Инь, янь и всякая дрянь

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 10

Через полтора часа, ошалев от беспрерывной болтовни Усти, я наконец-то вернулась в свою избу и почти без сил рухнула на лавку. Если кто из вас считает, что разговором невозможно довести человека до нервного истощения, пусть погуляет с Устиньей. С одной стороны, мне было жаль девушку, лишенную нормального общения со сверстниками, с другой – стало понятно: дочь Домны явно отстает в умственном развитии. У меня даже возникли сомнения, умеет ли Устя читать. И, похоже, она никогда не встречалась со зверем по имени «телевизор».

– Давно ты тут живешь? – поинтересовалась я, когда девушка на секунду захлопнула рот.

– А всю жизню, – бойко ответила собеседница.

– Сколько же тебе лет?

Устинья склонила голову набок:

– Много.

– Сколько? – повторила я вопрос.

Девушка нахмурилась:

– Мама знает! Я скоро замуж выйду.

– Поздравляю. А кто жених?

Устинья поджала губы.

– Парень.

– И как его зовут? – я зачем-то поддержала бессмысленную беседу.

– Мы ищо не познакомилися, – ответила глупышка. – Его намедни на смотрины приведут. Ой, туточки грибы растут!

Я тяжело вздохнула. Наверное, неправильно называть Устю девушкой, похоже, ей уже за тридцать. Домна придумала не самый плохой сценарий жизни для умственно неполноценной дочери. Что ждало Устю в большом городе, набитом людьми, равнодушными к чужим проблемам? При самых удачных обстоятельствах соседи посмеивались бы на ее счет, в худшем случае принялись бы устно травить. А в «Лучших временах» она на месте и, кажется, счастлива. Вот только подружек у нее нет, а поговорить хочется, поэтому она так и вцепилась в меня. Спас меня вопль Домны, раскатившийся над поселком:

– Устинья! Зараза! Принеси воды!

– Ой, маменька гневается! – всплеснула руками моя спутница и метнулась в кусты.

Я встала с лавки и посмотрела в окно. Больше не совершу ошибки – пойду к «Владимиру» после того, как стемнеет, а сейчас хорошо бы поесть, помыться и немного отдохнуть. Я предусмотрительна, поэтому прихватила с собой немного еды, пачку заварки, лимон… Где тут чайник?

Глаза обшарили печь, полку с глиняной посудой, ведро, до краев наполненное водой. Вот черт, электричества-то нет. Где взять кипяток? Наверное, надо позвонить Домне…

Нет, последнее не удастся – телефон отсутствует. Я снова плюхнулась на жесткую лавку. Придется топать по лесу до домика Домны, признаться ей в своей полнейшей несостоятельности. Уже неприятно. И Домна сама не пойдет в «Марфу», велит Усте помочь мне, ясное дело, доченька примчится сюда, затараторит, заболтает…

Я встала, тяжело вздохнула. Что ж, попробую без «поводыря» справиться с печью. Откуда-то из глубин памяти выплыл мультик, виденный в раннем детстве. Аленушка попадает в дом к Бабе-яге. Вот старуха подходит к печи, отодвигает железную заслонку, берет ухват, протягивает его и вытаскивает дымящийся горшок.

Я приблизилась к бело-серому монстру и ухватилась за ручку, торчащую посередине полукруглой серой пластины, прикрывавшей очаг.

Однако, ведьмы обладали немалой физической силой – легко печка не открылась, мне пришлось попыхтеть минут десять, прежде чем я увидела черную дыру, куда, по всей видимости, следовало поместить горшок.

Приободрившись, я схватила горшок, зачерпнула воды и попробовала поставить его в закопченное нутро. Рук не хватило, пришлось упереться коленями, залезть повыше, почти вползти в печь, и лишь тогда мне удалось установить горшок. Чихнув пару раз, я отряхнула руки и призадумалась. А как разжечь огонь? Газа нет, следовательно, нужно положить поленья. Куда? А туда, где уже тоскует горшок! Сказано – сделано.

Набив печь дровами, я чиркнула спичкой.

Спустя четверть часа мне стало понятно: мерзкие деревяшки не собираются разгораться. По непонятной причине спички тут же гасли, а поленья никак не реагировали на огонь.

Сообразив, что чаю сегодня мне не попить, я вытащила из пакета упаковку с лапшой и только сейчас оценила собственную глупость. «Быстрорастворимые» макароны, которые я посчитала лучшей едой в полевых условиях, нужно заливать кипятком. А где его взять? Неужели наши несчастные предки мучились так всякий раз, когда хотели утолить голод и жажду? Стоп, самовар!

С радостным воплем я бросилась к пузатому монстру, водрузила его на стол и попыталась разобраться в устройстве древнего «чайника».

Когда-то моей маме коллеги по работе преподнесли на юбилей похожий сосуд, ярко расписанный «под Хохлому». Вот только от него тянулся шнур, а внутри имелась спираль, по сути, это был обычный кипятильник, выполненный в виде самовара.

Я налила в самовар воды из ведра, прикрыла крышкой и вновь встала перед той же задачей. А как он закипит? Откуда возьмется огонь? Вероятно, надо положить дрова вот в эту чашечку наверху и зажечь их.

Полено оказалось слишком большим. Ни одного ножа в избе не нашлось, и я вышла во двор. Увидела сарай, а там обнаружился топор, воткнутый в круглый пень.

Отлично, я наблюдала в кино, как люди рубят дрова, ничего сложного в этом процессе нет, сейчас наколю щепок. Нахваливая себя за ум и сообразительность, я поставила полено на чурбак и схватилась за топорище. Однако, колун тяжелый! Но ведь мне предстоит расщепить лишь небольшую деревяшку…

Я подняла топор над головой, руки повело в сторону, тело невольно двинулось за ними, потом руки внезапно, сами по себе, опустились. Хрясь… Лезвие угодило в подставку. Попытки вытащить его продолжались долго, наконец, с большим трудом, железяка освободилась, и я повторила попытку. На сей раз топор вонзился в полено… да так в нем и остался.

Минут десять я пыхтела, высвобождая топор, и в конце концов победила. На лбу выступил пот, стало жарко, в сарае явно не хватало кислорода, но я решилась на новую попытку получить топливо.

Самое главное, учесть все свои ошибки. Я расставила ноги, закусила губу, взметнула вверх топор и хотела со всей силы обрушить его на полено, но… не смогла опустить руки – кто-то словно крепко вцепился в колун и не собирался его отпускать. Кое-как вывернув голову, я посмотрела вверх и разжала ладони. Оказалось, что лезвие топора застряло в доске низкого потолка. И что теперь делать?

Главное – никогда не сдаваться. В любом крестьянском хозяйстве непременно найдется лестница, и я очень скоро обнаружила ее, но… это была не стремянка. Прислонив хлипкую конструкцию к стене, я, сопя от напряжения, залезла до середины и попыталась дотянуться до гладко отполированной рукоятки топора.

Я уже говорила: физкультура – это не мое хобби. От моих движений лестница угрожающе заскрипела и стала заваливаться набок. Я завизжала, упала на пол и быстро поползла в сторону. Лестница ухнула вниз, сбив по дороге топор, причем последний шмякнулся в паре сантиметров от моей головы.

Я закрыла глаза, потом распахнула и сделала массу радостных открытий. Руки-ноги целы, ребра, похоже, тоже. Топор не попал мне по черепушке, он весьма удачно бухнулся рядом. Правда, полено, по-прежнему невредимое, так и лежало на чурбане. Но зато – вот она, главная удача! – топорище разлетелось на мелкие кусочки. А какая разница, чем топить самовар?

Я резво вскочила, подобрала щепочки, вернулась в избу, напихала с таким трудом добытые лучины в «голову» самовара, зажгла их и уставилась на огонь. «Танюша, ты победила! – поздравила я себя. – Ничего, что вымазалась и стала похожа на черта из преисподней, зато сумела раздуть самовар! Смогла! Справилась! Кстати, интересно, почему в русском языке образовалось сочетание „раздуть самовар“? Его же разжигают!»

Внезапно веселый огонек в чашке опал и через пару секунд погас. Я пощупала стенки самовара и приуныла: они даже не потеплели. Щепок больше нет, топор остался без рукоятки, чаю не попить. Ну и фиг с ним!

Я вышла во двор, прихватив с собой колючую льняную тряпку. Лучше помоюсь в душе. Пока буду заниматься банными процедурами, совсем стемнеет, и можно идти к «Владимиру». Да, мне сегодня не придется поужинать, но в любой ситуации надо искать светлые стороны. Давно хочу похудеть, значит, макарошки на ночь есть не стоит. Лягу спать на голодный желудок, гордясь собой: сумела выдержать диету.

Еле-еле втиснувшись в крохотную будочку летнего душа, я открутила кран и зажмурилась. Сейчас станет очень холодно, но я готова к испытанию, категорически не могу ходить грязной и потной. А еще – вот молодец, Танюша! – я купила гель для ванны (взяла его в аптеке, на проспекте рядом с улицей Калашникова). Никогда до сих пор не пользовалась этим мылом, но мне понравился запах миндаля, который издавало содержимое пластиковой бутылочки.

На голову капнуло, я живо налила на макушку скользкую жидкость и затаила дыхание.

Из «лейки» тонюсенькими струйками полился дождик, и жизнь показалась мне прекрасной. В конце концов, у всех москвичей есть опыт омовения ледяной водой – каждое лето нам непременно на несколько недель отключают горячее водоснабжение, приходится греть воду в кастрюлях. Не знаю, как вам, а мне очень часто лень таскать туда-сюда эмалированные емкости, я предпочитаю временно стать моржом, поэтому никаких незнакомых ощущений в эту минуту не испытала. Ну да, не жарко, но ведь можно потерпеть, хотя, если честно, мне уж очень зябко.

Руки взбили на волосах обильную пену. Однако, я купила замечательное средство, стоит копейки, издает потрясающий аромат, мылится шикарно…

Минуточку, а где вода? Я подняла руку и пощупала «лейку». Из железного кругляша с дырками нехотя выпали две капли. Я потрясла душ.

– Эй! Лейся!

Но «фонтан» иссяк. Я осторожно приоткрыла дверку, с удовлетворением отметила, что на улице почти стемнело, вышла из душа и посмотрела вверх.

Жаль, однако, что я не проделала сие действие до начала банной процедуры, потому как тогда бы мне стало ясно: бачок на крыше крохотный, в него вмещается литров пять жидкости. А как же смыть мыло? Ладно, вернусь в избу, там почти полное ведро…

Спотыкаясь и ежась от холода, я притащила в кабинку запас из избы и попыталась смыть гель.

На беду, субстанция оказалась очень мылкой, вместо того чтобы исчезнуть, пена стала лишь гуще, я превратилась в настоящего снеговика. А ведро опустело! Положение показалось мне безвыходным, и тут я вспомнила про круглое озерцо, находящееся невдалеке.

Прикрывшись полотенцем и согнувшись в три погибели, я порысила к водоему. Вот и лишний повод порадоваться: окажись я в квартире, где внезапно отключили воду, куда бежать, чтобы смыть пену? А здесь есть прекрасное озеро, купание по вечерам – восхитительная вещь. Одним словом, все неприятности только к лучшему.

Дорога заняла меньше минуты, я очутилась на берегу озерца. Предусмотрительно потрогала ступней воду и пришла в восторг: теплая, как парное молоко.

Закрыв глаза, я медленно вошла в прозрачную воду, потом, зажав нос рукой, нырнула с головой, посидела пару секунд, вынырнула и ощутила полнейшее счастье.

– Господи, как хорошо… – вырвалось у меня.

– Фу, – ответили сбоку.

От неожиданности я снова нырнула. Потом высунула голову, прищурилась и дрожащим голосом спросила:

– Кто тут?

– Я, – выдохнула темная куча, маячившая у берега, – я.

Голос был низкий, хриплый, он явно принадлежал мужчине, который уже находился в пруду в тот момент, когда я обрушилась туда же. Почему я не заметила купальщика? Во-первых, из-за пены, стекавшей с волос, мне пришлось зажмурить глаза, во-вторых, незнакомец, наверное, сидел под водой. Если учесть, что на мне не было никакой одежды, мой конфуз понятен.

– Здрассти, – прошептала я.

– Уфф, – ответил купальщик.

– Я новый жилец. Таня Сергеева.

– Фрр, – с шумом заявил незнакомец и нырнул. Потом темное пятно опять появилось над водой, и я услышала: – Фрр, я, я, я.

– Вы любите купаться в озере? – я решила завести светский разговор.

– Пфу, пфу! – начал отплевываться здоровяк.

Мужик был явный хам – он не счел необходимым назвать свое имя и всячески демонстрировал свое нежелание общаться. Но, с другой стороны, Домна откровенно предупредила меня о стремлении многих жителей к уединению.

– Простите, я не видела вас! – защебетала я.

– Ухр, фр, хр… я, я.

– Это общее озеро?

– М-м-м.

– Ваше личное? – испугалась я. – Ой, как неудобно вышло!

– М-м-м… – уже совсем сердито протянул мужик.

– Понимаете, в душе вода закончилась, – пыталась я оправдаться, – а мыло пенилось.

– Ухр.

– Я сейчас уйду!

– Фр.

– Понимаю, я помешала вам.

– М-м-м…

– Отвернитесь, пожалуйста, – взмолилась я, – э… э… э… я не надела купальник.

– М-м-м.

– Я голая!

– М-м-м.

– Не могу же вылезать из воды на ваших глазах!

– И-и-и-и, – вдруг противно завыл дядька.

Я снова ухнула под воду, вынырнула… В ту же секунду из-за тучи вылезла огромная низкая луна и осветила окрестности. Туша повернула голову, я увидела длинные уши, километровый нос и заорала:

– Пантелеймон! То есть Пафнутий! Или Поликарп! Осел! Ты купаешься в озере?!

– А-а-а-а… – загудел на всю округу ишак, – а-а-а-а…

Я вздрогнула.

– А ну замолчи! Ладно, Павлин, мне пора, можешь не отворачиваться, тебя я не стесняюсь. Правда, мысль о том, что я принимала водные процедуры рядом с ишаком, меня не вдохновляет и…

– Иродово отродье! – закашлял кто-то с берега. – Хорошо, что твой вой услышал… Сколько разов говорено: не смей в озеро лазить! Еще нассышь туда…

Я, собравшись в очередной раз нырнуть, замерла, услышав последнюю фразу, которую явно произнес сторож Антон. До сих пор мне как-то не приходило в голову, что Полкан может пописать в воду. А ведь в озеро никто отродясь не сыпал хлорки! Жизнь на лоне природы по законам предков нравилась мне все меньше и меньше.

– Вылазь, чучело! – бухтел Антон. – Больше не отпущу гулять, и не просись.

– И-и-и-и… – заныл Парамон.

– Потапий! – рявкнул Антон. – Подь сюды!

Ой, точно, ишака кличут Потапием.

– А-а-а… – уже чуть тише отозвался осел.

Я стояла, боясь пошевелиться. Надеюсь, старичок подслеповат и не заметил, что в озерце плавают две особы. Все-таки мерзкий Парфен превосходит меня размерами, и дед наверняка уставился сейчас именно на него.

– Потапий, вылазь!

– Фр-фр, – ответил осел и нырнул.

– Ах ты, сатанинское племя! – заругался хозяин. – Ну, получай!

В воздухе раздался свист, в ту же секунду мое горло сдавила петля. Я схватилась руками за шею и попыталась закричать, но из легких вырвалось лишь маловразумительное мычание.

– Вылазь, хренова бочка, пока Домна не заметила, – шипел дедок.

Мне пришлось выйти из озера, иначе велик был риск оказаться просто-напросто задушенной.

Едва я ступила на берег, как Антон, бросив веревку, которой меня заарканил, заорал:

– Святые угодники! Чудо свершилось! Преобразился! Люди-и-и! Сюда-а-а! Домна-а-а!

Забыв о гигиене, я снова нырнула и наткнулась на осла, который затаился на дне. Пнув мерзкое животное пяткой, я вылетела на поверхность, поняла, что Антон убежал, с ловкостью испуганной кошки выскочила на бережок, сделала два шага, увидела впереди мерцающий свет и шмыгнула в кусты.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *