Принцесса на Кириешках

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 10

Василий быстро утешился, нашел себе другую и женился на ней. Неля более с парнем не сталкивалась, никаких чувств, кроме отвращения, он у нее не вызывал. Теперь понимаете, как удивилась Лора, узнав, при каких обстоятельствах лишилась жизни ее сестра?

– И вы не сообщили следователю о своих подозрениях! – подскочила я.

– Нет.

– Почему?

– Нелю-то не вернуть, – сказала Лора, – да и жаба просила.

– Ася?

– Да.

– Вы общались с матерью Васи?

Лора поморщилась:

– Столкнулись, на беду, в фитнес-клубе, он в Москве один приличный, вот все в него и тащатся, остальные фуфло.

Лора выходила из бассейна, поднялась по лесенке, стала всовывать ноги в оставленные на бортике тапки и услышала тихий голос:

– Деточка, здравствуй.

Девушка подняла глаза и шарахнулась в сторону, перед ней стояла Ася в черном купальнике. Смешкина попятилась, но, кроме как в воду, деваться было некуда.

– Постой, – соседка схватила ее за руку.

– Что вам надо? – окончательно испугалась Лора.

– У нас же были хорошие отношения, – прошептала Ася, – давай не будем превращаться во врагов.

– Вы первая начали, – напомнила Лора, – пришли, маме скандал устроили!

На глазах Аси заблестели слезы.

– Извини, нервы не выдержали, я сына потеряла, вот и несла чушь, я уже попросила прощения у твоей мамы, теперь вот у тебя хочу.

– Ладно, – вздохнула Лора, – будь по-вашему.

Ася кинулась девушке на шею:

– Спасибо. Знаешь, давай никому из посторонних, соседям и прочим, не рассказывать, как дело обстояло. Ну про Нелю и Васю… А то опозорим их своей болтовней.

Лора кивнула:

– Я-то помалкиваю и мама тоже, сами на весь подъезд орали.

– Господи, – снова со слезами на глазах воскликнула Ася, – ну прости меня!

– И вы решили предать историю забвению? – осторожно уточнила я.

Лора насупилась:

– Просто подумала, что жаба права. Неля умерла, незачем ее покой всякими историями тревожить, соседи по дому пошушукались и перестали, время идет, многое забывается, глупо отворачиваться от Аси, если с ней случайно во дворе столкнешься. Лишний повод сплетням давать не надо, да и встречаться нам часто не придется, Курочкорябские постоянно за городом живут! Жаба-то сразу просекла, что я правильное решение приняла, и ласково так сказала: «Лоронька, не хочешь ли чайку попить?»

– А вы что ответили ей?

– Это уж слишком! Еще в кафе с ней ходить, – возмутилась Лора, – хватит того, что здороваться стану. Никуда не пошла, да еще и настроение ей подпортила.

– Каким образом?

– Ну, сказала: «Зря вы про Нелю гадости думали, ни при чем она. Лучше поищите убийцу в своей семье, змею на груди пригрели». Ее прямо передернуло, Ася только прикидывается наивной. Хитрая она, сразу просекла, кого я имею в виду.

– И кого?

– Так Светку, жену Васи.

– Ну и глупость вам в голову взбрела, – воскликнула я, – да бедная девушка от него целиком зависела!

Лора тоненько засмеялась:

– Может, оно и так, только известно, что и у стен есть уши!

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

Смешкина потянулась и бойко сказала:

– Я слышала, как Света радовалась кончине мужа, ее просто плющило от счастья!

– Никогда не поверю, что невестка Курочкорябских выражала при вас подобные чувства.

– Она меня не видела!

– И ликовала по поводу смерти Васи?

– Ага, – кивнула Лора. – Я пришла к своей подруге, Майе Крестиковой, та на сохранении лежала в центре «Материнство». Знаете его небось, самый хороший в столице родильный дом. Ну сели мы в холле поболтать, народу там много, диваны стоят рядами, спинками друг к другу…

Лора и Майя славно потрепались о том о сем, потом будущая мать спохватилась:

– Ой, на укол пора. Подожди меня тут. Я скоро вернусь.

Лора осталась одна и от скуки стала прислушиваться к тихой беседе, которую вели две девушки, сидевшие спиной к ней. Лиц их Лора не видела, до Смешкиной долетали лишь тихие голоса.

– И не жаль тебе ребеночка, – бормотало сопрано.

– Нет, – ответило хрипловатое меццо, – я избавилась от него, слава богу.

– Не надо было беременеть.

– Кто ж правду знал!

– Могла бы и догадаться! Сама про его привычки рассказывала!

– Куда мне деваться? Опять за полкопейки в садик нянькой идти?

– Ну… может, оно и лучше!

– Дура, скажи, ты хорошо живешь?

– Не-а.

– То-то и оно! А у меня теперь машина, дом, деньги. Главное, от Васьки избавилась! Господи! Так боялась рожать, и вот так замечательно вышло! Ну почему я…

Голос стих.

– Светка, – пролепетало сопрано, – это ты его… да? Ты? За все, да? Ой, мама! Неужели тебе не страшно? Дальше-то жить с этим придется!

– Курочкорябская, – прозвучало из висевшего в углу динамика, – вас ждет доктор Ермолайчик в пятнадцатом кабинете.

Лора вздрогнула и забегала глазами по толпе. Маловероятно, что в Москве найдется еще одна семья с такой идиотской фамилией. Следовательно, тут сейчас находится кто-то из ее соседок.

– Пойду я, – сказало за спиной меццо, – врач зовет.

Пораженная неожиданной догадкой, Лора осторожно повернула голову, скосила глаза и увидела Светлану, вдову Василия, одетую в красивый нежно-голубой халат. Это ей принадлежало хрипловатое меццо.

– Так что Асе следовало сначала порядок в своей семье навести, а потом уж к другим лезть, – торжествующе сообщила мне Лора, – а вам, как представителю страховой компании, я хочу посоветовать: покопайтесь в грязном белье Курочкорябских, там все концы закопаны. Это Светка все подстроила: пожар и убийство, она и Нельку в квартиру заманила, чтобы на мою несчастную сестру ответственность свалить. Уж как она это сделала, ума не приложу. Только знаю: Вася ей надоел, вот она от него и избавилась.

– Могла бы развестись…

– Света? Да никогда. Она же на помойке до встречи с Васей жила, а потом богатство получила. Нет уж, ищите убийцу не у нас. Кстати, может, Васька застрахован был? Ну, от несчастного случая? Кто тогда наследница? Ясное дело, жена! Неля тут ни при чем, она про этого садиста и слышать больше не хотела, никогда бы к нему не пошла, а к Светке могла заглянуть, сестра к ней нормально относилась, даже жалела немного, мне сколько раз говорила: «Представляю, что бедняжка терпит!» Знаете, как, наверное, дело обстояло?

– Ну?

– Света с Василием приехали на городскую квартиру. Она мужу снотворное подсыпала, тот и захрапел. Тогда Светка Неле позвонила и зазвала ее чаю попить, а в жидкость лекарство подлила. Потом ее на кровать перетащила, подожгла комнату – и ау! Прощайте! Во стерва!

– Что же вы не пошли в милицию? – возмутилась я. – Не сообщили о своих подозрениях?

Лора вытащила сигарету и принялась вытряхивать из нее прямо на пол мелкую табачную крошку.

– Бог знает чего каждый наговорить может, – протянула она наконец, – где доказательства, а? Кто бы мне поверил? А главное, разве Нелю вернешь? Только опять крик поднимется, и нашу семью снова грязью мазать начнут.

На улице неожиданно пошел мокрый снег. Стало темно, то ли оттого, что уже вечерело, то ли от низко спустившихся над городом туч. Я влезла было за руль и хотела повернуть ключ зажигания, но тут в стекло забарабанила чья-то рука. Я приоткрыла дверцу и спросила:

– Что вы хотите?

Довольно полный мужчина в серой кепке радостно воскликнул:

– Ехать надумала?

– Да.

– Твоя тачка?

– Я похожа на человека, который ворует автомобили?

– Во, бабы! – восхитился толстяк. – Вечно выжучиться норовят! Никогда просто не ответят!

– Что вам от меня надо?

– Да ничего!

– С какой стати тогда пристаете?

– Ну бабье! Об одном лишь думают! Да кому ты нужна! В зеркало давно смотрелась?

Я машинально глянула в боковое зеркальце, прикрепленное на крыле «жигуленка». Да, я слегка растрепана и тушь осыпалась, но в целом вид вполне даже ничего.

– Вы решили мне сообщить о необходимости поправить макияж? Торгуете косметикой вразнос?

– Дура ты, – почти ласково сказал мужик, – да все вы такие! Бабы! Если рулить собралась, тачку сначала осмотри. Чучундра! У тебя все колеса проколоты!

Преодолев желание сообщить хамоватому прохожему, что лично у меня колеса повредить невозможно, поскольку, как большинство людей, передвигаюсь на ногах, я вышла наружу и оценила размер беды. Машина стояла на дисках. Сдуйся один баллон, я бы подумала, что случайно наехала на длинный острый гвоздь, но поскольку в негодность пришли все шины, то в голове моментально пронеслась мысль: кто-то проткнул их ножом.

– Теперь только эвакуатор вызывать, – радовался толстяк, – запаска небось одна? Комплект с собой не повозишь.

Я пригорюнилась, а потом спросила у секьюрити, маячившего возле расположенного в полушаге от моей машины супермаркета:

– Не обратили, случайно, внимания, кто мой автомобиль обидел?

Парень в черном комбинезоне лениво покатал языком жвачку:

– Мне в ту сторону смотреть не надо, деньги за другое платят! И вообще, в магазине ремонт, тут вчера тоже одному весь комплект прокололи.

– Что же делать! – расстроилась я.

– А и правильно проучили, – занудела женщина в коричневой «дутой» куртке, с интересом наблюдавшая за происходящим, – поставила на тротуаре, мешаешь людям ходить, получи гранату. Вас, богатых, только так учить и надо! Натырили народного добра, налямзили наших денежек, теперь на иномарках катаетесь, а мы пехом за картошкой чешем! Надо у капиталистов деньги отнять и бедным отдать, тогда все будет по справедливости.

Я отошла в сторону. «Мир хижинам – война дворцам!» – это мы уже слышали и даже долгие годы жили по такому принципу, но ничего хорошего не получилось. На земле всегда будут богатые и бедные, боюсь, с таким расслоением ничего не поделать. Только во многих странах нищета считается унизительной. Если к тридцати пяти годам не сумел заработать себе на нормальное существование, если дети ходят в рванье, а жена побирается по знакомым – значит, ты лентяй и неудачник. Но в России, увы, все наоборот. Бедный не хочет приложить усилий, чтобы стать богаче. Пусть лучше все вокруг превратятся в нищих, и тогда мы будем счастливы. Увы, это не так. Отсутствие денег унижает и озлобляет. Мы во всех своих бедах привыкли винить кого угодно, кроме себя. Ну скажите, пожалуйста, с какой стати платить огромные суммы парню, помогающему парковать машины на улицах Москвы? В большинстве европейских столиц подобной немудреной работой занимаются студенты, зарабатывающие так прибавку к стипендии, а у нас – хмурые дядьки лет по сорок. И кто виноват, что они, дожив до седых волос, не научились работать? Правительство? Папа с мамой? Ой, не надо! Сами ничего не хотели: ни учиться, ни трудиться, вот и результат. Ну-ка посмотрите вокруг внимательно. В повально пьющей деревне, среди покосившихся избенок обязательно найдется добротный дом из кирпича, под железной крышей. Что, его хозяин выпросил себе за особые заслуги субсидии и льготы? Да нет. Просто он разводит свиней, сыновья торгуют мясом, невестки заботятся о коровах и готовят на продажу всякие вкусности: ряженку, творог, сыр, масло, сметану. Жена возится день-деньской с цветами, старшие внуки стоят с букетами у магазинов, даже старухам – матери и теще – нашлось дело по силам. Первая ведет хозяйство, а вторая вяжет из козьей шерсти носки и варежки – кстати, козы тоже свои. Никто из них не пьет, грязной работы не чурается, не исходит завистью к соседям. Просто работают от рассвета до заката. Вот такие люди вызывают у меня уважение.

Да в любом маленьком городке, в самой глухой провинции есть люди, вполне благополучные материально. Знаете, почему они не прозябают в нищете? Да потому, что не ноют, не стонут, не рыдают, а стойко переносят удары судьбы и умеют принимать нестандартные решения. Закрыли завод, на котором проработали почти всю жизнь? Это плохо, но не голодать же? Значит, будем обшивать соседей, делать им прически, сколачивать мебель, строить дома, штукатурить стены, разводить кур, сажать цветы… Главное, не падать духом. Ах, вы ничего такого не умеете? Так учитесь! Не хотите? Тогда не жалуйтесь на нищету. Хорошо живет лишь тот, кто пашет с утра до ночи, а не ноет на диване. Увы, время сейчас такое!

Посмотри вокруг, и дело, за которое тебе заплатят, найдется непременно, только не надейся на должность президента, ее всем не получить.

– Жаль, что тебе еще и стекла не побили! – рявкнула «дутая» куртка и с чувством выполненного долга удалилась.

Стряхнув оцепенение, я развила бешеную деятельность. Побегала по ближайшим дворам, нашла рукастых мужиков, согласившихся за разумную цену «обуть» моего коняшку, а потом пригнать его к офису радио «Бум».

Когда проблема была решена, я понеслась к метро. Опаздывать никак нельзя, передача идет в прямом эфире.

В вагоне нашлось свободное местечко. Я ввинтилась между двумя дядьками, сидевшими с широко расставленными ногами, и закрыла глаза. Эх, жаль книги с собой нет. Ехать, правда, недалеко, можно просто подремать, но отдохнуть мне не удалось. По вагону шеренгами зашагали нищие. В последнее время я, пересев за руль, перестала регулярно пользоваться подземкой, но, похоже, в метро ничего не изменилось.

Сначала по проходу протащилась кругломордая девица, прижимавшая к себе подозрительно крепко спящего бутуза.

– Подайте кто сколько может, – ныла она, – мы из Владивостока приехали, у сыночка онкология! Сделайте милость, лекарства дорогие! Вот справки…

Тряся пожелтевшим исписанным листом бумаги с печатями, «несчастная мать» медленно приближалась ко мне.

Я отвернулась. Вот врунья! За ней черноглазая, смуглая, замотанная в платок девчонка протолкала кресло, в котором сидел безногий мужик лет шестидесяти с опухшим от водки лицом. На шее у него висела табличка: «Помогите чеченскому ветерану, которого государство бросило на произвол судьбы».

Я снова отвернулась. Уже не знаю, где пьяница лишился конечности, но явно не в бою за взятие города Гудермеса. Хотя, может, я стала жестокой? Но никто из пассажиров не спешил лезть за кошельком. Мы все злые? Или просто поняли, что нищенство – это бизнес?[2]

Не успел «ветеран» выкатиться в двери, как ему на смену явился молодой, вполне здоровый, румяный парень с большой сумкой.

– Граждане пассажиры, – возвестил он, – минуточку внимания, извиняйте, отвлекаю вас, но дело важное.

Мне стало интересно. Что за легенду придумал этот мордастый побирушка? Навряд ли он станет сейчас петь о тяжелом состоянии здоровья или недавно скончавшихся родителях. Скорей всего, заноет о потерянных документах и билете. Хотя такой нахал вполне способен собирать деньги на похороны любимого таракана.

– Время страшное, – вещал тем временем парень, – дома обваливаются, поезда взрываются, ваще беда. Наша лаборатория разработала замечательную штуку, защитный шлем «Аргус». Вот смотрите.

Парень вынул пакет, встряхнул его и надел на голову. Я захлопала глазами, коробейник стал похож на древнее божество, если кто бывал в Музее изобразительных искусств, в зале, посвященном Египту, поймет, кого я имею в виду. Тело человека, а голова не ведомого никому животного.

– «Аргус» позволяет вам находиться до суток в задымленном или загазованном помещении. Он тот же противогаз, только модернизированный и относительно комфортный, – продолжал торговец.

Теперь его голос звучал глуше, но все равно был хорошо слышен.

– Стоит шлем сто рублей, может, это и дорого, но вы себе жизнь покупаете.

– Из чего он сделан? – поинтересовался мужчина в очках.

– Космические разработки, – туманно ответил юноша, – у нас и сертификат есть, да только массовое производство наладить не можем. Ей-богу, бесплатно бы раздавали, но, знаете, в каком сейчас состоянии наука!

– Голову прикроешь, а газ или дым под шлем проберутся, – протянула женщина в синей куртке.

– Нет, смотрите, тут воротник, он намертво прилипает к одежде, а на голое тело еще лучше крепится. Подергайте.

2

См. книгу Д. Донцовой «Контрольный поцелуй», издательство «Эксмо». Она рассказывает о профессиональных попрошайках.

Тетка встала, осмотрела парня и констатировала:

– Верно. Как же его снять?

– Шнурок дернули – и опаньки!

«Аргус» оказался в руках продавца.

– Он одноразовый? – продолжала расспросы тетка.

– На пять использований.

– Мало.

– Вы собираетесь каждый день в теракт попадать?

– Ну… нет, конечно. А на детей его надеть можно?

– Обязательно! Кстати, на животных тоже! Берете?

– Молодой человек, – крикнула я, – мне продайте!

– Сколько? – оживился торговец.

– Семь человеческих, два на мопсов, два на щенков той же породы и пару для взрослых больших собак.

Не скрывая радости, парень вытащил калькулятор.

– Скидочку вам сделаю, – пообещал он.

– Эй, а нам хватит? – забеспокоилась тетка. – Ишь какая! Все ей одной! Думаешь, только тебе выжить охота?

– Вы не волнуйтесь, – засуетился юноша, – сумка полная, шлемов туча.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *