Хеппи-энд для Дездемоны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

– Вы замужем? — без всяких предисловий поинтересовался Андреев.

– Нет, — удивленная вопросом, ответила я.

– Десять тысяч долларов.

– За что?

– Оклад. Ежемесячно. Еда за наш счет. Без выходных. Проживание в доме. Постоянный контроль. Безопасность обеспечивает охрана, — отчеканил отец Тимы.

– Вы хотите нанять меня на работу?

– Да, — кивнул он. — За Тимофеем требуется постоянный присмотр. Жена дура. Развод, детей поделили, ей дочь, мне сын. Я очень занят, парень достал. Гувернантки бегут. Был тяжелый разговор. Хочет вас! Собирайтесь, машина у ворот, — рублеными фразами произнес спонсор.

– Спасибо, но у меня иные планы. Я временно замещала подругу и вовсе не собираюсь работать воспитателем, — попыталась я отбиться от чести прислуживать Тиме.

– Десять тысяч гринов. Ежемесячно.

– Оклад замечательный, однако я не согласна.

– Одиннадцать.

– Благодарю, но вынуждена отказаться.

– Двенадцать.

– Думаю, мы не сумеем договориться.

– Называй свою цифру!

– Поймите, я не гувернантка.

– Пятнадцать!

Пришлось встать.

– Спасибо, разговор окончен. Впрочем, могу дать вам совет: если хотите, чтобы мальчик вырос нормальным человеком, заберите его из этой гимназии и отправьте в нормальную школу, к обычным преподавателям.

– Тима хочет тебя! Поставил условие! Иначе не пойдет учиться!

– Увы, он останется без меня.

– Я покупаю все.

– Но здесь получился облом! — рявкнула я и, хлопнув дверью, вылетела в коридор.

Не знаю, каким образом Ирина Сергеевна будет утешать обиженного хозяина, но даже в случае крайней нужды я не пошла бы в дом к такому монстру. Одна манера говорить чего стоит — сплошь повелительное наклонение и приказной тон, никаких «пожалуйста» или «будьте любезны». Иногда от больших денег у людей сносит крышу.

Ровно в шестнадцать ноль-ноль я позвонила в дверь к Жанне и была впущена в просторную, очень уютную квартиру. Меня провели в большую комнату, усадили в мягкое кресло и спросили:

– Что хотите? Платье?

– Вы шьете все? — заинтересовалась я.

Жанна кивнула.

– Да, кроме шуб. Но если хотите, по поводу манто я отправлю вас к замечательному скорняку.

– Какой у вас манекен смешной, — улыбнулась я. — Сейчас таких уже не делают. Наверное, старинный?

– От мамы достался, — кивнула Жанна.

– Она тоже шьет?

– Мамочка умерла.

– Ох, простите!

– Ничего. Это не вчера случилось, много лет прошло, я тогда совсем маленькая была, — тихо уточнила портниха.

– Тяжело одной, — подхватила я, — великолепно вас понимаю.

– Не думаю, — грустно сказала Жанна. — Меня поймет лишь тот, кто в приюте рос.

– Вас отдали в детдом?

– Да, — кивнула Жанна.

– Ой, бедняжечка! Неужели отец отказался от вас?

Портниха отвернулась к окну.

– Впрочем, мой папа, — как ни в чем не бывало продолжала я, — тоже остался со мной. Маменька смылась, решив бросить новорожденную дочь. Мы так и не встретились, я ее ни разу не видела. Была, правда, одна очень странная история, прояснившая судьбу матери, но это произошло, когда я уже сама вышла замуж.

– Ваш отец благородный человек, — пробормотала Жанна.

– Ленинид, мой папа, очень скоро попал на зону, — хмыкнула я. — Вернее, он многократно туда садился. Меня воспитывала совершенно посторонняя женщина, к тому же алкоголичка. Правда, она была хорошим человеком, меня не обижала, но пила крепко, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Повезло вам! — неожиданно воскликнула Жанна.

– Вы так считаете? — удивилась я.

– Лично мне очень хотелось бы увидеть своего отца на виселице! — вдруг заявила портниха и тут же переменила тему: — Что шьем? Вот журналы, я могу повторить любую модель.

– Если вы не любите отца, то вас не расстроит принесенное мной известие, — вздохнула я. — Ярцев умер.

Жанна вздрогнула.

– Кто?

– Василий Ярцев умер в СИЗО, — уточнила я. — Следствие по делу остановлено, осудить его не удалось.

– Ты кто? — спросила Жанна после небольшой паузы. — Чего приперлась? Платье шить?

– Нет, я просто боялась сразу рассказать вам правду про Василия, вот и прикинулась клиенткой. Хотела осторожно ввести вас в курс дела. Ярцев умер в камере.

– Сдох? — с радостью уточнила Жанна. — Вот это праздник! Ну спасибо, ну обрадовала, ну счастье! Стоп. Где он коньки отбросил?

– В следственном изоляторе.

– В тюрьме?

– Изолятор временного содержания не тюрьма, но в принципе вы правы: Ярцев провел последние дни за решеткой.

– Это надо обмыть. Сейчас коньяк принесу, — засуетилась Жанна. — Вот она, справедливость! Свершилось! Слушай, а за что его под замок сунули?

– Василий был задержан у трупа своей жены Ники с молотком в руке, — сказала я.

Жанна схватилась за сердце.

– И стерва откинулась?

– Вы, простите, о ком?

– Да об этой суке! — «уточнила» Жанна. — Василий маму убил, но тогда ему все с рук сошло. Плакал: «Прости, Катя», — но я-то знаю правду.

Я вздрогнула. Администратор отеля «Оноре» Галина вскользь упомянула, что Василий, стоя на коленях у тела Ники, бормотал: «Прости, Катюша». Правда, лгунья наговорила семь бочек неправды, но, похоже, невзначай сказала нечто важное.

– В этой самой комнате все случилось! — топнула ногой Жанна. — Мне десять лет было, маленькая вроде, но хорошо помню те события. Родители так ругались! Мама папу в неверности упрекала, а потом выяснилось: он действительно любовницу завел, Нику. Та забеременела и решила своему выродку папу отбить. Очень решительная стерва, не стала ждать, пока он сам с женой разберется, сюда приперлась.

– К вам домой? — не поверила я.

– Ну да, — кивнула Жанна. — Я ей дверь открыла. У нас тогда ремонт шел. Отец на работу ходил, а мама отпуск взяла и сама обои клеила. Вот здесь, у стены, стремянка стояла, а рядом кастрюля с клейстером. Очень неудобно в одиночку полотнище клеить, поэтому я ей помогала. Мамуля наверху лист пришлепывала, я низ направляла, и тут звонок…

Жанна побежала впустить непрошеного гостя. Девочка открыла дверь, не поглядев в глазок, и была сметена с дороги молодой, энергичной женщиной.

– Где твоя мать? — нагло поинтересовалась незнакомка.

– Обои клеит, — пискнул ребенок, — в большой комнате.

Тетка понеслась по коридору, Жанна притаилась в прихожей — ей отчего-то стало страшно. Из гостиной тем временем начали доноситься звуки нарастающего скандала.

– Хоть сдохни, а он мой будет! — проорала гостья, выскочив в конце концов в коридор. — Забудь Василия! Моему ребенку нужен отец!

Из гостиной слышались рыдания Екатерины. Хоть Жанна и была маленькой, да сообразила, что крикливая тетка сильно обидела ее мамочку. Девочка недолго думая выставила вперед ногу, скандалистка споткнулась и со всего размаха упала, ударившись лбом о скамеечку, на которую полагалось садиться, завязывая ботинки.

– Так тебе и надо! — воскликнула Жанна и опрометью бросилась в туалет.

Женщина вскочила, кинулась за ней, явно желая порвать негодницу на тряпки. Но малышка успела задвинуть щеколду.

Попинав крепко запертую дверь, тетка проорала:

– Ну погоди! Вот сдохнет твоя мать, ты в детском доме сгниешь. Крошки хлеба не принесу!

Потом в коридоре стало тихо. Перепуганная Жанна долго боялась выйти из убежища. Сколько времени она просидела на унитазе, никому не ведомо, но в конце концов она вдруг услышала голос отца:

– Катя, я приехал! Что за нужда была человека с работы выдергивать?

– Кобель поганый! — заголосила мама. — Переспал со всей Москвой! Уже домой прошмандовки являются…

– А ну перестань! — гаркнул Василий.

– Нике своей это скажи, — завизжала Екатерина, — она тут базар-вокзал устроила!

– Дура!

– Во, точно! А ты мерзавец! — не осталась в долгу мама.

– Идиотка! — еще выше поднял голос отец.

– Был бы ты генерал, звали бы меня генеральшей, — откликнулась Катя.

Раздался грохот, звон, треск, ругань… Жанна тряслась в туалете. Родители и раньше бурно выясняли отношения, но такой шторм случился впервые. Затем повисла зловещая тишина, несчастной девочке стало еще страшней.

– Помогите! — вдруг закричал папа. — Люди! Скорей! Врача! Катя! Катя! Очнись! Катюша, прости, прости, прости!

Из туалета Жанну выпустила соседка Серафима Ильинична. Тетя Сима увела девочку к себе и уложила спать. Только на следующий день ей сообщили правду: мама умерла, Жанне придется некоторое время пожить у чужих людей.

– Где папа? — растерянно спрашивала девочка. — Позовите его.

– Он очень занят, — отводила взгляд в сторону Серафима Ильинична.

Целый месяц Жанна провела в чужой квартире. Отец так и не появился. В конце концов неожиданно пришла полная тетка в строгом костюме и сказала:

– Собирайся, поедем.

– Куда? — спросила девочка.

– В хорошее место, где много детей. Тебе там понравится, — попыталась улыбнуться дама. — Небось одной скучно?

Жанна вцепилась в тетю Симу.

– Не хочу, пусть меня мама заберет.

– Она умерла, — безжалостно напомнила мадам.

– Ох, не надо так резко, — испугалась соседка.

– Оттого что все сюсюкают, нам самим приходится сообщать детям правду, — взвилась баба. — Значит, так, Жанна. Ты уже большая, обязана знать обстоятельства. Твоя мама умерла. Родители поругались из-за любовницы твоего отца, мама обвинила его в неверности и кинулась на него с кулаками, а он оттолкнул ее. На беду, твоя мать напоролась на острый нож, которым нарезала обои. Клинок попал ей прямо в сердце, она скончалась до приезда «Скорой». Произошедшее признали несчастным случаем. Твой отец отпущен на волю.

Из всего сказанного Жанна вычленила лишь одно: отец ни в чем не виноват. Потому радостно спросила:

– А почему папуля меня не забирает?

Серафима и тетка переглянулись.

– Ну чего, объяснишь ей нежно? — прищурилась баба в костюме.

– Не могу, — прошептала соседка.

– Все вы такие — хотите хорошими быть, а нас осуждаете, — скривилась гостья и повернулась к Жанне: — Кто кого убил, не наше дело. Раз решено, так тому и быть. Но у твоего отца есть любовница, звать ее Вероникой, она беременна и никаких детей от первого брака признавать не желает. Отец заявление с отказом от тебя подписал, в детдом отправишься. Квартиру никто у тебя не отберет, вырастешь — вернешься. Вопросы есть? Собирайся! Ребенок должен знать правду, тебе уже десять, ты вполне взрослая…

Жанна замолчала.

– Да, досталось вам… — промямлила я.

– Всю жизнь их ненавижу! — звонко откликнулась она. — И вот теперь пришла расплата. Он и эту, значит, убил. Славно! Надеюсь, оба в аду горят! А ты кто? Зачем пришла мне радостную новость сообщить? Столько лет про этих сволочей ничего не слышала, а последнее время просто водопад сведений. Сначала из юридической конторы какая-то дура приперлась. С порога заявила: «Вам наследство по линии Василия Ярцева положено, обязательно явитесь для оформления бумаг». Маленькая, а нахальная, я ответила ей спокойно: «Спасибо, ничего мне от Ярцева не надо». Другая бы ушла, а эта поперла танком: «Вы обязаны! Приезжайте бумаги подписывать!» Ну и получила по наглой морде. Никому и ничего я не должна, в особенности парочке убийц моей несчастной мамы. В общем, дала я девчонке пинка под зад. Не успела ее вон отправить, парень приплюхал. Правда, в отличие от хамки хорошо воспитанный. Вошел, ботинки снял — педик, блин! — и говорит: «Я из передачи «Криминальная правда»»…

Внезапно глаза Жанны потемнели.

– Ага, понятно. Ты тоже оттуда? Значит, решили меня порадовать. А Гоша где?

– Кто? — необдуманно спросила я.

– Гоша, так тот журналист представился, — пояснила Жанна. — Сказал, что снимает цикл передач про интересные дела прошлых лет. Начал расспрашивать про убийство мамы, что я видела и слышала.

– И вы рассказали?

– Ну да, — пожала плечами Жанна, — про труп, кровь…

– Вы же тогда находились в туалете. Откуда знаете детали?

Жанна поежилась.

– Тетя Сима живописала. Каждый вечер, как сказку, рассказывала: «Вбегаю в комнату — стены красные, пол бордовый… Катя лежит, нож в груди, Вася рядом сидит…» Тьфу!

Жанна помотала головой и цепко схватила меня за руку.

– Гоша заглядывал с месяц назад, пообещал, что сделает суперпередачу, назовет имена, фамилии. Прямо в эфире сообщит про Василия Ярцева, который по наущению Ники Терешкиной убил жену, сплавил дочь в приют и остался безнаказанным. И куда журналист подевался? Ты зачем пришла?

– Меня прислали предупредить о кончине Ярцева, — подтвердила я предположение Жанны. — Кстати, у вас есть сестра, Вера.

– Кто? — подпрыгнула Жанна.

– Дочь Василия от второго брака. Вас всего двое на белом свете осталось, и как ни крути, но отец у вас один был…

Жанна сжала губы тонкой линией.

– Нет, ничего общего с этим отродьем я иметь не хочу. Мерси за радостное сообщение! Так когда фильм выйдет?

– Думаю, Гоша вам позвонит, — промямлила я, — а почему вы назвали его педиком?

– Когда? — удивилась Жанна.

– Пару минут назад вы сказали: «Вошел, ботинки снял, педик, блин…»

Хозяйка усмехнулась.

– Аккуратный мальчик: усы, борода ухоженная, сильно мужским одеколоном пах. А когда обувь снял, я прямо чуть не засмеялась. У него носки прикольные оказались — розовые, в белых зайчиках. Ну какой парень такие нацепит? Ясное дело, гей.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Первый раз познакомилась с творчеством Донцовой по книге про Тараканову, с тех пор очень люблю ее детективы и особенно Виолу. Если честно, мне не нравятся названия, как-то они не совпадают с внутренним содержанием книг, какие-то поверхностные. А героини всегда на высоте — добрые, порядочные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *