Версаль под хохлому

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 10

На сей раз процедура выглядела иначе. Светлане велели забраться на каталку и привезли в комнату, где на подобии операционного стола уже лежала девушка. Когда медсестры наладили какую-то хитрую систему трубок, соединившую донора с больной, и ушли за стеклянную перегородку, Джулия неожиданно открыла глаза и шепнула:

– Спасибо.

– Не за что, – ответила Света, – лишь бы тебе помогло.

Похоже, Джулии было трудно разговаривать, потому что она ничего более не произнесла, но попыталась улыбнуться. Свете стало страшно. Кроме самой манипуляции ее напугала Крылова – Джулия выглядела умирающей, кожа у нее была серой, а рот походил на щель, в придачу у несчастной над верхней губой образовались глубокие морщины. Светлане очень хотелось спросить, не заразна ли Крылова, но она постеснялась, а потом подумала, что навряд ли человека, инфицированного СПИДом, вот так положат возле здорового, да еще будут проводить прямое переливание крови.

– Как тебя зовут? – тихо поинтересовалась Джулия, когда процедура окончилась.

– Света Потемкина.

– Можешь подойти? – прошептала больная.

Светлана уже поднялась и чувствовала слабость, но, пересилив себя, она приблизилась к каталке и вздрогнула. Нижняя часть лица Джулии была изуродована шрамами, которые издали походили на морщины.

– Не бойся, – еле слышно проговорила больная, – я родилась с волчьей пастью и заячьей губой, мне в детстве операции делали. Жуть, да?

– Я не заметила рубцов, – солгала Светлана, – испугалась твоей бледности.

Джулия пошевелила пальцами.

– У тебя есть родители? Как их зовут? Ты любишь маму с папой?

– Вероника и Виктор, – ответила Потемкина, – они в разводе. Конечно, я их люблю.

– Повезло тебе, – закрывая глаза, прошептала Джулия. – А мои родители умерли.

– Ты поправишься, – чуть не заплакала от жалости Света. – Не беспокойся, если надо, я буду в больницу хоть каждый день ездить.

– Хватит болтать! – оборвала их разговор медсестра. И скомандовала санитарам: – Увозите Крылову в палату. А ты, Потемкина, ступай в столовую, там тебе дадут полный обед, чай сладкий и булочку.

– Спасибо, есть не хочется, – отказалась Света.

– Это не предложение, а приказ, – отрезала женщина. – Донору положено бесплатное питание.

– Чем больна Джулия? – робко поинтересовалась Светлана, когда они с медсестрой остались вдвоем. И получила странный ответ:

– Головой.

– Упала и ударилась? – не поняла Потемкина.

– Дурью мается, – зло буркнула медичка. – Покушение на самоубийство.

– Вау! – ахнула Света.

– Говорю же, дура, – подытожила тетка. – Тут все отделение из таких. Бросит их парень – несутся в аптеку, купят таблеток, сожрут разом кучу, а потом спохватываются. На мой взгляд, если захотела на тот свет уйти, так отъезжай спокойно. Но нет, идиотки в «Скорую» звонят: «Спасите, помогите, я самоубийца!» Глупостей наделают, испугаются и хотят, чтобы им жизнь сохранили. А врачи их откачивают, между прочим, бесплатно. Слишком у нас государство доброе! Надо закон принять: если ты умереть решила и передумала, то лечись за свой счет, по коммерческим расценкам, никаких льготных лекарств. Отдаст кретинка пару миллионов, в следующий раз крепко подумает. А то у нас в седьмой палате Стефаненко лежит, всем в отделении глаза намозолила. Зимой ее начальник отругал, так она на табуретку влезла и, когда шеф в кабинет вошел, на его глазах шагнула с нее с петлей на шее. Демонстрация сплошная. В апреле она с мужем разошлась, сожрала горсть пилюль и «неотложку» вызвала. Сейчас опять привезли – облилась бензином, орала, что подожжет себя. Да только про спички или зажигалку артистка забыла, тогда и глотнула немного топлива. А бедные доктора за нее переживают… Такие мадамы всегда выживают. Тьфу!

– И Джулия такая? – прошептала Светлана.

– Все они одинаковые, – поморщилась медсестра. – Вроде от несчастной любви травилась, жених ее бросил из-за шрамов на лице. Врет небось.

– У Крыловой около рта и правда некрасивые рубцы, – защитила Джулию Света, – я вздрогнула, когда их увидела.

– Она свое уродство не скрывала, – возразила медсестра, – раз мужик на нее внимание обратил, значит, ее кривой рот ему не помеха. Горбатая, косая, хромая, безногая – каждая хорошо в жизни устроиться может, если характер достойный. А вот коли к прекрасному личику в дополнение сволочизм идет, тут мужик даже от «мисс Вселенная» откажется. Джулька в придачу к страхолюдству еще и истеричка. Слопала всю бабкину аптеку, а там полно кроверазжижающих таблеток было, ну и начало у нее из всех мест течь. Поэтому доноры понадобились. Из-за одной дуры и нам, и тебе геморрой. Ей с тобой здорово повезло – кровь у нее редкая, такую не найти. Ты ей жизнь спасла.

Светлана уехала из больницы с тяжелым сердцем. И потом никак не могла забыть Джулию. Даже позвонила в клинику, спросила:

– Как здоровье Крыловой?

– Вы ей кто? – бдительно поинтересовалась администратор.

– Знакомая, – честно ответила Света.

– Справки о больных даются исключительно родственникам, – гаркнули из трубки, и понеслись частые гудки.

Спустя пару месяцев Светлану на выходе из институте поймала стройная девушка.

– Привет, – сказала она. – Узнаешь меня?

– Джулия… – пробормотала Света, увидев рубцы у губ. – Хорошо, что ты поправилась.

– Пошли погуляем? – предложила Крылова.

Потемкина согласилась.

– Как ты меня разыскала? – поинтересовалась Света, когда они двинулись по улицам.

– Да вот нашла… – со странной интонацией вымолвила Джулия. – Уж и не знаю, хорошо или плохо, что я в живых осталась, благодарить мне тебя или проклинать…

Света растерялась.

– Я не знала о твоем решении добровольно уйти из жизни. Раиса Демьяновна сильно плакала, говорила о смерти дочери. Я очень за тебя переживала.

– Бедняжечка, – скривилась Джулия, – как тебе плохо пришлось… Остается пожалеть несчастненькую и купить ей конфетку…

Света, резко остановившись, промямлила:

– Совсем забыла, у нас же сегодня дополнительные занятия…

Потемкина развернулась и поспешила назад, в институт. Джулия успела догнать ее и схватить за курточку:

– Прости! Я из-за уродства такая злая! Если б не волчья пасть и заячья губа, моя жизнь могла бы по-другому сложиться.

– Тебе хорошо сделали операцию, – соврала Света, – ничего не заметно.

– Не бреши! – снова грубо высказалась Джулия. – Ненавижу врунов всех мастей! Я уродина. Точка. Меня никто не любит.

Светлана возразила:

– А бабушка?

Джулия надула щеки.

– А мама? – продолжала Света. – Извини, что тревожу твою рану, но она точно любила тебя.

– Не все матери хорошие, – со злостью произнесла Джулия. – Вот твоя какая?

– Замечательная! – без запинки снова солгала Светлана.

– Ясный пень, она тебе родная, – покраснела Джулия. – А меня бросили сразу после появления на свет.

Света попятилась.

– Что ты несешь? Не придумывай! Я своими глазами видела, как Раиса Демьяновна рыдала в кабинете у ректора. Бабушка была на все готова, лишь бы тебя спасти. Наверное, не стоит это тебе говорить, но… я считаю, что ужасно глупо из-за парня пытаться себя жизни лишить.

Джулия набрала полную грудь воздуха, и Светлана испугалась – сейчас странная девушка накинется на нее с кулаками. Но Крылова неожиданно тихо произнесла:

– Кто тебе про несчастную любовь сказал?

– Медсестра в больнице, – призналась Светлана.

– Тощая, в очках? – уточнила Джулия. – Ясно, Зинаида Марковна. Она больных ненавидит, готова их сожрать от злости. Да, я приняла много таблеток, но не мужчина тому причиной. Очень трудно жить уродиной, понимать, что ты не такая, как все, а страшилище. Идешь по улице, люди пальцами тычут.

Светлана попыталась утешить Джулию:

– Ты преувеличиваешь! Мы сейчас находимся в оживленном месте, и никто на нас внимания не обращает.

Джулия схватила Свету за руку.

– Не смей со мной спорить! Молчать! Заткнись, дура!

Потемкина с трудом вывернулась и, пользуясь тем, что они стояли у входа в многоэтажный торговый центр, бросилась туда, смешалась с толпой, добежала до другого выхода и опрометью кинулась к метро, надеясь более никогда не видеть сумасшедшую внучку сердобольной Раисы Демьяновны.

Как бы не так! На следующий день, выйдя из института, Светлана налетела на Джулию, а та повисла у нее на шее со словами:

– Прости, я идиотка! Не хотела тебя ни испугать, ни оскорбить. Мне в клинике давали слишком много лекарств, от них в голове туман и тормоза отказывают.

– Все нормально, – пробормотала Света.

– Держи, тебе купила! – воскликнула Джулия и сунула ей в руки ядовито-бордовую кривомордую плюшевую белку с выпирающими пластиковыми зубами. – Скажи, она на меня похожа?

– У тебя челюсти нормальные, – от неожиданности выпалила Потемкина.

– Ага, а еще хвоста нет и морда не красная, – засмеялась Джулия. – Пошли, угощу кофе.

Ругая себя за чрезмерную деликатность, Светлана покорилась и очутилась в крошечной забегаловке. Джулия заказала капучино, два пирожных и, пока Света давилась засохшим эклером и невкусным напитком, в ритме чечетки рассказала свою биографию.

…Имени родной матери Джулия не знает, та ее бросила сразу после появления на свет. Посмотрела на младенца, увидела изуродованное лицо, испугалась и отказалась от дочери. Ребенка взяло на воспитание государство. До пяти лет Таня, как тогда звали Джулию, имя ей дали еще в роддоме, переходила из одного сиротского дома в другой. Долго девочка нигде не задерживалась, потому что требовала к себе пристального внимания. Ей сделали операцию, но не очень удачную, и старшие воспитанники дразнили малышку, били ее, отнимали игрушки и сладости, которые изредка перепадали сиротам. На все праздники Таню запирали в кабинете врача. В какой бы интернат она ни попадала, порядки везде оказывались одинаковыми – красные даты календаря непременно отмечались концертом художественной самодеятельности. В зале сидели воспитатели, благотворители, волонтеры и те, кто хотел взять ребенка, дети пели, плясали, читали стихи. Затем следовало чаепитие. Ну и как разрешить малышке, у которой словно трактор по лицу проехал, выйти на сцену? И с речью у Тани были проблемы. Хоть с ней занимались логопеды, многие слова несчастная коверкала. Конечно, такая «красавица» испортит торжество, считали воспитатели, лучше спрятать ее подальше от глаз посетителей.

В шесть лет Татьяне неожиданно повезло. Обеспеченная пара, Юлия и Николай, выбрали себе в дочери не симпатичного ребенка с улыбкой на хорошеньком личике, а именно хмурую, страшную Таню. От опрометчивого поступка Крыловых отговаривали все сотрудники детдома, рассказывали о плохом характере девочки и ее отставании в развитии, указывали на отталкивающую внешность, но безуспешно.

Почему Татьяне так повезло, выяснилось, когда ее увозили из приюта. Выдала тайну бабушка, Раиса Демьяновна, которая приехала вместе с зятем и дочкой. Пожилая женщина, увидев ребенка, разрыдалась и сквозь слезы сказала:

– Совсем на Жуленьку не похожа, та была красавица…

Юлия попыталась остановить мать, но дама не закрывала рта, и весь интернат узнал правду. У Крыловых пару лет назад погибла, попав под машину, пятилетняя дочь Джулия, вот почему они выбрали ребенка, который априори не мог никому понравиться. В память о безвременно ушедшей крошке Крыловы решили удочерить самую несчастную воспитанницу.

Таню переименовали в Джулию и начали таскать по врачам. Маленькому ребенку трудно объяснить, что неприятные, болезненные процедуры с лицом ей делают ради благой цели. Кроме того, Джулией занялись нанятые педагоги. Логопед учил ее нормально говорить, психолог развивал ум, фитнес-тренер заставлял делать массу упражнений. Еще она посещала музыкальную школу и занималась двумя иностранными языками. А по субботам Раиса Демьяновна водила Джулию по театрам и концертным залам.

– Дьявол знает, чем заполнить пустую голову. У Джулии не должно быть ни минуты свободного времени, – любил говорить Николай.

В школу бывшая детдомовка пошла в восемь лет, зато сразу в третий класс, настолько хорошо ее подготовили приемные родители.

От крошки никогда не скрывали, что она взята на воспитание. Николай был твердо уверен: детям нельзя врать, поэтому сказок типа «мы тебя потеряли совсем-совсем маленькой на вокзале, а спустя несколько лет нашли в интернате» Джулии не рассказывали. Малышка знала о смерти родной дочки Крыловых, портреты погибшего ребенка висели в квартире повсюду, а Юлия часто повторяла:

– Джуленька, ты должна нас радовать так же, как Жулечка.

Класса до пятого девочка изо всех сил старалась соответствовать навязываемому образу, но лет в двенадцать стало понятно: до идеала ей никогда не дотянуться.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Люблю героиню Таню. Мне кажется, что детективы про Сергееву самые удачные. Книга понравилась, буду читать другие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *