Полет над гнездом индюшки

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 21

Домой я приехала около часа.

– Как она? – наскочила на меня Зайка.

– Лиза?

– Ну да.

– Говорят, поправится, – устало вздохнула я, – а Сашенька у нее осталась, боже, как спать хочется, еле стою на ногах, сейчас упаду!

– Прямо эпидемия, – заявила Ольга, – представляешь, Маруська и Аля тоже спят, я вызвала к ним Оксану.

Я посмотрела на часы: двенадцать сорок пять, действительно, странное время для сна, тем более для Манюни, которая ложится около часу ночи, а вскакивает в семь утра. Девочка словно боится проспать интересные события. Впрочем, на улице такая духотища, в воздухе, похоже, совсем отсутствует кислород, вот дети и умаялись, меня саму тянет поспать часок-другой.

– Виданное ли дело, – продолжала Ольга, – со вчерашнего вечера дрыхнут!

– Как?

– Так! Легли вчера около восьми. Мы пришли с поминок, а Аля и Маруська храпят во всю. Потом Лизочка из окна выпала, шум, гам, «Скорая» приехала, а они даже не шелохнулись…

В холл вышла Оксана.

– Что с ними? – кинулась я к подруге.

– Маруську еле-еле разбудила, – пояснила подруга. – Говорит, они с Алей сидели у компьютера и пили чай с пирожными, съели по корзиночке. Мане показалось, что сладкий крем, обильно посыпанный сверху сахарной пудрой, горчит, но Аля спокойно съела свою корзиночку, глядя на нее, Маруська тоже попробовала лакомство. Но съела не все, а половину. Минут через пятнадцать-двадцать Манюня начала судорожно зевать, а Алечка, шатаясь, дошла до дивана, упала на него и мигом заснула. Маруська прикрыла подругу пледом, сама легла на кровать и провалилась в сон.

– Мне кажется, они приняли снотворное, – резюмировала Оксана.

– Зачем?

Подруга села в кресло и вытащила сигареты.

– Я бы задала вопрос по-другому: кто подсыпал им в пирожное лекарство от бессонницы, а? Не зря Мане показалось, что крем странный на вкус. И время совпадает. Если принять сильное снотворное, то через пятнадцать минут начнешь зевать, а потом отбудешь в страну Морфея.

– Кому же понадобилось усыпить девочек и зачем? – удивилась Зайка. – И потом, дома-то никого не было. Ирка с Катериной, и все! Я принялась ковырять ногтем обивку кресла. Кухарка с домработницей тут ни при чем. Дело задумал человек, который пугает всех куклой Сарой Ли. Причем действует злодей по привычной схеме. Сначала он выманил через окно Нелю, потом зачем-то решил убить меня, а потом Лизу. Чтобы Маруся и Аля не помешали исполнению плана, их временно устранили при помощи снотворного. Кто же этот человек? Маньяк? Что общего между мной, Нелей и Лизой? Отчего именно мы намечены в жертвы?

Внезапно мне стало душно, и я мигом покрылась потом. Похоже, это кто-то из близких людей, из тех, кто может беспрепятственно ходить по Ложкину. Я искала киллера в магазине «Волшебный мир», потом пыталась ткнуться к цыганам. Ромала, Барон… уж очень по-цыгански звучат имена и клички. Но только сейчас мне пришло в голову: негодяй тут, среди нас. Парень с татуировкой на руке всего лишь исполнитель, которого послали приобрести кукол. Скорей всего он давно мертв, но организатор преступления жив и продолжает действовать! Кто он? И как его вычислить?

– Ты себя хорошо чувствуешь? – спросила Оксана.

– Голова заболела, – дрожащим голосом ответила я, – пойду лягу.

– Правильно, – одобрила подруга, – такие стрессы до добра не доведут. Мой тебе совет: выпей валокордин и поспи до ужина, а еще лучше до завтрашнего утра.

Я кивнула, взобралась на второй этаж и забаррикадировалась в спальне. Сначала я как следует заперла на все замки дверь и сделала то, о чем никогда раньше не думала: задвинула тяжелую щеколду. Как правило, все двери в нашем доме стоят нараспашку, даже Кеша и Ольга не закрываются в спальне. Но сегодня мне захотелось ощутить себя в крепости. Окна я тщательно законопатила, опустила занавески. Какие бы звуки ни донеслись снаружи, ни за что не приближусь к стеклу.

Если рассуждать логично, следующей жертвой должна быть я, хотя, ей-богу, не понимаю, что сделала или что знаю такое…

В дверь поскреблись. Я подскочила чуть не на полметра и заорала:

– Кто там? Что нужно?

– Мусик, открой.

– Зачем?

– Это я, Маня.

– Чем докажешь?

– Муся, ты здорова? Тебе плохо? Может, Оксану позвать?

– Чувствую себя превосходно, даже слишком хорошо. Но ни за что не отопру замок, пока не удостоверюсь, что в коридоре находится моя дочь, а не существо, которое выдает себя за нее.

– Мусик, – хихикнул голосок, – помнишь, у Кеши на «Мерседесе» появилась длинная-длинная царапина. Он так орал! И обещал убить того, кто это сделал! Я ведь тебя тогда не выдала.

Я повернула ключ, отодвинула засов. За дверью и в самом деле стояла Манюня. В октябре прошлого года, увидав, что на улице начался дождь, я решила втащить в гараж мотоцикл, который Машка беззаботно кинула во дворе. Ливень лил, словно в тропиках, и я, выскочив на улицу, мигом промокла до нитки. Руки стали влажными, и, вталкивая непослушный «БМВ» в стойло, я не удержала железного коня, и он упал прямо на автомобиль сына. Как на грех, в тот день у Кеши началась ангина, и он остался дома. Горло, знаете ли, самый важный орган у адвоката, важнее его только язык.

Представляете, какой ужас обуял меня, когда я увидела на «Мерседесе» уродливую царапину. На следующий день Кеша отправился в гараж и пришел в ярость. Я, предполагая, какой гнев вызовет у сына вид оскверненного «мерса», уехала из дома в восемь утра, соврав, что обещала проводить в аэропорт Оксану.

Аркадий рвал и метал. Под подозрение попали все: Ирка, Катерина, Иван, Зайка, Александр Михайлович… И досталось всем без исключения. Естественно, Маня сразу поняла, кто автор «росписи». Она-то хорошо помнила, что бросила вечером мотоцикл возле клумбы, а он таинственным образом переместился в гараж. Кеша затеял расследование, но у всех домашних, как назло, оказалось алиби. Сын уехал в город, а вечером вернулся в хорошем настроении на отремонтированном кабриолете. Но все равно правду я ему не рассказала, а Маня меня не выдала.

– Ты чего, Муся? – удивленно спросила девочка. – Заперлась…

– Шутка, – улыбнулась я.

– А-а-а, иди чай пить.

– Не хочу.

– Лучше спустись, – вздохнула Маня, – наша Заюшка самолично испекла кексик. Если откажешься съесть кусочек, не дам за твою жизнь и копейки.

Я тяжело вздохнула и пошла в столовую. На бежевой кружевной скатерти стояло блюдо из нежно-белого лиможского фарфора. В центре его лежало нечто бесформенное, коричневато-черное, на редкость неаппетитное. Зайка, вооруженная ножом и лопаточкой, мигом отхватила от кекса-инвалида большой кусок и, шмякнув его на тарелку, дала мне.

– Угощайся, специально к чаю соорудила. Да, жаль, нет времени, а то бы я радовала вас каждый день!

Я посмотрела на кусмандель, больше всего похожий на булыжник, и порадовалась, что Зая так занята на работе. Ну один раз в год я еще способна запихнуть в себя ЭТО, а что бы стала делать, получая «вкусненький» кексик регулярно? Зайка начисто лишена кулинарных способностей, даже у меня пироги получаются лучше. Еще она не ищет легких путей, а выкапывает совершенно диковинные рецепты. В прошлый раз, например, аккурат под бывший великий праздник Седьмое ноября, Зайка вдохновенно состряпала куриные котлеты. Возилась, бедолага, почти полдня. Вытаскивала из цыплят кости, проворачивала мясо, а потом скручивала рулетом. Все бы ничего, но начинка котлеток состояла из чернослива, сыра, орехов, фасоли и клубничного джема. Зразы по-милански – так называлось это кушанье в поваренной книге. Честное слово, мне стало дико жаль жителей Милана. Вот бедняги, жевать такое изо дня в день!

Сегодня, похоже, в кексик переложили корицы и передержали в духовке.

– Ну как? – озабоченно спросила Зайка. – Вкусно?

– Восхитительно, – с самым невинным видом соврала Оксана.

Я перевела глаза на тарелку подруги и удивилась: пусто. Конечно, Оксанка очень воспитанный человек, но неужели она, чтобы доставить удовольствие Ольге, проглотила отвратительный кексик?

Из-под стола донеслось пофыркивание. Я присмотрелась и увидела Индюшку, поедающую горелое тесто. Да уж, видно, угощенье и впрямь эксклюзивное, если Оксана, которая никогда не кормит собак со стола, угостила мопсиху. Впрочем, это хорошая мысль.

Воспользовавшись тем, что Зайка на секунду вышла, я быстро позвала:

– Эй, Банди!

Тот мигом материализовался у стола. Он обожает покушать и, когда домашние усаживаются за стол, предпочитает далеко не уходить, в надежде на вкусный кусочек. Я протянула ему ломтик кекса:

– Угощайся, дорогой.

Но пес сначала осторожно обнюхал черную корочку, а потом отпрянул. Я удивилась:

– Ты заболел?

Оксана хихикнула.

– Бандюша здоров как никогда, просто Зайкин кекс на редкость привлекателен, если даже пит не захотел его попробовать.

– А Индюшка съела, и ничего, – тихо пробормотала Аля, – даже крошечки подобрала.

– У беременных женщин случаются причуды, – засмеялась Оксана, – лично я, ожидая Дениса, мечтала сгрызть кусок земляничного мыла.

– Жуткая гадость, – сморщилась Манюня, – и пахнет отвратительно.

– Мне казалось, что ничего желанней нет, – вздохнула Оксана, – а мыло, как назло, везде пропало.

– Разве мыло может пропасть? – удивилась Аля. – Сходили бы на рынок да и купили какое хочется.

Я улыбнулась. Алечка родилась незадолго до перестройки, ее сознательное детство пришлось уже на бездефицитные прилавки, откуда девочке знать, что в прежние времена нужно было часами давиться в очереди, желая получить тот или иной товар. Мы не покупали вещи, а доставали. «Где достал это?..» – самый распространенный вопрос тех лет. Как вспомню 1991-й, так вздрогну – вообще ничего не было на прилавках. Об этом бесполезно рассказывать, такое надо пережить.

– Ну и чего? – поинтересовалась Манюня. – Добыла мыло?

– Угу, – кивнула Оксана, – больной приволок, ему на заводе выдали.

– И съела?

– Моментально, ничего вкусней в своей жизни не пробовала.

– Интересно, отчего женщин во время беременности тянет на несуразные кушанья? – вздохнула я. – Ты мыло глотала, а Нюся Комарова гвоздь во рту держала, так два месяца и проходила.

– Зачем? – подскочила Маня.

– Ей нравился вкус железа, но проглотить гвоздь Нюся все же не решалась.

– Но ведь у Комаровой нет детей, – протянула Маня.

– Нюся сделала аборт, – Оксана решила использовать ситуацию для поучений, – а потом уже не могла забеременеть. Имейте в виду, очень частое осложнение…

Я подозвала Индюшку и ткнула ее мордочкой в кусок кекса, который забраковал Банди. Наверное, мопсиха и впрямь скоро станет матерью, вон как быстро глотает неудобоваримую пищу. Укол не помог. Интересно, собаке можно сделать аборт? Аборт!!! Тогда в больнице речь зашла о переводе Лизы в реанимацию. Сашенька испугалась, я попыталась утешить ее и сказала: «Не волнуйся, после операции всех обязательно кладут в реанимацию». И тут Саша заявила: «А меня после аборта сразу в палату отвели».

В тот момент я не обратила внимания на вырвавшуюся у нее фразу. Саша, слишком взволнованная, сказала правду, она и впрямь делала аборт. Простите, от кого? Если вспомнить ее трогательный рассказ, то получается, что Родя был единственным мужчиной в жизни Сашеньки. Она не послушалась родителей, отдалась любимому, причем всего один раз, забеременела, родила и… обратилась к Родиону. Других мужчин в ее жизни не было. Тогда при чем здесь аборт? Выходит, Саша наврала? У нее или был, или есть любовник. Или их отношения с Родей вовсе не носили разовый характер?

– Все съели! – воскликнула, входя, Зайка. – Последний кусочек остался, кто хочет?

Потом она обвела лукавым взглядом присутствующих и заявила:

– Вижу, Даша не прочь полакомиться.

– Спасибо, сыта по горло. – Я попыталась отбиться.

– Ешь, Муся, – сдерживая смех, сказала Маня, – тебе можно не заботиться о фигуре, ты у нас сама стройность.

Передо мной вновь возникли руины кекса. Делать было нечего, пришлось запихивать в себя липкое тесто. По непонятной причине сгоревшая снаружи выпечка внутри оказалась сырой.

– Так понравилось? – удовлетворенно спросила Зайка, видя, как я забивала рот, чтобы побыстрей избавиться от угощения. – У меня сегодня свободный день, могу еще один кексик сготовить, после ужина слопаем. Как раз Кеша и Дегтярев приедут.

Наверное, в моих глазах мелькнул откровенный ужас, потому что Оксана мигом пришла на помощь:

– Думается, вредно два раза в день есть пусть даже очень вкусную сдобу из сливочного масла, яиц и муки!

– А вот и нет, – радостно заявила Заюшка, – не хотела вам говорить заранее, потому как решила посмотреть, понравится ли… В этом кексе нет ни животных жиров, ни яиц…

– Да? – совершенно искренне удивилась Оксана, которая в отличие от безрукой Зайки способна сварить из одной луковицы такой суп, что вы вылижете тарелки и походя проглотите ложку.

– Но как же можно испечь кекс без жира? – спросила заинтересованно Ирка, только что внесшая в столовую вскипевший чайник.

Зайка заулыбалась и пустилась в объяснения:

– Вчера я застряла в пробке, тоска зеленая, по радио дрянь передают, стоять час, не меньше, хоть волком вой. А тут, гляжу, – девчонка между машинами с книжками бегает.

От тоски Ольга купила брошюрку под названием «Здоровое питание без хлопот и проблем». Рецепты понравились ей своей простотой.

– Вот, например, кекс, – самозабвенно вещала Заюшка, – абсолютно без холестерина. Берем немного масла «Олейна», пару стаканов муки, кефир, и все, цап-царап – вкусняшка.

Я с трудом проглотила последний, особенно противный кусок. Ну теперь понятно, отчего тесто, похожее на глину, размазывается по небу и кирпичом сваливается в желудок. Конечно, если не положить в него сливок, яиц, масла, сахара, то ничего у вас и не получится. Лично мне кажется, что лучше уж один раз в неделю налопаться жирами и углеводами, чем постоянно питаться «здоровой» пищей, от которой у любого нормального человека мигом начинается нервная почесуха.

– Тут много интересного, – Ольга воодушевленно трясла перед нами тоненькой книжечкой, – вот, допустим, капустная запеканка. Может, сделать на ужин? Берете листочки капусты, отвариваете до мягкости, кладете в сковородку, сверху заливаете яично-молочной смесью – и в духовку…

– Аркадию наверняка понравится, – ехидно заявила Маня.

Я постаралась не рассмеяться. Кеша терпеть не может вареную капусту, называет ее «мокрой тряпкой», молока он не пьет, а от яиц, «куриных эмбрионов», моментально скрючивается. Капустная запеканка – просто замечательное блюдо. Оно целиком состоит из совершенно несъедобных, с точки зрения сына, ингредиентов. И Ольга это знает. Но, очевидно, на Зайку плохо подействовала жара, потому что она глянула на Машку и задумчиво сказала:

– Ты полагаешь, Кеше это придется по вкусу?

Маруська захихикала, а я, чтобы отвлечь внимание Ольги, решила быстро перевести беседу в иное русло.

– Скажи, Оксан, четвертая группа крови с отрицательным резусом большая редкость?

– В общем, да, – ответила подруга, – не очень распространенная, а у кого такая?

– Да у Лизы, – объяснила я.

– А у меня хорошая кровь, – заявила Аля, – самая лучшая, первой группы! Как у папы!

– Нельзя считать, что четвертая резус-отрицательная плохая, – принялась растолковывать Оксана, – вообще долгое время считалось, что кровь, бегущая по артериям и венам, у всех одинаковая…

Но я перестала воспринимать слова окружающих. В голове, словно мельничные жернова, заворочались мысли.

В свое время, будучи студенткой, я семнадцать раз ходила сдавать загадочный предмет под названием «логика». Зачем он был нужен будущим преподавателям и переводчикам – непонятно. Мы все сыпались на задачах.

Но сейчас откуда-то из глубин подсознания всплыли ошметки знаний по логике, вбитые в мою неподатливую голову терпеливым педагогом Иваном Сергеевичем, и я выстроила стройную цепь. У Али кровь папы, я очень хорошо помню, как у Родиона брали ее, чтобы перелить девочке во время операции по удалению аппендицита, значит, у Роди была первая группа. Но Сашенька сегодня в больнице, заломив руки, горестно воскликнула:

– У Лизоньки, как у отца, четвертая группа с отрицательным резусом, мою переливать нельзя.

Раз Лиза дочь Кутепова, следовательно, у Роди была не первая группа, а четвертая с отрицательным резусом. Нестыковочка выходит!

– Точно помнишь, что у тебя первая? – налетела я на Алю.

– Конечно, – гордо ответила девочка, – я очень хорошо это знаю! Мне в паспорте штамп поставили. Да и папа велел выучить, говорил: «Не дай бог что случится, потеряют драгоценные минуты на анализы».

– Очень правильная позиция, – одобрила Оксана, – иногда от таких мелочей и впрямь зависит жизнь человека.

– Решено, – Зайка хлопнула ладонью о стол, – сейчас отпущу Катерину и приготовлю на ужин капустную запеканку.

Я пыталась переварить информацию.

– Скажи, Оксан, не может так быть: в молодости у человека первая группа, а в зрелости четвертая?

– Вот уж глупость сморозила, – покачала головой подруга.

– Но ведь волосы меняют цвет, – настаивала я, – сначала каштановые, потом седые…

– Кровь неизменна, она дается один раз на всю жизнь.

Значит… Аля не дочь Родиона? Но ей-то переливали его кровь. Или Лиза никакого отношения к Кутепову не имеет? Но он признал девочку. Считал своей или был обманут Сашей?

От напряженных мыслей голова просто пошла кругом. Потом внезапно у меня родилась одна идея. Может, все просто? Вдруг доктор, вышедший к нам, перепутал и сказал не то, что надо? Нет, нужно немедленно нестись назад, в клинику.

– Мусик, ты куда? – спросила Маня.

– В больницу, надо привезти Сашу в Ложкино, – ответила я и побежала во двор.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *