Фигура легкого эпатажа

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

— Привет, Никит, — хрипло сказал Юра.

— Что ж с тобой такое случилось? — от неожиданности ляпнул Никита.

— Страшный стал?

— Ага… то есть нет… в смысле… — начал выпутываться теннисист и в растерянности примолк.

— Не старайся, — махнул рукой Левитин. — Глаза есть, сам себя в зеркале вижу. Ты чем занимаешься?

— В теннис играю, — ответил Никита.

— У отца тренируешься?

— Ну да, — пожал плечами юноша, — ясное дело, у него.

— И как успехи? — неожиданно выказал живой интерес Юрий.

— Да не очень! — махнул рукой Никита. — Про Махонькина слышал?

— Нет, — помотал головой Юра. — Я по больницам мотаюсь, из тенниса выпал.

— Появился тут один, из Тьмутаракани какой-то в Москву явился и прет дальше экскаватором, — зло сказал Никита.

— А тебе, значит, самому охота золото взять?

— Да, — гаркнул Никита, — верно! И я его добуду! Чего бы мне это ни стоило! Пупок развяжу, а схвачу! Если понадобится, к другому тренеру уйду! Пусть, пусть скандал случится! Плевать! На всех! Вот! Уж ты-то меня понять должен!

Юра опять закашлялся и схватился за Никиту.

— Ты не против чайку попить? — спросил он, справившись с приступом. — Тут кафе есть, пошли?

— Давай, — кивнул Никита, который хотел остыть после ссоры с отцом.

Спустя десять минут бывшие друзья-соперники уселись за столиком, и Никита, не удержавшись, спросил:

— Так что с тобой стряслось?

— Плохо выгляжу?

— Не особо хорошо, и пополнел сильно.

— Еще бы сильней разнесло, да неожиданно перестал вес набирать, — мрачно пояснил Юра.

— Наши говорят, ты заболел.

— Верно, — кивнул Юра.

— Болтают, вроде ты… ну… того… самого…

— Спился?

— Нет.

— СПИД подцепил?

— Не, шизиком стал, — уточнил Никита, — психом, таблетки пьешь психотропные.

— Да? — вскинул брови Юра. — Кто ж такое треплет?

— Мне Колька говорил Ряжин, — сообщил Никита. — Вроде он тебя видел.

— Ряжин меня издали увидел и через проспект драпанул, чуть под машину не попал, — засмеялся Юра. — Испугался заразы, наверное.

Левитин снова закашлял. Никите вроде бы и стало неловко, но, с другой стороны, он тут же начал мысленно ругать себя за неосторожность: Юра походил на туберкулезника, незачем было соглашаться с ним в кафе идти.

— Не трусь, — сверкнул глазами Левитин, — это не то, о чем ты сейчас подумал. Только не отнекивайся, у тебя на роже все написано: пора смываться, у Юрки туберкулез или СПИД. Не, у меня другое!

— Что? — поинтересовался Никита.

Юра мрачно глянул на юношу и вдруг сказал:

— Ладно, расскажу сказочку. Только имей в виду: ее в себе похоронить надо будет. Если растреплешь кому, мигом заявлю: «Никита врет, не было у нас никакого разговора». Ясно?

— Ну! А в чем дело-то? — окончательно заинтересовался Никита.

Юра отхлебнул кофе.

— Отец у меня инвалид, сначала в коляске ездил, потом в кровать слег. Мама в детском саду нянечкой работала, так что прикинь, какая у нее шикарная зарплата была. Принесет ее домой и ревет, не знает, какую дырку затыкать: то ли крупы купить, то ли ботинки отдать починить, то ли за квартиру плату внести. Еще сестра у меня имеется и бабка, мамкина свекровь. Как мы жили — психушка отдыхает. Знаешь, один раз в каком-то отеле — я уже в загранку на соревнования ездил — лежу я себе в номере, книжку читаю и вдруг слышу стук. Открываю, стоит дядечка и говорит: «У меня сегодня день рождения… Я тут в соседнем номере… Уж извините, коли помешаем, хотим караоке попеть».

Смотрю я на него и думаю: «Знал бы ты, что дома у меня за «караоке» каждый день! Отец телик на полную мощь слушает, бабка радио включает, сеструха на гитаре лабает, ей охота певицей стать, мать орет на всех! Шум, лай, гвалт… А тут какое-то караоке, разве ж это помеха? Оно мне милей колыбельной будет, хоть на сотню голосов пой, не замечу…»

В семье Юры никогда не было свободных денег. Жили впроголодь, одевались в чужие обноски, теснились впятером в одной комнате в коммуналке. Как назло, по площади она была большая — сорок три метра, так что на очередь по улучшению жилищных условий Левитиных не ставили: у них как раз выходило чуть больше восьми «квадратов» на нос. Без толку было объяснять чиновникам, что обездвиженный отец ходит под себя, полубезумная бабка постоянно ползает почти голая, а девчонка-школьница приводит табуны галдящих подруг. У Юры не имелось даже личного угла, а спал он на раскладном кресле.

Как-то раз в школу, где с тройки на двойку тихо перебивался Юра, пришел на урок физкультуры хорошо одетый мужчина, назвавшийся Андреем Максимовичем.

Из всех детей тренер выделил Юру. Сначала поболтал с ним, потом не поленился съездить к Левитину домой, полюбовался на громко матерящуюся бабку, послушал вопли телика вперемешку с концертом, лившимся из радиоприемника, и сказал Юре:

— Пошли, поговорим.

Разговор состоялся в ресторане. Красный от смущения мальчик, впервые оказавшийся в подобном месте, с огромным трудом пытался справиться с ножом и вилкой, а Андрей Максимович спокойно изложил свое предложение.

— Я могу сделать из тебя человека, — пояснил он. — Станешь отлично зарабатывать, потом, если не загордишься, пристрою в институт, жизнь наладится. Ну как, согласен?

— Да, — закивал обрадованный Юра, — конечно.

— Есть некоторые условия.

— Согласен на все! — с жаром закричал Левитин.

Андрей Максимович улыбнулся:

— Многообещающее начало. Значит, так! Все финансовые дела веду я, ты получаешь деньги и никуда не лезешь. Второе: слушаться меня надо беспрекословно. Велю в декабре голым в прорубь прыгать и под лед уходить, перекрестишься и выполнишь. Тоже без лишней болтовни. Ага?

— Ага! — закивал Юра.

С тех пор началась у парня прекрасная жизнь. Андрей Максимович одел, обул, откормил своего подопечного, домой теперь Юра ходил лишь ночевать. Валился на раскладное кресло, не разговаривая ни с сестрой, ни с мамой, сил на болтовню у парня просто не оставалось.

Потом, как говорят спортсмены, попер результат, появились первые деньги. Юра, как и договаривались с тренером, никогда никакими финансовыми вопросами не заморачивался, Андрей Максимович вручал ему конверт и говорил:

— Не трать на ерунду.

Первый раз, увидав купюры, Юра ошалел и, несмотря на предупреждение тренера, накупил всякого барахла: приобрел подарки сестре, маме, даже противной бабке досталась новая ночнушка. Потом, получая призовые, Левитин стал аккуратнее, начал откладывать на квартиру. Счастлив он был безмерно, просто летал над землей.

Как-то однажды, спустя два года, Андрей Максимович сказал ему:

— Воронков-то сходит…

— Похоже, — кивнул Юра, — наверное, стареет.

Тренер улыбнулся:

— Хорошая смена ему растет.

— Кто? — заинтересовался Юра.

— Ты, — спокойно ответил Андрей Максимович.

— Я? Вместо Воронкова? И на всякие турниры ездить стану? — наивно обрадовался Юра.

— Да, — кивнул тренер, — но…

— Что? Что? — испугался Юра.

— Ты мне веришь?

— Конечно! — закричал Левитин.

— Тогда вот принимай, — велел Андрей Максимович и протянул Юре белую коробочку.

— Витамины? — спросил Левитин.

Андрей Максимович крякнул:

— Ну… в принципе да, но не только они.

— Ясно, — протянул Юра, который, естественно, слышал о допинге. — А мне ничего не будет?

— Только что подтвердил, что веришь мне, — напомнил тренер.

— Я в смысле контроля, — уточнил Левитин. — Еще дисквалифицируют!

Андрей Максимович помотал головой:

— Нет. Это уникальная формула, люди, которые ее придумали, хотели сделать лекарство от смерти.

— Ух ты! — ахнул Юра. — И че, получилось?

— Пока нет, — мягко улыбнулся Андрей Максимович, — зато родился препарат, позволяющий многократно увеличить физическую силу и выносливость. Ни один допингконтроль не способен учуять это волшебное средство. Кстати, оно очень дорогое, всем я его дать не могу, лишь самым любимым и перспективным.

Юре стало жарко. Приятно осознавать, что ты и есть тот самый любимый и перспективный.

— Будешь пить по схеме, — велел Андрей Максимович. — Через пару месяцев ты легко обойдешь соперников, вырвешься вперед. Есть только несколько «но»…

— Мне без разницы, — перебил тренера Юра, — хочу хорошую квартиру и много денег.

— Все же выслушай, — настойчиво произнес Андрей Максимович. — Любое средство не бывает стопроцентно безопасным. Аспирин может вызвать кровотечение, анальгин изменить состав крови… Понятно, что «Анин» тоже имеет противопоказания. Я ясно излагаю?

— Да, да, — закивал Юра, — только мне начхать на побочные действия.

— Они могут оказаться не слишком приятны.

— И фиг с ними.

— Вес пойдет вверх.

— Похудею, — наивно ответил Юра.

— Может дать сбой печень, щитовидка. У каждого человека по-своему.

— Ладно, согласен. А заболит сразу? — поинтересовался парень.

Андрей Максимович помолчал, потом ответил:

— Я никогда не вру ученикам. Может, у тебя ничего и не прихватит. Вон Леня — пашет и пашет, а он «Анин» давно пьет. Вполне вероятно, что и тебе повезет. Но в любом случае несколько лет ты продержишься и сумеешь заработать.

— А мне больше ничего и не надо, — подпрыгнул Юра.

— Ты можешь отказаться, — напомнил Андрей Максимович, — тогда здоровью гарантированно ничего не помешает.

— И куда «Анин» денете? Вы ж его уже купили?

Андрей Максимович усмехнулся:

— Не пропадет, другому дам.

— И он чемпионом станет?

— Ясное дело.

— Деньги призовые он нагребет?

— Конечно!

— Сам выпью, — занервничал Юра.

— Хорошо подумал?

— Да.

— Последствия оценил?

— Ага.

— И все равно готов?

— Угу.

— Хорошо, — кивнул тренер. — Теперь последнее. Непонятно почему, но в сочетании с сахаром «Анин» способен провоцировать галлюцинации. Причем привидеться может что угодно, всякая чертовщина, которую ты примешь за реальность. Чтобы исключить такую ситуацию, надо изгнать из рациона сладкое.

— Вот уж ерунда! — засмеялся Юра. — Для меня лучшее пирожное — сосиска.

— Ну что ж, — хлопнул ладонью по столу тренер, — тогда можешь начинать. Вот «Анин», а тут схема.

В мгновение ока будущий чемпион схватил белую упаковку и сунул в карман.

— Чего занервничал? — удивился Андрей Максимович.

— Вдруг кто увидит!

— Что?

— Коробку!

Тренер спокойно пояснил:

— «Анин» открыто продается во всех аптеках, в нашей группе его многие пьют.

— Так почему не выигрывают? — растерялся Юра.

В глазах Андрея Максимовича мелькнул огонек.

— У ребят обычный «Анин», а у тебя особый, сделанный по, так сказать, спецзаказу, но цвет у капсул тот же, и упаковка, идентичная аптечной. Ты можешь спокойно, не таясь, принимать добавку, ни у кого не возникнет никаких подозрений.

Юра начал старательно употреблять «Анин» и очень скоро занял лидирующие позиции. О парне заговорили, его стали считать надеждой отечественного спорта, пошли чередой заграничные турниры, сначала юниорские, потом взрослые.

Юра купил себе наконец отдельную квартиру, оделся, обулся и, следуя советам Андрея Максимовича, начал откладывать рубли на черный день, хотя будущее казалось розовым и таким же успешным, как настоящее. И тут грянул гром.

Тогда в гостинице Левитин очень ясно видел огонь, ощущал запах гари. Он даже решил, что приехавшие пожарные шутят над ним, без конца повторяя:

— С ума сошел? Тут все в порядке.

Потом полез вверх вес, начал болеть желудок… Одно время Юра мужественно пытался бороться с обстоятельствами, он даже самовольно увеличил дозу «Анина», надеясь, что стимулятор подстегнет его. Но добавка не помогла, наоборот — стало лишь хуже.

Андрей Максимович, узнав о проблемах, с озабоченным видом приказал:

— Отменяем препарат.

Приученный беспрекословно подчиняться своему гуру, Левитин покорно сдал Андрею Максимовичу остатки «Анина» и… загремел с сердечным приступом в кардиоцентр. Ни о каком продолжении спортивной карьеры речи больше не шло. Остаться бы живым!

Андрей Максимович не забывал своего подопечного. Иногда он навещал его, привозил деньги и слишком бодро говорил:

— Ничего, Юрик, скоро вылечишься и назад, в зал…

Но в голосе тренера не слышалось никакой уверенности. После его ухода Юра подходил к зеркалу и мрачно изучал свое отражение. Из зазеркалья на него смотрел старик с одутловато-отечным лицом. А еще у Юры нарушилась терморегуляция, и он теперь постоянно мерз.

— И зачем ты мне это рассказал? — прошептал Никита, когда Юра примолк.

Левитин склонил голову набок.

— Вот гадаю, сколько нас таких. Похоже, Андрей Максимович — уж прости, Никита, — хороший жучара. Гляди, что получается… Ленька здорово играет, да?

— Верно, — подтвердил Никита, — сейчас он в Австралию укатил.

— Андрей Максимович его продал, — пояснил Юра, — хорошие деньги за Леньку получил. Видать, не берет его «Анин».

— Думаешь, он его пьет?

— Стопудово!

Никита притих, а потом воскликнул:

— Мне-то отец ничего подобного не предлагал!

— Скажи спасибо, — горько откликнулся Юрий, — иначе на моем месте мог оказаться. Умру, наверное, скоро. Леньке повезло, а мне нет. Ты отцу от меня привет передай.

Никита мрачно кивнул.

— Интересное дело выходит… — протянул Юра. — Я вот из малообеспеченной семьи, на все ради денег согласился. В момент, когда Андрей Максимович «Анин» пить предложил, я бы не только таблетки, что угодно глотать начал, душу черту бы продал, так хотел из дерьма вылезти. И Ленька тоже не шибко благополучный, у него в семье одни бухальщики. Сечешь?

— Не особо, — признался Никита.

   — Экий ты непонятливый, — покачал головой Юрик. — Кто у вас сейчас первый?

— Витька Махонькин, — напомнил Никита.

— А он из какой семьи?

— Не знаю, его отец из… из… не помню, откуда привез.

— Вот! Теперь Кругловы. У них вообще родителей нет, с бабкой живут, ей сто лет, наверное. Пока ими Андрей Максимович не занялся, они и о постельном белье даже не слышали, — протянул Юра. — С другой стороны, Веня Волкин.

— А что Волкин? — перебил бывшего чемпиона Никита. — Он звезд с неба не хватает, так, в самом конце плетется.

— На мой взгляд, Волкин и Кругловы одного поля ягоды были, — пробормотал Юрик, — только Веньке Андрей Максимович «витамины» давать не стал, а Сереге и Егору отсыпал, вот у них результат и попер. Еще, если уж совсем честно, я и Костик Лапин ноздря в ноздрю шли, у Костьки даже физическая подготовка посильней была. И где сейчас Лапин?

— Его родичи в институт устроили, — пояснил Никита, — на журналиста учится.

— Вот тебе и ответ, — откинулся на спинку стула Юра.

— На какой вопрос? — недоуменно заморгал Никита.

— Почему между Лапиным и мной Андрей Максимович выбрал меня и отчего предпочел Кругловых Волкину. Я, Ленька, Серега, Егор… Злые мы, жадные, очень уж денег хотели. Это с одной стороны, с другой — почти сироты, если заболеем, никто шума поднимать не начнет. Не рыпайся, Никита, тебе никогда Махонькина не обыграть. Сиди спокойно, отбегаешь с ракеткой свое, Андрей Максимович тебя к делу приставит, тренером сделает, вот тогда все секреты и передаст.

— Я хочу стать первым, — медленно произнес Никита.

— Без шансов, — печально перебил его Юра.

— Значит, начну пить добавку! — решительно заявил Никита.

— Дурак, — тихо сказал Юра. — На меня посмотри! Ладно, я денег хотел, квартиру… А ты? Все у вас есть, сиди тихо. Или помереть, не дожив до тридцати, решил?

— Иномарку хочу, — вдруг признался Никита, — отец мне ее никогда не купит, в лучшем случае «Жигули» подарит. Поэтому и хочу начать пить этот «Анин».

— Ты и впрямь идиот, — горько резюмировал Юра, — по-другому не скажешь.

Думается, основная масса людей, узнав от Юры правду и увидав, во что превратился молодой, сильный, хорошо тренированный парень, никогда бы в жизни не притронулась ни к каким пищевым добавкам. Вид обрюзгшего, трясущегося в теплый день от холода старика, которому еще не исполнилось и тридцати лет, мог напугать кого угодно. Но Никита закусил удила. Он хотел машину, славы, денег… Причем сейчас, а не потом!

Сначала, поговорив с Юрой, Никита полетел домой, горя желанием побеседовать с папой по душам, заявить ему:

«Встречался с Левитиным, знаю все про твои методики. Немедленно дай мне заряженный «Анин», иначе не оберешься неприятностей, пойду и растреплю всем о добавке».

Но, домчавшись до дома, Никита притормозил. Первый гнев прошел, парень обрел способность рассуждать. Значит, так! Ничего криками и угрозой не добьешься. Отец покачает головой и заявит:

«Юра болен, у него шизофрения, вот и несет дурь. Наши ребята ни разу не попались на контроле, ступай на корт да тренируйся как следует. Нечего сумасшедшему верить».

Нет, прямым нападением не добиться желаемого, надо схитрить.

Придя на следующий день в спортзал, Никита оглядел своих коллег и начал размышлять. Кто же пьет стимулятор? Махонькин и Кругловы, это понятно. Еще таблетки глотает Ленька, но его продали, он теперь в Австралии. Может, еще кто получил от Андрея Максимовича волшебное лекарство?

Вот Гоша Райков в последнее время сильно прибавил в результатах, и еще Антон Галкин… Хотя нет, у Антона обеспеченные родители, отец дипломат. А вот Райков подходящий кандидат на получение добавки, его тащит старшая сестра, которая работает уборщицей в метро, вроде у них комната в коммуналке и сплошные долги…

Раньше Никита особо не задумывался над тем, из какой социальной среды происходят ученики отца, но сейчас вдруг сообразил: среди спортсменов две группы. В одной дети успешных родителей, в другой почти нищие ребята, часто полусироты. И впечатляющих побед на корте добиваются именно последние. Тренер не ленится ездить по школам, отбирает наиболее перспективных ребят, берет их под свое крыло и заботится о них, словно о любимых сыновьях: кормит, поит, одевает.

Чем дольше думал Никита, тем яснее понимал: Юра сказал правду, отец широко использует запрещенные добавки. Стоит вспомнить список тех, кто был звездами. Олег Пантихин. Он где? Два года ярко горел, потом канул в безвестность. Валя Котов. Тот резко пошел вверх и внезапно заболел, говорили, у парня рак. Паша Хромов. А этот уехал в Испанию, до сих пор играет, правда, особых успехов в чужой стране не добился, но вполне благополучен. Валера Ремизов. Бедняга умер, темная какая-то история была. Ремизов начал пить, бомжевал и погиб в драке. Только сейчас до Никиты дошло, что подавляющее большинство ярких спортсменов, которых вырастил отец, происходило из так называемых неблагополучных семей, и почти все парни плохо закончили карьеру: заболели, умерли, спились. Пальцев одной руки хватит, чтобы пересчитать тех, кто либо продолжает бегать по корту, либо пошел учиться в институт.

Думаете, поняв расклад, Никита испугался и выбросил из головы любые мысли о добавках? Вот и нет. Он придумал замечательную штуку: решил купить в аптеке «Анин», демонстративно начать принимать его на глазах у всех, а потом изловчиться и поменять нормальные витамины на заряженные, порыться в сумке у Махонькина, вынуть баночку с отцовской добавкой и сунуть туда другую, с обычными таблетками. Юрка говорил, что допинг по внешнему виду ничем не отличается от витаминок, значит, никто не заметит подмену. Если отец не желает помогать сыну, не хочет сделать из него чемпиона, Никита сам о себе позаботится.

Юноша купил «Анин» и начал ждать удобного случая. Тот не заставил себя ждать, но только возможность завладеть допингом появилась совсем в ином месте, не в том, где ожидал Никита. Андрея Максимовича «разбил» радикулит, да такой злой, что тренер слег в кровать. Сегодня он попросил сына:

— Съезди вот по этому адресу, найдешь Анну Валерьевну, возьмешь у нее коробку «Анина». Беру его там оптом, намного дешевле, чем в аптеке, получается. Деньги ей передашь, держи конверт, он заклеен, чтобы купюры не выпали.

Никита кивнул и помчался выполнять приказ папы. Он сразу понял: вот она, удача! Не надо рыться в чужих сумках, можно просто купить у этой Анны Валерьевны баночку, небось тетка охотно продаст, она же живет, торгуя допингом. Ради такого дела Никита распотрошил свою копилку, на всякий случай еще выпросил у мамы триста долларов и был полон радужных надежд. Но случился облом.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!
Добавить свой комментарий:
Имя:
E-mail:
Сообщение: