Страстная ночь в зоопарке

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 29

– Что еще? – нервно дернулся Вальтер.

Я в упор посмотрела на шефа полиции.

– Был интересный момент, на который я, как обычно, вначале не среагировала. Мы с Юрой стояли на берегу реки, я отвечала на твой звонок, в какой-то момент Юра взял у меня телефон и сказал:

– Это Шумаков!

И вы завели беседу. Странно, да?

– Не вижу ничего особенного, – ответил Вальтер.

– Да ну? – прищурилась я. – Человек произносит: «Это Шумаков», – он не представляется, не называет ни свое звание, ни место работы, а ты с ним общаешься, как с приятелем, и не задаешь естественный вопрос: «Какой, на фиг, Шумаков? Впервые о вас слышу». Ты знаком с Юрой!

Вальтер взял со стола чашку и залпом опустошил ее.

– Ну и что? Мы пару раз общались по службе. В Бургштайн приезжают разные русские, среди них попадаются преступники. Накануне открытия книжной ярмарки Юрий звякнул мне и попросил:

– Не в службу, а в дружбу, пригляди за Вилкой. Она замечательный человек, очень талантливый, но обладает уникальным даром влипать в разные неприятные истории. В своих книгах она действительно описывает реальные события, в которых сама принимала участие. Виола не ищет приключений, они без приглашения на нее валятся, притягиваются, как молнии к генератору. Она обожает тайны, расследования, порой ведет себя, словно ребенок. Я очень волнуюсь, когда Вилка далеко от меня.

– Вальтер! – подпрыгнула я. – Вальтер!

– Я перед тобой, – удивился полицейский.

Меня охватило раздражение:

– Я тебя не зову! Просто вспомнила, как после моего рассказа про смерть Роберта Юра сказал: «Вальтер разберется». Но откуда Шумаков узнал твое имя? Я его в разговоре не упоминала! Ох, мне надо тренировать внимание! Ну, Юра, погоди! Вот вернусь домой!

– Шумаков не хотел тебя обманывать, – ринулся на защиту коллеги Вальтер, – я пообещал ему, что с тобой ничего плохого не случится. Только и всего!

– Вальтер! – закричала я.

Полицейский от неожиданности подскочил.

– Ну что еще?

Я чуть не задохнулась от негодования:

– Ты просил меня поработать в «Шпикачке». Устроил целое представление с поиском «жучков». Но ведь в ресторане их никогда не было? Твой сотрудник подыграл тебе? Я поцарапалась о плохо обработанную нижнюю поверхность столешницы, а ты использовал момент и вызвал эксперта? Но план был составлен заранее! Останься моя коленка в целости, твой парень все равно бы пришел в вип-комнату. Ты побеседовал с Шумаковым и понял, что писательница, втянутая экономкой в ее аферу, захочет помочь бедной Раечке, начнет искать Анатолия, разовьет бешеную активность! И я, кстати, так себя и повела. И что делаешь ты? Переключаешь меня на другое дело, уверяешь, что в ресторане стояла прослушка, намекаешь на наличие у Роберта любовницы, льстишь мне: «Знаю, у тебя удивительно зоркий глаз!» Нет бы мне спросить: «Вальтер, откуда тебе известно про «мой зоркий глаз» и способность разматывать запутанные дела?» Ты не хотел, чтобы я рылась в тайнах Раисы. И нашел мне другое занятие!

– Верно, – со вздохом ответил Вальтер, – и сейчас очень прошу, не поднимай шума. Да, Раиса поступила некрасиво, она мошенничала, но никому ничего плохого не сделала. Она для меня как мать! А в этих фондах полно воров, думаешь, все спонсорские деньги доходят до ученых? Добрая половина их оседает в карманах чиновников, огромные средства тратятся на зарплату тем, кто обязан помогать малоимущим людям науки!

Я перевела дух:

– Анатолия никто не убивал.

– Нет, – заплакала Рая, – прости меня! За все! Я использовала тебя! Мне очень стыдно! Отдай Вальтеру предсмертную записку! И где одежда Толи?

Я уставилась на полицейского:

– В домике не было писем!

– Не может быть! – закричала экономка. – Я прикрепила листок на самом видном месте, на холодильнике, на него натыкаешься взглядом, едва открыв входную дверь. Дурацкий дом, без прихожей и холла, с улицы попадаешь сразу в кухню.

– Ничего не было, – повторила я, – на берегу валялась лишь одна голубая перчатка. Это все!

Раиса сжала кулаки:

– Поклянись!

Я подняла правую руку:

– Ей-богу!

Экономка схватилась за виски.

– Пусть на одежду позарился бездомный, я допускаю такую возможность. Но письмо! Оно было!

– Берег Мильфлуса не то место, где кучкуются маргиналы, – возразил Вальтер, – даже в теплое время года они туда не ходят. Нищие собираются у моста Вильд, там много дешевых закусочных, рынок, есть где поживиться. Просить милостыню в Бургштайне запрещено, поэтому бомжи играют на губных гармошках, барабанах, показывают примитивные фокусы. Они обязаны иметь место жительства, иначе загремят в каталажку. Я строго слежу за теми, кто без дела шляется по улицам, поэтому большинство бездельников, решивших, что лучше клянчить у людей медяки, чем работать, обитают в домах девятого района. Там в одной комнате по семь-восемь человек живут. На Мильфлус они не ходят, это респектабельный район. Тем более что берег в паре шагов от особняка Волковых. Нет, туда дураков соваться нет. Понимают, что их сразу арестуют. Вопрос: кто и зачем унес письмо?

Я повернулась к Раисе:

– Ключ от дома хранится под крыльцом. Кому об этом известно?

Экономка начала загибать пальцы:

– Мне. Ольге Сергеевне. Роберту. Борису.

– Может, кто-то из хозяев заглянул в домик? – предположила я.

Рая взяла бутылку с водой и сделала пару жадных глотков прямо из горлышка.

– Нет, они туда никогда не ходят.

– Но домик внутри выглядел ухоженным, – пробормотала я, – там не было пыли, грязи на полу. Вы убираете прежнее жилье?

– Нет, – совсем растерялась Раиса, – и горничную не посылаю в коттедж.

– Странно, что ты не обратила внимания на чистоту, – удивилась я.

– Я не бродила по комнатам, – пояснила Рая, – да и электричество там отключено. Луна ярко светила, вот я без проблем и дошла до холодильника.

– Свет был, – сказала я.

– Нет, нет, он давно отсутствует, – упорно повторила экономка.

Я взглянула на Вальтера.

– Можешь позвонить Шумакову, пусть он подтвердит: когда мы вошли в кухню и щелкнули выключателем, под потолком вспыхнула лампа. А еще мы обнаружили мощный фонарь, взяли его с собой, когда отправились на реку.

– Света нет! – твердила Раиса. – Домом не пользуются!

– Давай прекратим пустой спор, – поморщился Вальтер, – есть электричество или нет, не имеет значения.

– Ты не прав, – сказала я, – в комнатах было чисто, люстра горела. Но Рая уверена, что здание законсервировано.

– Да! – подтвердила экономка. – Я не заходила туда очень давно, хозяева тоже не заглядывают. Никогда!

– Значит, в домике тайком поселился кто-то чужой, – сделала я сам собой напрашивающийся вывод, – этот человек включил электричество и выбросил записку.

– Зачем? – с отчаянием спросила Рая.

Вальтер встал и забегал по кухне.

– Не хотел, чтобы кто-нибудь узнал о его тайном убежище. Подумал, что, если заявит в полицию о находке, придется объяснять, как он очутился в чужом доме, поэтому предпочел избавиться от письма и шмоток.

– Стоп! – закричала я. – Стоп!

Вальтер замер, экономка заморгала, а я спросила:

– Рая! Кто оплачивает счета?

Вопрос удивил экономку Волковых:

– Счета? Ты о чем?

– За коммунальные услуги платят, так? – продолжала я.

– Конечно, – осторожно сказала Рая.

– Ну и кто этим занимается? – не умолкала я.

Экономка тряхнула головой.

– Ольга Сергеевна экономная хозяйка, она знает, какие суммы на хозяйство нужны каждый месяц. Первого числа Волкова берет в банке наличные и отдает мне. А я раскладываю купюры по коробкам. Оплата охраны, водопроводчика, садовника, горничной – все получают деньги. Еще в доме есть аквариумы, поэтому приезжает Егор, он чистит стеклянные ящики. На продукты тоже предусмотрена фиксированная сумма, но если праздники, она увеличивается.

– Рая, – остановила я экономку, – вода, канализация и прочее, я веду речь о коммунальных услугах.

– Я отвожу необходимую сумму в банк, – ответила Раиса.

– А свет? – наседала я.

– Тоже, – шепнула экономка.

– И ты не поняла, что счет стал больше? – удивилась я.

– За старый дом квитанций не приходило, – промямлила Рая.

– Что тебя связывает с Рикой? – спросила я. – Почему ты утешала девушку на пороге ее доме?

– Она наделала глупостей, – сердито буркнула Раиса, – дурочка! Хотела продемонстрировать самостоятельность. Ох!

Я повернулась к Вальтеру:

– Ты, наверное, тоже используешь этот простой прием на допросах? Сначала мирно беседуешь на одну тему, потом бабах! – и задаешь вопрос из другой оперы, а человек машинально отвечает. И, как правило, правду.

– Старая уловка, – согласился шеф, – но при чем тут Рика? Какое отношение дизайнерша нелепых сумок имеет к нашему делу?

Я откашлялась:

– Помнишь, в «Шпикачке» ты говорил мне, что у Роберта, вероятно, есть любовница? Теперь я знаю, что ты хотел отвлечь меня от поисков Анатолия, но я пошла по следу и разузнала тайну Волкова.

Мой рассказ о болезни издателя и коридоре в «Шпикачке», которым пользовалась Рика, занял минут пятнадцать. В конце концов я сделала вывод:

– Я подумала сейчас: кто мог пользоваться старым домом? Маловероятно, что там поселился бомж. Вальтер правильно заметил: человек без определенного места жительства не сунется в дорогой район, где много охраны, и навряд ли обнаглеет до такой степени, что захватит чужую собственность. Скорее всего домик расконсервировал кто-то из хозяев, он же оплачивал электричество, забирал в определенный день квитанцию из почтового ящика. И Раиса сейчас это тоже поняла. Если вовремя не внести платеж, свет выключат, да еще подадут на должника в суд. Рая не оплачивала счета за киловатты, нагоревшие в старом домике, но и электрокомпания не возмущалась. Значит, она вовремя получала платеж. Банк принимает в качестве документа для расчета лишь специальный квиток, который приносит почта. И кто мог его из ящика взять? Борис или Волкова, больше некому! Думаю, у Роберта с Рикой был роман, парочка уютно устроилась в укромном месте. В гостиницу они пойти не могли, дом Рики просматривается соседями, вот ловелас и сообразил, что неподалеку от его особняка есть домик, в которую никто не сунется. Идеальное убежище для любовников. В день своей смерти Роберт шел к Рике. Наверное, он очень ее любил, раз, несмотря на боль, упорно стремился к ней. Миллион долларов предназначался Рике. Все называют ее Ирина или Рика, но я готова спорить, что в паспорте она «Арина Владимировна Федосеева».

– Нет, – перебил меня Вальтер, – она Ирина Казаченко, отчества не помню. Я проверил всех жителей Бургштайна, Федосеевых у нас нет.

– Арина живет в Майне, – еле слышно проговорила Раиса. – Роберт действительно шел к Рике, но это совсем не то, о чем вы думаете.

– Ты знаешь Федосееву? – обомлел Вальтер.

– Только со слов Рики, – выдохнула Рая, – ладно, сейчас расскажу.

Роберт и Ольга редко спали вместе. Они друг друга любили, но из кое-каких обмолвок экономка поняла, что много лет назад, еще до встречи с Робертом, Ольге сделали гинекологическую операцию, и она перестала интересоваться сексом, исполняла супружеский долг по обязанности, без страсти. Роберт жалел жену и вел себя в Бургштайне безупречно. Но он часто ездил в командировки. Париж, Вена, Берлин, Лондон… Наверное, там у него были женщины. В Бургштайне Роберт лишь один раз завел интрижку со Светланой Казаченко. Никто не знал про их отношения, ни одна душа. Об этом случайно узнала Раиса.

Как-то раз, очень давно, Оля решила порадовать экономку и подарила ей на день рождения уик-энд в Париже. В пятницу Раиса прилетела в город влюбленных, в воскресенье вечером ей предстояло вернуться в Бургштайн. А в субботу она направилась в Версаль, ей хотелось полюбоваться парком и фонтанами. Рая забрела в аллею, засаженную высокими туями, и увидела на скамейке… Роберта с маленьким ребенком на коленях и Светлану. Встреча была столь неожиданной, что Раиса воскликнула:

– Вы же сейчас в Вене! Ох, как девочка на вас похожа! Одно лицо!

Роберт кинулся к экономке:

– Я заплачу тебе сколько хочешь, только не выдавай нас! Да, Иринка моя дочь, ни я, ни Света не хотим причинять зла Оле, она ничего не должна знать!

Раиса согласилась молчать. Роберт тайком выдавал ей вторую зарплату, экономка радовалась своей удаче и держала язык за зубами. Только не думайте, что она проявила благородство. Она хотела денег и хорошо понимала: расскажет про Роберта – и сразу лишится не только двойного оклада, но и хорошего места. Хозяева помирятся, а прислугу выгонят за длинный язык.

Когда Рике стукнуло два года, Роберт разорвал отношения со Светланой, но продолжал поддерживать ее материально. Света была тихой, малообщительной, неразговорчивой, дочери правду об отце она не открыла. Сказала, что ее папа… племянник Раисы, которая регулярно приносила Казаченко деньги. Отец давно умер, брак со Светой он не оформлял. Рая не хочет, чтобы по Бургштайну пошли гулять слухи, потому никому про это говорить не будет. Девочка безоговорочно поверила матери и в своей биографии не копалась. Когда Рике исполнилось двенадцать лет, Света утонула. О ее дочери позаботилась Оля, отправила ее в закрытую гимназию при монастыре. Рая по просьбе Роберта навещала ребенка, Рика считала экономку своей тетей.

Когда сирота вернулась в Бургштайн, Раиса принесла ей денег, но девушка строго сказала:

– Спасибо, больше не хочу тебя грабить, буду жить на свои заработки.

Как Раиса ни уговаривала девушку, та упорно твердила:

– Сама справлюсь.

И действительно, она открыла ателье. Где Рика раздобыла средства, Раиса не знала. Увы, пошивочное предприятие прогорело в два счета. Но Рика не впала в отчаяние, спустя короткое время она начала шить сумки.

Роберт беспокоился о дочери, подсылал к ней экономку, но дизайнер говорила:

– У меня все о’кей!

Незадолго до кончины Волкова Рика позвонила Рае и заплакала:

– Тетя, я попала в беду, давай встретимся!

Экономка бросилась на зов. Едва она вошла в прихожую Рики, как та кинулась ей на шею со словами:

– Меня хотят выселить из дома, отнять его, могут даже убить.

– Кто это затеял? – спросила экономка.

Рика провела ее в гостиную и рассказала правду.

Девушке очень хотелось самостоятельности. Поэтому она обратилась к Арине Федосеевой, пронырливой бабенке, которая давала деньги в долг под проценты. Барыга охотно ссудила Рике большую сумму, девушка занялась одеждой, но дело не пошло. Дурочка во второй раз поехала к ушлой бабенке, та согласилась снова субсидировать неудачливую бизнесвумен, но предупредила:

– Сумму со всеми процентами вернешь в декабре.

Рика пообещала расплатиться и начала шить сумки, которые на удивление хорошо продавались.

Первого декабря Арина позвонила должнице и поинтересовалась:

– Как наши дела?

– Здорово! – воскликнула Рика. – Мне предложили сделать подиумную коллекцию.

– Значит, ты расплатишься? – спросила Федосеева. – Напоминаю: за тобой миллион долларов.

Арина не поверила своим ушам:

– Не может быть! Я брала намного меньше!

– Ну почему всегда одно и то же? – процедила Арина. – Вечно люди забывают о процентах.

– У меня столько нет, – сказала Рика.

– Не моя печаль, – отрезала Федосеева, – если не вернешь долг в срок, к тебе приедут парни, перепишешь на меня свой дом.

Девушка начала ее умолять, но «черная» банкирша не дрогнула. Похоже, она давно привыкла к чужим слезам, поэтому объявила:

– Двадцать третье декабря – последний срок. Ищи бабки, или встретишь Рождество на улице.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *