Фокус-покус от Василисы Ужасной

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 28

Лариска не подвела. Ровно в шесть утра раздался звонок в дверь, и Аня отправилась к месту своего временного проживания. Я промаялась до восьми, а потом, заранее приготовившись к воплю, который издаст Элен, набрала ее номер.

– Алло, – мгновенно и очень бодро отозвалась Элен.

– Ты не спишь? – удивилась я.

Модельер засмеялась:

– Ты специально звонишь рано утром, чтобы задать этот дурацкий вопрос? Я работаю, рисую эскизы, сегодня встреча с клиентом, надо показать разные варианты.

– Можно мне приехать?

– Валяй, – обрадовалась Элен, – кофейку попьем, пожужжим.

* * *

Кофе мы устроились пить прямо в рабочем кабинете, на краю длинного стола, заваленного бумагами.

– Некоторые люди, – вздыхала Элен, – сами не понимают, чего хотят! Подавай ему блестки, перья, золотые эполеты, но чтобы выглядело строго, потому как пошлости он не выносит! И как такому помочь, а?

– Трудная задача, – улыбнулась я.

– И не говори, – вздохнула Элен, – никогда сразу идею выдать не могу и порой так долго мучаюсь! Наконец сделаю, поверь, отлично получается!

Показываю клиенту, а тот нос воротит! Хуже нет с людьми работать.

– Думаю, с животными не легче, – вздохнула я, – одна моя знакомая выучилась собак стричь, так вся покусанная ходит.

– Меня тоже грызут, – сообщила Элен, – не зубами, правда, а словами! Но неизвестно, что хуже!

Я выпила чашку, налила себе из кофейника следующую и спросила:

– У тебя вроде ученица была?

Элен покачала головой:

– Верочка. Милая такая девочка, образования никакого, официанткой работала, нас случай свел.

Поболтали мы с ней чуток, ну я и вправила дурочке мозги. Объяснила, что в жизни без профессии никак нельзя! Не станешь ведь до старости с подносом бегать, это абсолютно бесперспективное занятие. И, как мне кажется, слегка унизительное.

Ладно. В двадцать лет кому-то прислуживать даже весело, но в пятьдесят! Это значит просто расписаться в собственной несостоятельности!

– Ну и как, вняла Вера твоим советам?

– Да, она решила учиться. Я ее потихоньку натаскивала.., но…

– Что?

Модельер улыбнулась:

– Может, это и примитивная мысль, только в любом деле талант нужен! Вот скажи, что особенного в Диане Гурцкая? [14].

– Много, – удивилась я, – для начала удивительная сила воли, ты же знаешь, она слепая. Другой человек с таким недугом запросто духом падет или озлобится, а Диана работает.

– Ты меня не совсем правильно поняла, – перебила Элен, – песни-то у нее самые простые, без особых наворотов. Голосок чистый, но Диана не Мария Каллас и не Елена Образцова. Почему же я каждый раз начинаю рыдать, услышав ее?

В особенности песню про умершую маму. «Побудь еще со мной». Прямо слезами исхожу, собственную мамочку вспоминаю. При этом, учти, песен о матери на эстраде много. Диана в этой теме отнюдь не монополистка! Ходит по проторенной дорожке. Однако остальных я даже не слышу, а от голоса Дианы душа переворачивается. То-то и оно! Я знаю ответ, не первый день в шоу-бизнесе плаваю.

Диана на эстраде живет, и не голосом она поет, а сердцем, извини за банальность, но лучше не скажешь. Она счастлива лишь на сцене, понимаешь?

Выходит на подмостки и отпускает свою душу, та летит над залом, парит над людьми, и все Дианины эмоции им передаются. Это и есть талант. Умение отдать другому человеку часть себя. Это у всех, кто звездой стал, в большей или меньшей степени присутствует, без него никуда. Возьми Бориса Моисеева, он ведь, по большому счету, не должен был стать тем, кем стал. Ну давай разбираться! Да, хорошо он двигается, ну и что? Вон их сколько, пляшут так, словно четыре ноги имеют, а толку?

14

Фамилия Гурцкая не склоняется.

И Боря давно о своей нетрадиционной ориентации рассказал, знаешь зачем?

– Ну.., скандал.., эпатаж.

Элен мотнула головой.

– Это сейчас можно, а когда Моисеев начинал, подобный имидж против него мог сработать. Знаешь, какое в нашем обществе отношение к геям?

Следовательно, нормальные мужчины на его концерты не пойдут. Женщины, впрочем, тоже, они желают видеть на подмостках «настоящих мужиков». Боря хотел поддержать тех, кто с ним одной крови, сказать им: «Ребята, смотрите сюда, не прячьтесь, в конце концов, кому какое дело, кто с кем живет, главное, не унижать и не топтать себе подобных!» И ведь он собирает залы, стадионы! Что, у нас столько «голубых»? Вовсе нет, просто светлая, добрая душа Бориса отдается зрителям, и люди приходят домой счастливыми, сами не понимая почему.

А Илья Лагутенко? Только не говори мне, что он Аполлон! Худенький такой, совсем даже не роковой красавец! Голос необычный, ну не должен такой тембр народу нравиться, не должен! И что получилось? Выходит Илюша – и все! Такая энергетика! Заметь, позитивная!

Группа «Би-2», Лева с Шурой, «Дискотека Авария», Вячеслав Бутусов, Земфира, Дельфин… Их нельзя в один ряд ставить, они совершенно разные, полярные исполнители, но есть у них одна общая особенность: они доноры, отдающие себя, и люди это чувствуют, не умом понимают, а на концерты бегут. Это и есть талант. И потом, уж поверь мне, я их как облупленных знаю, нет в вышеперечисленных ни злости, ни стяжательства. Да, они живут словно без кожи, устают очень, хватаются за таблетки и уколы, пьют, разводятся, женятся, могут подраться, и «Желтуха» с радостью об этом пишет. Только люди эти, попавшие на вершину шоу-биза, преодолели тяжелую дорогу, выдюжили там, где сотни сломались. Ты можешь обмануть много раз одного человека, ты способен один раз обвести вокруг пальца массу людей, но вводить в заблуждение несколько лет публику не выйдет! Никакой пиар не поможет, никакой скандал, хоть всю посуду переколоти. Зритель не дурак, он должен получить заряд от тебя, причем только добрый импульс. Злоба не притягивает. Вот почему у Газманова аншлаг, у Верки Сердючки в проходах стоят, у Киркорова. А у других нет! Посмотришь на иного и диву даешься. Сам красавец, голос волшебный, поет правильно, каждая нота поставлена… И что? Конфетный фантик, пустая обертка. Все очень технично, отрепетировано, он стоит, собой любуется… А результат? Нет посыла!

Элен замолчала, я с удивлением смотрела на нее. Модельер улыбнулась:

– Извини, знаешь, иногда в башке всякие мысли крутятся, думается, «Новости культуры», вместо того чтобы всех фекалиями мазать, должны бы написать: «Милые, все те, кто хочет стать звездой, поймите: если воспринимаете сцену как площадку для зарабатывания денег, ничего у вас не получится!» Кстати, это правило срабатывает в любой профессии…

– Это ты к чему мне сообщила? – удивилась я.

– Да вот, начали про Веру говорить, и понесло меня, – усмехнулась Элен, – ведь я сразу поняла, что не то придумала! Нет у девочки таланта к шитью. Вообще. Научу ее азам, дам профессиональные навыки, но высот ей не достичь. К слову сказать, Вера сама до этого докумекала. Разговорились мы с ней, и знаешь, что выяснилось? Она мечтает певицей стать. Сама и песни пишет, и музыку, спела мне кое-что. Ну не совсем отшлифовано, но интересно. Я ее к Дэвиду Брюлову отправила, позвонила и попросила девочку послушать. Да, забавная история получилась! Ты про Брюлова слышала?

Я кивнула:

– Это хозяин «Русской зажигалки».

– Ну хозяином-то там папочка, – засмеялась Элен, – он сына в ежовых рукавицах держит. Дэвид вроде главное лица на радиостанции. Сидит в шикарном кабинете, а на самом деле всем папашка заправляет, он в офисе даже не появляется, дергает сына за ниточки. Дэвида это страшно бесит.

Иван Семенович человек крутой. Один раз на тусовке Дэвид начал рассуждать о роли радио в нашей жизни. Иван Семенович слушал, слушал, а потом как брякнет:

– Чепуха это все. Главное, конкурентов утопить и одному остаться! А то развелось грязи на всех волнах!

Дэвид, слегка шокированный отцовской бесцеремонностью, решил все обратить в шутку и засмеялся:

– Конкурентов-то у нас нету, места в эфире всем хватит, очень ты, Иван Семенович, сердитый.

Но отец Дэвида человек конкретный, свой первый миллион он заработал на заре перестройки, говорят, украл вагон с медью. Одно время старший Брюлов плотно занимался торговлей, но потом в эфире появилось «Русское радио», оно стало первой ориентированной лишь на отечественную музыку радиостанцией и мгновенно обрело гигантскую аудиторию. Брюлов оценил чужой успех и «слизал» идею, создал «Русскую зажигалку». С тех пор самой золотой мечтой Ивана Семеновича стало похоронить детище Сергеева, Крыжовникова и Богдана. Но увы, корабль под названием «Русское радио» устоял во всех бурях, пережил штормы и теперь спокойно плывет вперед. Более того, по некоторым параметрам «Русское радио» сильно опережает «Русскую зажигалку». И еще, оно учредило конкурс «Золотой граммофон» с финальным концертом, который с шиком проводится в Кремле. Вообще говоря, здание, известное под названием Государственный Кремлевский Дворец, не слишком-то удобно для массовых мероприятий.

Около него нет парковочной площадки, а само действие всегда начинается с огромным опозданием, потому что каждого зрителя тщательно досматривают. Намного проще было бы проводить концерт в «России» или «Олимпийском». Но ни Крыжовников, ни Сергеев, ни Богдан даже и слышать не хотели никаких разговоров на эту тему. «Русское радио» должно быть в Кремле, и баста!

«Русская зажигалка» не имела ни премий, ни концертов, и вообще она считалась далеко не первой по значимости радиостанцией, и ей светило оставаться на этом почетном месте всегда. Сей факт просто бесил Ивана Семеновича. Правда, он обычно сдерживал свои эмоции, но в тот день, на вечеринке, наверное, выпил лишнего и налетел на сына.

Больше всего профессиональные тусовщики и корреспонденты желтых газет любят скандалы, да еще Иван Семенович, как многие пожилые, глуховатые люди, разговаривает криком. Поэтому буквально через пять минут присутствующие прекратили заниматься своими делами и стали слушать негодующего владельца «Русской зажигалки», кто с удивлением, кто с радостью, кто с профессиональным вниманием. Иван Семенович высказал сыну все. Совершенно не стесняясь в выражениях, заявил, что Дэвид дурак, идиот и кретин, неспособный быть начальником. Что Иван Семенович, занятый сейчас новым проектом, просто отдал «Русскую зажигалку» в руки своему наследнику, чем окончательно убил радиостанцию. Что почти всех диджеев, балбесов, м…ов и оболтусов следовало бы давно прогнать. Что редакторы ни хрена не умеют. Что новых звезд «Русская зажигалка» не зажигает, а подбирает тех, от кого отказывается «Русское радио». Что мало рекламы и, как следствие, денег… А во всех грехах виноват Дэвид, маменькин сынок, неженка и.., далее его речь стала совсем непечатной. Сильно побледневший младший Брюлов пытался было утихомирить отца, но Куда там. Неизвестно, что бы еще выдал обозленный до крайности Иван Семенович, но тут его крик перекрыл грохот. Одна из присутствующих женщин по неосторожности задела столик, на котором стояло множество посуды. Чашки, тарелки, фужеры обвалились на пол. Шум вышел феерический. Официанты кинулись к месту несчастья.

Внимание присутствующих переключилось на это происшествие. Иван Семенович замолчал, потом вдруг гаркнул с такой силой, что на хрустальной люстре, висевшей посреди потолка, затряслись все подвески:

– Вот! И Алина дура! Классные детки у меня получились.

Женщиной, которая только что обвалила на пол посуду, была Алина, дочь Ивана Семеновича.

– Понимаешь, – хихикала сейчас Элен, – я-то сразу скумекала. Девица решила заткнуть папеньке рот, отвлечь от его воплей народ и, в общем, поступила вроде правильно, переколотив посуду. Но Ивана-то не унять. Знаешь, как он поступил?

– Нет, – ответила я.

– Пошел к выходу, а на пороге обернулся и сообщил: «Вы, дети, уроды! Одна актрисулька недоделанная, из трех институтов выгнанная. Другой композитор! Композитор? Да мы из-за его, с позволения сказать, композиций вечно по судам таскаемся. Сам-то лишь «ля-ля» сочинить может.

Бросил бы крысятничать. Если у человека вместо головы жопа… Эх, кривыми должны быть извилины, а не руки!»

В пылу гнева Иван Семенович повторил шутку, которая часто звучит в эфире «Русского радио», чем окончательно развеселил корреспондентов.

По закулисью давно и упорно ходили слухи, что Дэвид просто крадет песни у никому не известных талантливых людей, которые присылают кассеты со своими произведениями на «Русскую зажигалку». Пару раз Брюлову пришлось судиться, но он всегда выходил сухим из воды, а потом давал интервью, рассказывая в них о неадекватных, больных психически людях, решивших, что они авторы популярных мелодий. И вот сейчас Иван Семенович почти безоговорочно подтвердил: Дэвид вор!

Поставив жирную точку в конце разговора, папенька удалился. Дэвид сумел проявить силу воли и не бросился прочь. Более того, он не стал пожимать плечами, хмыкать, крутить пальцем у виска и давать объяснения корреспондентам. Нет, он как ни в чем не бывало повернулся к стоящему невдалеке Илье Лагутенко и сказал:

– Тебе не кажется, что этот коньяк отрава?

Умный, интеллигентный, хорошо воспитанный Лагутенко моментально пришел на помощь Брюлову.

– Да, – кивнул он, – на бутылке, правда, написано «Хеннесси», но что-то мне подсказывает: внутри какая-то дрянь, лучше ее не пить!

– Кстати, «Хеннесси» – то бывает разный и не всегда настоящий, – подхватил Дэвид.

– Верно, иногда на такое пойло наткнуться можно, – ответил Илья, и разговор закрутился вокруг выпивки.

Тусовка, поняв, что захватывающий скандал утих, потеряла всякий интерес к Дэвиду.

Спустя какое-то время Элен засобиралась домой, перед уходом она решила сбегать в туалет, который в этом клубе был общим, мужским и женским одновременно. Модельер подошла к двери, увидела, что над ней горит красная лампочка, и присела на стоявший около клозета диванчик.

– Не переживай, – донеслось из-за створки.

– Знаешь, Алина, он меня ненавидит, – ответил мужской, хорошо знакомый голос.

Элен сразу поняла, что в туалетной комнате заперлись Дэвид и его сестра Алина.

– Терпеть не может, – продолжал с горечью Брюлов, – всю жизнь пытаюсь ему доказать, что я чего-то стою, но отец не видит во мне ничего хорошего. Прикинь, как он меня не выносит, если сегодня при всех не сдержался. Грустно от этого и больно. Я-то его люблю.

– Надо ему доказать, что мы на многое способны, – с жаром воскликнула Алина, – давай утопим «Русское радио»! Вот тогда папа поймет, какие мы! Ему станет стыдно! Будет нас ценить и уважать. Впрочем, кое в чем отец прав!

Дэвид тихо засмеялся:

– Хорошая идея, но невыполнимая!

– Вполне выполнимая, – перебила его Алина. – я беру эту миссию на себя.

– Каким же это образом? – удивился Дэвид.

– Ну не в сортире же это обсуждать, пошли отсюда. У меня есть гениальный план, – заявила девица.

Элен поняла, что парочка сейчас выйдет, и быстро ретировалась, ей не хотелось видеть Брюловых, которым и так сегодня досталось по полной программе.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *