Страсти-мордасти рогоносца

Внимание! Это полная версия книги!

Страсти-мордасти рогоносца | Автор книги —
Дарья Донцова

Cтраница 30

А один раз, приехав на поминки по сотруднику другой бригады, который погиб, выполняя задание, я оказалась за столом прямо напротив его портрета. Снимок был хорошо мне известен: незадолго до гибели коллега отмечал тридцатипятилетие и позвал меня в ресторан, так вот, приглашение, которое он мне вручил, украшала именно эта фотография. Но, что удивительно, во время поминок коллега на фото выглядел как-то иначе, у него будто бы изменился взгляд. Во всяком случае, сразу становилось ясно: это изображение человека, который ушел из жизни. Сидевший рядом со мной Димон тихо спросил:

– Тебе плохо? Ты побледнела.

– Нехорошо на душе, – ответила я. – Не поверишь, но мне кажется, что фото Влада стало другим… В смысле, Влад на снимке не такой, как раньше… Извини, это бред, конечно.

– Вовсе нет, – возразил Димон. – Давно знаю, что после кончины человека его снимки изменяются, из глаз словно жизнь утекает.

Я вздохнула, отгоняя это воспоминание, и натянула одноразовые перчатки. Все, хватит дурью маяться, надо пойти и поискать в шкафу болеро. Но мне по-прежнему отчего-то было не по себе.

Помимо беспокойства я испытала еще и немалое удивление. Здание, где жили Тихон и Антонина, снаружи выглядело обычным. Поэтому я ожидала увидеть традиционную для подобных домов планировку: небольшую прихожую, дверь в совмещенный санузел, два шага – и крохотная кухня, еще пара метров – и комната, из которой вы попадаете во вторую, размером со спичечный коробок. Но апартаменты Ткачевых выглядели иначе.

Из просторной прихожей направо и налево шли два коридора. Я свернула в один, прошла вперед и оказалась в уютной кухне. Белые, самые простые шкафчики, недорогой холодильник, дешевая СВЧ-печка, обычный стол и три стула. Помещение делали уютным разные мелочи ярко-красного цвета: баночки для круп, несколько вазочек, заварочный чайник. Со стола свисала яркая скатерть, глаз радовали клетчатые занавески и светильник под потолком в виде большого помидора. Весь декор был недорогим, я не раз видела подобные штучки в магазинах, но все вместе они создавали хорошее настроение.

Я постояла некоторое время у плиты, осматриваясь и размышляя. Некоторые женщины могут бросить вещи на обеденный стол, но Антонина к этой стае явно не принадлежала и, судя по кухне, была замечательной хозяйкой. И она любила хороший чай – вон там на столике жестяная коробка с дорогой заваркой из Англии. Теперь надо посмотреть комнаты…

Я пошла назад, услышала шорох в прихожей, поспешила туда и успела увидеть, как захлопывается входная дверь. Нескольких мгновений мне хватило, чтобы выбежать на лестницу, но… там было пусто. Некто, буквально передо мной посетивший квартиру Ткачевых, успел сесть в лифт и уехать.

Подойдя к окну, выходившему во двор, я вынула телефон и стала фотографировать всех, покидавших здание. Сначала появились женщина и девочка, одетая в ярко-розовый комбинезончик с надписью на спине «Моя принцесса». Следом за ними выскочил человек в темных брюках и черной куртке с капюшоном на голове. Рассмотреть лицо его было невозможно, так же как и понять, мужчина это или женщина спешит в сторону проспекта.

Я вернулась в квартиру, двинулась по второму коридору, втянула носом воздух и только сейчас сообразила, что меня до этого напрягло, – в воздухе витал слабый аромат мужского одеколона. Очень знакомый запах, кто-то из окружающих меня людей пользуется этим парфюмом. Значит, сейчас отсюда удрал парень. Или… Между прочим, есть немало женщин, которым нравятся ароматы, созданные для сильного пола. Лапуля, жена Димона, пользуется только такими.

Санузел в квартире Ткачевых был небольшим, но тоже очень уютным. Антонина Ивановна не экономила на косметике, у нее было несколько банок хорошего крема, на бортике ванны стоял качественный гель для душа. А у Тихона Матвеевича был дорогой лосьон после бритья. Похоже, супруги не взяли в отель ни мыло, ни шампунь, ни вообще что-либо из косметики. Наверное, им объяснили, что в номере будет все необходимое.

В спальне не оказалось шкафа, зато в коридоре была небольшая гардеробная. И тут я обнаружила, что Ткачев любил хорошо одеваться. Он носил не очень дорогие, но модные рубашки и брюки, в том числе молодежные, у него имелись даже «рваные» джинсы. Все вещи были в идеальном состоянии. Зимние пальто, куртки упакованы в чехлы, внутри лежат лавандовые таблетки от моли. Пуловеры аккуратно сложены на полках. Одна из них, пустая, была обтянута светлой материей – на ней определенно держали белый мужской свитер. Почему я подумала, что вещь, для которой сделали особый отсек, была не женской? Место для нее находилось в той части гардеробной, которая явно принадлежала Тихону. Я читала где-то, что шерстяные наряды белого цвета надо держать на обтянутых светлой тканью полочках, но, честно говоря, ни разу не встречала женщину, которая бы соблюдала это правило. И для дамских брюк с юбками здесь были специальные вешалки, а для пиджаков Тихона заведены широкие плечики. Тщательно начищенная обувь занимала подставки, в носках каждого ботинка или туфельки лежала скомканная газета.

Ощутив укол совести, я покачала головой, укорила себя: Танюша, вот как надо! Следует поддерживать порядок везде и во всем! А ты, моя дорогая, горе-хозяйка…

Я осторожно подвигала вешалки. Розового болеро не нашла, но обратила внимание на то, что одно платье Антонины – голубое, шелковое, явно выходное – висело кое-как и, похоже, не на своей вешалке. Рядом находился еще один парадный наряд, тоже из шелка, так вот там были бархатные плечики. А туалет цвета итальянского неба висел на обычных деревянных. Рядом с ним болталась пустая, сделанная из велюра вешалка.

Мне стало понятно, что произошло. Незваный гость копошился в гардеробной. Голубое платье из шелка соскользнуло на пол, и человек не очень аккуратно повесил его на деревянные плечики. Женщины хорошо знают, что такие вешалки могут «зацепить» деликатный материал, поэтому не используют их для шелковых нарядов. Значит, из квартиры Ткачевых удрал мужчина. Женщина бы точно вернула вещь на бархатную вешалку, а вот для представителей сильного пола все плечики одинаковы.

Так и не отыскав болеро, я вошла в спальню. Увидела там, как и везде, идеальный порядок и открыла одну прикроватную тумбочку. Она принадлежала Тихону Матвеевичу. На полке брошюра «Путешествие по Италии. Как правильно выбрать недвижимость», несколько буклетов на ту же тему. Может, Ткачевы хотели посетить эту чудесную страну? Около некоторых объявлений стояли галочки. «Дом вблизи моря. Полностью меблирован. Две спальни, четыре санузла, столовая, гостиная, кухня, терраса. Есть дом для прислуги. Сдается минимум на год». «Особняк в тихой местности. Большая спальня, столовая, гостиная, кухня, терраса. Мебель, вся необходимая техника. Маленькая деревня. Неподалеку город. Сдается на любой срок. Можно понедельно». Похоже, Ткачев изучал рынок жилья, предлагаемого в аренду.

Я полистала буклеты и отложила их. Больше в тумбочке ничего интересного не нашлось. Кое-какие лекарства, увлажняющие капли для глаз, ментоловые пастилки, тонометр. Сверху на тумбочке стояли лампа со светло-бежевым абажуром и будильник, самый обычный, не электронный, а также лежал мобильный.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *