Мыльная сказка Шахерезады

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 26

Светлана навалилась грудью на стол.

— И ничего у нее не получилось. Егор Владимирович ей не понравился, рассказывать про молоток при посторонних она не могла, и заявилась ко мне, в ателье.

— Мда, — протянула я.

— Ходила сюда несколько месяцев, как на работу, — поморщилась Кускова, — скажу честно, она мне надоела. Припрется, сядет и молчит. Ладно бы, разговаривала, жаловалась, плакала! Нет! Угнездится на стуле, глазами шнырь-шнырь. Я не выдержала, спросила:

— Слушай, зачем ты приезжаешь?

А Соловьева в ответ:

— Мы с тобой подруги, пообщаться хочу.

Своеобразно Ирка общение понимала. По ее разумению, дружба так вот и выглядит! Она ко мне на работу в любое время припирается, устраивается надгробием и замирает. Соловьева заранее не звонила, не интересовалась: «Светка, можно, я загляну? У тебя самой какие планы?» Нет. Ей в голову вступило — встречайте. То, что здесь клиенты, сотрудники, я занята — мимо. Плюхнется на стул и молчит. Час, другой, третий. Вроде ничего плохого не делает, просто моргает, а раздражает до бешенства. Я себя как под лупой чувствовала, ее глаза постоянно на своем теле ощущала, то они по спине шарят, то по шее. Брр!

Кускова передернулась.

— И вот что интересно. Ты, если в гости к подруге собралась, с пустыми руками приедешь? Хоть вафельный тортик да прихватишь. Или нет?

— Торт — это святое, — засмеялась я, — ну еще игрушку детям и лакомство для собаки.

— Нормальный подход, — одобрила владелица ателье, — но у Ирки мозги набекрень. Ни разу ничего не приволокла.

Я спросила Кускову:

— И сколько времени длились ваши отношения?

Света легкомысленно махнула рукой.

— В календаре ее визиты я не отмечала, может, месяца четыре или пять. А потом я не выдержала и, глядя ей в психованные глаза, сказала: «Ирина, некогда мне с тобой нянчиться. Клиентов умасливаю. Больше не приходи». Она кивнула и ушла. Все.

— Соловьева не стала задавать вопросы, выяснять отношения, напрашиваться на продолжение странной дружбы? — удивилась я.

— Ни словечка не проронила и более не появлялась, — подтвердила портниха, — как утонула. Хочешь мое мнение? Я, когда к Егору Владимировичу пришла на ознакомительную беседу, считала себя ку-ку. Совсем с потерянной крышей. Спасибо Булгакову, он нам доходчиво объяснил: у каждого своя фишка, не надо хотеть стать, как все. Не можешь над сыном сюсюкать-умиляться? Не сюсюкай и не умиляйся, не заставляй себя никого любить. Но и никого никогда не осуждай, попытайся понять человека, в каждом, если постараться, обнаружишь хорошее.

Я Егора Владимировича уважаю, живу теперь так, как хочу, себя поедом не ем, и с Ромкой у меня все наладилось. И людей я уже ни в чем не обвиняю. Но Ирка! Она реально сумасшедшая, от такой лучше подальше держаться, целее будешь.

Выйдя на улицу, я села в машину и медленно поехала вперед, разыскивая кафе, где можно спокойно выпить кофе. Подходящее обнаружилось через пятьдесят метров. Я устроилась в маленьком зале и попыталась привести в порядок полученные сведения.

Ирина Соловьева стала участницей программы, целью которой было перевоспитать преступников, сделать их нормальными членами общества. Допустим, Константину Грекову удалось вернуть на путь истинный нескольких рецидивистов. Даже могу поверить, что преступников после прохождения годичного курса у психотерапевта освободили. Вероятно, Греков побегал по кабинетам, задействовал свои связи и выбил бывшим подопечным жилье в коммуналках. Он же пристроил их на работу. Ирина очутилась в ресторане «Теленок». До этого момента есть хоть какая-то ясность. Далее начинается туман.

Светлана рассказала о желании Соловьевой иметь ребенка. В истории появляется анонимный донор. Немного странно, что молодая симпатичная женщина, у которой, судя по бурно проведенной юности, не было проблем с кавалерами, решает зачать чадо не тем путем, который предначертан ей природой. Ну, впрочем, всякое бывает. Ира забеременела, родила, значит, ей полагалось взять декретный отпуск и заняться малышкой. Но, судя по документам, которые нарыл Кузя, Ирина безо всякого перерыва работала в «Теленке». Потом она внезапно покидает его и через считаные дни появляется в «Фасоли». Оба заведения примерно одного класса, должность та же, оклады те же. Просто иллюстрация к пословице «Меняем шило на мыло». Зачем уходить из ресторана, чтобы попасть в аналогичный? Возможно такое объяснение: Соловьева не поладила в «Теленке» с начальством, поссорилась с коллективом, или на нее написал жалобу скандальный клиент. Но в это же время управляющая переезжает из скромной комнатушки в квартиру. Где она взяла деньги? Жилплощадь в Москве всегда была запредельно дорогой. Очень сомневаюсь, что у Соловьевой имелись солидные накопления. Ей кто-то помог? Отец Кати! История про анонимного донора — ложь. И самое главное! Катя-то родилась в тот год, когда Иру забрали с зоны! Получается, она участвовала в эксперименте беременной, девочка появилась на свет до того, как мать окончательно освободили. Но в коммуналке Ира была прописана одна.

В сумочке занервничал телефон. Я достала трубку. На дисплее высветилась фамилия «Собачкин».

— Мне в голову пришла светлая мысль, — забыв поздороваться, зачастил Семен, — я проверил свидетельство о рождении Екатерины Соловьевой. Это дубликат, копия, то есть то, что было выдано при регистрации ребенка, утеряно. Ничего особенного в этом случае нет, книги загса содержатся в архиве, там есть соответствующие записи. Родитель, посеявший документ, пишет заявление, сотрудник проверяет соответствующий том, и получите дубликат. Но! Вот тебе фокус! Екатерины Ивановны Соловьевой, появившейся на свет шестого ноября, в Москве не существует. Угадай, что я сделал дальше?

— Проверил родильные дома, искал, в котором из них родилась Катя, и не нашел, — ответила я.

— Что за манера портить людям сюрприз, — недовольно пробубнил Собачкин, — верно. Ирина не рожала девочку. И где она ее взяла?

— Маленькая поправочка, — вздохнула я, — есть категория женщин, которые предпочитают альтернативные варианты родов. В ванной, в бассейне, в бане, в лесу, на природе. Им не приходит в голову, что могут случиться непредвиденные обстоятельства, перед которыми спасует акушерка. Понадобится реанимация младенца или матери. К сожалению, такая самодеятельность не всегда хорошо заканчивается.

— Ты вроде не удивлена, — совсем сник Собачкин.

Я попыталась объяснить Сене ход своих мыслей:

— У Ирины был любовник, женатый мужчина, богатый и высокопоставленный человек, которому не нужна шумиха вокруг незаконнорожденного ребенка.

— И почему он не велел Соловьевой сделать аборт? — перебил меня Сеня.

— Тут ничего не скажу, и сам вопрос вторичен. Катя родилась, — отбила я подачу, — но факт ее появления на свет решили скрыть. Мужчина левым путем добыл свидетельство о рождении, и он оказался порядочным человеком, по сию пору содержит и Ирину, и дочь.

— Супер-пупер папаша года! — заявил Собачкин. — Дайте ему хрустальный кубок и повесьте медаль на шею. И куда подевались Ира с Катей, а? Что произошло, когда девочка в силу подросткового упрямства стала доставать матушку вопросом: «Кто мой папочка?» К кому ринулась Ирина? К своему любовнику! И каков результат? Милейший человек, богач, облеченный властью, что сделал? Где Соловьевы? Постой, у меня второй звонок!

Из трубки полетели короткие гудки. Собачкин, как всегда, нажал не на ту кнопку, и мы разъединились. Пару секунд сотовый молчал, потом зазвонил, я, не посмотрев на экран, поднесла его к уху:

— Семен, продолжай!

— Надеюсь, ты помнишь неприятность с вивиками, которые ты перепутала с мимиками? — прозвучало из телефона. — Ты моя должница. Приезжай срочно в телецентр. Бегом.

— Лизонька, в чем проблема? — заюлила я.

— Если забыть о том, как я гасила последствия твоей оплошности, упрашивала мерзотных журналюг не публиковать снимки Вадима с игрушками конкурентов, не вспоминать, что пиар-акция с участием Полканова в благотворительной миссии с больным несчастным подростком полностью провалилась, не окупив вложенных в нее средств, и не обращать внимания на километры порванных в клочья моих нервов, то у нас полный порядок, — ехидно сказала Елизавета. — Пока до Великого и ужасного весть о том, как Вадюша благодаря тебе отрекламировал сериал другого канала, не доплыла. Я своими ручками изъяла «Желтуху» из подборки прессы на столе босса. Могла бы тебе сказать, что секретарша Анька, которая подает царю на стол папку с обзором газет, обожает французский парфюм, и мне пришлось ей покупать бадью совсем недешевых духов, но я интеллигентно промолчу.

— Извини, пожалуйста, — совершенно искренне попросила я. — Я представить не могла, какая буча поднимется из-за детской игрушки. На мой взгляд, мимики копия вивиков. Что мне сделать во искупление греха?

— Я уже сказала прямым текстом! — заорала Лиза. — Лети в телецентр. Десять минут назад позвонили из программы «Барабан», нас там ждут!

— «Барабан»? — поразилась я, спеша к машине. — Скандальное шоу с разоблачениями? Его ведет Роза Розова? Я не ошибаюсь?

Елизавета затрещала со скоростью, с которой голодный дятел выстукивает из-под коры аппетитных жучков-червячков. Я, прижимая мобильный к уху, устроилась за рулем и выехала на проспект.

Рассказ Елизаветы был информативен.

Неделю назад певичка Манон, в миру Таня Козлова, подралась во время концерта. Манон давно славится дурным характером и буйным нравом. Гримеры, костюмеры и личные помощники меняются у звезды с калейдоскопической скоростью. Татьяна швыряет в обслуживающий персонал стульями, обувью, лампами, коробками с гримом, короче, всем, что попадется под руку, а потом оплачивает выбитые зубы и услуги хирурга-косметолога, который накладывает швы на раны пострадавших. Почему никто из обиженных не подал на нее в суд? Рукоприкладство за кулисами не редкость, между своими дело стараются решить миром. Один платит, другой получает деньги и не поднимает шума. Подчас от гневливых звезд или их наглых охранников достается журналистам. Иногда стенка на стенку сходятся секьюрити, случаются массовые драки, побоища из-за ерунды. Например, на вручении одной весьма престижной музыкальной премии танцор певца «N» случайно толкнул бэк-вокалиста негасимой звезды «Р».

— Куда прешь…! — возмутился певец.

— Ты чего материшься! — заорал балерун.

Словесная перепалка разгорелась, на помощь танцовщику подтянулись коллеги, а вокалист свистнул своих. Через пять минут за кулисами дралось около двадцати человек. Битва происходила тихо, обе стороны понимали, что на сцене идет шоу, поэтому старались удержаться от воплей, но руками и ногами размахивали без зазрения совести. Никто так ничего и не узнал, ну разве что публика в зале была слегка удивлена, когда девчачья группа «Мышки» пела одну и ту же песню шесть раз. Коллективу в «уши» из будки режиссера сообщили о скандале и велели:

— Держитесь, девки, не покидайте подмостки, пока у нас буря не утихнет. Шоу должно продолжаться.

А поскольку у малышек была заряжена всего лишь одна фонограмма, им пришлось изображать заевшую пластинку в течение четверти часа. И ничего, сошло.

Но Манон перешла все границы, она напала на обычного зрителя. У Татьяны есть манера спускаться в зал и проходиться по рядам, собирая букеты. Уж сколько раз ее пытались остановить:

— Лучше не ходить в народ.

Но Козловой плевать на советы, она ничьим приказам не подчиняется.

В день, когда разбушевалась буря, Танюша начала свое «озеленение», а к ней подбежала девушка на высоких каблуках. Фанатка хотела вручить ей букет из роз, наступила шпилькой на неровность в полу, пошатнулась и, чтобы не упасть, ухватилась за рукав концертного платья Манон. Тонкая ткань лопнула, Татьяна вырвала из рук зрительницы цветы и толкнула незадачливую поклонницу. Та шлепнулась, эстрадная дива пару раз пнула девицу, поколотила ее розочками, швырнула цветы ей на голову и, сказав в микрофон пару соленых выражений, отбыла за кулисы.

Народ замер в шоке, а сотрудники Манон похолодели от ужаса. Все поняли: этот скандал никак не замять. Он произошел на глазах у огромного количества зрителей. Грянула буря. Пресса завизжала на разные голоса. Интернет и СМИ разделились на два лагеря. Имя Манон звучало на каждом углу.

Ясное дело, Лиза захотела урвать хоть кусочек от сочной котлетки чужого пиара. Она провела маркетинг, поняла, что Вадиму лучше примкнуть к стану тех, кто пытается жалеть Козлову, и ринулась в кабинет Великого и ужасного с предложением:

— Давайте сделаем выпуск шоу «Барабан», посвященный Манон.

Владелец канала отказался, он хотел соблюсти нейтралитет, понимая: если встанешь на одну сторону, скорее всего, потеряешь тех, кто примкнул к противнику. Лучше затаиться и не лезть в драку. Но Елизавете очень хотелось пропиарить Полканова, и она предложила:

— Вадим готов выступить миротворцем. В прямом эфире он помирит Таньку и ту девку. Козлова попросит прощенья, девчонка его примет. Мир, дружба, жвачка, все рыдают от умиления. Рейтинги взлетают выше Останкинской башни, остальные каналы, включая центральные, кусают локти от зависти.

— Ладно, — согласился Великий и ужасный, — если такой формат, тогда да.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *