Хеппи-энд для Дездемоны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 35

Последние слова Олег произнес с иронией, но я не обратила внимания на интонацию Куприна, не спросила: «Чего ты ехидничаешь?» У меня имелись более интересные вопросы.

– Вера тщательно продумала убийство Ники, хотела получить собранные ею материальные ценности. Но почему же она изуродовала тело молотком? Это же нелогично, так поступают, если хотят скрыть личность жертвы. А Вере, наоборот, требовалось, чтобы никто не сомневался в кончине метери.

Олег потер затылок, и я хотела по привычке спросить, мерил ли он утром давление, но вовремя прикусила язык. Мы теперь бывшие супруги, и я вовсе не обязана беспокоиться о здоровье Куприна.

– Ты таблетки пил? — помимо воли у меня все же вырвался вопрос. — Или опять забыл?

Олег ткнул пальцем в стекло.

– Тише, она сейчас как раз отвечает на твой вопрос о молотке.

Я затаила дыхание, а Вера с абсолютно спокойным лицом говорила страшные вещи.

Вера побоялась нанять киллера, решила обойтись собственными силами. Как я и предполагала, Галина сначала вызвала под благовидным предлогом из номера любовника Терешкиной и напугала парня якобы предстоящим приездом налоговиков. Молодой человек убежал, и тогда в номер вошла Вера, прихватившая с собой молоток из отцовских инструментов с ручкой, на которой написана его фамилия. Убив Нику, девушка испытала приступ ярости. Лютая ненависть к матери, всю жизнь обманывавшей дочь, имевшей много денег, но не желавшей потратить хоть копейку на ребенка, затуманила мозг, и Вера стала молотить уже бездыханное тело.

– Медик, производивший вскрытие Терешкиной, — зашептал параллельно с рассказом Веры Олег, — предположил, что убийца имел тесный контакт с покойной. Так и сказал: «Ребята, ищите в семье».

– Но почему? — изумилась я.

– Чистая психология. Наемный киллер не испытывает ненависти к жертве, он просто выполняет работу и получает за нее деньги. Другой вопрос, что профессионала трудно поймать, любитель же быстро оказывается за решеткой. А в случае с Терешкиной все указывало на немотивированную ярость — Ника уже была мертва, а молоток все опускался на лицо несчастной. Значит, поработал кто-то, сильно ненавидевший Нику. Убийца явно имел к жертве личный счет.

– Понятно, — прошептала я.

– Слышишь? — толкнул меня Куприн. — Она рассказывает про Ларсика!

– Я ненавидела его! — с горящими глазами вещала Вера. — Он был матери дороже всех! Меня она вечно из спальни выгоняла, а Ларсика держала на тумбочке. Она его гладила! Целовала! Называла любимым!

– Вы ревновали мать к плюшевому тигренку? — удивился Виктор.

– Сволочной звереныш! — стукнула ладонью по столу Вера. — Я хотела его убить. Вернувшись из «Оноре» домой, я пошла в спальню к матери — посмотреть, как там все для себя устроить, — и увидела его. Он сидел, улыбался!

– Игрушка смеялась? — с сомнением поинтересовался Виктор.

– Да! — завизжала Вера. — Рожи корчила… Я ее ножницами… Как следует! Все, кончилось время Ларсика! Я швырнула его в бачок для грязного белья… А потом… ну… потом…

– Пришли в себя и поняли, что кто-нибудь может спросить про талисман Ники, — продолжил за нее Виктор. — Вы его спрятали, постарались починить, но не получилось. И тогда вы вдруг сообразили: пусть Ларсик станет еще одним свидетельством вспышки ярости Василия. Можно же сказать, что на игрушку, потеряв от злости разум, налетел отец, изуродовал ее, а вы нашли останки тигренка на полу и в память о маме реставрировали.

– Именно так она и поступила, — зашептала я. — Выдала нам с Майей эту версию, а еще в тот день много грязи вылила на родителей. Я тогда удивилась: ну зачем Вера говорит гадости? А теперь понимаю: она себя оправдывала, убеждала, что поступила правильно. Скажи, когда ты понял, что убийца — дочь Ники?

Куприн пожал плечами.

– Ирина Сергеевна Ермакова, находясь в состоянии нервного стресса, не выдержала и рассказала тебе правду об их с Никой бизнесе. Как ты думаешь, почему она так поступила?

– Терешкина сказала, что ее временно заменит подруга, назвала меня писательницей. Ой, я, наверное, очень глупо выглядела в школе, нацепив парик и размалевав лицо.

– Ничего, — успокоил Олег, — зато остальные учителя не поняли, кто у них работает классной дамой. Так с какой стати Ирина Сергеевна разоткровенничалась?

– Она была в жутком страхе. Ну как же, ее шантажировали, некто заявил, что знает правду о торговле детьми, и требовал денег.

– Правильно, — согласился Куприн. — Но Терешкина никому не рассказывала об участии Ирины в деле. Хитрая Ника наняла Ермакову выполнять за себя черновую работу. Сама-то она не беседовала с родителями, желавшими продать детей, нет, этим занималась наивная Ирина Сергеевна, до последнего предполагавшая, что она устраивает детское счастье. В каком-то смысле ее можно понять: стать супругой очень обеспеченного человека намного лучше, чем жить с мамой-алкоголичкой и с ее новым мужем.

– Ермакова тупая? — не выдержала я.

– Похоже на то, — кивнул Олег.

– Она притворяется!

– Да нет, — не согласился Куприн, — иначе б не разболтала тебе свою тайну. Просто редкостная дура и жадина. А теперь подумай: Ника мертва, она не способна на шантаж, да и покойникам не нужны деньги. Заправилы торговли детьми ничего не знают о Ермаковой, люди, которые продавали собственных дочерей и сыновей, побоятся шантажировать завуча. Так кто требовал деньги? Вера! Она следила за матерью и выяснила все ее тайны.

– А может, это Жанна, — из чистого упрямства заявила я. — Она тоже могла покопаться в биографии Ники.

– Нет, — замотал головой бывший муж. — Ты забыла об одном факте. Почему Жанна стала откровенничать с тобой?

– Она приняла меня за сотрудницу телеканала, которая собирается снимать фильм о преступлениях прошлых лет.

– А почему вдруг Жанне это пришло в голову?

– К ней приходил некий Жора или Гоша, расспрашивал про Васю и Катю, просил поделиться воспоминаниями детства… Ой!

– Что? — улыбнулся Куприн. — Сообразила?

– Да. Жанна обозвала этого Гошу геем: у юноши на ногах были дикие для парня носки — розовые, с белыми зайчиками. Ни один мужчина не натянет такие, разве что представитель сексменьшинства.

– Даже для гомосексуалиста такое чересчур, — возразил Олег. — Просто Вера совершила ошибку. Думаю, она ходила за Никой хвостом, переодевшись в парня, и к Жанне явилась в том же образе.

– Лучший способ спрятаться в толпе — прикинуться представителем другого пола, — согласилась я, вспомнив Настю, которая сидела передо мной в образе молодого мужчины. — Для большинства женщин такой трюк легко выполним, надо лишь иметь стройную фигуру.

– И к Жанне, чтобы выяснить некоторые подробности смерти Кати, Вера явилась загримированной, вот только про носки она забыла. Преступники «сгорают» именно на деталях, прокалываются на ерунде. Еще вопросы есть?

– Совсем мелкие. По ходу дела я выяснила, что Василий как-то раз приезжал в гимназию, в день, когда не было Ники, и приставал к уборщице Лене, симпатичной молодой девушке. Как-то не вяжется такое поведение с ревностью к Нике и яростью, которая вспыхнула в Ярцеве, когда он увидел объявление в газете.

– Ты плохо знаешь мужчин, — возразил Олег. — Парень может постоянно изменять жене, но весть о ее неверности любого приведет в негодование. Что же касается Лены, то Василий сделал ей другое предложение: попросил последить за Никой. Ярцева интересовало, не приходят ли в школу для беседы с Никой посторонние люди: мужчины, женщины, старики, старухи… Наверное, он начал о чем-то догадываться. Увы, правду мы уже так и не узнаем — Ярцев умер, а Лена не согласилась подглядывать за классной дамой. Еще вопросы?

– Одежда Ники.

– А с ней что? — искренне удивился Олег.

– Ну не ходила же она по улице в мини-юбке, топике и немыслимых колготках! Это был наряд для ловли курсантов.

– Естественно, — согласился Куприн. — А что тебя смущает?

– Где ее нормальная одежда? Ника должна была переодеваться!

– Ничего странного, — ответил бывший муж. — Она приезжала в «Оноре», вешала учительские шмотки в шкаф, вытаскивала из пакета наряд проститутки, и вперед!

– Так вещи в отеле? — подскочила я.

– Ну, — кивнул Куприн, — висели там.

На минуту меня охватило негодование, парализовавшее голосовые связки, потом способность говорить вернулась.

– Я же просила тебя прочитать перечень вещей Ники! А ты сообщил: топик, юбка, туфли со стразами, фиолетовые чулки. Ни словом не обмолвился про содержимое шкафа. Почему?

Олег моргнул.

– Милая, твой упрек несправедлив. Каков вопрос — таков ответ. Ты поинтересовалась: «Что за прикид был на Нике?» Именно на ней! Я и прочитал описание. Вот если б ты заявила: «Расскажи о всей одежде, обнаруженной в номере», тогда другое дело. Но ты ни звуком не обмолвилась про шкаф.

У меня снова пропал дар речи. Значит, я мучилась несостыковками, сомневалась, кто погиб: Настя или Ника, а ответ на вопрос покачивался на вешалках! Да Олег издевается надо мной!

– Я и не думал издеваться над тобой, — улыбнулся бывший муж, будто прочитав мои мысли. — Моя работа предполагает конкретный ответ на четко поставленный вопрос. Согласись, вещи на теле и шмотки в номере — это не совсем одно и то же.

– Я вовсе не говорила про одежду на трупе, попросила прочитать список вещей и хотела узнать, прихватила ли Ника с собой Ларсика.

– Нет, — уперся Куприн, — у меня замечательная память. Я никогда ничего не забываю, не теряю. Это у тебя талант запутывать простое дело. Ладно, не будем заниматься ерундой. Пусть с одеждой вышла накладка, а в остальном тебе все понятно?

Я поборола желание выдрать у Олега клок волос и мрачно поинтересовалась:

– Зачем все же Ника отправила меня в гимназию? Ирина не хотела отпускать Терешкину, боялась гнева директора? Но ведь Ника не собиралась возвращаться. У нее был план исчезновения. Ермаковой она рассказывала про отлет в Екатеринбург, но, думаю, она решила бежать совсем в другую сторону.

Олег развел руками.

– Терешкина мертва, ответа, куда она намылилась, никто не узнает. Но я предполагаю, что она просто хотела усыпить бдительность окружающих. Дескать, все нормально, уехала к родственникам и погибла. В первую очередь Терешкина желала убедить в своей кончине хозяев организации, торгующей детьми. Твое появление в гимназии должно было доказать им: Ника погибла случайно, она собиралась вернуться на работу, даже нашла себе временную замену. Человек, который задумал скрыться, не станет заморачиваться поисками временной классной дамы. У Ники случилась неприятность — отец мальчика Рыбакова шел по следу, вот она и решила выйти из игры, но, перед тем как исчезнуть, надумала оттянуться по полной программе и пришла в «Оноре».

Ну что ж, найдены ответы на все вопросы. Хотя нет, кое-что не выяснилось. Ситуация с отелем, в котором каждый месяц происходит убийство. Хозяин гостиницы не скрывает от гостей информацию о криминальной ситуации, более того, клиенты помогают в расследовании милиции и, о радость, преступника довольно быстро ловят. Вот только его не арестовывают. Почему? Я бессильна найти ответ. По какой причине правоохранительные органы не привлекают к ответственности ни хозяина, ни преступника? Надо спросить у Олега, он знает правду, но у меня нет сейчас никаких сил! Наверное, надо ехать домой, лечь в постель, заснуть. Но вместо того, чтобы встать, я молча уставилась на Веру, которая, не подозревая о том, что за ней наблюдает подруга убитой матери и фактически убитого отца, продолжала монотонно восклицать:

– Ненавижу! Ненавижу! Она столько денег имела! А он! Целый день телик смотрел…

– Вот такой хеппи-энд для Дездемоны, — неожиданно сказал Олег.

– Ты о ком? — удивилась я.

Бывший муж пожал плечами.

– О Вере.

– Нашел Дездемону! — возмутилась я. — Ты когда-нибудь читал Шекспира? У него молодая, преданная супругу женщина. «Она его за муки полюбила, а он ее за состраданье к ним». Отелло стал жертвой интригана, а Дездемона ни в чем не виновата! И никакого хеппи-энда там нет!

Куприн посмотрел на меня.

– В твоей ситуации может случиться хеппи-энд. Все зависит от тебя. Дездемоне следовало быть пошустрее, не сидеть мямлей.

– Ага, превратиться в такую, как Вера! Ты на это намекал, говоря про несчастную жену Отелло? Вот уж странное понимание трагедии Шекспира!

Олег тяжело вздохнул:

– Наверное, я не умею складно излагать собственные мысли, уж прости меня, тупого мента! Не писатель, как некоторые, но твердо знаю: свою судьбу каждый выбирает сам! И у истории про Дездемону мог быть хеппи-энд, и Вера могла не натворить того, что сделала. Даже если обстоятельства против тебя, то борись с ними, не сдавайся, твердо верь: все будет хорошо, и никогда не совершай подлости, рано или поздно она бумерангом вернется к тому, кто ее швырнул.

ЭПИЛОГ

Добрая Майя Филипенко носит Вере в следственный изолятор передачи.

– У нее никого нет, — поясняет подруга покойной Терешкиной, — она одна на белом свете. Ника бы очень расстроилась, узнай она о том, что я бросила Веру.

Думаю, Ника еще больше бы расстроилась, успей она понять, кто опустил ей на голову молоток! Но я не стала произносить этих слов вслух. В конце концов, Майя — взрослый человек и сама принимает решения. А у меня нет ни малейшего желания встречаться с безжалостной убийцей.

Проститутки Стаса по-прежнему стоят на точке. Пару раз, проезжая мимо, я видела Лолу, но более ни разу с ней не беседовала. Не встречалась я и с Настей. Думаю, Ляля, то есть Елена Петровна, была счастлива узнать, что ее племянница жива и здорова. Ирина Сергеевна Ермакова арестована, банда торговцев детьми раскрыта, хотя я не знаю, удалось ли соответствующим службам добраться до главного организатора, мне этого не сообщили. Вот о судьбе Стеллы я знаю — команда Куприна нашла ее отца, и девочка теперь живет вместе с братом и мачехой, и последняя, слава богу, оказалась нормальной женщиной.

Родная мать Стеллы, как, впрочем, и родительница несчастного Володи Рыбакова, арестованы. Увы, судьба мальчика неизвестна. Подросток исчез, и пока отец не сумел найти его. И что можно добавить к вышесказанному? Люди, не бросайте своих детей? Вот только послушают ли меня те, кому мешают собственные сыновья и дочери…

Баба Таня по-прежнему кормит милиционеров, уголовников и проституток вкусными обедами, но я не посещаю ее «ресторан». Гостиница «Оноре» закрылась, однако через пару месяцев в том же помещении заработал новый отель под незатейливым названием «Незабудка».

В конце декабря я отправилась по магазинам в поисках подарков. Говорят, что время — лучший лекарь, вот и в отношении меня оно послужило замечательным невропатологом — впервые за долгое время я пойду в гости к Семену, Томочке, Олегу, Кристине и Никите. Это не значит, что я решила вернуться к ним. Но не зря русские люди сложили пословицу про худой мир и добрую ссору, я целиком и полностью согласна с народной мудростью, вот почему и рыскала сейчас по огромному универмагу, выбирая то, что обрадует тех, кто ждет меня сегодня к ужину.

Внезапно чьи-то пахнущие духами руки закрыли мне глаза, а веселый голосок прочирикал:

– Угадай, кто это?

Сначала я испугалась, но незнакомка колокольчиком прозвенела:

– Неужели забыла?

– Нет, конечно, — на всякий случай ответила я, успокаиваясь.

Если человек задумал нанести вам вред, он не станет весело хихикать и одновременно громко чавкать жвачкой.

– Ну и как меня зовут? — настаивала незнакомка.

– Лена, — наобум ответила я.

Тоненькие пальчики разжались.

– Ошиблась, — засмеялась девушка.

Я обернулась и увидела… Валю Красноносову, ученицу той самой элитной гимназии, где верховодила Ирина Сергеевна Ермакова.

– Замечательно выглядишь, — улыбнулась я. — И такая загорелая! Ездила куда-то отдыхать?

Валя хитро усмехнулась.

– Не! Это крем такой, мажешь им лицо и шею, и получается, будто на солнце побывала. Можно все тело обвозюкать, но зимой вроде незачем. А мы твою книгу читали!

– Какую, солнышко? — спросила я.

Девочка погрозила мне пальцем.

– Последнюю, которая на днях вышла. Там ты про нашу гимназию написала, да? Ты же в нашем классе в парике сидела, в очках, но потом, после того как Ирину арестовали и менты пришли, все правду узнали. Прикольный у тебя детектив получился. Да! Мы вора поймали!

– Какого? — удивилась я.

Валя ухмыльнулась.

– Ну, того, который по карманам шарил в гардеробе, и все на меня думали. А мы с Тимой в пальто подвесились — лапы в рукава сунули и в одежде затаились. И схватили крысу.

– Здорово, — обрадовалась я, — теперь подозрения с тебя сняты?

– Ага, — весело засмеялась Валя. — Знаешь, кто он?

– В смысле вор?

– Угу. Кир… бым… дын… — начала запинаться Валя, — быр… дыр… Тима! Как зовут тырщика кошельков?

Стоявший у прилавка спиной к нам парень повернулся, и я с изумлением узнала Тимофея, сына владельца гимназии. Мальчик сильно вырос, и на его лице не осталось ни малейших следов прыщей.

– Хоть пристрели, не выговорю, — ответил он, — вроде Кирбындажидбум Рамашикарбамедович. Да какая разница? Ой, здрассти… Ты ща совсем другая, без парика симпотнее!

– Спасибо, — кивнула я, — мне в таком виде тоже больше нравится. А как же вы ухитрились вора поймать?

Тима с Валей переглянулись.

– Да просто, — ответил мальчик.

– Говорила ведь, — подхватила девочка, — мы в пальто висели. А он в раздевалку вошел во время урока и давай в куртках шуровать.

– И мы его — хап!

– Во смех был! Он орать стал, что имеет сведения о теракте. Вроде школьники в карманах взрывчатку приносят.

– Только сам при этом чужой раскрытый кошелек в клешне держал!

– Никак бы не подумал, что учитель может бабки тырить, — подвел итог Тима.

Я невольно вздохнула. К сожалению, никто точно не узнет, что у другого человека на дне души. Порой бывает, что окружающие тебя люди способны на самые неожиданные поступки.

– Пошли, — скомандовала Валя и посмотрела на меня. — Мы вообще-то за подарками пришли.

– Вы теперь дружите? — улыбнулась я.

Валя слегка покраснела, а Тима, обняв ее за плечи, гордо сказал:

– У нас любовь! И если кому-то это не нравится, придется перетоптаться.

Взявшись за руки, парочка исчезла в весело гомонящей толпе, выбиравшей новогодние подарки. Я медленно пошла вдоль прилавков.

Вот уж точно: ни при каких обстоятельствах не следует отчаиваться и восклицать: «У меня все в жизни плохо!» Пройдет совсем немного времени, и ситуация изменится, взойдет солнце, черное станет белым. Когда одна дверь, ведущая к счастью, захлопывается, непременно открывается другая. Надо лишь перестать тупо смотреть на закрытую створку, и тогда увидишь другой, совершенно свободный вход. А еще надо иметь терпение, потому что все приходит в свое время для тех, кто умеет ждать.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Первый раз познакомилась с творчеством Донцовой по книге про Тараканову, с тех пор очень люблю ее детективы и особенно Виолу. Если честно, мне не нравятся названия, как-то они не совпадают с внутренним содержанием книг, какие-то поверхностные. А героини всегда на высоте — добрые, порядочные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *