Добрый доктор Айбандит

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 6

Я взяла удостоверение, которое Макс положил на стол, раскрыла его, увидела внутри свою фотографию (крайне дурацкую, замечу) и прочитала вслух:

«Романова Евлампия Андреевна. Специальный корреспондент БТВ-продакшн». Это что?

– Зрители считают, что программы, которые демонстрирует телевидение, придумываются людьми с разных каналов. Ну, идет, допустим, шоу Алексея Балахова по «Колокол-TV», так его сам Балахов и скреативил. На самом же деле проекты типа передачи «Поболтаем» делают разные фирмы, а потом продают телеканалам. БТВ специализируется на документальном кино о богатых и знаменитых. Фильмы создаются по давно отработанной схеме: съемочная группа несколько дней находится рядом с героем, операторы бегают за ним с камерами, а корреспондент задает ему, членам его семьи, коллегам, приятелям массу вопросов, чтобы зритель получше понял, каким прекрасным человеком является звезда. Ясное дело, во время интервью всплывает и негативная информация из биографии селебрити, но БТВ-продакшн не нужны жареные факты, их цель – создать портрет в розовых тонах и покрыть его сахарной глазурью. Генеральный продюсер этой фирмы Зинаида Еремеева кое-чем мне обязана, я ей позвонил и был ошеломлен. Нам повезло! БТВ как раз начинает работу над лентой о Волковых. И ты, Лампа, будешь тем самым корреспондентом, который берет интервью. На мой взгляд, прекрасная роль для человека, желающего изучить изнутри ситуацию и в клинике, и в семье. Никто не насторожится, если журналистка начнет сыпать вопросами, ведь это входит в ее профессиональные обязанности. Тебя везде проведут и все покажут.

– Сомнительно, что представительнице телевидения сообщат правду, – пробормотала я. – Истину причешут и нарядят в роскошное платье, которое закамуфлирует некрасивые места.

– Но ты, Лампа, человек редкого таланта, – без тени усмешки произнес Макс, – отличный профессионал и умница, к тому же обладаешь недюжинными актерскими способностями. Среди моих штатных сотрудников нет дураков или тех, кто плохо работает, но до тебя им всем как до солнца.

– Я будто на собственных похоронах, – поежилась я. – Пожалуйста, перестань мне льстить. Я не отказываюсь участвовать в этой затее, просто выражаю разумные сомнения. Вдруг не выясню ничего этакого?

– Обязательно из шкафа вывалится хоть одна косточка от скелета, – пообещал Макс.

Когда Андрей ушел, я моментально спросила у мужа:

– Почему ты решил привлечь меня к этому делу? Судя по заготовленному документу, идея сделать из супруги тележурналистку пришла тебе на ум не час назад.

– Нет, вчера, – серьезно ответил Макс. – Помнишь, я сказал, что мне надо кое с кем у метро встретиться? Как раз ходил забрать «корочки». А насчет того, по какой причине обратился к тебе за помощью… У меня в агентстве форс-мажор: Лена Майорова сломала ногу, Ника Малышева, как ты знаешь, недавно ушла в декрет. Ольга Теленкова весьма удачно выскочила замуж за обеспеченного парня и сейчас нежится где-то на пляже в Майами или загорает у бассейна возле собственного особняка. Ну и кто у меня из женщин остался?

– Алиса Лаврентьева и Галя Лобанова, – подсказала я. – Плюс две новенькие девочки, имен которых я пока не запомнила.

– Алиса с Галкой заняты другой задачей, – пояснил муж, – а стажеркам я не могу поручить такое серьезное дело, к ним надо еще приглядеться. Одним словом, без тебя никак не обойтись. Мне известно, что ты не хочешь работать вместе со мной, полагаешь, это навредит нашим отношениям. Но, пожалуйста, выручи! Очень прошу!

– Ладно, – кивнула я, – согласна поучаствовать. И все же должна заметить: странно, знаешь ли, подбрасывать в фарш собачью медаль и ждать потом от меня помощи!

– Ты же очень умная, – подольстился Макс, – никогда не станешь злиться из-за веселого розыгрыша. Моя жена лучше всех!

Я усмехнулась. Понятно, почему он нахваливает меня, но все равно приятно.

На следующее утро я познакомилась с членами съемочной группы и по дороге в дом Волкова исподтишка разглядывала своих новых коллег. Их оказалось пятеро. Режиссер Галина Мамонтова, грузная женщина со вздыбленными кудрявыми волосами и макияжем под названием «боевой раскрас индейского вождя», была настроена довольно агрессивно.

– Не знаю, откуда ты взялась на мою голову, – заявила она, увидев меня в офисе, – но хорошенько запомни: главная тут я! Работаешь по списку полученных вопросов. Ни малейшей отсебятины. Начнешь выжучиваться, пойду к генеральному продюсеру, и тебя вмиг выпрут. Я еще Ленина снимала! Интервью у него брала! Представляешь, сколько лет я отдала профессии?

Я опешила. Если память мне не изменяет, главный коммунист умер в тысяча девятьсот двадцать четвертом году!

– Ну, что? – с вызовом продолжила Галина. – Чего моргаешь?

– Простите, – сказала я, – вы прекрасно выглядите.

– Не подхалимничай! – гаркнула режиссер. – Ненавижу подлиз. Наберут новеньких, а я отдувайся… Держи сценарий.

Я взяла клочок бумаги и собралась изучать напечатанный текст, но меня заключил в объятия толстый, смахивающий на сказочного Колобка мужчина. Сходство с известным хлебобулочным изделием ему придавала не только совершенно круглая фигура, но и абсолютно лысая, словно отполированная и натертая воском голова.

– Отличная новость! – закричал «колобок». – Рад тебя видеть! Конечно, я помню твоего отца. Старик Романов – легенда. Титан. Атлант. Кентавр. Ох, забыл представиться: Леня Буйков, сценарист. А ты Евразия?

– Евлампия, – поправила я. – Лучше просто Лампа.

– Ну, прости, я не со зла ошибся, – расцвел в еще более лучезарной улыбке он. – Евлампия, надо же… Ну да все в курсе, что старик Романов был чудик. Ой, прости, не хотел обидеть твоего отца.

Я изумилась.

– Вы встречались с моим отцом?

– Кто не знает старика Романова? – взвизгнул Леня. – Великий человек! Вот тебе вопросы, работаешь по ним…

Я машинально взяла второй листок, но снова не смогла сосредоточиться, отвлеклась на собственные мысли.

Похоже, и Галина и Леонид слегка, как бы поделикатнее выразиться, странные люди. Почему Буйков постоянно говорит про старика Романова? Мой отец, доктор наук и генерал, работал на оборону, не имел ни малейшего отношения ни к телевидению, ни к литературе. И он давно скончался. Буйкову же явно и пятидесяти нет, хотя выглядит он старше из-за полноты. Если Леонид сталкивался с моим отцом, то разве что в юности. Неужели сценарист так впечатлился той встречей, что по сию пору помнит о ней? Согласитесь, это необычно.

И вообще, фраза про старика Романова напоминала мне анекдот советских лет о том, как Надежда Крупская, вдова Владимира Ленина, пришла на прием к Генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Брежневу и попросила у него новую квартиру. Хозяин СССР тут же решил проблему, вдова растрогалась, поблагодарила Леонида Ильича и, уходя, воскликнула: «Как приятно, что вы помните моего великого мужа!» «Ну, конечно, – кивнул Брежнев, – кто же не знает старика Крупского».

– Евдрапия, ты меня слушаешь? – взвизгнул Леня.

Я моргнула.

– Зовите меня Лампа. Очень внимательно внемлю.

– Молодец, Ефатия, – похвалил меня Буйков. – Запомни: тут главный я, я, я, и более никто. Задавай мои вопросы, и ничьи другие.

Я показала ему памятку, полученную от Галины.

– Но Мамонтова…

Договорить я не успела, сценарист закатил глаза.

– Евпатория, умоляю! Галина – женщина, у которой бобры сгрызли мозг. Как она может составить план интервью? И вообще, это обязанность сценариста. Ее дело заниматься постановкой, а не работать над текстом. Ясно? По словам главный я. То есть я вообще, в принципе, главный, но по тексту наиглавнейший. Выше Буйкова только кто? – Леня показал пальцем на потолок. – Инфантия, отвечай! Кто в нашей стране главный?

– Президент? – предположила я.

– Правильно, – одобрил «колобок». – Так вот, замечания мне имеет право делать исключительно Теодор Генрихович.

– Вроде главу России зовут иначе, – засомневалась я. – Извините, я не слежу за политикой, про Теодора не слышала. Или вы имеете в виду Рузвельта?[1]

– Ха-ха, – четко произнес собеседник, – люблю людей с чувством юмора. Молодец, Офенбахия, в нашей съемочной группе приветствуется здоровая шутка. Что у тебя на голове?

– Волосы, – растерялась я, – чистые. Утром я всегда их под душем мою.

1

Теодор Рузвельт (1858–1919) в 1901 г. стал президентом Америки.

– Ирка, дура, поди сюда живей! – заорал Леонид.

– Ну чего? – донеслось из угла, где стоял диван, накрытый пледом и заваленный горой подушек.

– Хватит дрыхнуть, причеши Офигению, – приказал Буйков. И продолжил командовать: – Выезжаем через десять минут. Всем встать, встряхнуться, улыбнуться, и в автобус! Где Ваня? Куда подевался Степа?

Продолжая вопить, сценарист укатился в коридор. Эверест подушек рассыпался, и стало понятно, что на софе лежит худенькая до прозрачности девушка лет восемнадцати, в джинсах и растянутом пуловере.

– Ты кто? – лениво осведомилась она. – Неужели тебя правда Офигенией зовут?

– Евлампия Романова, корреспондент, временно работаю с вами, – представилась я. – Леонид никак не может мое имя запомнить. Оно действительно трудное, поэтому прошу называть меня просто Лампа.

– Ира, стилист и визажист, – назвалась в ответ девушка и села. – Ну, и как ты в нашу психушку угодила? За что тебя сюда сослали?

Я пожала плечами.

– Все очень просто. Отправила резюме в отдел кадров. Слушай, а кто такой Теодор Генрихович?

– Президент БТВ. – Ирина зевнула. – Но тебе до него – как до бога, он с нами, смертными, не общается.

– А сколько лет Галине? – не успокаивалась я.

– Фиг ее знает, – вздохнула собеседница. – Точно не двадцать, не тридцать и не сорок. Может, сто. А почему ты интересуешься?

– Мамонтова уверяет, что брала интервью у Ленина, – хихикнула я.

Ирина встала и сладко потянулась.

– И чего? Ленин добрый, никому из прессы не отказывает. Хоть и большой человек в политике, а договориться с ним легко, может даже ночью интервью дать, если очень его попросить. Все бы такие были, как Мирон Петрович.

– Ленина зовут Мирон Петрович? – улыбнулась я.

– Ну да, – заморгала Ира. – Говорят, его сделают министром, только забыла, чем он руководить будет.

– Думала, Галина имеет в виду Владимира Ильича Ленина, – рассмеялась я. – Вот уж идиотское предположение!

Ирина чихнула и начала завязывать кроссовки.

– А кто такой Владимир Ильич Ленин? Тоже в БТВ работает?

Я подумала, что девушка шутит, но та подняла голову и так недоуменно посмотрела на меня, что я не нашла ничего лучшего, как пробормотать:

– Нет, он давно пенсионер.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *