Сафари на черепашку

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 30

Сказав друг другу нужные слова, Рита и Костя решили жить вместе, а вот поход в загс они пока отложили. Свадьба – затратное мероприятие, следует купить платье невесте, костюм жениху, кольца, позвать коллег по работе и друзей…

В конце концов набежит весьма приличная сумма, а влюбленные решили копить деньги на квартиру, у них должна быть спальня, а у Веры Николаевны своя комната. Поэтому каждую честно заработанную копеечку пара откладывала в чулок, ребята даже перестали бегать в кино и перекусывать в кафе, но они не ощущали себя несчастными, наоборот, за спиной словно выросли крылья, а любимым развлечением их стал просмотр специальных журналов, на страницах которых печатали объявления агентства недвижимости. Очень часто там имелись и планы квартир. Вечером Рита и Костя, взяв карандаш, начинали мечтать.

Вот если купить эту квартиру, тогда комната с балконом будет их спальней, кровать поставят в углу…

Спустя полгода Рита заметила, что Костя стал каким-то нервным, дерганым. Он мог даже накричать на нее. Семина решила, что жених просто устал, и предложила:

– Давай поедем отдохнуть.

– Куда? – вяло спросил Рамкин. – Веру Николаевну нельзя бросать.

– В Турцию, – воодушевленно воскликнула Рита.

– С ума сошла! Это же дорого!

– Вовсе нет, – засуетилась Семина, – я уже навела справки, можно за небольшие деньги съездить!

– Откуда они у нас?

– Из заначки возьмем!

Костя притих, потом вдруг заорал с такой силой, что у Риты заложило уши:

– Дура!

– Что я сделала не так? – растерялась девушка.

– Не понимаешь?

– Нет.

И тут всегда ласковый, нежный Костя схватил ее за плечи, потряс, как нашкодившего котенка, швырнул на диван и перешел на визг:

– Я из сил выбиваюсь, на квартиру зарабатываю, а ты деньги транжирить собираешься!

Рита сначала заплакала, но потом ей стало обидно до такой степени, что слезы высохли.

– Между прочим, я тоже пашу, как каторжная! – воскликнула она.

Вполне справедливая фраза окончательно выбила Рамкина из колеи.

– Что ты знаешь, идиотка, – зашипел он, – я на такое почти согласился!

– На что? – насторожилась Семина.

Внезапно Костя успокоился, злое выражение исчезло с его лица.

– Прости, наверное, я измотался.

– Нет уж, рассказывай. Ты от меня что-то скрываешь?

Костя отнекивался, как мог, но в конце концов ему пришлось ввести Риту в курс дела. Услыхав рассказ жениха, Семина онемела, ей могло прийти в голову что угодно, но только не это!

* * *

С ними работал Алексей Грибков, друг Рамкина и самый лучший мастер в салоне, ясное дело, клиентов у него было море. К нему повадился стричься Костя Арапов, беззаботный мальчик-мажор, сын богатой бизнесвумен, ничего не жалевшей для сына. Константин Арапов так часто менял машины, что Рита устала отслеживать, на какой тачке он сегодня подкатил к парикмахерской. Он, похоже, совершенно не считал денег, спокойно оставлял на чай сто долларов. Другие клиенты никогда не были столь щедры, но, с другой стороны, они зарабатывали себе на жизнь сами и очень хорошо знали, что монеты не растут на золотом дереве. А вот Арапову деньги доставались безо всяких усилий, он брал их из тумбочки.

Грибков страшно гордился своими близкими отношениями с Араповым. Частенько, придя на работу, Алеша начинал демонстративно зевать и делал это до тех пор, пока кто-нибудь из сотрудников салона с легкой ехидцей не осведомлялся:

– Чем ночью-то занимался?

– С Араповым по клубам ходили, – начинал громко вещать Алеша, – до шести утра прошлялись, он-то потом домой поехал, а я, несчастный, сюда.

Далее следовал подробный отчет о развлечениях с перечислением очень модных и вследствие этого очень дорогих злачных мест.

Рита, слушая Грибкова, старательно следила за выражением лица, не дай бог на нем появится презрительная гримаса. Алешу Семина еле выносила, а Арапов не вызывал у нее уважения. Да, он приветливый, не заносчивый парень, но все его богатство от предприимчивой мамы. Жаль, что Рамкин тоже принадлежит к компании, роли в которой были распределены так: Костя Арапов – богатый царь, щедрый покровитель, Алеша умный, хитрый паж при правителе, а Рамкин принеси-подай-пошел-вон, ему надо радоваться и кланяться Арапову с Грибковым за то, что приняли его в свой круг. На равных присутствовала в компании и Анжела, она сначала спала с Алексеем, потом безо всякого стыда переметнулась к Арапову. Рита лишь диву давалась, глядя на друзей. Алексей не стал ссориться с богатым приятелем, сделал вид, будто не заметил маневра любовницы. Впрочем, ни одна из девиц не задерживалась у Арапова надолго, и Семина решила, что Анжелка спустя дней тридцать-сорок вернется к Грибкову, но отношения Лиховой и Арапова оказались на удивление стабильными.

В группе имелся еще один юноша со смешной фамилией Рогатый, по имени Игорь, друг детства Арапова. Он нравился Рите еще меньше, чем Грибков. Игорь был странным: то сидел угрюмый в углу, то начинал безудержно веселиться. Один раз Семина стала свидетельницей абсолютно дикой выходки: Рогатый ни с того ни с сего вдруг набросился на бедно одетого мужчину, покупавшего сигареты. С воплем: «Я узнал тебя!» – Игорь сбил ничего не понимающего человека с ног и начал топтать его.

Дело могло закончиться плохо, потому что мимо, как назло, проходил патруль. Ситуацию купировал Арапов, он привычно вынул кошелек и одарил всех: ментов и перепуганного дядьку. Потом Константин засунул обмякшего Рогатого в свою машину и развел руками:

– Уж простите, ребята, гуляйте без нас.

Грибков моментально уехал домой, Анжела увязалась за Алексеем, а Рита спросила у Рамкина:

– Рогатый шизоид?

– Да нет, – отмахнулся тот.

– Он ненормальный.

– Ну… с какой стороны посмотреть.

– Да с любой гляди, хорошим не покажется, – констатировала Рита.

Жених слегка поколебался, потом сказал:

– Только виду не подавай, что правду знаешь! Арапов и Рогатый ее скрывают, но я в курсе!

– Ну? – заинтересовалась Рита. – Говори.

– Игорь наркоман.

– Вау!

– Вернее, был им.

– Да ну?

– Точно, но сумел бросить, ему Арапов помог. Знаешь, что у его матери за бизнес?

– Торговля.

– Ага, лекарствами, а еще она их производит, – просвещал Рамкин невесту, – лаборатории имеет, научный центр. Игоряха же с высшим образованием, сумел диплом получить, хоть на втором курсе на героин подсел. Марина ничего о пристрастиях Рогатого не знала и взяла его к себе на работу, только Игорек все хуже делался, пришлось Косте матери правду рассказать, а у той связей полно, и она как раз одно лекарство разрабатывала, грубо говоря, от наркотической зависимости. Опробовать его на людях не имели права, но Арапова взяла препарат и дала Игорю. Рогатый сам хотел соскочить с иглы, вот и поставил на себе эксперимент.

– Помогло?

– Как видишь, – скривился Рамкин, – шприц он забыл, но таблетки плохо подействовали на нервную систему, теперь у Игоряхи припадки случаются, накатывает на него злоба, прямо как цунами, справиться с напастью он не может и способен в такую минуту хрен знает что натворить. Потом опомнится, головой трясет и спрашивает у нас: «Чего я нафигачил-то? Поверьте, ребята, не хотел».

Вот из таких странных людей состояла компания, куда Рамкин постарался ввести Риту, но она не пришлась ко двору. Костя Арапов вежливо улыбался, но был дистантен, Рогатый здоровался с Ритой и мигом забывал о ней, Анжела задирала нос, а Грибков усиленно делал вид, что плохо знаком с коллегой по работе. Семина живо смекнула: ее не торопятся считать своей, и стала избегать «командных» походов, Рамкин, видя подобное положение вещей, тоже слегка отстранился от прежних приятелей, но совсем отойти от них не мог.

Арапов был одним из лучших посетителей салона, другом Грибкова, Алеша же пристроил в свое время на работу Рамкина. В общем, стилист хотел и друзей не обидеть, и невесте угодить. В конце концов был найден компромисс. Субботу Рамкин целиком посвящал Рите, а в воскресенье таскался с прежней компанией, денег на развлечения он не тратил, за всех щедрой рукой платил Арапов. Но сколько веревочке ни виться, а кончик покажется.

Вскоре пришло время расплачиваться за съеденные яства, выпитое вино и веселье. Костя придумал невероятную аферу и потребовал от друзей помощи. Для начала он позвал Алешу, Рамкина, Игоря, Анжелу и рассказал им правду: Марина не очень хорошо относится к сыну.

– Ты чего! – воскликнул Грибков. – Имеешь денег выше крыши!

– Маман копейки мне отстегивает, – вздохнул Арапов.

– Только что в ресторане тысячу баксов оставил, – не успокаивался Алексей.

– Это ерунда! – хмыкнул Арапов. – Знаете, что принадлежит моей матери? Ну слушайте! Квартира в центре, дом в Подмосковье, фирма, торгующая таблетками, куча всяких ларьков, научный центр, апартаменты в Майами… Я уже не говорю о всяких мелочах типа картин, антикварной мебели, посуды и драгоценностей. Только не следует думать, что мамахен сама все заработала! Капитал нажил мой отец, Герасим Арапов. Кстати, ему помогла его мать – Нина Антоновна, моя бабушка. Вы в курсе, кем был мой дед?

– Нет, – хором ответили приятели.

Костик засмеялся.

– Кто при Советах ум имел, тот и после революции в девяносто первом году хорошо устроился! Дедушка директорствовал на заводе, военном; предприятие располагалось в Подмосковье – целый город, теперь заброшенный. Так вот, дед собирал старинные книги, умер он, правда, давно, но Нина Антоновна коллекцию не разбазарила и своему сыну, то бишь моему отцу, передала. А он уж книги продал и бизнес начал.

– Фигня, – заявил Рогатый, – никто за потрепанные томики больше двух рублей не даст!

– Дурак ты, – оборвал Игоря Арапов, – там раритеты были, например, первое издание Диккенса! За него отец десятки тысяч выручил, и не рублей. Я к чему это рассказал: папе его мать помогла, он на ее бабки раскрутился. Отец помер – на Маринку без труда богатство свалилось. А когда я попросил: «Мать, хочу свое дело открыть», – она мне ответила: «Ничем помочь не могу, капитал в обороте, свободных средств у меня нет».

– Не похоже на нее, – снова не к месту влез Игорь, – она всегда тебе навстречу идет, машины покупает, любые суммы дает!

– Но не больше пятнадцати тысяч баксов в месяц! – заорал Костя. – Жлобина!

Повисла тишина, потом Грибков пробормотал:

– Офигеть можно! Тебе этого мало?

– Конечно!

– Ну и деньжищи, – вздохнул Рамкин, – мне за них хрен знает сколько пахать надо.

Анжела застыла с открытым ртом, а Грибков с легкой обидой воскликнул:

– Ты никогда и словом не обмолвился, СКОЛЬКО имеешь!

Арапов снисходительно оглядел притихших приятелей.

– Вы нормальных денег не видели! Конечно, пятнадцать кусков на развлечения и шмотки хватает, но мне надоело без дела болтаться, хочу свой бизнес открыть, только маменькино пособие в этом не поможет!

И тут ожила Лихова:

– Мне бы ваши проблемы, господин учитель! Анекдот знаете? Сидит десятиклассник Иванов на уроке литры и думает о своем: «Чего делать? Машка из восьмого от меня беременна, Ленка из девятого тоже, им надо денег на аборты дать, только где их взять, вчера последние в казино проиграл, даже на «чек»7 не хватает, ломает всего, крутит, тошнит, не надо было вчера водяру с пивом мешать». И тут учитель его за плечо цап: «Эй, Иванов, хватит в облаках витать, немедленно отвечай на вопрос: почему Анна Каренина под поезд прыгнула?» Иванов глянул на препода и говорит: «Эх, мне бы ваши проблемы, господин учитель!»

– Ты попроще, – буркнул Грибков, – чего анекдоты рассказываешь? Хочешь дело говорить – ради бога!

– Неужели ему мать на бизнес не даст? – усмехнулась Анжела. – Надо только попросить получше.

– Сука она, – рявкнул Арапов, – сама все за так поимела, папахену моему бабка деньги добыть помогла, а мне маманя ответила: «Хочешь клуб открыть? Ерунда, прогоришь. Займись лучше семейным бизнесом».

– А ты что? – тихо спросил Рамкин.

– Объяснил нормально: хочу открыть клуб, ну прикольно мне этим заниматься, а таблетками влом торговать. Я ведь много денег не просил, всего три миллиона.

– Это же почти сто тысяч баксов, – присвистнул Грибков.

– Мне доллары нужны, – завизжал Арапов, – три лимона!

Снова повисла тишина.

– А Маринка – стерва, – не успокаивался любящий сыночек, – опсихела совсем, заявила в ответ: «Вот умру, вы с Анечкой поделите наследство и пускайте его по ветру, я уже этой печальной картины не увижу!» В общем, так, знаю, вам всем тоже бабки нужны. Алеха хочет свой салон открыть, Игорек планы всякие строит, Рамкин, чего молчишь? На квартиру копишь?

– Да, – проронил потрясенный услышанным стилист.

– Значит, так, – подвел итог Арапов, – я еще не все вам открыл. У мамахен тугая копеечка имеется, в загранке спрятана, карточка есть. Там деньжищ! Всем хватит: и мне, и вам, надо лишь кредитку получить да пин-код с паролем узнать. Дальше легче плюнуть, я качу в Лондон и забираю средства, открываю клуб, Леха получает салон, Костька квартиру… Эй, Рамкин, не спи, замерзнешь!

Стилист встрепенулся.

– Ну выкрадешь ты у матери кредитку, – попытался он остудить горячую голову Арапова, – вызнаешь пароль с пином и чего? Марина заметит пропажу и блокирует счет.

– Нет, – остановил его Арапов, – она так не поступит.

– Почему? – воскликнула Анжела.

Мальчик-мажор потер руки.

– Есть план, ребята, гениальный, как все простое. Маринка сама вам пластик отдаст, еще на коленях просить станет, чтобы взяли. Знаете почему? Слушайте.

Страшно довольный собой, Арапов начал излагать план. Навел его на мысль о преступлении приятель сестры Слава Загребский. Его мать подписала рекламный контракт с фирмой «Гема», ей предстояло нахваливать сразу несколько видов таблеток, но что-то сложилось неудачно, женщину разбил инсульт. Владилен Карлович Загребский, дед Славы, милый, интеллигентный кабинетный ученый, вышел из себя и устроил дикий скандал.

– Ваще крышу потерял, – объяснял Слава Ане и пившему в столовой чай Косте, – такого наорал! Якобы у него есть знакомые чеченцы, они вас украдут, продадут в рабство, потом денег за выкуп потребуют.

7

«Чек» – доза героина.

– С ума сойти! – воскликнула Аня.

– И че? – лениво осведомился Костя. – Он такое может? Мы охрану наймем.

– Нет, конечно, – завздыхал Слава, – откуда у деда знакомые бандюганы, он только со своими водится, со старикашками убогими. Может, мне Марину попросить на дурака не злиться? Ваша мать крутая, она как раз способна дедку холку намылить. Он весь уже испереживался, совесть его грызет и страх.

– Я поговорю с мамой, – пообещала приветливая, всегда готовая помочь людям Аня.

И тут вдруг Костю словно стукнули по голове, он отодвинул чашку и нарочито спокойным голосом сказал:

– Не надо, Анюнь, чего мать волновать, у нее и без этой ерунды головной боли полно. Славкин дед не напакостит.

– Конечно, нет, – подтвердил Загребский.

– Ну и проехали, – улыбнулся Костя, – ясно ж, отчего у него чердак просквозило.

– Ладно, Костик, – охотно согласилась совершенно неконфликтная Аня, – забудем и разотрем.

Анечка, естественно, так и поступила, а вот Костя понял, как ему действовать, чтобы получить столь необходимые доллары. Нужно разыграть собственное похищение, нарядить ближайших приятелей чеченцами, закрыть их лица черными шлемами и потребовать в качестве выкупа заветную карточку с пином и паролем.

Торопиться было нельзя. Костя тщательно спланировал дело. Он добыл сильнодействующее снотворное, что для него, свободно входящего во все помещения «Гемы», оказалось легче легкого. «Чечню» Арапов решил устроить на территории заброшенного завода, где некогда директорствовал его дед. Олега Герасимовича внук не помнил, но бабушка Нина Антоновна умерла не так давно. В свое время любимым развлечением пожилой дамы было взять машину, привезти внучка в Подмосковье и там предаваться воспоминаниям.

– Вот тут мы с дедушкой, дорогой Костенька, провели жизнь. Он в директорском кабинете, а я вот в этой крохотной комнатке, служила начальником вахты. А как в те годы строили! Смотри, детка, люк во дворе до сих пор работает, словно и не прошло много лет, электричества тут нет, но большинство механизмов спроектировали талантливые советские люди в расчете на то, что может случиться война, и где тогда будет электричество? Давай покажу тебе еще кое-что интересное…

Будучи младшим школьником, Костенька обожал эти прогулки, он воображал себя шпионом, лазая вместе с бабулей по заброшенному предприятию. Да еще Нина Антоновна, оказавшись в Москве, заговорщицки шептала внуку:

– Мы маме ничего не скажем, ладно? А то она обозлится и запретит вспоминать дедушку. Кстати, мы еще не все изучили. Там много интересного осталось. Значит, молчок?

Костик быстро кивал, ему нравилось ощущать себя владельцем тайны, и он никому не выдал ее. Потом бабушка заболела и умерла, внук подрос и больше не ездил на завод. Но, видно, детские воспоминания самые крепкие, в нужный момент они вылезли из запертого чулана, Костя сообразил: лучшего места для «Чечни» не сыскать. На территорию заброшенного предприятия не забредут случайные люди. Марина не поймет, что она в Подмосковье, ей сделают укол, перенесут в подвал, потом на несколько минут вытащат во двор и снова усыпят. Лекарство действует на человека отупляюще, Марина будет плохо соображать.

Узнав о планах Арапова, Рита пришла в ужас и категорично сказала Рамкину:

– Ты в этом никогда не будешь участвовать!

– Не волнуйся, – начал успокаивать ее стилист, – дело пустяковое.

– Ни за что в жизни! Это преступление, ты можешь оказаться в тюрьме.

– Ерунда.

– Через мой труп!

– Пустяк, не стоит волноваться.

– Нет!!!

– Нам же квартира очень нужна, – пытался воззвать к разуму любимой Рамкин, – успокойся и подумай: сколько лет копить станем? Десять? Двадцать?

– Значит, придется жить в норе, – затопала ногами Семина, – но вместе! Не хочу тебя лишиться.

В конце концов пара поругалась насмерть. Рамкин психанул, схватил куртку и убежал прочь, встретились ребята лишь через день на работе.

Семина мрачно щелкала ножницами над головой клиентки, стилист колдовал около своих баночек. Потом Рамкин сделал Рите знак, та кивнула, парочка отпросилась пообедать, в кафе Костя сказал:

– Извини, ты права.

– Да ладно, – отмахнулась Рита, – все бедность проклятая, ты же для нас денег добыть хотел, только это страшно и опасно, а потом еще совесть мучить станет!

– Скажу сегодня Косте, чтобы на меня не рассчитывал.

– Не ругайся с ним, – предостерегла Рита, – еще подлость сделает.

– Нет, нет, я осторожно, – пообещал Рамкин.

Вечером он и впрямь поговорил с Араповым, приехал домой очень веселый и сказал:

– Знаешь, Костька отличный друг.

– Неужели? – усомнилась Рита. – Не похоже что-то, он хотел тебя в преступление втянуть.

– Я ему сообщил: «Извини, боюсь участвовать в деле», а он ответил: «Ладно, понимаю, молодец, что заранее предупредил». Представляешь, он даже не обиделся, только спросил: «Ты хорошо подумал? Упускаешь реальный шанс квартиру купить».

– А ты что? – воскликнула Рита.

Рамкин развел руками.

– Извинился снова, на том и разошлись. Арапов только попросил: «Никому ни слова о моих планах. Надеюсь, не разболтал чужую тайну? Впрочем, ты человек порядочный, или ошибаюсь?»

– А ты что? – вновь задала тот же вопрос Семина.

Стилист потер затылок.

– Соврал маленько, убедил Арапова, что молчал и впредь рта раскрывать не стану. Ты смотри не ляпни чего Анжелке.

– Я похожа на сумасшедшую?

Рамкин обнял любимую.

– Не обижайся.

– Как ты думаешь, – поинтересовалась Рита, – они таки обманут Марину?

– Не скажу точно, – погрустнел стилист, – очень надеюсь, что Костя поймет – нехорошее он дело затеял. Я ведь только из-за квартиры на подлость согласился, спасибо, что ты меня остановила. Ладно, поживем – увидим!

Через некоторое время Рите стало ясно: Арапов решил отказаться от страшной затеи. Приятели более не обсуждали с Рамкиным никакие подробности, но компания в прежнем составе ходила в кафе, кино, клубы. Арапов, Грибков, Рогатый и Анжела продолжали веселиться, охотно брали с собой Рамкина, и Семина перевела дух. Слава богу, дело закончилось, не начавшись.

Потом стилист пришел к невесте с новой фишкой.

– Я могу заработать пять тысяч баксов.

– Каким образом? – заволновалась Рита, и тут Рамкин выложил историю про шлифовку лица, таблетки и операцию.

– Это Арапов помог, – радовался парень, – в фирме его матери такое не раз проделывали.

Семина попыталась отговорить жениха и от этой затеи, но тот уперся, как норовистый ишак.

– Давно мечтаю шлифовку лица сделать, – рявкнул он, выслушав от подруги всякие аргументы типа: «опасно», «страшно», «вредно», – тысячи людей на операции ложатся, а потом красивыми ходят. У меня просто денег не было, а тут бесплатно сделают! Замолчи немедленно, Арапов замечательный друг, я ему помогать отказался, можно сказать, подвел его из-за трусости, а он!

Рита захлопала глазами, жених же, не обращая внимания на ее ошарашенный вид, сказал:

– А он зла не затаил, сумел организовать операцию бесплатно, да еще денег мне дадут за ерунду: пару раз таблетки похвалить.

Семина попыталась вразумить Рамкина, и они снова поругались. Дело было в пятницу, субботу с воскресеньем парикмахерша просидела дома одна, тщетно ожидая звонка от любимого, в понедельник вышла на работу и узнала, что Рамкин лег в больницу. Он не скрывал своей радости и без всякого стеснения объявил коллегам:

– Вернусь красавцем, рубцы исчезнут.

Во вторник парня удачно прооперировали, а в среду он умер в палате реанимации.

* * *

Рита замолчала, я тоже молча смотрел на нее. Значит, «похищение» Кости было умело срежиссированным спектаклем. Однако младший Арапов талантливый человек, я полностью поверил в происходящее. Не допусти «кавказцы» ошибки, повернись они во время «молитвы» на восток, дело могло бы сойти им с рук. Ну и мерзавец! Зачем ему нужно было унижать мать, заставлять ее целовать кроссовки у одного из похитителей? Неужели нельзя было обойтись без этой сцены? Хотя, наверное, нет, Марина попыталась выказать свою гордость, а подлинные кавказцы никогда бы не позволили бабе взять над ними верх. Арапову следовало поставить на место, и это было проделано с нужным драматизмом. Кто изображал главаря? Кто сидел на скамейке около полуодурманенного Кости? Или, может быть, парень только изображал это состояние? Рогатый? Грибков? Минуточку, сколько их было, «чеченцев»? В машине с нами ехало двое, потом в подвал спускался еще один…

* * *

– Страшно, – прошептала Рита.

Я встрепенулся.

– Вы о чем?

Семина схватила салфетку и прижала к лицу.

– Я ведь не знала, что Костю похитили, полагала, банда замысел оставила, а тут вы… с этим рассказом. Боже, какой ужас, они все же решились на похищение. Страшно, страшно… мне сейчас еще одна мысль в голову пришла, дикая, невероятная…

– Какая? – занервничал я.

Рита схватила меня за руку.

– Моему Косте сделали операцию хорошо, я звонила в клинику, говорила с врачом, а тот ответил: «Никаких поводов для беспокойства нет, приезжайте в среду после обеда, увидите своего кавалера целым и невредимым». Но мы так и не встретились. И вот теперь… только… я сообразила…

– Что?!!

– Вдруг Арапов убил моего Костю, – пролепетала Рита, серея на глазах, – Рамкин ведь знал, что план приведут в исполнение, а мой любимый мог проговориться ненароком, да хоть напиться и проболтаться… Может, поэтому Арапов и предложил ему операцию, а? Заманил бесплатной шлифовкой и деньгами? Арапов у матери любое лекарство взять мог, он в них хорошо разбирается… И Анжелка померла, и Грибков, считайте, почти в могиле! Арапов всех убивает, чтобы денег никому не отдавать. Это раз! А второе… он небось свидетелей убирает!

– Арапов умер, – быстро сообщил я.

– Вы уверены? – обморочным голосом поинтересовалась Рита.

– Да, я видел тело, Костя выглядел абсолютно мертвым.

– Есть такие лекарства, примешь таблеточку – и на вид настоящий труп, – прошептала Семина, – нам сам Арапов о таких рассказывал. Господи, как страшно! Так он и до меня доберется, уничтожит на всякий случай!

– Костя скончался, сейчас его останки лежат в морозильной камере, – попытался я успокоить Риту.

– Вы их там видели?

– Да, – бойко соврал я, покрываясь потом от предчувствия близкой беды.

– Тогда кто всех на тот свет отправляет? Зачем? Мне не верится в случайные совпадения, – еле-еле выдавила из себя Рита.

Я набрал полную грудь воздуха и резко сказал:

– Слушай меня внимательно. Можешь взять бюллетень?

– За свой счет.

– Пусть так. Сейчас отвезу тебя домой, сиди тихо-тихо, двери никому не открывай, если заявится участковый, не впускай его. Не общайся ни с кем из приятелей, не высовывайся даже в булочную, не бери почту из ящика, не заходи в Интернет, оборви всю связь с внешним миром, отпусти сиделок, сама ухаживай за мамой.

– И что, всю жизнь так сидеть? – всхлипнула Семина. – Мы с голоду умрем.

– Думаю, дней через семь все образуется, – стараясь придать своему голосу твердости, пообещал я, – если нет, Нора найдет способ обеспечить вашу безопасность. Не бойся, ты теперь не одна.

* * *

Доставив перепуганную почти до обморока девушку до квартиры и проверив, тщательно ли она заперла дверь, я поехал домой.

Нора была в кабинете, не дав хозяйке сказать и слова, я положил перед ней диктофон и воскликнул:

– Каюсь! Виноват! Я сообщил Семиной о смерти Кости.

Глаза Норы сердито заблестели, хозяйка открыла было рот, но я быстро продолжил:

– Прежде чем абсолютно справедливо ругать меня, прокрутите скорей запись.

Надо отдать должное Элеоноре, она очень хорошо понимает, когда не следует затевать свару. Вот и сейчас любительница криминальных расследований молча схватила диктофон и ткнула пальцем в кнопку.

Я был вынужден выслушать откровения Риты еще раз, потом Нора мрачно сказала:

– Ступай поужинай.

Не успел я дойти до двери, как в комнате вновь зазвучал голос Семиной, Нора решила вновь изучить разговор.

* * *

В шесть утра я был разбужен голосом хозяйки:

– Ваня, вставай!

Я сел и потряс головой, увидел Нору, изумился, схватил халат и сказал:

– Простите за разобранный вид, право, я не ожидал вас.

Элеонора хмыкнула.

– Было бы странно обнаружить тебя в кровати одетым в костюм, галстук и ботинки. Поднимайся, я все поняла! Ну-ка, вспоминай, сколько было «чеченцев».

– Э… э… сначала двое в машине.

– Как они выглядели?

– Один стройный, но крепкий, второй щуплый, похожий на подростка, оба молчали.

– Дальше!

– В подвал к нам спускался еще один.

– Другой? Или что находился в машине?

Я призадумался.

– Точно не скажу, может, это был водитель? Но определенно не щуплый, тот совсем небольшого росточка, когда он стоял на дороге около Марины, оказался ниже ее.

– Ладно, значит, мерзавцев было по крайней мере двое?

– Трое, – покачал я головой, – еще один сидел на скамейке, около Кости.

– Ты его не видел в «Жигулях»?

– Нет.

– Точно?

– Конечно! Над Мариной издевался довольно полный мужчина, не качок, а именно толстяк, у него живот торчал, словно у беременной, спортсмены иначе выглядят!

– Теперь считаем количество участников. Рамкин отказался, так?

– Да.

– Следовательно, их осталось четверо: сам Арапов, Анжела, Грибков и Рогатый, верно?

– Вроде.

– Константин изображает жертву, рядом с ним на скамейке, думаю, сидел Грибков, по описанию очень на него похож, он единственный из всех толстый. И потом, Алексей, насколько нам теперь известно, мечтал стать актером, даже ходил на киностудию, следовательно, умел перевоплощаться, и самая трудная роль была отдана ему. Предположим, за рулем сидел Рогатый, он же спускался к вам в подвал. Внимание, вопрос! Кто был щуплый, хрупкий, похожий на подростка?

Я растерялся, потом предположил:

– Анжела?

Нора покачала головой:

– Нет, Лихова была ростом больше метра восьмидесяти, а тот «чеченец» небольшой, ты сам сказал, он ниже Марины. Впрочем, Анжела тоже, насколько я понимаю, участвовала в деле, но она дура, ей не досталось роли. Лиховой поручили в нужный момент включить магнитофон с записью молитвы, так она и этого не сумела правильно сделать. Представляю, как на нее потом наорали! Хотя после смерти Кости, думаю, все растерялись.

– Молитва прозвучала, – напомнил я.

Нора поморщилась.

– Ну да! Только, наверное, Лиховой велели врубить запись, когда Арапову и тебя вывели на поверхность, а девица затормозила. Более того, она забыла выключить радио, и из динамика раздалось: «Московское время двадцать ноль-ноль». Поэтому ты понял, что на дворе вечер, а Анжела испугалась, включила магнитофон, и «чеченцы» упали на коврики. В принципе, все было вполне правдоподобно, но две детали не учтены. Мусульмане молятся всегда на восток, и навряд ли в Чечне станут слушать московские передачи, жителям Кавказа по душе другие радиостанции, да хоть турецкие. Понимаешь?

– Да.

– Тогда кто «подросток»?

– Не знаю.

– Маша Башлыкова.

– Вы уверены?

– Больше некому. Знаешь, как дело обстояло? Cлушай. Бандиты соглашаются отпустить с тобой Костю, в тебя стреляют снотворным, в Арапова тоже.

– Зачем?

– Так Марина находится во дворе, а ей надо продемонстрировать, что Константин жертва. Арапова умна, еще заподозрит что-то. Значит, господин Подушкин и Константин лежат на земле. Марину снова заводят в подвал, а вас засовывают в машину, снотворное очень сильное, это почти наркоз. По идее, вы должны проспать два дня, Марина все это время будет сидеть в подвале и ждать известий. Потом мерзавцы соединяются с тобой, ты подтверждаешь приезд домой. Кстати, мы ни разу с тобой не спросили себя: а почему Аленушкино? Откуда у бандитов ключи от дома, от кого они узнали, что в хорошо вроде бы охраняемый поселок можно свободно попасть со стороны леса? Кто им это рассказал?

– Костя!

– Верно, но мы лишь сейчас узнали, что он сам задумал преступление. Следовало сразу задаться этим вопросом, может, тогда бы раньше поняли замысел Арапова. Дальше, впрочем, все пошло не по плану Кости. Никто, включая его самого, не знал о болезни сердца, наркоз убил юношу, а ты, очнувшись, не проверил, жив ли твой спутник, а спокойно сообщил в трубку Марине: «Порядок, Костя еще спит». Арапова облегченно вздыхает, ей тоже не приходит в голову поинтересоваться, каким образом ты и Костя оказались в ее доме, Марине важно другое: любимый сын избежал смерти. И она сообщает Рогатому пин-код и пароль, отдает карточку.

– Почему Рогатому?

– Потому что Костя уехал с тобой, а Грибкову Арапов до конца не доверяет, Рогатый же его лучший друг, ясно?

– Да, – закивал я.

– Далее события разворачиваются иначе, чем планировалось. Что-то случается с Мариной.

– Ее убили!

– Могли, она им раскрыла все тайны и больше не нужна. Либо отравили ее и спрятали тело, либо держат Арапову в плену. Думаю, все же первый вариант, увы, более вероятен. Выполнив черное дело, негодяи ждут известий от Кости, но он пропал, на связь не выходит, трубку не берет. Представляешь, как они занервничали? И тут Рогатый и Башлыкова решают обмануть остальных. Игорь собирается, наверное, уехать за границу с целью перебросить деньги на свой счет, а Маша, чтобы усыпить бдительность остальных участников аферы, ломает комедию. В тот день, когда ты подслушивал под дверью Грибкова, парочка вела разговор о Косте Арапове.

– Нет-нет, мне Грибков сказал, что речь шла о Рамкине!

Элеонора скривилась.

– Ваня, он тебя обманул! Мигом сориентировался и решил прикинуться невинной овечкой. Рамкина и Арапова зовут одинаково, это обстоятельство и позволило Алексею обвести господина Подушкина вокруг пальца. Он тебе наболтал черт-те что! Наврал про свое желание сделать липосакцию, нафантазировал про фирму «Мось». Он ведь сначала принял тебя за женщину и сделал вид, что считает тебя Араповой! Ваня, ты врубился?

– Ну… не совсем!

– Господи, – всплеснула руками Нора, – Марина ходит в салон, тебе же маникюрша Олеся сказала, что ВСЯ семья Араповых посещает студию Маркела Листового. Просек? Алексей знает Марину, он никак не мог тебя за нее принять! Хитрый Грибков решил во что бы то ни стало узнать: кто и зачем к нему явился! Парикмахер очень быстро понял: гость опасен, он что-то вынюхивает, и связана его сыщицкая активность с желанием разведать кое-что об Араповых. Вот почему он сделал вид, что сообщит тебе за деньги эксклюзивную информацию, вот по какой причине заломил непомерную цену. Ваня, ты до сих пор ничего не понял! Грибков хотел тебя убить, еще хорошо, что ты вошел в его квартиру в облике женщины, Алексей не узнал в тебе спутника Марины, даже когда ты снял парик. Но он понял – гость опасен, пусть сейчас бежит за деньгами, а когда вернется, его тут убьют. Во всяком случае, Грибков побоялся сам расправиться с тобой, он решил позвать на помощь… не знаю кого: Башлыкову, Рогатого, Анжелу. Но не успел, его отравили, наверное, хотели убить, но не рассчитали дозу.

– Анжела! Это она подсыпала отраву в салат!

– Думаю, что Башлыкова.

– Но в квартиру Грибкова входила Лихова, ее видела Люлю! Девушка убежала, а очень скоро приехали врачи.

Нора побарабанила пальцами по столу.

– Иван Павлович, – очень нежно пропела она, – нестыковка получается. Лихова сама отравилась, в тот же день, в районе пятнадцати часов, верно?

– Да, именно это время мне называла ее сводная сестра.

– Значит, в три ей стало плохо, она позвонила матери?

– Верно.

– И быстро умерла? Галина Петровна сначала решила, что дочь, как всегда, идиотничает, и сразу не откликнулась на зов, а когда все же приехала, нашла Анжелу мертвой?

– Именно так.

– А в районе двадцати часов девушка воскресла и пыталась убить Алексея?

Я икнул. Вот глупость! Ну как я не заметил явной нестыковки.

– Девица, задумавшая дело, – как ни в чем не бывало продолжала Нора, – хрупкая особа, а Лихова верста коломенская. Преступница пыталась прикинуться Анжелой, нацепила ее куртку, утащила одежду из прихожей, когда отравила девушку, прикрыла лицо козырьком бейсболки, думаю, натянула парик, и ей почти удался спектакль. Люлю, торчавшая у глазка, приняла убийцу за Лихову, но все же любопытная соседка сказала тебе: «Мне она показалась какой-то странной!» Знаешь, что насторожило Люлю? Рост! Стопроцентно! Глаза отметили несостыковку, а ум затормозил и не сделал выводов! Но я уверена, именно маленький рост привлек внимание Люлю.

– Так кто же была убийца?

– Башлыкова!

– Маша?

– Конечно, – ажитированно воскликнула Нора, – смотри, Ваня! Она знала о смерти Кости! Говорила о нем в прошедшем времени. Потом, ты сам во время разговора с ней обмолвился, кинул фразу: «Костя любИЛ мать». Логично было удивиться и спросить: «Как любИЛ? Он и сейчас ее любит!» Но Маша никак не реагирует, она знает, что Арапов мертв. Одновременно Башлыкова пытается оправдать Рогатого, отвести подозрения от него. Мы в курсе, что Рогатый бывший наркоман, так?

– Верно.

– Арапов помог другу избавиться от пагубной привычки.

– Да. Вроде законченный мерзавец, а позаботился об Игоре.

Элеонора закатила глаза.

– Иван Павлович, на свете существуют не только белые и черные цвета. В людях много всего намешано. Рогатый вынырнул из героинового омута, зато у него появились припадки немотивированной злобы. Но Маша несколько раз тебе повторяет: «Рогатый никогда не прикасался к дури», она обеляет своего гражданского мужа. Более того, с какой стати начальница пиар-отдела растрепала господину Подушкину о поездке в Белоруссию? Почему упорно повторяет: «Игорь в Минске, это тайна для всех». Отчего идет на должностное преступление, выбалтывает о секретной миссии Игоря?

– Отчего? – эхом отозвался я.

– Ни в какое ближнее зарубежье Рогатый не ездил, все ложь. Игорь в Москве, наверное, он надеется скоро выехать за рубеж, а пока скрывается от подельников. Рогатый небось украл кредитку. Впрочем, возможен и иной вариант: парень не выдержал нервного напряжения, снова сел на иглу, а Маша его прячет. Ладно, мы раскрыли хитрое дело. Можешь теперь спать спокойно, Ваня!

– Как это? А где Марина?

Нора вытащила папиросы.

– Мне сейчас надо кое-куда смотаться, а ты, Иван Павлович, отдыхай. Думаю, к вечеру мы узнаем, где находится Игорь и где содержится Арапова. Сама поговорю с Башлыковой.

– Вы?! Нет!!!

– Почему?

– Это опасно.

– Ваня, – сердито оборвала меня Нора, – молчать! Слушать внимательно. Сиди дома, можешь спать! Все! Разворот через плечо, шагом марш!

– Простите, но мы сейчас беседуем в моей спальне, – напомнил я, – впрочем, если вы настаиваете, то я могу отправиться в гостиную.

Нора гневно сверкнула очами.

– Молчать! Спать!

Не зря многие люди считают мою хозяйку ведьмой, не успели последние слова сорваться с губ Элеоноры, как я начал судорожно зевать, а потом, сам не пойму почему, рухнул на подушку и отбыл в страну Морфея.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *