Хеппи-энд для Дездемоны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 34

Совершенно неожиданно сегодня утром вместо будильника включилось радио.

– Просыпайтесь, товарищи! — радостно заорало оно. — Хватит дрыхнуть, пора на работу!

Я села и, не успев открыть глаза, поразилась. Какие товарищи? Это слово давно исчезло из обихода. Веки разомкнулись, я изумилась еще больше. Где спальня? Отчего я нахожусь в чьем-то кабинете? И меня вытолкнуло в реальный мир вовсе не радио.

– Крепкий сон — признак кристально чистой совести, — вновь послышался сбоку хорошо знакомый голос. — Если человек так мирно дрыхнет в ментовке, надо его отпускать. Стопудово он ни в чем не виноват!

Я повернулась, увидела Олега и быстро ответила:

– Я от скуки прилегла.

– Хочешь посмотреть на себя, красивую? — засмеялся мой бывший муж. — Во! Лёша, ты где?

В кабинет вошла невысокая щуплая тетка, на голове которой торчали дыбом белокурые волосы. Лицо ее было покрыто аляповатым макияжем, а ноги, сильно обтянутые джинсами, искривлялись в самых неподходящих местах.

– Здрассти, — сказала незнакомка прокуренным басом, — очень рад встрече. Если будет возможность, подпишите моей теще книжечку, она ваша преданная фанатка.

– Это он меня изображал? — пришла я в негодование. — По-твоему, именно так я выгляжу?

– А чего? — прикинулся идиотом Олег. — Блондинка в джинсах. Главное дело — все сплясалось! Пойдешь смотреть на задержанную?

Я ринулась к двери, бывший муж ухватил меня за плечо.

– Стой! Сначала послушай. Мы оказались правы: и договоренность у убийцы с Галиной существовала, и она потом ее убила, и Нику пришила, и Василия специально впутала! Но есть маленькие шероховатости…

– Хочу увидеть Жанну, — потребовала я, — хватит трепаться!

– Ладно, — пожал плечами Олег, — на месте разберешься.

Мы миновали пару коридоров, вошли в небольшую комнату и остановились у большого стекла, через которое отлично просматривалось соседнее, в данный момент пустое помещение.

– Сейчас ее приведут, — сообщил Олег. — Можно, я пока задам тебе пару вопросов?

– Ну, начинай, — милостиво разрешила я.

– Василий убил жену Катю, — завел Куприн, — они поругались из-за визита беременной Ники. Екатерина кинулась на мужа с кулаками, Ярцев оттолкнул супругу, а та поскользнулась и упала на нож.

– Он что, торчал из пола лезвием вверх? — фыркнула я.

– Именно так, — неожиданно подтвердил Олег. — Резак должен быть очень острым, точить его трудно, и чтобы не затупить инструмент, Катя не клала его на стол, а ставила в небольшую подставочку — ручка находилась в стакане, а лезвие торчало наружу. Екатерина брала нож аккуратно и столь же осторожно помещала назад. Она вообще была очень хозяйственная. Я почитал старое дело. Тот же вопрос, о торчащем ноже, возник и у следователя, и он пришел к выводу — это случайное убийство. Вот только Василий скрыл, что изо всех сил толкнул жену. По его версии, она попятилась от него сама, споткнулась и упала…

Долгие годы Ярцев пытался забыть о смерти Кати, но ему это никак не удавалось. И когда воспоминания становились невыносимыми, он начинал упрекать Нику.

– Все из-за тебя! — шипел он на нее. — Пришла, устроила скандал!

– Я была беременна, — оправдывалась Ника. — И потом, ты обещал на мне жениться, обманул девочку. Ну-ка вспомни, сколько мне было лет? Всего ничего, я была еще ребенок!

Но Вася не успокаивался. Многим женатым мужчинам свойственно обвинять во всех своих грехах спутницу жизни. Фразу «Не обладай ты дурацким характером, я бы стал генералом (доктором наук, олигархом, великим актером и так далее)» представительницы слабого пола слышат часто. Одна женщина просто посмеивается в ответ, другая устраивает скандал. Ника принадлежала ко второй категории. В доме у Терешкиной легко разгорались локальные конфликты, и чем длиннее делался стаж семейной жизни, тем злее становилась Ника. Не о таком она мечтала, выходя замуж за Ярцева! Денег Василий не зарабатывал, легко впадал в гнев, попрекал Веронику каждой обновкой, вел себя, как свободный мужчина, — мог явиться домой в три часа ночи и на справедливые упреки жены агрессивно отвечал:

– Чего сидишь на диване? Спать давно пора!

А еще Ярцев был не в состоянии удовлетворить сексуальный аппетит слишком темпераментной Ники. Да он особо и не старался в постели, быстро получал удовольствие, отворачивался к стене и начинал храпеть. То, что Ника оставалась в слезах, его не волновало.

К Вере Василий относился не как к дочке, а как к соседской кошке, — не обижал ее, но практически не замечал. Желание поиграть с ребенком накатывало на него раз в год. И девочка сразу начинала раздражать отца — она пугалась, когда ее подбрасывали к потолку, не хотела гонять в футбол и плакала по каждому поводу.

– Даже ребенка нормального родить не сумела, — попрекал Ярцев Нику, — вместо сына хныксу подарила.

– Пол малыша определяет отец, — огрызалась жена.

– Может, вовсе не от меня девка, а ты натрахала ее хрен знает с кем! — вопил в ответ Василий. — Хотела замуж выйти, пристроиться желала!

– Вот уж убила бобра… — фыркала Терешкина.

И разгорался очередной скандал, в процессе которого пара затрещин непременно доставалась маленькой Вере. Просто так, для профилактики. Ника тоже никогда не уделяла внимание девочке, все помыслы Терешкиной занимала одна проблема: где добыть денег. Поэтому Верочка прошла крестный путь ребенка упорно работающей мамы: ясли — детсад — группа продленного дня в школе. И везде девочке было некомфортно. Ей не покупали красивых игрушек, дорогой одежды или вкусных конфет. Ника постоянно твердила дочери:

– Мы не богаты, надо экономить, собирать на черный день. Зачем тебе туфли? Уже есть одни. Сносишь, тогда и поговорим.

Дети бывают очень жестоки друг к другу, и над плохо одетой Верой одноклассники посмеивались. А наладить с ними отношения не получалось — Ника никогда не разрешала дочери звать домой гостей. Мать выдвигала привычный аргумент:

– Мы не богаты, надо экономить, собирать на черный день. Ты еще попроси торт купить, когда до получки два дня осталось! Нечего развлекаться!

Вера жила в маленькой каморке, за гипсокартонной стеной, и никогда не могла выспаться как следует. Отец, особо не изводивший себя работой, постоянно смотрел телевизор — включал звук на полную мощность и балдел на диване. Кто-то мог бы позавидовать жизни Веры: родители не пили, не выгоняли дочь из дома, не били ее (редкие оплеухи не в счет), но девочке такое существование казалось безрадостным. К восьмому классу она возненавидела и Нику, и Василия всей душой.

Трудно сказать, почему постоянно лающаяся пара не разбежалась. Вероятно, их удерживали вместе бытовые мотивы. Ну разведутся они, и где жить? Квартира не шикарная, такую не разменять на две отдельные, максимум, что получится: однушка и комната в коммуналке. Ярцев был ленив, его вполне устраивало, что Ника ведет хозяйство, а та понимала: в нашей стране женщине необходимо иметь в паспорте штамп. Кстати, точно так же размышляют тысячи россиян, тащатся уныло по жизни, тихо презирая своих жен или мужей, но ничего не собираются менять. То, что человек создан для счастья, не приходит им в голову…

Олег замолчал и посмотрел на меня.

– Ну и что? — спросила я. — Ничего нового ты мне пока не сообщил. Я сама тебе рассказывала о двуличии Ники. Конечно, у каждого человека есть набор масок, но Терешкина переплюнула всех. Я считала ее вполне добропорядочной клушей, тянущей на своих плечах семью, мечтающей о новой шубке, верной женой, хорошей матерью и замечательной хозяйкой.

– Да уж… — скривился Куприн. — Остается только удивляться твоему умению разбираться в людях. Терешкина занималась преступным бизнесом, продавала детей педофилам, имела солидный капитал, скупала квартиры и ювелирные украшения, регулярно посещала «Оноре», где вовсю развлекалась с парнями, и исподволь подготавливала свой побег от «любимых» мужа и дочери. Помнишь, ты говорила мне, что Ника встретилась с Майей Филипенко на улице и была поражена прекрасным внешним видом старой знакомой?

– Ну да, — кивнула я. — С этого и начиналась вся история. Майка рассказала ей про своего любовника, а у Ники вдруг раскрылись глаза, она реально оценила себя и решила изменить свой облик — села на диету, сделала другую прическу… Эй, постой, она врала?

– Как всегда, ни слова правды, — хмыкнул Олег. — Майя тут ни при чем, не было той встречи. Нике просто требовалось объяснить окружающим, по какой причине она вдруг начала следить за собой. Жила халдой и вдруг постройнела, похорошела.

– Она собиралась сбежать! — осенило меня. — Готовилась к новой жизни!

– Верно, — сказал Олег. — Волосы легко перекрасить, цвет глаз можно изменить при помощи линз, но как быть с весом? Нике хотелось стать иной, оставить некрасивую Терешкину в прошлом. Знаешь, какую ошибку чаще всего допускают в отношении своих детей родители?

– Слишком опекают их? — предположила я. — Лишают возможности самостоятельно мыслить и принимать решения?

– Нет, — усмехнулся Олег. — Считают их маленькими! Два года — крошка, пять — крошка, десять — крошка, двадцать — крошка. А еще они полагают, что ребенка можно не стесняться, мол, ну что он, маленький, поймет? Дурачок совсем, существо неразумное. Ох, как горько бывают наказаны некоторые мамочки! И Ника — яркий пример…

– Послушай, — начала я злиться, — хватит пережевывать уже съеденное. Я давно выяснила — и, между прочим, совершенно самостоятельно — истинное лицо Терешкиной. Лучше скажи, где Жанна? Сколько нам тут еще торчать?

Едва я задала вопрос, как за стеклом появилось двое мужчин. Они устроились за столом, а через пару секунд в помещение ввели молодую женщину и усадили напротив них. Увы, Жанна села спиной к стеклу, за которым затаились мы с Куприным. Я видела лишь волосы, стянутые в хвост, да часть спины. И что-то было не так. Я заметила некую странность… Но не успела оценить, что именно меня насторожило, потому что один из ментов сказал:

– Давайте вернемся к объявлению в газете.

Жанна кивнула.

– Помнишь, я говорил тебе о возникших у меня вопросах? — оживился Олег. — Так вот! Меня сразу заинтересовало: кто же дал объявление, рекламу про «Оноре»? Хач точно нет. Кому пришла в голову эта идея? Ника великолепно знала месторасположение гостиницы, она там часто бывала, а потому не стала бы искать адрес в прессе. Поняла?

– Нет, — шепнула я, наблюдая, как Жанна хватает стакан с водой.

Очевидно, у преступницы пересохло горло, и она решила промочить его.

Олег с превосходством посмотрел на меня.

– Это же очень просто. Убийца решила подставить Василия. Но как отправить его в «Оноре»? Положить на стол газету с обведенным объявлением, а потом звякнуть ему и, приложив к трубке платок, сказать: «Ника сейчас с любовником. Не веришь, посмотри, в кухне лежит бесплатное издание с выделенным текстом». Преступница великолепно знала, как поступит Ярцев. И он ее не подвел. А какой козырь для милиции! Муж увидел газету, вмиг сообразил про измену и рванул туда, где веселилась жена. Вопросов менты не зададут, сразу арестуют Васю!

Жанна молча поставила стакан.

– Запираться глупо, — сказал мужчина.

– Подождите, Петр Сергеевич, — ожил второй.

– Хотите что-то сказать, Виктор? — спросил первый.

– Да, хочу начать разговор. Поправьте, если я ошибаюсь, — застрекотал Виктор. Затем повернулся к Жанне. — Вы переоделись в мужское платье и поехали давать объявление. Глупый шаг. Сейчас вас загримируют, вызовут служащую, которая принимает заказы, проведут опознание…

Жанна молчала.

– А как вы узнали про вторую жизнь Вероники Терешкиной? — резко переменил тему Петр Сергеевич.

– Случайно, — еле слышно, хриплым, то ли простывшим, то ли сорванным от крика голосом, ответила Жанна. — Я хотела пойти на вечеринку, а целых колготок нет, полезла в шкаф, порылась на полке, уронила ящик с бельем, а у него выпало дно. Под ним обнаружилось второе, а там документы на квартиры и дом… Я тогда методично обыскала все уголки… не один день потратила… нашла драгоценности… еще там лежала дарственная… На имя другой женщины. Паспорт тоже был в тайнике, на фамилию… не помню ее… на букву «М» начинается… Понимаете? Она готовилась удрать, бросить семью! Переписала имущество на свой новый паспорт… Я потом, после ее смерти, дарственную разорвала… А наследство! Из Канады!

– С ним-то что? — удивился Виктор. — Никакого богатства не было, лабуда на постном масле.

– Ну как вы не понимаете! — с отчаяньем воскликнула арестованная. — Ника никому из родственников и словом не обмолвилась о нем! И рядом с дарственной на квартиры еще одна лежала, с отказом от наследства в пользу той же тетки, на чье имя паспорт. Она после побега собиралась жить под этим именем.

– Ладно, с жилплощадью понятно, — кивнул Виктор. — Ника переоформила квадратные метры на свою новую фамилию, а вы, чтобы стать наследницей, уничтожили дарственную. Никто о документах не знал, вам это должно было сойти с рук. Но зачем вам волокита с наследством, которого фактически нет?

Жанна неожиданно засмеялась.

– Где уж вам понять эту хитрую змеищу, она все предусмотрела. А ну как кто заинтересуется, откуда у нее взялись деньги? Ответ есть: она получила их по завещанию.

– Ловко! — покачал головой Виктор. — Предприимчивая бабенка всех обманула! И родных, и юристов — принесла им бумагу об инвалидности мужа.

– Что-то странное, — забормотала я.

– Да? — вскинул брови Олег. — Что именно?

– Каким образом Жанна могла обыскивать квартиру Ники? И погоди… волосы… они у нее короткие… а у этой хвост… — ахнула я.

В ту же секунду Виктор встал и велел:

– Давайте поменяемся местами, а? Вы сидите под кондиционером, еще простудитесь.

Арестованная повиновалась. Я, приоткрыв рот, наблюдала, как она медленно обходит стол, устраивается напротив стекла, поднимает голову… На какое-то мгновение взгляд хитрых глаз уперся в мое лицо. Я, знавшая, что меня не видно из комнаты для допросов, невольно отшатнулась и заорала:

– Вера!

– Да, — подтвердил Олег. — Вот человек, придумавший и осуществивший все. Она ненавидела и мать, и отца, была в курсе того, что Василий, со злостью толкнув Катю, убил ее. Помнишь, я говорил тебе, что многие родители делают ошибку, обсуждая свои дела при ребенке, считая его несмышленышем? Ника и Вася часто ругались, бросали друг другу в лицо упреки, и Вера, сложив крупицы услышанных сведений, вычислила правду. Потом она случайно нашла тайник с документами, обнаружила драгоценности, и ненависть перелилась через край. Значит, та богата, но попрекает девочку куском хлеба. Вера спит в каморке, носит рубище, а у Ники несколько квартир и куча драгоценностей. Откуда ее богатство? Вера начинает следить за матерью и разнюхивает все. Стоит позавидовать ее предприимчивости, ее фантазии и организаторским способностям. Так, Вера сговорилась с Галиной, портье из «Оноре», пообещав ей за услуги одну из квартир. И еще. Дочь хорошо знала отца, понимала, какой тот испытает шок, когда вновь станет свидетелем убийства жены. Кровь, тело… Девушка понимала, что сильный стресс должен довести Василия до смерти. Вера рискнула и выиграла. Ей оставалось лишь «найти» при свидетелях документы на квартиры, драгоценности и рассказать всем про завещание. Никаких вопросов не возникнет, Вера будет на каждом углу говорить о родственнике из Канады, миллионере, осчастливившем бедняков из России, что объяснит наличие квартир. Дочь решила использовать идею матери.

– Она показала документы Филипенко, а потом уж и мне, — прошептала я, — была так убедительно растерянна…

– Тебя она использовала по полной программе, — хмыкнул Олег.

– Как?

– Кто сообщил в милицию о звонке Ники? Ну-ка, вспоминай! Терешкина перед смертью якобы схватилась за телефон, соединилась с тобой и зашептала… Текст помнишь?

Я напряглась.

– Ну, вроде… «Вилка, это Ника! Скорей, помоги, Василий меня убивает! У него молоток…» и так далее.

– И тебе ничего не показалось странным?

– Нет.

Олег вздохнул.

– Ты меня поражаешь. Порой ты разгадываешь невероятно сложные загадки, а иногда не видишь ничего на поверхности. Подумай! Если на тебя налетел муж с молотком, будет ли возможность позвонить, да еще в подробностях объяснять происходящее? Да нападающий мигом вырвет трубку, он просто не позволит тебе воспользоваться сотовым!

– А кто же тогда звонил?

– Вера! Ей был нужен свидетель, который подтвердит: Нику убивал Василий. У матери и дочери очень похожи голоса.

– Верно, — прошептала я. — Кстати! Вспомнила! Пару дней назад я разговаривала по телефону с Верой и в первый момент чуть не упала в обморок — подумала, что мне ответила Ника!

– На это и был расчет, — кивнул Олег. — Она и Майе Филипенко звякнула. Помнишь, та удивлялась, что Ника у нее спрашивала про гостиницу, где номера сдают не на дни, а на часы? Вера отлично подготовилась. У Ники был план побега, а у дочки — сценарий убийства родителей.

– И как только она не побоялась, что Майя перезвонит Нике? Выразит недоумение…

Олег развел руками.

– Рисковала, конечно, но вначале, похоже, ей сам сатана помогал. Все сходило ей с рук. Вера пошла ва-банк, в любой момент дело могло, образно говоря, зарулить в кювет. Василий бы посмотрел на объявление и никуда не поехал, не захотел бы ловить жену на месте преступления… Ты бы сообразила, что в телефоне звучит голос не Ники… Майя, выслушав просьбу про гостиницу, перезвонила бы через какое-то время подруге и выразила недоумение… Много чего могло случиться, но, повторюсь, дьявол пришел девушке на помощь, ее план осуществился. Но на то он и черт, чтобы в самом конце подставить человеку подножку. Майя Филипенко обнаружила пропажу тигренка Ларсика и связалась с тобой. Хорошо, что она не обратилась к Вере, иначе Майю ждала бы судьба Галины. Но Филипенко не хотела лишний раз травмировать девушку, которая потеряла сразу и мать, и отца, собственная доброта и спасла Майю, но погубила Веру. Потому что в дело вломилась госпожа Тараканова.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Первый раз познакомилась с творчеством Донцовой по книге про Тараканову, с тех пор очень люблю ее детективы и особенно Виолу. Если честно, мне не нравятся названия, как-то они не совпадают с внутренним содержанием книг, какие-то поверхностные. А героини всегда на высоте — добрые, порядочные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *