Инь, янь и всякая дрянь

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

– Как мне найти Федора Бондаренко? – прервала я Нелю.

– Понятия не имею, – заморгала красавица.

– Он инвалид, умственно отсталый человек, уборщик. Неужели ты никогда его не встречала?

Неля замотала головой:

– В «Вире» полно таких. Это называется реабилитация.

– Не понимаю.

Солнцева сдвинула аккуратно выщипанные брови.

– Фирма занимается коррекцией поведения умственно отсталых людей. Их пытаются социализировать, включить в активную жизнь. Многие родители понимают: дауна можно пристроить на службу. Но кто же возьмет инвалида по уму? А «Вир» таких сначала учит, а потом устраивает их на работу. Ясное дело, не бесплатно. Хочешь расскажу, как это происходит?

– Сделай милость, – кивнула я.

Неля затараторила.

– Родители приводят к нам своих детей и оплачивают патронаж. Хотя это смешно сказано – детей , на самом деле им за восемнадцать. Короче, пациентов селят в клинике, делают им всякие анализы. Про медицинскую часть не спрашивай, я о ней ничего не знаю. А потом больных передают в учебку. В основном, конечно, к пылесосу да тряпкам ставят, затем в гостиницы на работу отправляют. Понимаешь, сейчас закон появился: если у тебя инвалид служит, ты имеешь налоговую льготу. Собственно говоря, это все. Я, как педагог-психолог, должна следить за процессом обучения пациентов, хвалить их, поощрять, снимать агрессию, быть в постоянном контакте с родителями, короче – держать руку на пульсе, а если у кого-то начнутся сложности, моментально сообщать лечащему врачу. Но если честно… я же только начинаю работать, опыта нет… и кое-что меня удивляет…

– Например? – тут же задала я вопрос.

– У меня в группе трое, – задумчиво сказала Неля, – два парня и эта, Рязанцева, которая сегодня не пришла. Но была и четвертая, Даша Капустина. И она вдруг такие успехи сделала! За неделю изменилась: взгляд осмысленный стал, сказала мне:

«С тряпкой скучно, я лучше на парикмахера выучусь. Кажется, я уже стричь умею. Хотите покажу?» Не успела я ахнуть, как Даша подбежала к моему столу, ножницы схватила, куклу со шкафа сдернула (у меня в кабинете полно игрушек) и давай ей стрижку делать. Здорово вышло! Я позвонила ее матери, сказала: «Поздравляю от всей души, ваша дочь просто преобразилась! И у нее явный талант стилиста». Да только…

Неля замолчала.

– Что? – в нетерпении воскликнула я.

Блондинка повела плечами.

– Понимаешь, мать Капустиной не обрадовалась, а даже испугалась. Потом меня Олег Ефремович вызвал и давай мордой по асфальту возить: почему, спрашивает, врачу о ситуации с ножницами не сообщила?

Я внимательно слушала Нелю. И правда, странно! Дарья проявила интерес к профессии, но ни ее мать, ни медики не пришли в восторг, обнаружив у девушки проблески интеллекта. А Нелю пропесочили по полной программе.

Психолог рассказывала дальше…

– Резкий взлет способностей еще хуже, чем тупость, – злился Олег Ефремович. – Это ситуация «Альфа», форс-мажор. Меры надо принимать сразу. Велено же было обо всех ухудшениях докладывать врачу!

– Я подумала, если человек умнеет, то налицо улучшение, – оправдывалась Неля.

– Взялась на мою голову докука… – сердился начальник. – Ни одной детали нельзя упускать. Внимание, внимание и еще раз внимание! Все отклонения от установленной нормы – беда! Ладно, иди. И более не совершай ошибок.

Расстроенная Неля вышла из кабинета и столкнулась с другим педагогом, Николаем, давно работающим в фирме.

– Чего глаза на мокром месте? – спросил он.

– Какая-то «Альфа» с моей подопечной приключилась, – шмыгнула носом Неля.

– Плохо дело, – посерьезнел Николай.

– Что такое «Альфа»? – поинтересовалась Солнцева.

– Олег Ефремович тебя в курс дела не вводил? – задал вопрос коллега.

– Нет, – призналась Неля.

– А я права не имею, – заявил Николай. – Начальство сочтет нужным – просветит. И про «Х», и про «Альфу». У тебя сколько подопечных?

– Сейчас два, – простонала Неля, – скоро третья появится.

Коля оглянулся и понизил голос:

– Загляни к ним в анкеты, там квадратики есть. Коли перечеркнут тот, что с буквой «Х», спи спокойно, работай и ни о чем не думай. А если «Альфа» отмечена… Хотя я зря тебя предупреждаю, новенькой такого не дают…

Неля понуро опустила голову, рассказав о том случае. Помолчала минутку, вздыхая.

– Знаешь, я хорошо училась, на одни пятерки, – снова заговорила юная специалистка. – Конечно, профессию за меня выбрал папа, но я не умею работать тяп-ляп, поэтому получила красный диплом. А Олег Ефремович меня дурой считает. Слышала, что он мне сейчас по телефону сказал?

– Конечно, нет.

– «Рязанцева не придет, с „Альфой“ тебе не справиться, больше не будешь Светлану патронировать». А я еще и не начала с ней работать! Говорю же, он меня за идиотку держит. Дали мне двух парней, послушных, как цирковые обезьянки. Один в прачечной работает, другой лифты моет. Звоню их родителям, те в восторге заходятся. «Ах, ах, наши мальчики золотые. Передайте Олегу Ефремовичу, мы счастливы». Вся работа десять минут занимает. Остальное время мне надо в кабинете сидеть и в окно пялиться. Я надеялась, хоть с Рязанцевой будет интересно, стану беседы проводить, обучающие игры. Почему мне не везет?

Мне стало жаль Нелю.

– Думаю, твой отец попросил Олега Ефремовича об услуге, дескать, пригрей девочку, она институт окончила. Тот не смог отказать всесильному академику, элементарно побоялся царского гнева, вот и взял тебя. Скрипя зубами оформил на службу. Хорошим работником он тебя не считает, ведь опыта у тебя в самом деле нет, вот он к тебе и присматривается.

– И что мне делать? – заныла Неля.

– Четко выполнять свои обязанности, не болтаться по коридорам, сидеть в кабинете от и до. Не сплетничать, не манкировать обязанностями, тщательно следить за подопечными. Рано или поздно Олег Ефремович оттает и примет тебя.

– Хорошо бы… – грустно отметила Неля. – Видно, с Рязанцевой вышла какая-то лажа, раз он саму Полину Юрьевну вызвал.

Знакомое сочетание имени и отчества заставило меня вздрогнуть.

– Кого?

– Профессора, – не замечая моего напряжения, пояснила Неля, – я ее ни разу не видела, но от того же Николая про нее слышала. Полина Юрьевна очень опытный психолог, ей самые запущенные случаи поручают, она здесь вроде консультанта.

– И как ты узнала, что Рязанцеву отдают этой даме? – поразилась я.

– Олег Ефремович со мной по телефону говорил таким железным голосом, а потом вдруг замолчал и очень ласково, прямо сахарно пропел: «Полина Юрьевна! Добрый вечер, дорогая! Садитесь поудобней. У нас с Рязанцевой форс-мажор!» И трубку жахнул. Ни до свидания мне, ни вообще ничего хорошего!

– Ясно… – протянула я. Хотя на самом деле ничегошеньки мне не понятно.

– Ты о моем косяке никому не расскажешь? – округлила свои голубые глаза Неля. – Я же не нарочно тебя с Татьяной Рязанцевой перепутала. Не наябедничаешь?

– Нет, – пообещала я. – Но взамен попрошу об услуге.

– Какой? – испугалась Неля.

– Небольшой, – успокоила я ее. – Дай номер своего мобильного, вдруг мне понадобится опять в «Вир» пройти, ты для меня пропуск закажешь. И еще: найди мне Федора Бондаренко! Узнай, на каком этаже он полы моет, ходит ли на работу и как мне с ним поговорить.

– Ладно, – с облегчением согласилась Неля, – это я могу.

Следующие два часа я занималась мелкими делами. Пошла к метро, отыскала пьяненькую продавщицу, отдала той форменный жилет, а заодно подарила ей и ярко-красную бейсболку. Потом позвонила Коробкову, попросила разузнать кое-какую информацию, забежала в супермаркет, купила пакет молока, принеслась домой и влезла в ванну.

Может, и есть на свете люди, уставшие от научно-технического прогресса, бизнесмены и их помощники, замороченные факсами, мобильными телефонами и постоянно работающими ноутбуками. Если ты утром вылетаешь в Лондон, а к вечеру перебираешься в Париж, весь божий день общаешься с тремя беспрерывно вопящими сотовыми и отбиваешься от дождя е-мэйлов, тогда, наверное, может возникнуть желание отправиться в «Лучшие времена», лечь на комкастый матрас и почувствовать счастье там, где отсутствуют электричество и телефон. Но я люблю принять ванну, полежать в пене, потом с наслаждением попить чаю с конфетами, посмотреть любимый сериал. Мне совсем не нравится обливаться ледяной водой в летнем душе и бегать в сарай за дровами для печки.

Я закрыла глаза, представила, что нахожусь на берегу теплого моря, рядом с Гри…

Многим женщинам моя семейная жизнь покажется странной. Мы с мужем мало времени проводим вместе, очень редко ходим в театр, кино или в гости. Да у нас и нет близких друзей, я не завела их в силу своей застенчивости, а Гри, имеющий океан знакомых, не сближается ни с кем из-за условий работы. Даже мне, своей жене, Гри поначалу не рассказывал, чем он занимается, я считала супруга актером, который мотается по разным городам, снимаясь в рекламных роликах. Гри довольно долго присматривался ко мне, прежде чем открыл правду.

Хотела бы я жить так, как положено обычной женщине? Утром отправляться на работу, в пять приходить домой, готовить ужин, встречать мужа, по выходным бегать за покупками, ждать одиннадцать месяцев отпуска, собирать деньги на дачу, машину и понимать, что у меня все стабильно устроено, служба хоть и нудная, но приличная, и к пенсии я подойду с чувством выполненного долга?

У меня уже была такая жизнь, из которой Танечку безжалостно выкорчевала злая женщина. В тот момент мне казалось, что лучше умереть, но нынче я сказала бы ей, некогда моей лучшей подруге, огромное «спасибо». Любая, даже самая неприятная ситуация в конце концов идет нам во благо. Став приманкой в мышеловке, я познакомилась с Гри и теперь счастлива. Я не хочу жить как все, и пусть вижусь с мужем два-три дня в месяц, пусть меня постоянно трясет от осознания собственной малозначимости, пусть я боюсь потерять то, что имею, но я никогда уже не смогу стать прежней. За время работы в бригаде Чеслава я сильно изменилась. Наверное, дело в адреналине, который стал поступать в организм огромными дозами…

Резкий звонок телефона вырвал меня из раздумий, я схватила трубку.

– Прикройся полотенцем, – заявил Коробков, – от твоей красоты слепит глаза.

Я взвизгнула, села в ванне, схватила махровую простыню, накинула на плечи и услышала радостный смех Димы.

– В ванной установлена камера? – заорала я. – Ну и ну… Коробок, это уже слишком, я пожалуюсь Чеславу! Ты с ума сошел!

– Успокойтесь, мамо, – еще громче заржал компьютерщик, – я вас не вижу.

– Откуда тогда узнал, что я лежу в пене?

– Просто предположил, – продолжал веселиться Коробков. – И попал в яблочко! Хо-хо! Полотенце намочила?

– Дурак, – по-детски обиделась я.

– Не злись, котик, – проворковал Дима, – твой медвежоночек расстарался. Ты хотела узнать про «Вир»?

– Да! – подтвердила я, вылезая из ванны.

– Осторожно, не поскользнись на плитке, – предостерег Коробков. – Я один раз так шмякнулся, что потом месяц хвост болел.

Снова взвизгнув, я спряталась за пластиковую занавеску.

– Значит, камера все же есть… – вырвалось у меня.

– О боже! Нет, конечно. Кому ты нужна? В Интернете полно домашней порнушки, голой Таней Сергеевой никого не удивишь. Инь, янь и всякая дрянь по полной программе.

– Но ты увидел, как я вылезаю из воды!

– Снова простое предположение. Мы заговорили о работе, и ты бы не осталась плавать в мыле. Наверняка решила пойти к компу, на который старательный Димочка скинул инфу.

– Ты мне надоел!

– Отключаюсь.

– Нет! Стой!

– Вас не понять, барыня. То «пошел вон», то «люблю до гроба», – прокряхтел Коробков. – Определитесь, с кем вы: с нами или с врагами!

– Что ты про «Вир» нарыл?

Коробков издал протяжный стон.

– У них защита мощная, я пока не везде влез, потребуется некоторое время. Похоже, им есть что скрывать. Если маленькая булочная покупает для своей безопасности систему противоракетной обороны «Щит», то это не маленькая булочная, а большая тайна, которая ловко прикинулась маленькой булочной, потому что маленькая булочная она и есть маленькая, никому не нужная булочная. Я понятно объяснил проблему?

– Угу, – согласилась я.

– И если переть на маленькую булочную танком, – не успокаивался Дима, – получится ядерная война, а если в маленькую булочную вползет крохотный таракан, то его никто не приметит. Таракашечки любят крошечки, кусочки маслица, пылинки муки, чего полно в маленьких булочных. Короче, ждите ответа!

– Это вся информация? Стоило вытаскивать меня из ванны, чтобы сообщить, что ты ничего не сделал, – фыркнула я.

– Горько слышать несправедливые слова!

– Говори, что узнал.

– «Вир» является коммерческим лечебным учреждением, там социализируют инвалидов. И знаешь, что интересно?

– Ну?

– Инвалиды-то бывают разные.

– Ты о чем?

– Мамо! Возьмите свой мозг из стакана с рассолом, суньте в череп и потрясите им! Если у индивидуума нет руки или ноги, он кто?

– Человек с ограниченными возможностями.

– Ага! Бывает, что человек уже родился с дефектами или он в процессе жизни теряет работоспособность. Слепой, немой, параличный – все они инвалиды.

– И что?

– В «Вире» занимаются только даунами или теми, кто стал ущербным вследствие травмы.

– Это объяснимо.

– Да? – поразился Дима. – И почему они не помогают, допустим, глухим?

Я почувствовала свое превосходство над Коробковым.

– После разговора с Нелей Солнцевой мне стало ясно: своих подопечных «Вир» устраивает на службу в гостиницы, в подавляющем большинстве случаев уборщиками. Поэтому у человека должны быть руки, ноги, глаза, уши…

– Мило, – констатировал Дима. – Теперь о Светлане Рязанцевой. Похоже, она очаровательная девушка. И Дарья Капустина, захотевшая стать парикмахершей, тоже милашка. Я бы с такими в один автобус ночью не сел.

– Что такое?! – воскликнула я.

Коробков закашлялся, мне пришлось ждать, пока он успокоится.

– Печеньем подавился, – пояснил наконец Дима. – Значитца, слушай. Рязанцева Светлана – осуждена за убийство ребенка. Дарья Капустина – получила срок за нанесение особо тяжких телесных повреждений. Она работала парикмахером и клиента ножницами пырнула, а милиции заявила: «Ничего плохого я не делала, дяденька сам на мой рабочий инструмент упал, восемь раз подряд».

– Ох и ничего себе! – вырвалось у меня.

– Ну! – с явным торжеством подхватил Дима. – Я хороший мальчик? Мама, купи мне машинку!

– Получишь два самосвала, если нароешь подробности, – пообещала я.

– Мамо, читайте «мыло», там уся правда, – заявил Коробков.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *