. Чем громче был издаваемый звук, тем больше ярких пузырей я пускала. Но при этом не было вчерашней ужасной тяжести в желудке, сердцебиения, сдавливания. Я могла преспокойно убежать отсюда! Останавливали меня две вещи: люди на улице, которые, заметив меня с синей пеной на губах, скорей всего заорут от ужаса, и провизор, не подававшая признаков жизни.

Я утерлась бумажным носовым платком, подняла доску-загородку и юркнула за прилавок. Аптекарша лежала на спине с закрытыми глазами.

Я попыталась позвать кого-нибудь из сотрудников, но из горла вырвалось бульканье. Очевидно, в моем желудке шла неуправляемая химическая реакция – целлюлоза соединилась с раствором Рихтера и вышло то, что вышло. Интересно, долго я буду походить на главного героя мультика про Симпсонов? Помните, в одной из серий папа Гомер проглотил сдуру кусок мыла, и с ним произошел тот же казус, что и со мной. Но хватит думать о себе! Синяя пена нисколечко мне не мешает, а вот Ольге Ивановне необходима помощь. Я икнула, потрясла несчастную провизоршу, не добилась никакого эффекта, попробовала встать, схватилась за прилавок и уронила какую-то бутылку с прозрачной жидкостью… В воздухе разлился аромат тройного одеколона.

Мысленно ругая себя за неловкость, я схватила упаковку салфеток и принялась вытирать лужу. Тонкая бумага промокала, жидкость оказалась жирной. Похоже, это вообще было масло… И тут я заприметила под прилавком большую красную кнопку. Ага, это явно для вызова других сотрудников из служебного помещения…

Обрадовавшись, я начала нажимать пупочку – раз, другой, третий… пятый… десятый. Но никто не спешил появляться в торговом зале. Похоже, несчастная Ольга Ивановна находилась в аптеке одна. Я вновь стала вытирать пол. Надеюсь, речь ко мне вскоре вернется, и тогда я сумею вызвать для провизора «Скорую помощь».

По ногам потянуло холодом, я вздрогнула и тут же услышала грубый мужской голос:

– Всем лечь на пол! Не шевелиться!

Меня охватил ужас. Господи, на аптеку напали бандиты! Наверное, это наркоманы, которым понадобилась доза. Сейчас отморозки рванут за прилавок – а тут мы с бесчувственной Ольгой Ивановной. Надо срочно спрятаться! Но куда?

Трясясь от страха и стараясь икать не очень громко, я уцепила фармацевта за руки и попыталась утащить ее в служебный коридор. Помнится, недавно по телику показывали фильм, и там главная героиня очутилась в похожей ситуации. Но она весьма быстро разобралась в происходящем и без особого напряжения отволокла в безопасное место – совершенно незаметно для уголовников! – здоровенного мужика. И даже не задохнулась! А мне предстоит спасти всего лишь Ольгу Ивановну, вполне изящную даму.

Но в жизни все оказалось труднее, чем в кино. Тело провизора не сдвинулось даже на сантиметр, а невидимые преступники начали совещаться:

– Тут никого нет.

– Но вызов-то прошел!

– Небось замкнуло провода. Пошли отсюда…

– Юрка, это безответственно.

– Да уж, я не так туп, как ты, Витек, – возражал грубияну вполне приятный баритон. – Где аптекарша? Чего молчит?

– Не знаю.

– Значит, почапали! Говорю же, электричество пошутило.

– Пошутило… – передразнил Витек. – Сто раз провода не замкнет. И слишком тихо тут. Эй, наркоши, бандюганы, суки, ложись на пол! Ща вам мало не покажется, аптечка на пульт подключена!

Тут только я сообразила: красная кнопка – на самом деле вызов вневедомственной охраны. В зале находится милиция!

Обрадовавшись, я выпрямилась.

– Сука! – заорал один из патрульных. – Гля, Витек, баба!

– Они нынче хуже парней, – сквозь зубы процедил его напарник. – А ну, отвечай, че тут делаешь? Куда бабку-аптекаршу засунула? Руки подними!

Я хотела объяснить ситуацию, но изо рта полезла пена.

Юра ойкнул и нырнул за спину Вити. Более храбрый мент прошептал:

– Руки в гору!

Пришлось повиноваться.

– Витька, бежим, это зомби! – завизжал Юра. – Я их в кино видел! Жрет людей живыми! Ногтями брюхо раздирает! О! О! О!

– Брешешь… – неуверенно ответил Витя и попятился к двери.

– Она продавщицу уже схомякала, – еле слышно сказал Юра, – и сейчас…

Тут я оглушительно чихнула – запах пролитой жидкости заполз в ноздри. Клочья синей пены полетели в разные стороны.

– Мама! – взвизгнул Юра и упал в обморок.

– Мама! – повторил Витек и, уронив автомат, выскочил на улицу.

Я растерялась и замерла. Сзади послышался шорох – Ольга Ивановна, держась рукой за голову, медленно села.

– Что случилось? – простонала она.

– Какая-то ерунда, – ответила я и несказанно обрадовалась: пена перестала бить фонтаном изо рта и я обрела дар речи. – Я выпила не тот раствор. Не Рихтер он называется, а как-то по-другому.

– Ваши руки… – дрожащим голосом произнесла Ольга Ивановна. – Они в крови!

– Нет, нет, это я случайно разлила какую-то дрянь, простите за грубое слово, начала ее вытирать, и пальцы покраснели.

– Господи, там кто-то лежит, – ахнула провизор, встав на ноги.

– Это милиционер. Он лишился чувств, приняв меня за зомби. А автомат уронил его коллега, – в полном изнеможении объяснила я. – Понимаете, когда вам стало плохо, я нажала вон ту красную кнопку. Приехал патруль, ну и…

– Почему вы вошли именно в мою аптеку? – горько вздохнула Ольга Ивановна. – Надо было идти через проспект, там работает противная Галина Андреева. Вот ей бы все и досталось!

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *