Хеппи-энд для Дездемоны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 27

Девчушка встретила меня с тряпкой в руке.

– Ты чем занимаешься? — удивилась я.

– Порядок навожу. — Девочка откинула со лба волосы. — Пылищи тут — жуть! И полно грязного белья.

– Руки никак до хозяйства не доходят, — смутилась я, — работаю целыми днями.

– Кто с утра до ночи пашет, тот деньги имеет, — деловито заметила Стелла.

– Вообще-то я не жалуюсь на гонорары, — кивнула я. — А с тех пор, как перешла в другое издательство, зарабатываю больше. Или у меня траты сократились? Теперь я живу одна, а раньше деньги быстро растекались.

– Почему ты домработницу не заведешь? — поинтересовалась Стелла. — Можно через знакомых поискать, если агентству не доверяешь.

– Мне это в голову не пришло, — с удивлением ответила я, — вот сейчас ты сказала, и я впервые подумала: надо найти приличную женщину и доверить ей хозяйство.

Стелла швырнула тряпку в ведро.

– Пойди, посмотри кухню.

Понимая, что девочка жаждет похвал, я двинулась по коридору, готовясь, покривив душой, заявить, что все потрясающе. Подросток не способен идеально отмыть помещение, ведение домашнего хозяйства требует усердия, и надо иметь не только старательные руки, но и зоркий глаз, способный заметить пыль в самых укромных местах.

– Ну, — гордо спросила Стелла, — нравится?

Я потеряла дар речи, но потом без малейшей фальши ответила:

– Фантастика! Даже занавески накрахмалила!

Девочка кивнула.

– Да. Некрасиво, когда они как тряпки висят. Когда была жива мама, она всегда тюль будто замораживала! Зачем тебе домработница? Давай я займусь хозяйством.

– В твоем возрасте следует учиться, а не со шваброй гонять.

– Но ты мне не разрешаешь выходить на улицу, — заметила Стелла. — Оставила у себя, денег не берешь! Да и нет их у меня!

– То, что ты сидишь в квартире, явление временное, вот разберусь я с одним делом и займусь твоей судьбой, — сказала я. — У меня есть хороший знакомый — владелец издательства, в котором я сейчас печатаюсь, очень обеспеченный человек, с обширными связями, — и он непременно посоветует, как поступить, чтобы сутенер Стас никогда тебя не нашел. А пока тебе даже носа на улицу высовывать нельзя. Я сто раз убеждалась: если не хочешь встретить знакомых, непременно наткнешься на них. Понимаю, что ты считаешь себя посаженной за решетку, но мой приятель сейчас на ярмарке во Франкфурте. А как вернется, обязательно нам поможет, потерпи немного.

– Хороша тюрьма! — засмеялась Стелла. — С теликом, видиком и мороженым в холодильнике. Так любая сидеть согласится. Но я не привыкла жить задаром. Вот и помою квартиру.

– А я не приучена брать плату за гостеприимство. И как нам теперь быть? — усмехнулась я.

Стелла заморгала.

– Ладно! От скуки можно порядок навести? Скоро твой знакомый из Германии приедет?

– Через десять дней.

– Я точно офигею! Голова от телика съедет!

– Убирай, если тебя это развлечет, — согласилась я после недолгого колебания.

– Не волнуйся, — заверила Стелла, — я в шкафы не полезу.

– Да сколько угодно! — разрешила я. — Страшных тайн у меня нет. Правда, ты рискуешь упасть в обморок, открыв гардеробную. Там удивительный беспорядок. Каждый раз даю себе обещание: вот сегодня аккуратно повешу платье на плечики, но тут звонит телефон…

– Завтра ты лишишься чувств от офигенного порядка! — азартно воскликнула Стелла и, напевая, убежала.

Я разложила по местам продукты и позвонила Куприну.

– Вилка! — бывший муж обрадовался так, словно ему предложили пост самого главного мента в стране. — Как дела?

– Великолепно! — воскликнула я. — Скажи, если человек служил полицаем, а потом ушел к немцам, где могут быть о нем сведения?

– Это не ко мне, а скорей в архив Большого дома или Министерства обороны, — пояснил Олег. — А может, документы хранятся на месте, ну, в том городке, откуда этот человек сбежал.

– Насколько я помню, Серега Раков, твой знакомый, служит именно в ФСБ.

– Серега на пенсии, но я могу поискать другие контакты, — предложил Куприн. — На кого нужна справка?

– Ярцев Сергей Викторович, дед покойного Василия Ярцева. Последнее место жительства в Канаде, там его звали Серж Ярцофф.

– Зачем он тебе? — полюбопытствовал Олег. — Дядька, наверное, уже покойник.

– В самую точку — он скончался. Правда, не так давно.

– И зачем ты тогда его ищешь? — не успокаивался Олег.

– Если можешь, помоги, — начала злиться я, — а не хочешь, я сама справлюсь.

– Ох, и характер, — протянул Олег. — Слова поперек не скажи!

– Спокойной ночи! — рявнула я и выключила мобильный.

Слава богу, Олег не знает ни моего нового адреса, ни городского телефона, и от него теперь очень легко избавиться — простым нажатием кнопки на трубке. Смешно было надеяться, что после развода Куприн станет другим. Черного козла не отмыть добела! Но теперь Олег потерял право укорять меня в плохом характере.

Внезапно мне захотелось спать. Отчаянно зевая, я доползла до кровати, завела будильник на семь утра и рухнула под одеяло.

– Бр… бр… бр… фотографии… — донеслось словно из-под земли.

Я с трудом приоткрыла глаза и увидела Стеллу, у своей постели.

– Что случилось? — простонала я.

– Прости, — извинилась она, — не думала, что ты так рано спать ляжешь. Там на одной полке целая коробка фотографий, а в двух пакетах есть пустые альбомы. Можно я снимки аккуратно разложу?

– Делай с ними что хочешь, — пролепетала я и мгновенно заснула.

Громкий трезвон будильника вырвал меня из объятий Морфея, и я привычно хлопнула правой рукой по тумбочке. Противное дребезжание смолкло, на смену ему пришел более низкий звук, но не менее отвратительный. Пришлось сесть, и только тогда мне стало понятно: часы получили по голове и обиженно замолчали, зато в полный голос заливался телефон.

– Ну и кто там в семь утра? — не удержалась я от замечания, схватив трубку. — Говорите, не молчите.

– Ермакова беспокоит, — прошептали в ухе. — Уж прости, но у нас форс-мажор.

Мне стало холодно, по спине поползли мурашки.

– Ника объявилась?

– С ума сошла! Она же мертва!

– В чем тогда дело?

– Владелец гимназии, отец Тимы, хочет поговорить с тобой.

– Делать мне больше нечего! — фыркнула я. — У меня забот выше крыши и нет ни малейшего желания болтать попусту.

– Виола, милая, не отказывай. Николай Тимофеевич очень настойчив, и ему принадлежит учебное заведение.

– Но меня-то он не купил, — усмехнулась я.

– Вчера вечером звонил. Сам! Мне домой! — запричитала Ирина. — Представляешь? Я прямо дар речи потеряла, когда поняла, кто на другом конце провода. Мало мне прочих неприятностей, теперь еще и эта… Лично меня потревожил!

– А что удивительного в том, что он сам позвонил по телефону? — хихикнула я, враз потеряв все раздражение.

– Так обычно его помощник все дела решает, а здесь — без посредников!

– Скажи, что я уволилась.

– Ой, боюсь! Андреев меня из-под земли достанет. Отыщет, отроет. Сама ему объяви эту новость. Пожалуйста! Мне плохо, очень. Ноги трясутся, руки дрожат, голова болит, желудок отказывает…

– Ладно, — согласилась я, не дожидаясь, пока Ермакова перечислит все части своего немаленького организма. — И во сколько царь-батюшка аудиенцию назначил?

– В четырнадцать ноль-ноль в моем кабинете.

– Хорошо, — сдалась я, — буду без опоздания. Хотя я не понимаю интереса барина к моей персоне.

Не сказав «до свидания», Ермакова отсоединилась, я стала нашаривать тапки. Надеюсь, сотрудники конторы, занимающейся иностранными завещателями, приходят на службу, как и положено, к десяти.

Обычно во всех местах, так или иначе связанных с законом, скапливаются толпы людей. Никакие бумажки вам легко не оформят. Согласитесь: быстро попасть к кому нужно ни в паспортном столе, ни в нотариальной конторе не возможно, придется отстоять немалую очередь, чтобы наконец пообщаться с теткой, которая, великолепно сознавая собственную значимость, будет беседовать с вами сквозь сжатые зубы. Я уж и не упоминаю здесь про собес, где несчастные старики, честно проработавшие всю жизнь, падают в обмороки, ожидая, пока им начислят пенсию. А оформление машины в ГАИ? Ладно, не будем о печальном.

Ожидая увидеть толпу потных нервных людей, я вошла в просторный холл и изумилась. Вдоль стен стоят пустые кресла, повсюду картины и цветы, а за стойкой рецепшен сидит настоящая красавица.

– У вас выходной? — от неожиданности задала я идиотский вопрос.

– Все на рабочих местах, — улыбнулась «Василиса Прекрасная». — Кого вы ищете?

Я вытащила из сумочки блокнот.

– Зульфию Янусову.

– Пятый кабинет, — очаровательно улыбнулась девушка, — налево по коридору. Осторожно, не споткнитесь, там одна ступенька.

Обласканная сверх меры и оттого еще более встревоженная, я добралась до нужной комнаты и деликатно постучала.

– Входите, — крикнул кто-то.

В кабинете стояло два стола. Один абсолютно чистый, даже без телефонного аппарата и компьютера, а за другим, заваленным папками с бумагами, сидела девушка. Очень молодая, больше смахивающая на школьницу, чем на клерка солидного учреждения.

– Здрассти, — кивнула она. — Вы ко мне?

– Я ищу Зульфию, простите, не знаю отчества, Янусову.

– Магомедовна, — охотно подсказала девочка. — Но ее нет.

– А когда она вернется?

– Через две недели, вчера в отпуск уехала.

– Вот черт! — расстроилась я.

– Я Марина Викторовна, младший специалист, — солидно представилась юная служащая. — Может, сумею вам помочь?

– Речь идет о деле Василия Ярцева.

– Секундочку, — кивнула собеседница и схватила мышку. — Извините, но такого нет.

– Наверное, я не ввела вас в курс дела. Ярцев Сергей Викторович, гражданин Канады, оставил завещание на имя Василия, своего внука.

– Да, да, — закивала Марина Викторовна и внезапно покраснела. — А что случилось?

– Скажите, велика ли сумма наследства?

– На такой вопрос никто вам не ответит, это тайна.

– Не надо называть точную цифру. Просто скажите, она большая?

Марина Викторовна перестала улыбаться.

– А кто вы? Почему интересуетесь этими сведениями? Впрочем, кем бы вы ни были, про чужое завещание я ничего не скажу.

Я решила применить иную тактику.

– Понимаете, я вляпалась в совершенно идиотскую историю и теперь не пойму, как выпутаться. Разрешите представиться. Виола Тараканова, вот паспорт. Под псевдонимом Арина Виолова я пишу книги детективного жанра. Специально захватила одну, обратите внимание на фото на обложке.

– Похожа, — констатировала Марина. — Но только я ничего, кроме специальной литературы, не читаю. Учусь на юридическом, скоро защищаю диплом, подрабатываю помощницей у Янусовой. Если Зульфия Магомедовна даст мне хорошую характеристику, меня могут взять на постоянный оклад. Мне неприятности не нужны!

– Получилось совпадение, — настойчиво продолжала я. — Написала я книгу, придумала сюжет: жил-был некто Сергей Ярцев; во время Второй мировой войны он служил немцам и вместе с оккупантами покинул СССР; в России осталась его семья — предатель попросту бросил жену и ребенка. След Ярцева потерялся, о нем все забыли, и вот через огромное количество лет в Москву приходит запрос от адвокатов из Канады — оказывается, Сергей жил за океаном, скончался совсем недавно и завещал состояние внуку. Дальше разворачивается детективный сюжет, но он нам сейчас неинтересен. Не успела книга выйти, как в издательство обратился взбешенный Василий Ярцев. «Кто разрешил предавать огласке наши семейные тайны? — орал он. — Откуда писательница знает о них?» Страшный шум получился, теперь Ярцев требует компенсации. Поэтому я пришла узнать: было ли подобное завещание. Ярцев хочет за моральный ущерб огромные деньги, а у меня даже десятой части их нет.

Марина Викторовна вытаращила глаза.

– Первый раз о таком слышу.

– Вы просто не в курсе, — деликатно ответила я, — на писателей частенько подают в суд. Вот недавно случай был: одна писательница дала главной героине, весьма непривлекательной особе, имя Зузуля и фамилию Хренкопытова. Специально такую нелепую выдумала, потому что в книге женщина отвратительно себя ведет. И представляете, какой конфуз вышел?

– Нет, — с неприкрытым любопытством ответила сотрудница.

– На книжной ярмарке на ВВЦ, когда романистка подписывала свою новинку, к ней подошла женщина и сунула под нос паспорт, а в нем четко написано — Зузуля Хренкопытова.

– Вау! — развеселилась Марина. — Прикольно!

– Веселее не бывает, — кивнула я. — Так вот эта тетка с жутким именем стала вопить что-то типа: «Опозорили! Других Хренкопытовых на свете нет, теперь люди в меня пальцем тычут, уверены в моей подлости и низости! Короче, отстегивай деньги!»

– Не позавидуешь вам, — пожалела меня наивная Марина.

– Верно, — согласилась я. — А мне с Ярцевым «повезло»! Он утверждает, будто я назвала в книге точную сумму завещания. Я угадала случайно, написала: десять миллионов долларов. А на Ярцева сразу знакомые налетели и родственники, все просят поделиться, нарушили его сон и покой. Плати, кричит он, Арина Виолова, за ущерб, иначе тебе мало не покажется! Честно говоря, я в отчаянии!

Марина оглянулась на дверь.

– Ярцев врет!

– Да ну? — бурно обрадовалась я. — Нет наследства?

Девушка замялась, потом взяла со стола табличку «Не входить, идет совещание», открыла дверь, повесила предупреждение с внешней стороны и сказала:

– Вообще-то я не имею права болтать о делах.

– Понимаю, — грустно вздохнула я. — Но Ярцев, простите за непарламентское выражение, меня уже достал. Издательство умыло руки, защищать автора не собирается, а вчера вечером позвонил адвокат Василия и предложил: «Вы платите моему клиенту пособие — ежемесячно по десять тысяч долларов, и мы не поднимаем шума в прессе».

– Ну ваще! — забыв о статусе солидного юриста, воскликнула Марина. — За что же такие бабки отстегивать?

– Я уже сказала — это компенсация за нанесенный моральный ущерб, — напомнила я. — Ярцев уверен, что я разузнала его тайны и нарочно их опубликовала. Сто раз ему говорила: я выдумала историю про дедушку, про Канаду и завещание! Это чистое совпадение! Хотя, согласитесь, странно, ну отчего я точно сумму назвала — десять миллионов баксов? Сама удивляюсь! Может, податься в предсказательницы?

Марина набрала полную грудь воздуха, потом выдохнула и гневно воскликнула:

– Да врет он! Ничего такого нет, а так, смех один! Зульфия дико злилась — столько работы, а в результате пшик. Вы только меня не выдавайте! Сейчас все расскажу. Ненавижу таких людей, как Ярцев. Впрочем, я его не видела. Зато его жена! Не тетка — бульдозер. Ну ладно, значит, пришла она…

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Первый раз познакомилась с творчеством Донцовой по книге про Тараканову, с тех пор очень люблю ее детективы и особенно Виолу. Если честно, мне не нравятся названия, как-то они не совпадают с внутренним содержанием книг, какие-то поверхностные. А героини всегда на высоте — добрые, порядочные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *