Полет над гнездом индюшки

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 10

До Большой Якиманки мы добрались за полчаса.

– Если вас не затруднит, притормозите вот тут, – попросила Света, – возле подземного перехода.

Я высадила девушку, проехала до французского посольства, влетела внутрь здания и наскочила на свою знакомую Анетту, работницу миссии.

– Скорей дай мне твою кофту и бейсболку.

– Зачем? – удивилась Анетта.

– Давай, потом объясню!

Удивленная приятельница молча повиновалась. Я нацепила на себя пахнущую чужими духами шмотку, надвинула кепку на лоб, водрузила на нос темные очки и побежала к метро, только бы Светка не ушла.

Но девушка сидела на скамейке, откинувшись на спинку. Возле ее правой руки стояла бутылка с минеральной водой. Похоже, Света тяжело переносит жару, потому что она выглядела как-то странно.

Я спряталась за ларек с мороженым, изображая из себя привередливую покупательницу холодного лакомства. Минуты текли и текли, к «объекту» никто не подходил. Мне стало невыносимо жарко, голова под бейсболкой вспотела, от кофты Анетты одуряюще несло парфюмом. Ну надо же быть такой дурой, чтобы вылить на себя в знойный день целый пузырек «Дольче вита» от Диора!

Продолжая задыхаться, я топталась у ларька. Света сидела не двигаясь. Через час у меня потемнело в глазах, но девушка словно приросла к скамейке, ни разу не изменив позы.

В начале шестого в мою голову начали закрадываться нехорошие подозрения, но тут к лавочке подошли два милиционера и тетка в цветном сарафане.

– Целый час сидит, не моргает, – затараторила баба, – небось плохо от жары стало, купила у меня бутылку, плюхнулась и замерла.

– Эй, гражданочка, – баском сказал парень в форме и тронул Свету за плечо.

Девушка молча повалилась на скамейку.

– А-а-а-а, – завизжала баба, – гляньте, в боку-то! Ой-ой-ой, убили, мама родная!

Народ на площади замер, а потом кинулся на звук.

– Граждане, – надрывался один из милиционеров, – отойдите, ну ничего интересного нет, вы что, покойников не видели никогда?

Второй парень бормотал что-то, поднеся к губам рацию. Я протолкалась сквозь толпу зевак и постаралась сдержать крик. Света лежала на скамейке, нелепо вывернув ладонями вверх руки. Полная бутылка минеральной воды валялась у ее ног, обутых в красивые светло-бежевые замшевые туфельки.

– Чего уставились? – сердито спросил у меня мент и велел: – Ступайте отсюдова, здесь вам не цирк.

– Слышь, Петь, – крикнул другой парень, – у ней в сумочке паспорт лежит.

– Такая молодая, – вздохнула баба в цветастом платье, – небось любовник прирезал. Мужики ревнивые… страсть! Может, изменила ему?

– Почему вы решили, что ее убили? – тихо спросила я.

Тетка ткнула пальцем в тело.

– Ты че, слепая? Вон рукоятка торчит, в боку. Ножом пырнули, ровнехонько в сердце, оттого и крови мало. Когда прямиком в «мотор» попадают, рана чистая совсем. Я раньше, до того как в ларек торговать села, в больнице работала, всякого насмотрелась, потому и шум подняла, вижу – неживая сидит! Ну дела, вот это штука! Я первая заметила, я дайте объясню, как дело было…

Торговка рванулась к милиционерам, но мне удалось ухватить ее за локоть.

– Вы видели момент убийства?

– Ну!

– Расскажите.

– Купила девка у меня бутылку воды. Я еще подумала: такая симпатичная, а в глазах беда, прямо почувствовала, сейчас плохо будет, у меня экстрасенсорные способности, умею порчу снимать…

– Заплатила за воду – и дальше?

– Села на скамейку. Я сразу поняла, дело плохо, вокруг нее темно, мухи летают, смерть ходит.

– Устроилась на скамейке – и?..

– Убили!

– Кто?

– Любовник!

– И как он выглядел?

– Не знаю!

– Может, припомните?

– А я его не видела, – пояснила баба, – народ все время у ларька толчется, воды всем подавай. Только гляжу, она все сидит и сидит, а рядом смерть ходит! Я очень нервная…

– Значит, кто ее ударил ножом, не знаете?

– Так любовник, – понеслась по кругу продавщица, – ясное дело, больше некому! Кому еще быть-то! Мужик ее прирезал.

Я молча стала выбираться из толпы. Если у Дегтярева основная масса свидетелей похожа на эту тетку, то полковника следует пожалеть.

Разозленная Анетта, получив назад свою кофту и бейсболку, сердито сказала:

– Ты – сумасшедшая.

– Ладно, не сердись.

– Бог знает, что в голову приходит, – кипятилась Анетта, – раздела меня, убежала.

Но я, отмахнувшись от нее, села в «Пежо», выкатилась за ворота, свернула в сторону Большой Полянки и притормозила. Ноги противно дрожали, руки, несмотря на работающий кондиционер, прилипали к рулю. Свету убил ее приятель, тот самый мужчина с татуировкой, телефон которого я знаю. 120… нет, кажется, 128… впрочем, вроде 220…

От злости я нажала на педаль газа. Несчастный «Пежо» скакнул вперед, дернулся и замер. Ведь я знаю, что у меня отвратительная память! Ну почему не записала номер, отчего понадеялась на себя? И что теперь делать?

Ясное дело, возвращаться назад. В магазине остались служащие, телефон лежит, очевидно, у Светы на столе, как-нибудь подберусь к трубке.

Чувствуя, как накатывает мигрень, я поехала назад в «Волшебный мир».

В торговом зале никого не было, я снова дошла до служебных помещений и закричала:

– Ау, отзовитесь!

Открылась самая последняя дверь, и высунулась ярко мелированная голова.

– Вам кого?

– Продавцов!

– Они в торговом зале.

– Там ни души.

– Да ну? – удивилась девушка и позвала: – Света!

Естественно, ответа не последовало.

– Говорю же, никого нет.

– Вот ведь какая, – забубнила служащая, выходя в коридор, – обед давно прошел, где же она?

Я потрясла пакетом, набитым игрушками.

– Уж извините, утром приобрела у вас товар, хозяйка велела, для детского праздника, а торговый чек мне не выписали.

Девушка улыбнулась.

– Кассовый цел?

– Вот, пожалуйста.

– Без проблем тогда, идите ко мне в бухгалтерию, сейчас решим вопрос.

Я втиснулась в крохотную комнатку, где едва поместился стол, и вздохнула.

– Похоже, ваш хозяин экономит на чем только можно!

– Жуткий жлоб, – покачала головой бухгалтерша, – зарплата чистые слезы, поэтому и текучесть кадров большая. Виданное ли дело, заставляет людей за копейки работать. Естественно, народ увольняется, у нас вечно недобор продавцов. Придут, сначала радуются, хороший магазин, в центре, покупатели приличные, всякая пьянь детям игрушки не покупает. А как первые денежки получат… Наш хозяин хитрый, обещает при найме приличное жалованье, а потом принимается штрафовать за все: курила в неположенном месте, с обеда опоздала, ничего не продала за смену…

Пока бухгалтерша болтала, я разглядывала кабинетик. На столе у говорливой девицы стоял телефон, но не радио, а стационарный аппарат. Светлана пользовалась другим.

– Простите, – улыбнулась я, – а ваша продавщица скоро придет? Кажется, ее Светой зовут.

– Так уж давно должна тут быть! – воскликнула бухгалтерша. – А что?

– Да после того как игрушки купила, она предложила у нее в комнате кофе попить. Угостила меня конфетами, я потом губы подкрасила, а помаду у нее на столе забыла. Жалко очень, дорогая косметика, хозяйка на день рождения подарила. Но ждать не могу, пора ехать. Вы уж попросите Светлану, чтобы не выкидывала, выберу время и заеду.

Девушка приветливо предложила:

– Зачем же лишний раз кататься? Идите к ней в кабинет, Светка двери не закрывает, у нас ворюг нет!

– Вот спасибо! – воскликнула я и бросилась в коридор.

– Нашли? – спросила бухгалтерша, когда я вернулась в ее кабинет.

Я показала синий футлярчик, вынутый из сумки.

– Ага, так вам благодарна.

– Не за что, вот чек, приходите еще.

– Обязательно, хотя мне ваши цены не по карману. Но здесь такие милые люди работают, что хочется зайти вновь. В прошлый раз меня Танечка обслуживала, переодетая гномиком…

Бухгалтерша вздохнула:

– Вот бедняжка!

– Кто?

– Да Танюха!

– Согласна с вами, в таком костюме весь день ходить очень напряженно, еще зимой туда-сюда, но в жару!

– Я не об этом.

– А о чем?

– Таня вчера под машину попала, перебегала проспект на красный свет, и все!

– Когда?!

– Вечером, после работы. Хотя этого следовало ожидать, она такая неосторожная, вечно наперерез машинам неслась. Тут неподалеку подземный переход, а Танюха прямо по проспекту чесала, жуть брала на нее смотреть.

– Где же случилось несчастье? – медленно спросила я.

– Здесь, – бухгалтерша ткнула пальцем в окошко, – прямо на глазах у Светки. Они вместе к метро шли. Светлана аккуратная, под землю спустилась, а Танюха засмеялась, сказала ей: «Охота тебе ноги на лестницах бить», – и поскакала, как всегда, между машинами. Светка наружу вышла, а Танька посреди дороги лежит! Водитель, конечно, уехал, номера никто не запомнил.

В полной растерянности я выпала из магазинчика и совершенно не ощутила жары. Несмотря на духоту, тело сотрясал озноб, руки были ледяными, а ноги словно принадлежали другому человеку, отказывались повиноваться хозяйке.

Дрожащими руками я открыла «Пежо», влезла внутрь, заблокировала двери и схватилась за сигареты. Сбылось предсказание цыганки, смерть настигла Таню на дороге, гадалка лишь слегка ошиблась во времени.

Однако странная закономерность. Андрей, купивший кукол, убит, продавщица Таня, приведшая меня к нему, тоже, а Света, разговаривая с незнакомцем по телефону, бросила фразу:

– Болтуны устранены. – Нет, она сказала это другими словами, но суть осталась прежней: те, кто мог распустить язык, скончались.

Значит, Светлана была в курсе убийства беспризорника и своей коллеги, более того, хорошо знала, кто убрал мальчика и продавщицу. А потом киллер избавился и от последнего свидетеля – самой Светы.

Голова пошла кругом, перед глазами запрыгали черные мушки, только не хватало завалиться в машине в обморок!

А может, я зря связала все нити в один клубок? Вдруг дело обстояло совсем иначе? То, что Таня очень неосторожно переходит улицу, я видела сама. Девушка на моих глазах ринулась на красный свет через оживленную магистраль и была очень недовольна, когда я заставила ее остановиться. Вполне вероятно, что она в очередной раз нарушила правила и была сбита лихачом или неумелым водителем, не успевшим вовремя притормозить.

Андрея убили местные бомжи, в его смерти тоже может не быть ничего экстраординарного. Беспризорный мальчик, скорей всего пил, общался с себе подобными маргиналами. Убийство в такой среде, к сожалению, самое обычное дело.

Света… Вдруг болтливая торговка водой права? Вероятно, у девушки имелся ревнивый любовник, который решил наказать ее за измену. Может, все элементарно? Сколько раз я убеждалась, что самые непонятные явления имеют простые объяснения!

Когда-то у меня был студент, совершенно отвратительный парень. Большинство студиозусов лентяи, глотающие накануне сессии пройденный материал непрожеванными кусками. Но Ваня Топорков не утруждал себя даже перед экзаменами и поэтому благополучно два раза завалил французский. Я по пальцам могу пересчитать ребят, которые получили у меня «неуды», всегда старалась поставить тройку. Только не думайте, что я настолько любила студентов, нет, мне просто становилось жаль себя. Ведь если выгонишь оболтуса, он через какое-то время вновь заявится на пересдачу, поэтому лучше влепить ему «удочку» и распрощаться до следующей сессии. Коли человек не желает учить иностранный язык, заставить его взять в руки учебник невозможно. А я тоже имею право на спокойную жизнь. Но Топорков своей ленью и наглостью вывел из себя даже меня, и я решила проучить противного мальчишку, нагло заявившего в столовой:

– Нечего над словарем сохнуть, я шпоры гениально делаю!

Когда пакостник явился пред мои очи в третий раз, я предприняла исключительные меры. Отвела «Митрофана» в кабинет декана и велела ему раздеться.

– Вы чего, Дарья Ивановна, – попятился Ваня, – зачем?

– Затем, – ответила я, – сюда клади брюки и свитер, надевай лабораторный халат, иначе не допущу к пересдаче и тебя отчислят.

Ваня ворча вылез из штанов, я встряхнула одежонку и показала пальцем на бумажки, дождем усеявшие пол.

– Собирай свои шпаргалки и отдай их мне.

Топорков, красный как рак, поднял шпоры.

– Вот и замечательно, – кивнула я, – теперь слушай: ты в кабинете на пятом этаже, все подсказки у меня, сейчас запру тебя снаружи и вернусь через час. Уж не обессудь за такой антураж, но мне хочется выяснить: что же осело в твоей голове? Хотя, честно говоря, полагаю: в ней пусто, но как исследователь желаю проверить предположение эмпирическим путем. Кстати, окна здесь не открываются, и под дверь ничего подсунуть нельзя, порог мешает. Кабинет нашего декана просто тюремная камера, поэтому я и привела тебя сюда. Вот держи текст для перевода и вопросы по грамматике. Не теряй времени зря, помощь ниоткуда не придет, лучше пораскинь своими мозгами!

Произнеся эту филиппику, я преспокойно удалилась, не забыв тщательно запереть дверь, а ключ прихватить с собой.

Спустя шестьдесят минут, вернувшись, я со вздохом сказала:

– Давай, демонстрируй знания.

Сами понимаете, я ожидала увидеть чистый лист, ну пару беспомощных фраз… Но парень мне протянул великолепно сделанный перевод, даже при огромном желании в нем нельзя было обнаружить ни одной самой малюсенькой ошибочки. Более того, в скобочках стояли и другие значения слов, ну, допустим: замок (запор). Грамматическая часть поражала подробностями. За такой ответ мало поставить пять баллов! Шесть, семь, десять!

На мгновение я онемела, но потом взяла себя в руки. Он списал, это понятно. В голове Топоркова нет никаких знаний!

– А ну, признавайся, как сдувал? – наскочила я на парня.

Тот нагло ухмыльнулся:

– Да вы что? Все заперто, под порог ничего не подсунуть, сижу, словно туркмен, в халате! Просто выучил.

– Не ври! Это невозможно.

– Почему? Посидел ночку, и готово!

– Французский не философия, с наскока тут ничего не сделать.

– Я учил, – стоял насмерть Ваня, – ставьте мне «пять»!

Поспорив минут десять, мы пришли, как сейчас принято говорить, к консенсусу: Топорков получает четверку и раскрывает тайну.

Пока я заполняла его зачетку, в голове прокручивались варианты: он держит дубликат шпаргалок в трусах, в нижнее белье я, естественно, не заглядывала. Или нашел длинную-предлинную веревку и спустил из форточки, а может, ему простучали ответ азбукой Морзе, через дверь? Дело происходило в самом конце семидесятых, и ни о каких пейджерах или мобильниках речи не шло. Мысли, одна другой изощренней, лезли в голову: из соседнего дома подавали световые сигналы или кричали ему хором во дворе ответы. Увидав оценку с подписью, Ванька быстро выхватил у меня зачетку и сунул в карман.

– Ну, – в нетерпении подскочила я, – рассказывай! Через вентиляцию из соседнего кабинета шпору бросили?

– Ну зачем такие сложности, – заржал Топорков, – вон на столе у декана телефон стоит, я позвонил ребятам в общагу, они все и продиктовали.

Я уставилась на черный аппарат и только сейчас поняла, какого сваляла дурака!..

Скорей всего в череде этих смертей нет ничего загадочного.

Но тут перед глазами возникла пляшущая в темноте за моим окном Сара Ли, удочка, прислоненная к дому Кутеповых, Неля, с тихим «а-а-ах» выпадающая из окна… Нет, все смерти, кроме нелепой кончины Роди, связаны между собой. Какой-то режиссер поставил кровавый спектакль, манипулируя людьми, словно марионетками, и я не знаю ни кто он, ни какие цели преследует!

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *