Диета для трех поросят

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

Сдав Лиду под постоянный присмотр, генерал вдохнул полной грудью. Наконец-то он мог жить спокойно! И довольно длительное время Федора Макаровича никто не беспокоил, старик просто переводил деньги на содержание Лиды (фотосалон, к его радости, процветал). Но несколько месяцев назад случилась беда – позвонил главный врач и сообщил:

– Ваша дочь требует специального лечения. Она любит выпить и, как недавно выяснилось, злоупотребляет медикаментами. Наш пансионат предназначен для людей с другими проблемами, мы не можем более содержать госпожу Фомину.

Представляете, что испытал генерал? Но, как уже неоднократно упоминалось выше, Федор Макарович не привык сдаваться. Он схватил телефонную книжку и, обзвонив кучу старых близких и дальних приятелей, нашел замечательного доктора, супер-пупер психолога, женщину, которая бралась навсегда отбить у Лиды охоту к лекарственным препаратам и алкоголю. Вы можете назвать имя ученой дамы? Правильно – Вера Петровна. Вот только маленькая деталь: когда генерал обратился к психотерапевту, у нее уже имелся клиент, Олег Михайлович. Был снят дом, и душевед обставляла «детскую». Вера Петровна, сообразив, что ей в руки неожиданно упали два заказа, заскрипела зубами. В прежние годы, на пике своей востребованности, она частенько отказывала желающим. Но сейчас-то положение изменилось, за последние двенадцать месяцев к ней никто не обратился. И вдруг сразу два клиента одномоментно. Вера Петровна понимала: генералу следует сообщить, что она не может заняться его дочерью. Но ведь клиент уйдет и не вернется, психотерапевтов развелось, как бродячих кошек, в каждом дворе по три штуки. И Вера Петровна приняла решение – она возьмет двух больных.

Чем дольше Вера думала на эту тему, тем яснее понимала: особых трудностей не предвидится, она справится. Слава богу, снят просторный коттедж, места всем хватит. Кстати, в счет генералу можно поставить арендную плату за особняк. Легко разыграть и совместный спектакль – у Олега Михайловича есть сестра Ирина, следовательно, Лидия будет исполнять ее роль… В общем, необходимо обмозговать все детали, написать сценарий, придумать роль для каждого, и все станцуется. Вера Петровна ощутила прилив вдохновения.

Тут следует отметить, что она любит свою работу, подходит к ней творчески, и хоть и считает себя гениальным создателем уникального метода лечения, всегда открыта для новых идей. Два клиента никогда вместе у нее не сталкивались, но ведь психотерапевты давно работают с группами, так отчего ж ей не попробовать? И Вера Петровна договорилась с Федором Макаровичем.

Лидию привезли первой, поселили в спальне. Вера Петровна тщательно выучила с ней роль Ирины. Затем доставили Олега Михайловича. Вот только дальнейшие события развивались не по плану – бизнесмен умер, и Вера Петровна на короткое время растерялась. Лидия, плохо понимавшая, где она находится, вышла из дома и зашла в аптеку, чтобы купить лекарств. Хорошо хоть ей отпустили одну валерьянку!

– Да уж… – покачала я головой. – Вы поступили безответственно.

Вера Петровна сердито нахмурилась.

– Любой бы на моем месте потерял голову. Мне повезло, что ты вернула Лидию в тот день назад. И откуда только алкоголичка деньги взяла?

– Из моего кошелька, – вздохнула я. – Она просто украла его! Попросила меня газету ей принести, а пока я ходила, деньги в карман Лидочки перетекли.

Вера Петровна пожала плечами.

– Лидия воспользовалась тем, что я растерялась, занялась исключительно Олегом Михайловичем. Если честно, день десятого октября выдался ужасным. Уж извини за откровенность, сначала мне надо было избавиться от тебя! Я постаралась правдоподобно объяснить тебе смерть Олега, надеялась: ты уедешь в Москву и забудешь о случившемся. Ну кому охота стать участницей разбирательства? Милиция, допросы… Да еще уволить могут – начальство не захочет, чтобы название фирмы трепали газеты. Вот я и нашла способ убедить тебя….

– Уже слышала эти аргументы, – перебила я ее.

– Да ты пойми… – плаксиво протянула Вера Петровна. – Мое положение стало катастрофическим! Труп в доме, два клиента вместо одного… Лида, конечно, ничего не понимала в происходящем, но нервозность обстановки почуяла. Вылезла в окно и дала деру. Ты ее вернула, спасибо огромное. Я дала ей транквилизатор, отняла у нее спиртовые настойки и занялась банкиром.

– Минуточку! А как его тело попало в морг? Вроде Олега Михайловича нашли в каком-то парке на скамейке с газетой в руке…

– Труп увезла Катерина. В машине – напомнила психолог. – Ситуация была ужасная… Ну никак нельзя было тогда шум поднимать! Никак! Кончина не криминальная, никаких намеков на уголовщину. И… и…

– Говори! – рявкнула я с такой силой, что сама испугалась.

– Катерина приехала на автомобиле, – зачастила Вера Петровна. – Сейчас темнеет рано, Олег Михайлович щуплый, и хотя было тяжело, мы справились. Посадили его на заднее сиденье, а потом устроили на скамейке в парке… Ну куда можно труп деть, скажи? В квартиру припереть?

– Жесть! – рявкнула я. – Я отказываюсь оправдать ваш, Вера Петровна, поступок, но хоть могу понять его мотивацию: вы испугались, что лишитесь клиентов. Но Катерина! Она-то почему согласилась на это?

– Так ведь она все и придумала! – вдруг заплакала собеседница. – Знаешь, как я устала! С молодых лет сирота, одна кручусь, зарабатываю на жизнь, боюсь нищей старости, а та подступает неотвратимо… Никогда, поверь, я не была участницей столь драматических событий. Да, я поступила некрасиво, хапнула двух клиентов. Но ведь это в первый раз! И что вышло? Один умер, вторая удрала. После того как мы оставили Олега Михайловича в парке, я вернулась, выпила таблетки и упала в кровать. Думала, Лидия спит и будет спать до обеда. Но ошиблась. Сама до полудня продрыхла, встала – а ее нет! Я чуть с ума не сошла, не знала…

– Так где же наркоманка? – прервала я психотерапевта.

– В «Никитском парке», – шмыгнула носом Вера Петровна.

– Как она туда попала?

– Приехала сначала на свою квартиру, ту самую, которую Федор Макарович сдал под фотостудию, – хмуро пояснила психолог. – У наркоманов часто наблюдается симптомы, которые называются «память дороги». Кстати, у некоторых людей с болезнью Альцгеймера тоже. Вроде сознание путанное, а потом человек видит нечто знакомое, и включается автопилот, возникают четкие воспоминания. В такой момент психически ненормальный человек становится вполне вменяемым, звонит по телефону, едет домой. Вот только отправляется он частенько не к последнему месту жительства, а туда, с чем связаны его самые яркие воспоминания. Например, торопится в деревню, в которой ребенком проводил каникулы, или спешит к дому любимой бабушки. Эти случаи описаны в специальной литературе, они не редки, и произошедшее с Лидией один из таких примеров. Она пришла в свою квартиру, стала плакать, администратор салона позвонила хозяину, тот связался с Федором Макаровичем, генерал немедленно примчался и отвез приемную дочь в пансионат.

– Вот черт! – покачала я головой. Ну почему я не расспросила сотрудников фотостудии? Решила, что квартира на первом этаже давно переоборудована под нежилое помещение, и ушла. А ведь легко было сообразить: если Лидия Фомина до сих пор прописана по этому адресу, значит, хозяин студии не купил квартиру, а взял в аренду. Я безуспешно искала Лидию, а больная была благополучно доставлена в «Никитский парк». – Значит, генерал сумел-таки уломать руководство пансионата, уговорил еще немного подержать под присмотром бывшую уголовницу?

– Да, – кивнула Вера Петровна, – с ней все отлично.

– А с кем плохо? – насторожилась я.

– Со мной! – снова зарыдала психотерапевт. – Пришлось вернуть генералу деньги. Я опять без клиентов. Ну за что мне такая беда? Почему не везет, а? Чем я провинилась? За какие грехи меня Господь наказывает?

– Может, за деда Пихто? – безжалостно спросила я. – Впрочем, это не мое дело. Да, кстати! А почему вы оформили мобильный номер на имя Бориса Гурьевича? С домом понятно, из-за налоговой инспекции.

– Верно! – еще громче заголосила собеседница. – У меня случайно его паспорт оказался, уж и не помню каким образом. Разбирала бумаги в своем кабинете, смотрю – лежит. Вот тут меня и осенило: какой спрос со старика? Придут, а он уже умер. И телефончик на Бориса Гурьевича взяла – дала девчонке в офисе денег, та и постаралась. Получилось удобно: если вдруг какая неприятность с деньгами, клиент, допустим, настучит, то меня и по мобиле нельзя найти. Просто «убью» номер и все!

– Еще вопрос. Вы в «Приколе» сказали, что я очень похожа на Тигровну, нет лишь родимого пятна. Но ведь вы никогда не встречались с гувернанткой.

– Катя показала фото, – объяснила Вера Петровна. – Велела смотреть внимательно, правда ли та прохожая, Татьяна Сергеева, одно лицо с Тигровной. И я хорошо все разглядела.

Выйдя от Веры на улицу, я села в маршрутку и поехала к метро. В голове роились разные мысли. Я была слегка озадачена некоторыми замеченными нестыковками.

Если попытаться сложить всю имеющуюся у меня информацию, то получается, что Катерина убила своего мужа – задумала преступление и осуществила его. У жены был мотив: муж становился все более неадекватным, жадным и малообщительным. Подавать на развод Катерина не хотела (ей тогда пришлось бы уйти нищей, все имущество было нажито Ефремовым до брака с ней), вот она и придумала выход: наняла Веру Петровну, не пожалев денег. Потом, когда инсценировка началась, приехала в «Изумрудный», якобы желая проверить, правильно ли оборудована комната, незаметно поставила в шкаф пузырек с лекарством – знала же, что в момент стресса муж кинется пить успокоительное. Типичное убийство, замаскированное под несчастный случай.

Но концы не стыкуются. Лично у меня возникла куча вопросов. Масса! И куда идти? В милицию? Право, смешно. Оставить все как есть? Пусть убийца гуляет на свободе?

Меня бросило в жар, спина вспотела и тут же высохла, по телу прошел озноб. Чтобы немного отвлечься, я стала рассматривать газету, которую читала пассажирка-соседка, хотя мне самой очень не нравится, когда кто-нибудь запускает нос в мою книгу или журнал. Тетка увлеклась «Желтухой», в которой через всю полосу бежала черная «шапка»: «Один из руководителей банка убит своей женой. Екатерина Ефремова покончила с собой».

– А ну дайте! – закричала я и выхватила у растерявшейся дамы издание.

Глаза побежали по строчкам.

«Тело Олега Ефремова, управляющего „Золбизбанка“ было обнаружено в парке в понедельник. На первый взгляд смерть высокопоставленного финансиста являлась естественной, похоже, его сразил сердечный приступ. В пользу такого предположения говорил и пузырек, найденный в кармане умершего, – он содержал следы сильнодействующего препарата, который принимают люди с больным сердцем. Но вскрытие показало наличие в крови Ефремова огромного количества лекарства. Возник вопрос: управляющий, когда почувствовал себя плохо, ошибся, выпив слишком большую дозу лекарства, или кто-то ему в этом помог? Официальные лица хотели побеседовать со вдовой Ефремова. Но пообщаться с ней не успели – сегодня ночью она покончила с собой, оставив подробный рассказ об убийстве мужа. Наши корреспонденты сумели раздобыть всю необходимую информацию. Читайте в завтрашнем номере „Желтухи“ правду о смерти Олега Ефремова».

– С ума сошла? – ожила соседка. – Верни газету!

Я молча вернула бульварный листок и вытащила мобильный.

– Метро, приехали, – объявил шофер.

Пассажиры начали выскакивать из микроавтобуса, я вылезла последней, тихо злясь на Коробкова. Ну почему он не отвечает?

Когда раздражение достигло высшей точки, в мобильнике послышался громкий щелчок, затем прорезалось кокетливое:

– Хэллоу!

– Позовите Дмитрия, – удивленно попросила я.

Хотя, если поразмыслить, ничего странного не произошло, у Коробкова, вероятно, имеется жена.

– Слушаю, мой пончик, – донеслось из трубки. – Танюсенька-лапусенька, твой личный джинн уже прилетел. Задавай вопросик!

– Ну ты и дурак! – не выдержала я. – Шутник фигов.

– Лучше смеяться, чем плакать, – парировал парень. – Ну, излагай проблему.

– Мне неудобно снова тебя беспокоить!

– Для вас, мадам, я готов в любое время дня и ночи отправиться пешком в Китай.

– Можешь раздобыть сведения о некоторых людях?

– Копаться в чужом белье любимое хобби Димы. Имена! Фамилии! Пароли и явки! Цвет кожи! Называй!

– Олег Михайлович Ефремов, управляющий «Золбизбанка», мы с тобой уже о нем говорили.

– Помню.

– Необходима вся информация о его женах, а их было много. Еще интересует его сестра, Ирина. Но самое главное – семейная история. Мать Олега, Алевтина Марковна, скульптор, была шизофреничкой, она убила некую Натэллу Тиграновну…

– Не части, – остановил меня Коробков, – докладывай с чувством, с толком, с расстановкой, декламируй с выражением, мальчик не гений, он пишет медленно.

– Какой мальчик?

– Я, – захихикал Дмитрий, – девочкой меня никак нельзя назвать.

Я промолчала. Похоже, я начинаю привыкать к манере Коробкова разговаривать. Главное, что, постоянно юродствуя, парень хорошо работает.

– Мне нужно время, – вдруг серьезно заявил мой помощник, узнав от меня подробности. – Ступай домой и жди звонка.

– Йес, босс! – вырвалось у меня, и я моментально обозлилась.

Ну вот, заразилась от шута. Интересно, сколько Диме лет? Судя по ловкости, с которой он управляется с компьютером, и по его идиотским шуточкам, хакер вряд ли вышел из подросткового возраста.

– Молодца! – похвалил меня между тем Коробков. – Научилась правильно говорить, а то гундосила в трубу занудой…

Едва я открыла дверь, как унюхала запах знакомого одеколона.

– Гри! – обрадовалась я. – Ты здесь!

Но в квартире оказалось пусто. Никаких следов пребывания супруга, лишь запах его любимой парфюмерии. Я села на диван. Значит, Гри в Москве. Он тайком приходил домой и действовал осторожно, не хотел, чтобы я догадалась о визите мужа. Вот только не подумал об аромате.

Я подошла к холодильнику, распахнула дверку и увидела пирожное. На секунду удивилась: когда я купила сладкое? Вчера? Точно! Ну надо же, я так измоталась, что стала забывать самые простые вещи. Наверное, не надо лакомиться сладким, я ведь сижу на диете, но руки сами вытащили тарелочку. От маленького бисквита со свежим кремом я не поправлюсь! Съем четверть пирожного, не все сразу.

Но, начав есть, трудно остановиться. Я, конечно, слопала все. Потом легла на диван, поджала ноги, укрылась пледом и неожиданно заснула…

Будильник зудел осенней мухой. Я села и громко сказала:

– Гри! Пора вставать!

В ту же секунду моя рука наткнулась на стеклянный столик, и я сориентировалась во времени и пространстве. Сейчас вечер, за окном темно, я не в спальне, а в большой комнате на софе, и противный звук издает телефон, надо взять трубку.

– Я подумал, ты умерла! – заорал Коробков. – Почти час пытаюсь дозвониться! Тебе нужна инфа? Или ты шутковала?

– Извини, – пробормотала я, – совершенно неожиданно заснула. Никогда со мной такого не случалось.

– Старость – не радость, все когда-нибудь случается впервые, – не упустил возможности позубоскалить Коробков. – Сначала засыпаешь днем, затем уши откажут, глаза, ноги, руки…

– Давай займемся делом!

– Вот теперь ты проснулась, – радостно уточнил Дима. – Докладаю, генералиссимус!

Наша беседа длилась долго. Вернее, это был монолог Коробкова. Он перестал дурачиться и сообщал сведения, кратко и последовательно. Пожалуй, я ошиблась насчет возраста компьютерного гения, наверное, ему около тридцати, а за плечами у него армия, потому что только прошедший воинскую службу человек способен на столь четкий доклад.

– И что теперь делать будешь? – спросил Дима, завершив официальную часть.

– Навещу Ирину, – ответила я.

– Уже поздно! – предостерег хакер.

– Очень хорошо. Значит, она дома у телевизора и абсолютно не ожидает гостей.

– Кто бы сомневался! Самое удачное время для беседы. Мы так думаем, – неожиданно буркнул Коробков и вдруг ойкнул.

– Ты о чем? – удивилась я.

– Я не сомневался, что эта байда упадет, – объяснил Дима. – Извини, отвлекся. Мне на ногу железка хренакнулась. Сумку не забудь!

– Какую?

– Свою собственную, – захихикал Дима. – Черную, красивую, на ремешке!

Еще вчера я бы поразилась словам Коробкова, но сегодня спокойно отнеслась к пассажу про сумку. Он хочет произвести впечатление человека, который умеет взглядом проникать сквозь стены. Но парень всего лишь прикалывается, разводит меня, ждет, что я запричитаю: «Ой, ой, откуда ты знаешь про мою черную сумочку на ремешке?» Но я не стану радовать хакера. У каждой женщины непременно найдется подобный аксессуар. Вот скажи Дима про сине-бело-красную торбу, тут можно было бы и изумиться.

– Ты прав, – спокойно ответила я, – именно ее я и прихвачу.

– Молодца! – одобрил Коробков. – Кстати, будь осторожна, не лезь на рожон. Похоже, тетенька, которую ты намерилась посетить, не слишком милая особа.

– Я лишь хочу задать ей пару вопросов. Узнаю ответ и уйду, – пообещала я.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *