Приват-танец мисс Марпл

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 12

– Интересная инфа! – прошептала Раиса. – У всех жен Морозова, кроме Илоны, родителей трудно хорошими людьми назвать. Детство у девушек как под копирку. Все родились в провинции, все из маленьких городков. Отец алкоголик, буян, драчун. Папашу посадили в тюрьму, мамаша, тоже не отличавшаяся примерным образом жизни, окончательно слетела с катушек, стала завтракать-обедать-ужинать водкой. Все дети – а их у сладкой парочки было несколько – остались без надзора. И старшая дочь вынуждена была ухаживать за братьями-сестрами. В конце концов общественность встрепенулась, пьяницу лишили родительских прав, малышей рассовали по детдомам, а о старшей девочке никто не позаботился, потому что ей уже исполнилось семнадцать.

– Ты мне о ком рассказываешь? – не поняла я. – О Ларисе Козловой?

– Не-а, о всех, – пояснила Рая. – У жен Морозова, исключая Илону, было совершенно одинаковое детство. Разница только в мелких деталях. Например, у Ларисы шесть братьев, а у Валерии три сестры. Ирина бросила школу в седьмом классе и нанялась мыть железнодорожные вагоны, Наташа же ухитрилась окончить десятилетку. И все они, после того как их братьев-сестер забрало государство, из своего захолустья уезжали.

– Вероятно, подавались в Москву, – вздохнула я. – В столице больше возможностей устроиться на работу.

– Их жизнь до свадьбы с Григорием Морозовым скрывает туман неизвестности, – продолжала Емелина. – Если они жили в Москве, то не регистрировались. Небось торговали на рынках или вкалывали на стройках. Скитались по съемным квартирам. Вот у Илоны все иначе, чем у предшественниц. Во-первых, она самая молодая. Синюю Бороду потянуло на зеленые яблоки. Во-вторых, Качанова москвичка. И хоть у нее нет отца, но мать вполне приличный человек – учительница, ни в чем плохом не замечена. Правда, отдельной квартиры у них не было, мать с дочерью ютились в густонаселенной коммуналке в далеко не престижном районе столицы. Но девочку никто не притеснял, младших братьев-сестер у нее нет, записей о приводах в полицию тоже нет. Нормальная, но, похоже, очень бедная семья. Мама умерла, когда Илоне исполнилось восемнадцать. А та вскоре после похорон выскочила замуж за Морозова. Вот глупышка… Осталась одна и захотела решить все свои проблемы разом. Кстати! Наш любвеобильный папик постоянно менял адреса. Смотри, женившись на Козловой, он из квартиры на улице Круглова переехал в дом на проспекте Маршала Жукова.

Я не усмотрела в этом ничего странного.

– Захотел привести молодую супругу в новую квартиру. С деньгами у Морозова проблем нет.

– Ты не дослушала, – остановила меня Емелина. – На Круглова у Григория были многокомнатные хоромы, и на Маршала Жукова он такие же приобрел. Когда скончалась Лариса, Морозов, женившись второй раз, опять переселился.

– Не каждый захочет остаться там, где произошла трагедия, – вздохнула я.

– Дашуня, он менял адреса с каждой новой бабой, – возбудилась Рая. – На мой взгляд, получался обмен типа шило на мыло, в смысле равноценный. Каждый раз много комнат, элитная недвижимость, только район другой. Короче, мотало молодожена по Москве туда-сюда, из одного конца столицы в противоположный. А с Илоной он перебрался в Подмосковье. Схожее детство жен, их преждевременная смерть, идентичное жилье… Понимаешь, о чем я?

– У меня появились те же мысли, – призналась я. – И ты забыла сказать, что Лариса, Валерия, Ирина, Наталья и Илона просто клоны. Голубоглазые пепельные блондинки с пухлыми губами и чуть вздернутым носиком. Даже родинки у них были на одном месте – на щеке, у левого уха. И прически они носили одинаковые.

– Нет, – удивилась Емелина, – ты путаешь.

– Я видела фотографии, – уперлась я и рассказала Раисе про мемориал.

– Он псих! Настоящий маньяк! – ахнула она. – Но сейчас передо мной снимки девушек, и никаких родинок на их лицах нет. Выслать тебе фотографии?

– Давай, – велела я. Уставилась на экран, увидела снимки, сделанные для паспортного стола, на них были весьма похожие молодые женщины, однако у них по-разному уложены волосы и отсутствуют родинки.

Я опять позвонила Раечке.

– В мемориальной комнате были снимки почти близнецов. Думаю, Григорий Константинович отводил своих невест в тату-салон, где им и набивали родинку. А тонировать волосы и изменить форму прически ерундовое дело. Ой, второй звонок! Это Дегтярев. Минут через пять я с тобой соединюсь, ладно?

– Жду, – коротко сказала Раиса.

– Можешь объяснить продавцу, что мне надо? – закричал полковник. – Она не понимает!

– Ты где? – удивилась я.

– В магазине, – последовал ответ.

И тут же я услышала звонкий, почти детский голос:

– Добрый день. Покупатель хочет, чтобы в его телефоне появились сникерсы. Я ему объясняю, что шоколадные батончики лучше просить в супермаркете, а он злится, не уходит. Требует жалобную книгу, говорит, это вы ему посоветовали в наш магазин зайти.

– Девушка, в каком бутике находится Дегтярев? – поинтересовалась я.

– Мы торгуем сотовыми телефонами.

– Отлично. Как вас зовут?

– Консультант Елена.

– Леночка, мой приятель полковник полиции.

– Ой!

– Он занят ответственной работой, ловит особо опасных преступников.

– Ой!!

– Это очень умный человек, суперпрофессионал. Но совершенно не разбирается в гаджетах.

– Ага.

– Александр Михайлович хочет загрузить смайлики.

– А сказал сникерсы. Ха-ха…

– Да, действительно смешно, – согласилась я, – он название перепутал. Но в этом виновата я. Сказала Дегтяреву: «Купи картинки в магазине» – и не уточнила, что он у него в телефоне. Пожалуйста, окажите любезность, помогите полковнику. Загрузите ему смайлики и объясните, как ими пользоваться. Александр Михайлович оплатит вашу работу.

– Консультации посетителям мы даем бесплатно. И мне не трудно, все равно никого в салоне нет, одна тут от скуки шизею, – простодушно призналась продавщица. – Сейчас все сделаю.

– Вы ангел! – обрадовалась я. И опять соединилась с Емелиной.

– Как поступим? – спросила Рая. – Представляешь, что скажет Дегтярев, если мы сообщим ему о своих подозрениях?

– Да уж, – вздохнула я. – Начнет с фразы: «Делать вам нечего, мешаете работать». А закончит словами: «Поменьше читайте Миладу Смолякову, лучше делом займитесь – суп сварите, пирожки испеките».

– Но нельзя же оставить Морозова безнаказанным? – занервничала Емелина. – Он похоронит Илону и начнет подыскивать новую кандидатуру. Я посещала факультатив по маньякам, его в институте вел очень умный человек, психолог. Отлично помню его рассказ о почерке социопатов и их пристрастиях к одному типу жертв. Если урод убивает брюнеток, он никогда не посмотрит на блондинку. Ну это я примитивно объясняю, в реальности все сложнее, маньяк совершенствуется, вырабатывает свой почерк. Главное – понять, почему именно блондинки. Чем они ему насолили? По какой причине монстр зол именно на них? Кто его обидел, оскорбил, унизил – мать, сестра, учительница, жена, начальница?

– Наш действует иначе, – пояснила я, – он переделывает девушек. И, похоже, не мучает их. Во всяком случае, Илону прямо-таки баловал.

– Ага, а потом убил! – воскликнула Рая. – Вероятно, они все его разочаровали. Морозов рассчитывал что-то получить от жен, ждал от них каких-то действий или эмоций, задабривал их презентами, а потом, поняв, что они не собираются ничего делать, отправлял бедняжек на тот свет. Дашута, давай выведем его на чистую воду? Слушай, я работаю с Дегтяревым давно. Ты небось в курсе, что мой отец, Николай Сергеевич, был коллегой Александра Михайловича. Папу убили, когда он брал бандита Егорова, ну, того, который в подъезды жилых домов взрывчатку закладывал. Я тогда заканчивала школу, готовилась поступать на юридический. Смерть отца меня из колеи выбила, и вступительные экзамены я завалила, а Александр Михайлович взял неудачливую абитуриентку на работу. Маме он сказал: «Не беспокойся, пригляжу за Раисой, никогда не брошу дочь Коли». С тех пор прошел не один год, я поступила в вуз, окончила его с красным дипломом и попросила Дегтярева, чтобы меня из секретарей в свой отдел взял на любую должность. Ага, как же! Постоянно слышу: «Повзрослей, тогда и поговорим». Я, по его мнению, все еще маленькая. Скоро старенькой стану, а полковник и не заметит! Между прочим, за годы сидения в приемной я многому научилась. Можешь парней из отдела спросить, они меня давно коллегой считают. Сейчас я диссертацию по психологии преступника пишу. Но для Дегтярева я по-прежнему девочка, которая у него на коленях сидела и в карманах конфеты искала.

– Боюсь, ты для него таковой навсегда останешься, – улыбнулась я. – Полковник просто боится за дочь погибшего друга. Он прекрасно понимает, что сотрудников отдела в любой день могут ранить, даже убить, они имеют дело не с пушистыми зайками, а с опасными и непредсказуемыми преступниками. Хотя, кстати, и милый зайка способен прокусить руку до кости. А заодно вспомни, что Александр Михайлович говорит о женщинах-полицейских. Надеюсь, для тебя не секрет, как он ответил самому главному боссу, когда тот попытался пристроить в его отдел свою протеже из отдела наркотиков?

Рая издала стон.

– Разве такое забудешь? При мне дело было. Дегтярев дверь в кабинет редко закрывает, говорит, что воздух ему нужен, поэтому я все слышала. Сначала Александр Михайлович вежливо от шефа отбрыкивался, гудел: «Если хотите свою сотрудницу повысить, пусть она сначала в обычном отделе убийств опыта наберется. Не надо из наркотиков сразу к нам». Босс свою линию гнул и в какой-то момент сказал: «Саша, лучше ты ее обтешешь, чем ребята из убойного». И тут Дегтярев как заорет: «Что я тебе, папа Карло, чтобы полено в Буратино превращать? Пока я за этим столом сижу, никаких баб в подразделении не будет! Хочется тетке в полиции работать? Флаг ей в руки. Пусть топает в экспертизу или с малолетними правонарушителями занимается, за компьютером сидит. У нас много работы для женщин. Только не у меня! Или я, или бабье!»

– Боюсь, тебя полковник тоже взять не захочет, – резюмировала я.

– Хоть ты с Дегтяревым уйму лет дружишь, а я его лучше знаю, – возразила Емелина. – Если докажу, что я суперпрофи, он свое мнение изменит. В нашем отделе нет психолога, и никто, кроме меня, не умеет в мозг преступника влезать. Дашуня, ты же хочешь Морозова разоблачить? Давай объединимся! Когда Александр Михайлович увидит результат, он меня зауважает. Между прочим, его парни давно со мной втихаря советуются. Они тут голову ломали, почему насильник Кочетков на десять лет исчез, никого не трогал, а потом из тьмы выполз и не на девушек, а на женщин в возрасте стал нападать, причем только на тех, кто носит светло-голубую одежду. А я им подсказала: Кочетков встретил женщину, которая сумела его к рукам прибрать, ведь даже насильник может влюбиться, а потом его подруга умерла. Ищите мужчину, который состоял в браке десять лет и потерял жену вследствие врачебной ошибки – неудачная операция, неверно поставленный диагноз и так далее. Женщина в голубой одежде – это врач или медсестра, они носят форму такого цвета. И что? Права я оказалась! У Кочеткова в самом деле погибла жена, ей в больнице поставили капельницу не с тем лекарством. Виновной была пятидесятилетняя медсестра. И весь персонал в той клинике носит светло-голубые костюмы. Ну и кто дело раскрыл? Мужики Дегтярева или я? Так ты мне поможешь? Я умею работать с компьютером, но по городу ездить не смогу, со службы не отпустят.

– Вспомни, кто рассказал тебе про Морозова, и поймешь: не я помогаю тебе, а ты мне, – уточнила я. – Если найдем доказательства виновности бизнесмена, непременно расскажем Дегтяреву о том, что нарыли. И лучше не спорить, кто из нас главный, а бросить все силы на работу.

– Я согласна! – воскликнула Раечка. – Ты меня неправильно поняла. То есть это я не совсем верно выразилась. Надо было спросить: «Даша, ты мне поможешь стать полноправным членом отдела полковника?»

– Я постараюсь, – ответила я. – Слушай, мне в голову пришла интересная мысль…

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *