Страстная ночь в зоопарке

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 24

– Сифилис? – перепугался Роберт. – Я думал, это ерунда, вроде тромбофлебита.

– И поэтому побоялись обратиться к своему семейному врачу? – не удержался Артур.

Волков облокотился о прилавок.

– Глупо соврал, да? Когда я увидел первую язву, посчитал, что у меня триппер, пропил антибиотики и успокоился. Не так давно я ездил по делам в Париж, заключил выгодный контракт, отметил удачу в ресторане, слегка превысил дозу спиртного… ну… и…

– Воспользовались услугами проститутки? – предположил Артур.

– Верно, – признался Волков. – Я люблю Ольгу, но наш брак давно лишился интимной стороны. Понимаете?

– Лучше завести постоянную любовницу, чем обращаться к ночным бабочкам, – не удержался от совета провизор.

– Человеку моего положения в Бургштайне трудно ходить налево, – нервно воскликнул Роберт, – я оттягиваюсь в Париже, где никому до меня дела нет. Наверное, с точки зрения здоровья любовница безопаснее, но каждая женщина, став партнершей, потребует внимания. Я доволен своей супругой, мне не нужны другие бабы, использую проституток – исключительно по физиологическим причинам.

– Сколько лет назад у вас возникла язва в паху? – решился спросить Артур.

– Лет? – удивился Роберт. – Она появилась в августе, числа… э… Сейчас посчитаю. Во Францию я приехал второго, пятого вернулся в Бургштайн, где-то седьмого болячка вылезла. Я сразу сообразил, что подцепил венерическое заболевание. Но ведь сейчас все хорошо лечится? На дворе не Средние века, полно средств от любых инфекций! Да и язвы эти зарастают, скоро сами по себе пройдут. Наверное, мне все же помог курс мощных антибиотиков! Просто дайте обезболивающее, ногу сильно дергает, спать не могу, совсем измучился.

Артур откашлялся:

– Положение сложное. Поражения на ногах характерны для третьей стадии сифилиса. Болезнь развилась до такой степени примерно через десять лет после заражения.

– Ерунда, – повеселел Роберт, – я был совершенно здоров еще в июне.

– Невероятно, – пробормотал Артур, – я наблюдаю классическую картину, как в учебнике. Третья стадия сифилиса.

Волков достал кошелек.

– Вы ошибаетесь. В мае мне удаляли родинку на спине, перед вмешательством сделали необходимые анализы, в том числе на СПИД и реакцию Вассермана. Результат отрицательный, я ничем не болел.

– Немыслимо, – протянул Артур, – сходите к врачу. Я дам вам адрес, специалист живет в другом городе, он немец, зарабатывает анонимным лечением венерических заболеваний, никаких документов от пациентов не требует. Я отправлял к Густаву нескольких человек, все остались довольны. Сейчас отпущу вам викасолин, но непременно посетите венеролога, тот гарантирует сохранение тайны. С выписанными рецептами приходите только сюда, любой аптекарь, увидев предписание, поймет, для чего лекарство. Набор средств для лечения болезни, приобретенной половым путем, ограничен. Пообещайте обратиться к Густаву.

– Да, – кивнул Роберт и сдержал слово.

Через неделю вечером немец позвонил Артуру и сказал:

– Ты отправил ко мне мужчину с анализом на реакцию Вассермана?

– Ему нужно помочь. Очень человек хороший, – ответил провизор.

– Это не сифилис, – сказал Густав, – хотя болезнь крайне на него похожа. Удивительная штука, никогда с такой за долгие годы практики не сталкивался. Выглядит как ускоренный вариант сифилиса. От появления первичной язвы до запущенной стадии прошли не годы, а недели.

– Так что с ним? – испугался Артур.

– Не знаю, – признался врач.

– Как лечить-то? – нервничал провизор.

– Понятия не имею, – честно ответил Густав, – ему надо пройти серьезное обследование, но мужик упирается, боится, что жена узнает.

– Болезнь заразна? – не успокаивался фармацевт.

– Я думаю, она передается половым путем, – предположил Густав, – но все мои догадки ни на чем не основаны. Попробуй убедить парня слетать в Америку, оттуда слухи до Бургштайна не доберутся. Я связался со своим коллегой из Лос-Анджелеса, там есть всемирно известный госпиталь, Курт заведует в нем диагностическим отделением. Он ждет Джорджа.

– Кого? – не понял Артур.

– Мужик, которого ты прислал, назвался Джорджем Брауном, – ответил Густав, – а я, как понимаешь, удостоверение личности не спрашивал.

– Хорошо, что не представился Дэном Брауном, – вздохнул хозяин аптеки.

– Записывай, что ему надо дать, когда придет в аптеку, – воскликнул Густав, – и убеди слетать к америкосам! Объясни, что от точного диагноза зависит лечение.

Роберт появился ночью, Артур попытался провести с ним работу, и в конце концов тот сказал:

– Хорошо. Но раньше, чем в январе будущего года, полететь в Лос-Анджелес я не смогу. Как объяснить Оле, почему я собрался в США осенью?

– Бизнес, – пожал плечами Артур.

– Мы с женой вместе занимаемся делами, Ольга знает, что никаких проектов с Америкой не существует, – пояснил Роберт. – Пятого января супруга с братом планируют улететь в Австралию. Одна из наших знакомых выдает замуж дочь, торжество проведут на родине жениха. Праздник продлится две недели. Я плохо переношу жару, на материке кенгуру сейчас лето, поэтому я остаюсь дома. Пока все будут веселиться, я смогу тайно слетать в США. А пока собираюсь пить то, что прописал Густав.

Артур скрепя сердце выдал Роберту таблетки. Раз в неделю, по ночам, Волков приходил пополнять запас. Он чувствовал себя хорошо, язва на ноге закрылась, новые не появились, прошла слабость, наладился сон, аппетит. Густав явно составил правильную схему лечения.

За несколько дней до смерти Волков в очередной раз посетил Артура, взял лекарства и сказал:

– Не вижу смысла лететь в Америку.

– Необходимо поставить точный диагноз, – напомнил провизор.

– Ерунда! Я уже выздоровел, – заявил Роберт.

– Улучшение порой наступает перед обострением болезни, – предостерег его фармацевт. – Густав предупредил вас, что не компетентен в вашем случае, таблетки подобрал наобум.

– Я здоров! – ответил Роберт. – Сегодня забежал к вам в последний раз.

Артуру оставалось лишь развести руками.

– Надеюсь, вы не ошибаетесь. Хочется верить, что неприятная болезнь покинула вас навсегда.

– Меня микробы боятся! – засмеялся Волков. – Прощайте, большое вам спасибо!

Некоторое время Роберт не появлялся, а потом возник в аптеке днем, чем очень удивил провизора. Хорошо хоть в момент визита Волкова в торговом зале не было ни одного клиента.

– Что случилось? – забеспокоился Артур. – Вам плохо?

– Очень больно, – сквозь зубы произнес Роберт, – скорей дайте викасолин! Нету мочи терпеть.

– Вам необходима помощь врача, – засуетился провизор.

– Нет, – простонал Волков, – ни в коем случае. Я отказался от услуг Анны Ильиничны, опасался, что она язвы на ногах заметит, не хочу ехать в больницу. Викасолин! Умоляю! Мне очень плохо! В глазах темно!

Провизор поднял прилавок.

– Прилягте в офисе на диване.

– Нет, – с большим усилием ответил Волков, – мне надо дойти! Непременно! Отдать ей!

– Куда вы спешите? – поинтересовался Артур. – Любое дело можно отложить.

– Только не это, – выдохнул Роберт, – и не сегодня. Я дойду. Я смогу. Викасолин поможет. Дай!

Артур продал ему болеутоляющее, Роберт разом проглотил тройную дозу капсул и выполз на улицу. Провизор хотел посмотреть, куда направился благодетель матери, но в аптеку вошла пожилая дама, и Артур отвлекся на поиски сиропа от кашля.

– Я чуть сам не умер, когда узнал о смерти Роберта, – признался он. – Я рассказал вам чистую правду. Понятия не имею, что за напасть мучила Волкова, но предполагаю, что он умер именно от нее. На всякий случай я провел в аптеке дезинфекцию.

– Роберт не называл имени человека, с которым собирался встретиться в день своей кончины? – задала я главный вопрос.

Артур уставился в окно.

– Нет. Очень надеюсь, что правда не выплывет наружу. Она слишком неприглядна. Попрóсите Вальтера сохранить тайну?

Я кивнула, распрощалась, пошла к двери и была остановлена возгласом провизора:

– Измеритель массы мозга! Вы забыли его на кассе.

– Он мне не нужен, – отмахнулась я.

– Ничего из ассортимента аптеки нельзя возвращать, – строго объявил Артур.

– Я не пользовалась прибором, не вскрывала коробку, – удивилась я, – не выносила аппарат на улицу.

– Есть чек, значит, вы совершили покупку, – уперся провизор, – я не могу вернуть вам сорок евро.

– И не надо, – легкомысленно сказала я, – оставьте себе.

– Ни в коем случае! Он ваш! – отрезал Артур.

Мне пришлось забрать пакет.

Погода радовала совсем не декабрьским солнышком, с неба перестал лить дождь, под ногами не растекались лужи. Здание «Шпикачки» находилось недалеко, и я решила прогуляться пешком, оставив любезно предоставленную Борисом малолитражку возле аптеки. Мне удалось припарковать машину: в плотном ряду автомобилей у тротуара случайно обнаружилось местечко. Но не факт, что повезет у трактира, с парковкой в Бургштайне так же плохо, как и в Москве.

Оставив пакет на заднем сиденье, я дошла до служебного входа и столкнулась с Варей.

– Ну? – налетела на меня она. – Побеседовала с Ольгой?

– Пока нет, – ответила я.

– Блин, – выпалила Варя, – протянешь время, и будущая хозяйка «Шпикачки» найдет управляющего на стороне.

– Сейчас Волковой не до покупки трактира, – парировала я, – она занимается похоронами мужа.

– Не сама же она за гробом поехала! – возразила Варвара. – Специалиста наняла!

Эгоцентризм Варвары поражал. Конечно, для большинства людей своя рубашка ближе к телу, но они хотя бы стараются изобразить сочувствие, когда слышат о чьей-то смерти. Варя даже не прикидывалась огорченной, она втолкнула меня в крохотную кладовку и затарахтела:

– «Шпикачку» точно продают. Вероника Григорьевна в ярости орет на служащих, но народ на нее забил. Догадались, что недолго ей царствовать, скоро тут власть переменится. Вчера младший Гришка раскололся, пришел ко мне и рассказал правду. Облысевший сыночек Вероники – игрок в покер. Он не первый раз спускает капитал. Мать пытается обуздать «деточку», но разве ей справиться с сорокапятилетним мужиком? Старший Гриша поставил на кон ресторан и спустил его. Тому, кто выиграл, трактир не нужен, он хочет денег. Гришка втихаря сбывает ресторацию. Все наши думают, что «Шпикачку» приобретет Волкова. А я поняла, что ты ее шпионка, нанятая, чтобы сбить цену.

– Мы уже обсуждали эту тему, – остановила я Варю. – Теперь выслушай меня. Наша договоренность останется в силе, я замолвлю за тебя словечко. Но сейчас не очень этично проводить с Волковой беседы на эту тему.

– Почему? – спросила Варя.

– У нее муж умер, – процедила я. – Прояви такт, сделай вид, что скорбишь вместе с ней. Как я могу доложить хозяйке о твоих исключительных талантах, проведя тут всего одну рабочую смену? Оля заподозрит сговор, я не получу гонорар, а тебя новая владелица сразу вышибет на улицу. Мне необходимо потолкаться в «Шпикачке» хотя бы несколько дней.

Варвара одернула форменный халат.

– Твоя правда! Я порой излишне тороплюсь, несусь ракетой. Пусть Роберта похоронят, как раз пройдет нужное время, ты осмотришься.

– Приятно иметь дело со сговорчивым человеком, – улыбнулась я.

Варя поправила аккуратно уложенные волосы.

– Я готова на компромиссы, если они не затрагивают принципиальных вещей, и могу по достоинству оценить хороший совет.

Я поспешила закрепить успех:

– Меня лучше не повышать до помощницы Степана.

– Оставаться в посудомойках глупо, – воскликнула Варвара, – ты не сможешь никуда отлучиться, кроме как в перерыв. Работа изнурительная, выматывающая, она для здоровенной бабы, а не для мелочи чуть больше сорока кило весом.

– От Степана тоже не отойти, – возразила я, – и он заставит меня резать овощи. Я не умею и не люблю готовить, устану от этого хуже, чем от мытья тарелок. Работники на кухне удивятся, почему ты меня повысила? Есть Макс, который пришел раньше. Имею встречное предложение. Приставь к Степану Максима, у парня больная жена, он нуждается в заработке, будет тебе благодарен за увеличение оклада, получишь верного клеврета. А я лучше стану уборщицей. Она разгуливает по «Шпикачке» свободно, протирает пол в холле, чистит туалеты. Никто не удивится, если столкнется со мной на складе, в кабинете Григория или на коленях возле духового шкафа. Чистота – залог здоровья.

– У нас есть уборщица Аня, – протянула Варя, – не хочется ее увольнять, хорошая девушка, работящая, молчаливая, никогда не грубит, старательная, непьющая.

– Дай ей отпуск, – предложила я, – отправь на три дня домой, заплати за неотработанную смену. Полагаю, Аня будет счастлива. На кухне скажешь, что уборщица приболела, а я временно ее заменю.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *