Мыльная сказка Шахерезады

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 23

Первым маску толерантного, уважающего чужое мнение человека сбросил Константин. Он громогласно заявил:

— Не бывает генетических преступников.

— Ошибаешься, — со спокойной улыбкой возразил Егор. — Вспомни народную мудрость: яблоко от яблони недалеко падает. Желание уничтожить себе подобных может перейти к человеку от деда, бабки, дяди, тети, не обязательно от отца с матерью.

— Послушать тебя, так все вокруг потенциальные преступники, — взвился Костя.

Егор закинул ногу на ногу.

— Это нормально, когда мать кричит ребенку: «Я тебя за двойки утоплю», она не собирается в действительности лишать нерадивого чада жизни. Но я веду речь о других людях. Сам знаешь, социопатия не лечится, но она передается через гены.

— Да любой человек может при определенных обстоятельствах убить своего ребенка! — гаркнул Константин.

— Нет, — отрезал Егор, — это невозможно.

— Еще как возможно, — наседал Греков.

Егор не отступал:

— Никогда, если среди его родственников не было убийц.

Костя неожиданно улыбнулся:

— Наш разговор из научной беседы плавно перетекает в ненаучный скандал.

— Что доказывает: мы обычные люди, отягощенные образованием, — подхватил Егор, — но наше происхождение и воспитание удерживают нас от банальной драки. А вот если в твоем роду есть поколения кулачных бойцов, то в какой-то момент руки сами двинут противника в челюсть, не помогут никакие университеты. Перевоспитать уголовников нельзя. Их надо изолировать. Совершил непотребство? Навсегда в резервацию. И никаких детей от преступивших закон.

— Мне удалось кое-кого перевоспитать, — вновь разгорячился Костя.

— Не уверен, — поморщился Егор, — надо посмотреть, что будет с этими людьми через двадцать лет. И как поведут себя их дети. Благоприобретенные навыки не передаются. Надеюсь, ты не забыл лекции нашего биолога?

Тут ведущий ожил и задал гениальный вопрос:

— Вы о чем?

Константин схватил стакан воды и начал жадно пить, а Егор, который в отличие от сильно нервничающего друга сохранил олимпийское спокойствие, дал пояснение:

— Вы кареглазый, астенического телосложения, допустим, имеете аллергию на пыльцу. Научились читать, писать, говорить по-английски, вяжете шарфы, вышиваете крестиком. Если у вас родится ребенок, то он с большой долей вероятности получит карий цвет глаз даже при голубоглазой маме. Этот цвет доминирует. Скорее всего, ребенок окажется в зоне риска по аллергии и не будет страдать от ожирения, то есть унаследует прописанную в генах отца программу, но не научится свободно говорить на английском, не свяжет шарф, не вышьет полотенце петухами. Кое-чему вы научились сами. И вот это «кое-что» к детям от отца с мамой не переходит. В чем основное различие между нашими научными позициями? Я уверен: склонность к преступности прописана в генах, это как талант к сочинению стихов. Либо он есть, либо извините. Невозможно выучить человека на Пушкина. В результате прослушивания лекций про ямб и хорей[15] человек сложит вирши: «Моя любовь горела, как кровь». Но он никогда не напишет: «Я помню чудное мгновенье». Ему не дан талант. Кстати, нынешним звездам следует помнить, их заслуги в собственных успехах нет, им повезло появиться на свет у правильных родителей. Мое глубочайшее убеждение: если в человеке заложена программа убийцы, она рано или поздно активируется. Константин Павлович считает иначе.

15

 Ямб и хорей — стихотворные размеры. В ямбе ударение падает на четные слоги, в хорее на нечетные.

Греков вскочил:

— Да! Из убийцы можно вылепить нормального члена общества. Но любой нормальный член общества способен стать убийцей.

— Если в его генах есть соответствующая запись, — встрял со своим замечанием Егор.

— Нет! — взвился Костя. — Ты свою генеалогию знаешь?

Булгаков откинулся на спинку дивана.

— Что за вопрос? В кабинете моего отца висят портреты предков, есть семейная Библия с записями. Я никогда не кичился своим происхождением, но корни нашей семьи уходят глубоко в века. И дед и прадед служили науке, и они, и остальные женились на дамах из достойных фамилий, нас миновал алкоголизм и разнообразные болезни.

Костя ткнул в него пальцем:

— И, тем не менее, при определенных обстоятельствах ты можешь убить своего ребенка!

Владимир развел руками:

— Прости, у меня нет детей!

Ведущий, который во время беседы хлопал глазами, решил взять бразды правления в свои руки:

— Надеюсь, господин Булгаков, отсутствие наследников не связано с вашим страхом передать ребенку склонность к убийству!

Константин захохотал, Егор сохранил на лице вежливую улыбку, но было понятно, что Булгакова это заявление рассердило.

Впрочем, различия во взглядах не мешают друзьям детства по-прежнему находиться в хороших отношениях.

Кузя перевел дух и провозгласил:

— Сейчас должны зазвучать фанфары. Хочешь десерт? Получай. Имена людей, которых в ходе того давнего, предпринятого под эгидой МВД эксперимента Костя из преступников переделал в белых и пушистых зайчиков, нигде не упоминаются. Вернее, я не могу их найти в Интернете. В то время, когда Греков выпрямлял кривые побеги, документы в электронном виде не хранили. Надо ехать в соответствующий архив, лопатить тонну бумаг.

Я не удержалась от замечания:

— Или спросить у Кости.

— Он не скажет, а ты помалкивай, — рассердился Кузя, — сейчас кульминационный момент. Та-да-та-там! Та-там! Та-там! Бумс! Это был большой барабан! Теперь тарелки! Бамс! Дзынь! Помнишь, я говорил про книгу «Судьба», написанную Костей? Она о тех четырех преступниках. Слушай описание некоей «S», единственной женщины в той компании. Зачитываю текст: «Ей слегка за тридцать лет, но за плечами уже три срока. Один за воровство, украла в общественном транспорте кошелек у старушки. Кстати, в первый раз „S“ была очень удивлена, когда ее арестовали, потому что считала свой поступок шуткой. „S“ отделалась небольшим наказанием, но вскоре вновь оказалась за решеткой, теперь уже за драку. Некоторым людям хватает одного неприятного опыта общения с машиной правосудия, чтобы не рисковать больше, но „S“ уроки пошли не впрок. В начале девяностых она убивает человека. Преступление не планировалось заранее, произошел конфликт между уличными торговцами, среди которых была „S“, на беду в ее руках оказался нож. Принято считать, что такие нехорошие люди взрастают в неблагополучных семьях. Родители-алкоголики, наркоманы, асоциальные личности. Нет, отец „S“ был крупный ученый, работал в сфере гражданской авиации, мать — верная помощница мужа. Солидный достаток, благополучное, изобильное детство. Чего не хватало „S“? Вероятно, любви и внимания. Ее мать была не готова к роли матери, простите за тавтологию, иначе не сказать. „S“ появилась на свет как плод страстной любви. „А“, женщине, родившей „S“, едва исполнилось тогда восемнадцать. Сама ребенок, она тяготилась своим дитем, не хотела делить с ним любовь мужа. „S“ отдали в руки бабушки, поэтессы „К“, романтичной, восторженной особы…»

— Стой, стой, — забормотала я, — «S» — это Соловьева, «К» — мать Алексея Михайловича, Кира Алексеевна, «А» — Ариадна Олеговна. И совпадает криминальная история. Значит, Ирина была среди участников эксперимента Константина.

— Правда, я гений? — обрадовался Кузя.

— Нет сомнений! — без тени улыбки подтвердила я.

— Вот почему она исчезла с зоны, не досидев срока, — ликовал собеседник. — Попала в эксперимент.

— И откуда у нее Катя? — слегка остудила я пыл парня.

— Пока не знаю, но раскопаю, — пообещал король Интернета, — я только начал! От меня не спрячешься!

— Если сведения существуют в электронном виде, — вздохнула я. — Странно, что Ирина отправилась к Егору Владимировичу. Соловьева хорошо знала Грекова, ей следовало обратиться со своими проблемами к нему. Почему она посещала занятия у Булгакова?

— Ответ непременно отыщется, но пока его нет, — без особого восторга произнес Кузя.

— Еще странность. Друзья Кати, Соня Вартанова и Сережа Воронин, вспомнили, что Ирина довольно долго ездила, как они посмеивались, в «секту». Но нам стало известно: старшая Соловьева встречалась с Егором Владимировичем непродолжительное время. Так где она пропадала? Хотя лучше выяснить: с кем? — на одном дыхании произнесла я. — Ни подруг, ни знакомых у Иры нет. С коллегами по работе и соседями отношений она не поддерживала.

— Чтобы выяснить чью-то сущность, надо попасть с этим человеком в такие обстоятельства, в которые лучше ни при каких обстоятельствах не попадать, — отрезал Кузя, который сегодня вознамерился общаться со мной при помощи им самим придуманных афоризмов, — и ты не права!

Ну почему я не удивлена? Всегда оказываюсь в чем-то не правой.

— Есть пара человечков, с которыми Ира провела несколько часов в обстановке, когда ее пытались вызвать на откровенность. Группа Егора Владимировича, — продолжал Кузя, — думаю, надо покалякать со Светланой Кондратьевной Кусковой. Она может что-нибудь вспомнить.

Я встала с кровати и забегала по комнате.

— Почему она? В группе, судя по записям Егора, было, кроме Ирины, еще четыре человека.

— Я уже всех проверил! — гордо объявил повелитель компьютеров. — Евгений Красюк, единственный мужик, нанялся на нефтяную платформу, сейчас он в другой стране, далеко-далеко в море, вернется в Москву через год. Новгородцева подалась в монастырь, бросила семью и непонятно в какой обители находится, искать ее замучаешься. Конечно, можно найти, неразрешимых задач нет, но это путь долгий, и сомнительно, что она разговаривать захочет. Кто у нас там остался? Любовь Малахитова. С ней совсем плохо. Зимой под машину угодила, насмерть ее задавило. А Света Кускова здравствует, живет в Москве, владеет небольшим ателье по пошиву одежды и, судя по изученным мною материалам Булгакова, отличается редкостной, прямо-таки патологической болтливостью. Готова рассказывать о своих проблемах часами. Покалякай с ней, определенно тетка что-то знает!

Я не разделяла боевого оптимизма своего помощника.

— Навряд ли Ирина Соловьева могла довериться женщине, у которой язык без костей. И желание говорить о своих проблемах не равно желанию откровенничать о тех, кто посещал группу. Егор Владимирович уверял меня, будто пациенты, прошедшие театротерапию, могут быть спокойны за свои секреты. Все тайны остаются внутри коллектива. Светлана не станет болтать. С одной стороны, она, вероятно, порядочная женщина и не захочет сплетничать об Ирине, с другой стороны, побоится, что Соловьева расскажет правду о ней.

— У тебя есть другие зацепки? — обиделся Кузьма. — Лучше маленькая надежда, чем беспросветная безнадега.

Я опомнилась:

— Ты абсолютно прав. Дай, пожалуйста, мне координаты Светланы.

— Высылаю эсэмэской, — пообещал Кузя, — поезжай к ней прямо сейчас, ее ателье работает с восьми утра, а я еще пошарю по чуланам.

Я положила телефон на стол и пошла в ванную. Константин Греков хорошо поработал с Ириной, Соловьева стала другим человеком, вот уже много лет она не занимается воровством и не впадает в неуправляемый гнев. А может, просто стала изворотливее и не попадается? Надо бы вернуться в «Фасоль» и спросить у Елены Михайловны, не жаловались ли посетители на кражи? Хотя заведение средней руки, как правило, проходной двор, и вытаскивать у человека портмоне до оплаты счета глупо. Если уж и тырить кошелек, то проделывать это надо за пару минут до ухода клиента. Исчезновение денег он заметит в метро или вернувшись на работу. Подавляющее большинство людей подумает, что их ограбили на улице, и не побегут в милицию. Сотрудников «Фасоли» не заподозрят, сработает простая мысль: «Я расплатился по счету, значит, в трактире деньги были в сохранности». Может, нынешнее материальное благополучие Соловьевой базируется не на ответственности отца Кати, а на ловкости рук Ирочки? И вот еще вопрос. Почему Ира не пошла к Грекову? Один раз Костя уже работал с ней, у него возник с Ирой контакт, он хорошо знал ее. Однако Ирина предпочла обратиться к Булгакову.

— Понимаешь, что ты наделала? — грянул за спиной гневный голос.

Я, погруженная в раздумья, не слышала, как в ванную влетел человек, поэтому испугалась, уронила в раковину зубную щетку, подняла голову, увидела в зеркале отражение Елизаветы и забыла про хорошие манеры, привитые мне бабушкой Афанасией.

— Какого черта! Лиза! Ты не знаешь, что неприлично без стука врываться в санузел?

Елизавета потрясла перед моим носом газетой.

— Полюбуйся. Свежий номер «Желтухи»! Фото на обложке.

Я перевела взгляд на снимок. Улыбающийся во весь рот Вадик стоит у кровати, держа в руках поднос, на котором маячат две фигурки мимиков.

— Что тебе не нравится? По-моему, вполне симпатично получилось. Насколько я понимаю, ради таких публикаций и затевалась вчерашняя катавасия.

— Текст почитай, — каменным голосом приказала пресс-секретарь звезды. — Вслух!

Странное дело, даже не желая исполнять распоряжения Елизаветы, вы ей подчиняетесь. Я откашлялась и принялась озвучивать содержание колонки:

«Вадим Полканов, любимец публики, наше все, красавец и секс-символ, принял участие в благотворительной акции. Артист приехал к смертельно больному ребенку и привез ему в подарок дорогие игрушки, героев мультсериала „Чаща“, пресловутых мимиков, от которых фанатеет половина детей страны. Хорошо, когда наши звезды, получающие по десять тысяч долларов за съемочный день, готовы потратить четыреста баксов на умирающего мальчика, отрадно понимать, что Полканов не чужд милосердия. На этой звонкой ноте репортер хотел бы завершить рассказ. Но! Но возник вопрос, не имеющий никакого отношения к несчастному пацану. Вадим, вы что, изменили телеканалу, который дал вам путевку в жизнь? Более не хотите работать с ним? Почему я так подумал? Все просто, господа, дело в рекламе. На телеканале, лицом которого артист Полканов является не один год, в том месте, где снимают основную массу плохо сляпанных сериалов, где главные роли с блеском исполняет Полканов, на этом достойном канале демонстрируют мультик „Лес“ с героями вивиками, от коих сошла с ума вторая половина детей страны, а мимики действуют в „Чаще“. „Лес“ и „Чаща“, вивики и мимики — это нешуточная борьба двух телеструктур. Вадиму следовало преподнести парнишке вивиков, но он сейчас, обратите внимание на поднос, передает больному мимиков. Хочется верить, что Полканов творческий человек, он существует во внерекламном пространстве, искренне посочувствовал больному мальчику, сам забежал в магазин и купил те игрушки, которые ему просто понравились, не думал ни о чем, кроме того, как поддержать мальчика. Очень хочется верить, что все произошло именно так. Очень хочется! Но не верится! Полканов переходит на другой канал. Скандал только начинается. Будем следить за его развитием».

Колонка закончилась, я смутилась:

— Извини, Лизонька, я перепутала вивиков и мимиков. Но ведь ничего страшного? Это всего-то пластиковые фигурки.

Лиза села на унитаз.

— Великий и ужасный в гневе, Майя Мирская в истерике, канал «…квартира», полагаю, в полнейшем восторге. У нас контракт, в котором четко прописано: Полканов не имеет права рекламировать никакую продукцию, кроме той, что предоставляет съемочное объединение.

— Это просто игрушки, — растерянно повторила я.

— Для тебя да, но для тех, кто связан с телевидением, нет, — устало произнесла Лиза, — сейчас начнется! Уже стартовало! У меня телефоны раскалились от звонков журналистов, всю почту засыпало. Даже «Вести кроликозаводчиков» отметились. Всех волнует, меняет ли Вадик канал и чем это объясняется?

— С ума сойти, — воскликнула я, — какая разница, где снимают Полканова? Зрителю нужен продукт! И потом, насколько я поняла, Вадик занят в разных проектах. Мне Мирская сказала, что канал, где я веду шоу, очень хотел заполучить Полканова…

Слова застряли в горле. Внезапно я поняла: Майя нагло обманула меня, Вадим просто захотел пожить в моем доме, Мирская выполнила его желание. То, что при этом пришлось наврать мне, спеть песню про то, как сложно уговорить Полканова сниматься, начальницу отдела сериалов совсем не смутило.

— Прессе нужны горячие новости, — перебила меня Лиза. — Простая цепочка: о Вадике написали в журнале, народ захотел увидеть актера и поспешил к экранам. Чем больше тупиц схватилось за пульты, тем дороже минута рекламы в программе и жирнее бабло канала. Полканов стал звездой, его много снимают, если газеты дают с ним интервью, ежедневники быстро раскупаются. Корреспонденты пишут — Вадик на виду, он селебрети, поэтому о нем дают публикации, и благодаря им Вадим постоянно снимается. И так до бесконечности. Что подарил Вадюша, мимиков или вивиков, — это стратегический вопрос.

Лиза встала.

— Ладно. Извини. Ты ни при чем. Я сама виновата. Следовало проверить лично, каких монстров возьмет в руки Полканов, а не полагаться на другого человека.

Мне стало неудобно.

— Лизочка, прости. Честное слово, я не думала, что из-за игрушек может получиться скандал.

Елизавета отвернулась.

— Нормальный человек не заморочится ерундой, ну если только ребенок маме истерику устроит: он просил вивиков, а ему приперли мимиков! Забудь. И не с таким я справлялась. Просто у меня предохранители сгорели. Увидела «Желтуху» и в истерику кинуло. Проехали. Но ты теперь моя должница. Если попрошу об услуге, непременно поможешь. Иес?

— Ну, конечно, все что хочешь, — опрометчиво пообещала я и прикусила язык.

Ох, не следовало произносить эту фразу, мало ли какая идея осенит пресс-секретаря звезды.

— Отлично, — повеселела Елизавета и убежала.

Я пошла одеваться с неприятным чувством, которое можно выразить коротким предложением: «Дашутка, ты дура!»

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *