Принцесса на Кириешках

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 25

К моему удивлению, котяра преспокойно слопал «Докторскую», нашпигованную средством от старости, и остался сидеть на своем месте, бурно облизываясь.

– Придется подождать немного, – тараторила тетка, встав передо мной, – пока расскажу вам кое-что. Белявскому нужны были деньги для продолжения экспериментов, а государство не давало. Депутаты на пустые загранпоездки миллионы тратят, а на науку крохи жалеют. В общем, ломал профессор голову, ломал и придумал выход. Делает потихоньку «Мгновенные пилюли красоты» и продает эстрадным певицам, артисткам, ведущим телепередач. Много ему не выпустить, поэтому их развозят лишь узкому кругу. Настя моя курьером работает. Представляете, сегодня должна была это средство купить… Ой, не скажу фамилию, права не имею. Только певичка на гастроли уехала! Настю Белявский отругает, вот я и решила помочь дочке, вышла на улицу и стала на женщин смотреть, выискивать, кого бы осчастливить. Похоже, вам это средство жизненно необходимо! Может, купите? Живо красавицей станете!

Легкое сомнение зацарапало в душе. Ну, предположим, энтузиаст Белявский и впрямь сделал нечто особенное, мне кажется, что увлеченный наукой профессор способен на многое.

Но почему бы Насте попросту не вернуть баночку назад? И что имеет в виду тетка, говоря: «Вам это средство жизненно необходимо»? Я что, похожа на старую, морщинистую обезьяну? Выделяюсь в толпе ужасным внешним видом?

– Ну-ка, посмотрите сюда, – всплеснула руками незнакомка, – убедитесь сами!

Она отошла чуть в сторону, я взглянула на кота и взвизгнула. На ступеньках восседало белоснежное облако.

– Это он? – только и сумела вымолвить я.

– Правда, удивительно? – засмеялась тетка. – Я сколько раз видела, а все равно впечатляет. Мгновенное обновление. Теперь он таким до завтра будет.

– А потом что?

– Прежним станет.

– Значит, и я…

– Э, нет, – засмеялась женщина, – коту-то одна порция досталась. А вы шестьдесят таблеток получите. Стойкий эффект держится в течение года. Затем начинается новый курс, все очень просто.

– Я хочу это лекарство! Очень!

– Берите.

– И сколько оно стоит?

– Триста баксов. Я грустно покачала головой:

– Столько у меня нет. Если честно, то в кошельке совсем пусто, но в бардачке лежит сотня долларов. Домашние мне велят всегда иметь при себе небольшую сумму в качестве НЗ, мало ли какая беда на дороге случится. Я готова отдать вам «подкожные», но их все равно не хватит, поищите другого покупателя.

– Оно, конечно, верно, – протянула тетка, – только вы мне очень понравились, да и средство вам необходимо. Ладно, говорите, знаете Белявского?

Я кивнула.

– А как вас зовут?

– Евлампия Романова, лучше просто Лампа.

– Сейчас позвоню профессору, – пообещала женщина, вытаскивая мобильный. – Алло, это кто? Вера Ивановна беспокоит, мать Анастасии.

Я слушала ее торопливый, журчащий, как ручей, говорок. Наконец Вера Ивановна отсоединилась, сунула трубку в карман и вздохнула:

– Все уладила, Белявский очень обрадовался, что нас судьба с вами случайно столкнула, и велел скидку сделать. Берите за сто баксов.

– Ой, спасибо, но, право, мне неудобно.

– Без проблем.

– Как-то не очень хорошо получается, я лишила лабораторию прибыли.

– Не расстраивайтесь, лучше поезжайте домой, там примите пилюлю и ложитесь спать, проснетесь Белоснежкой.

Мы завершили товарно-денежный обмен. Новенькая купюра перекочевала в широкую ладонь Веры Ивановны, я получила взамен пластиковую баночку. Не успела ее спрятать, как женщина сайгаком кинулась через дорогу.

– Спасибо! – крикнула я, высовываясь из окна.

– Пей на здоровье, – ответила на бегу Вера Ивановна и исчезла за поворотом.

Я посидела пару секунд, опершись на руль. Приехать домой, слопать капсулу, проснуться удивительно красивой и ошарашить народ, появившись утром из комнаты?

Нет. Лучше приму волшебное снадобье прямо сейчас. Вера Ивановна обещала эффект через полчаса.

Я быстро отвинтила крышку. Внутри лежали таблетки. Нет, это капсулы, круглые, плоские, желатиновые, а внутри переливается какая-то густая субстанция. От лекарства слегка пахнет рыбой… Впрочем, ничего странного нет. Катюша выписывает медицинские журналы и недавно читала нам вслух статью, в которой говорилось, что в рыбе типа лосося содержится много так называемых жирных кислот, благотворно влияющих на состояние кожи и волос. Съем сразу побольше!

Всю дорогу до дома я щупала лицо и пыталась рассмотреть себя в зеркале, но особых изменений не заметила. Впрочем, глаза стали блестеть ярче, а взлохмаченные пряди неожиданно пригладились, обычно они торчат, словно иголки у обозленного ежа. Вот оно как! Процесс пошел!

Ажитированная сверх меры, я принеслась домой и мгновенно налетела на Вовку, который мирно курил на пороге гаража.

– Скажи, как я выгляжу? – наскочила я на майора.

– Отлично, – вяло ответил Костин.

– На сколько лет?

Приятель сунул окурок в пустую банку из-под растворимого кофе.

– Ну…

– Говори!

– Глаза на восемнадцать, – ухмыльнулся Костин, – фигура на двенадцать, щеки на двадцать…

– Вот! Я красавица! Молодая! Роскошная!

– Подожди, – хмыкнул Костин, – сейчас сложу все цифры вместе: «глазные» восемнадцать, «фигурные» двенадцать, «щечные» двадцать и получим в сумме твой подлинный возраст!

Честно признаюсь, я отвратительно считаю, прибавляя к семи восемь, всегда получаю разный результат. Но сегодня отчего-то мигом произвела сложение. О боже: пятьдесят!

– Дурак! – обозлилась я на майора. – Мне до полувекового юбилея еще жить и жить.

– Стою себе, молчу, – пожал плечами Костин, – чего напала?

Я молча пошла в дом.

На кухне была одна Ася, медленно убиравшая со стола тарелки. Я возмутилась. У Курочкорябских в семье явно неправильно распределены обязанности. Если человек зарабатывает всем на безбедное существование, его не следует эксплуатировать и в хвост и гриву. Неужели больше некому заняться посудой после ужина?

– Привет, – тихо сказала Ася.

Я отняла у нее блюдо.

– Сядь, отдохни, сама справлюсь!

– Спасибо, – прошептала Ася и стекла на диванчик, – наверное, погода скоро переменится. Устала я дико, руки-ноги не шевелятся.

– Ты очень мало спишь. Вставай не в шесть, а в девять.

– Тогда я ничего не успею.

– Найми домработницу!

– Пыталась, но они от нас убегают, – вздохнула Ася, – Оля не всегда бывает приветлива с людьми. И потом, готовить мне придется самой. Лев Яковлевич ест только мои супы и салаты. Хотя вот странность! Он попросил на ужин геркулесовую кашу, невиданное дело! Муж – человек постоянных привычек, овсянку употребляет лишь утром! А тут потребовал ее ближе к ночи, да еще велел сделать побольше!

– Правда? – еле сдерживая смех, спросила я.

Ася развела руками:

– Непонятно, однако! Ну я, конечно, выполнила приказ, полила ужин кленовым сиропом, как он любит, и поставила на стол. Ну и…

Ася горестно замолчала.

– Что? – стараясь не расхохотаться, осведомилась я.

– Он зачерпнул ложку, отправил в рот, пожевал, выплюнул и начал злиться, – недоуменно объясняла Ася, – каша, мол, плохая, утром была вкуснее, сделай точь-в-точь такую же!

– И чем дело закончилось?

Ася вздохнула:

– Я решила, что крупа негодная, сгоняла в супермаркет, привезла штук семь разных коробок, и ни одна ему не понравилась! Лев Яковлевич страшно рассердился, хлопнул дверью. Ума не приложу, ну что с ним случилось?

Я слушала Асю, решая в душе задачу: стоит ли говорить ей о том, что утром, торопясь избавиться от капризного профессора, я перепутала бутылки и наплескала в завтрак чревоугодника водку под названием «Довгань дамская»?

– А голова у него не болела? – вырвалось у меня.

– У Льва Яковлевича? Нет, не жаловался, а почему ты спрашиваешь? – удивилась Ася.

– Ну так, подумала, вдруг он заболел, – пробормотала я, наблюдая, как Феня и Капа весело пристают к пытающейся заснуть Аде.

Похоже, эта «Дамская» и впрямь качественный напиток. Ни у Льва Яковлевича, ни у собак нет ни малейших признаков похмелья. Может, купить про запас еще бутылочку и поставить дома на случай непредвиденного прихода гостей?

Интересно, почему водку так назвали? На мой взгляд, не совсем верно. Мужчины-то, основные потребители «огненной воды», не захотят покупать «бабский» напиток, посчитают его слабой бурдой, чем-то вроде безалкогольного пива, мало кто станет всматриваться в этикетку, где указана крепость сорок градусов. Хотя Вовка же купил ее, и потом, наверное, в нашей стране много женщин, любящих пропустить рюмочку, в конце концов, должен же у них быть свой фирменный напиток!

– Заболел? – с тревогой спросила Ася. – Дам ему градусник!

Она быстро пошла к двери.

Я осталась у плиты. В кухню вбежал Кирюшка, схватил яблоко и ринулся в коридор.

– Послушай, – окликнула я его, – скажи, я хорошо выгляжу?

Кирилл притормозил и обернулся:

– Ну… замечательно! Румянец на щеках горит!

Я обрадовалась и побежала в спальню рассматривать себя в зеркало.

Яркий свет упал на лицо. Действительно! Щеки приобрели нежно-розовый оттенок. Обычно я имею бледный вид, простите за каламбур, даже синюшный, похожа на обезжиренное порошковое молоко, а сейчас выгляжу куколкой. Таблетки-то действуют! Сейчас съем еще три штуки, нет, лучше шесть и утром проснусь без единой морщинки, с огромными лучистыми глазами, пухлыми губками, соболиными бровями! Дай бог здоровья профессору Белявскому, пусть на актрису, не сумевшую выкупить чудо-пилюли, дождем польются главные роли в многосерийных лентах, удачи Насте и Вере Ивановне!

Ощущая себя абсолютно счастливой, я заползла под одеяло и мгновенно заснула, даже не слышала, когда вернулась Лиза.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *