Версаль под хохлому

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 33

Раиса Демьяновна робко подняла руку:

– Можно вопрос? Я лично не знала Леонида Петровича, но у меня сложилось впечатление, что такой человек не способен на убийство.

– Точно! – моментально отреагировала Аня. – Вот поэтому-то я и прибежала сюда. Папа не виноват, его подставили!

Крылова вдруг закрыла лицо руками и через силу выговорила:

– Простите, я очень виновата, нет мне за все прощения.

Катерина Андреевна обняла подругу.

– Ты совершенно ни при чем!

– Нет, Катюша, – прошептала Раиса Демьяновна, – если проследить всю цепь событий, то становится ясно – mea culpa[16]. Если б я тогда взяла с собой Жуленьку в аптеку, девочка бы не погибла, Юля с Колей не отправились бы в детдом за Джулией и…

– Если обратиться к истокам, то вина лежит на Веронике, – сердито сказала я. – Ей не следовало баловаться в молодости всякой дрянью, хлебать абсент, рожать Джулию и бросать ее в роддоме.

– Любую ситуацию, чтобы изжить ее, надо довести до абсурда, – подхватил Егор. – Если бы отец и мать Сухановой не зачали Нику, та не родила бы Джулию.

– Точно! – кивнула Лиза. – Всему виной Адам и Ева.

– Нет, змей, подавший женщине яблоко, – совершенно серьезно возразил Костя.

– Дерево, на котором вырос фрукт! – воскликнул Егор.

Раиса Демьяновна растерянно моргала.

– Вы не виноваты в том, что совершили другие люди, – сказала я. – Это был их выбор, не ваш. А гордыня, между прочим, – смертный грех.

– Я и гордыня две несовместимые вещи, – возразила Крылова.

– Если человек считает себя виноватым во всем, происходящем вокруг, получается, он полагает, что равен богу, – пояснил Лазарев. – Ведь без господа ничего не происходит, он первопричина всего.

Раиса Демьяновна беспомощно посмотрела на моего напарника.

– Нет, нет, что вы. Я… я просто виновата.

Антон постучал карандашом по столу.

– Давайте вернемся к основной теме беседы. Почему Маркелова осудили за убийства? Мы знаем, что на следствие давил Николай Павлов, которому Светлана после смерти матери принесла якобы случайно найденный дневник Ники. Напомню, Павлов высокопоставленный чиновник, такой способен доставить много хлопот высшему полицейскому начальству. Он любил Веронику, хотел на ней жениться, сделал ей предложение, а она колебалась, не отвечала ни «да», ни «нет». Николай ждал, надеялся, что рано или поздно Суханова согласится стать госпожой Павловой, но тут на горизонте возник Маркелов, и Ника отчаянно влюбилась в настройщика. Светлана знала, кому отнести записи матери. Павлов имел огромные возможности и ненавидел соперника. Улики по делу хоть и есть, но шаткие, опытный адвокат мог разрулить ситуацию, боролся бы за освобождение подзащитного. Но настройщик не нанимает достойного юриста, довольствуется равнодушным к клиенту бесплатным адвокатом. И, главное, признается в убийстве. Увы, в России до сих пор признание подозреваемого – царица доказательств. Ну и почему Леонид уверен, что убил Виктора и Нику?

– Да, почему? – эхом повторила Аня.

– Вспомним интервью, которое внезапно умерший журналист Илья Горбунов взял у композитора в колонии, – продолжил Антон.

– Его тоже убил Маркелов? – изумленно спросил Вадик. – Зачем?

– Нет, – ответила Лизавета, – он его не убивал. Хотя кончина телеведущего нас ошарашила. Леонид рассказал журналисту о своей симфонии «Тихая смерть», принес ноты, но отказался ее играть, был уверен, что музыка убьет Илью. Однако тот загорелся желанием продемонстрировать автору непричастность его сочинения к смерти Ники и Виктора, сам сел за рояль, начал играть и – умер.

– Господи… – перекрестилась Раиса Демьяновна. – Неужто подобное возможно?

– Аневризма аорты, – пояснила Лиза. – При вскрытии обнаружилась сосудистая патология. Образно говоря, Илья Горбунов давно сидел на бомбе, которая могла взорваться в любой момент. Чистая случайность, что журналист скончался в тот момент, когда его пальцы бегали по клавишам. Кто будет рассказывать об ангеле?

– Таня, давай ты, – велел Антон.

Я изложила притихшим слушателям историю про Игната.

– Маркелов псих! – заключил Вадик. – Шизоид с глюками.

– Абсолютно душевно здоровым человеком Леонида назвать трудно, – согласился Егор. – А как охарактеризовать людей, которые решили воспользоваться проблемами музыканта в своих интересах? Игнат давно не беспокоил Леонида, а тут внезапно снова появился, рассказал ему про страшную болезнь Виктора и Ники.

– И что интересно, – перебила я Лазарева, – Маркелов видел, как плохо было сначала Потемкину, а потом Веронике. Их тошнило, один раз Витя упал в прихожей бывшей супруги. Светлана тогда очень перепугалась, а после ухода отца передала отчиму его слова – мол, тот признался, что умирает.

– Так Виктор на самом деле болел? – не поняла Катерина Андреевна. – Ангел не наврал? Игнат не галлюцинация? Существует реально?

16

Mea culpa (лат.) – моя вина.

Антон поморщился:

– Тот ангелочек, который вдохновенно вещал про недуг родителей Светы, вполне реален. Поскольку является человеком.

– Идиотом! – не выдержала Лизавета. – Он полез в Интернет, прочитал первую попавшуюся статью про серповидноклеточную анемию и использовал ее как руководство к действию. Неужели он не знал, что в Сети полным-полно глупостей? Материал, который использовал «ангел», – белиберда. Начнем с того, что серповидноклеточной анемией болеют в основном представители негроидной расы. И недуг передается по наследству. Нет, и Виктор, и Ника были здоровы, но чья-то недобрая рука подсыпала родителям Светланы и Джулии таблетки, которые вызывали потерю равновесия и тошноту, мы после эксгумации выяснили это точно.

– После эксгумации? – в ужасе закричала Аня. – Вы вскрывали могилы?

Раиса Демьяновна перекрестилась, Золотарева прикрыла рот рукой, Алиса втянула голову в плечи.

– Разве об этой процедуре не ставят в известность родственников? – неожиданно спросил Вадик. – Думаю, Света была бы против!

– Давайте не будем отвлекаться на обсуждение формальностей, – попросил Антон. – Когда вскрывались захоронения, Светлана уже умерла.

– Неужели спустя длительное время пребывания в земле в останках можно что-то обнаружить? – заинтересовался Вадик.

– Да, – кивнула Лиза. – Когда ученые изучили склепы некоторых королей, скончавшихся в прошлых веках, они нашли следы ядов и доказали, что самодержцы были отравлены.

– Какая у вас интересная профессия! – восхитился Вадим.

Лизавета заправила за ухо прядь волос:

– Убийца родителей Светланы придумал коварный план. Сначала он незаметно в течение достаточно долгого времени подливал Сухановой и Потемкину одно лекарство. Это очень хороший препарат, его часто прописывают людям, у которых есть проблемы в поведении, например, они легко впадают в ярость. Но если превысить дозу лекарства, начинаются тошнота, рвота, головная боль, потеря равновесия, общая вялость, понос. Леонида следовало убедить в том, что Виктор и Ника больны, показать, как им плохо, – и ему наглядно продемонстрировали проявления «анемии».

– Маркелов ничего не смыслил в медицине, – грустно перебила я Лизу, – а еще он верил Игнату. Ангел опять появился в жизни Леонида, и он был ему больше друг, чем враг. Херувим находит нужные слова, чтобы убедить композитора: надо прекратить страдания жены и ее первого мужа.

– Неужели взрослый мужчина всему этому поверил? – с недоверием воскликнула Катерина Андреевна.

Егор кивнул:

– Ведь Игнат был с Леней с детства. Маркелов, как тут уже не раз говорилось, человек с проблемами психики. Леонид встретился с Виктором, привез тому диск с музыкой и отдал его со словами: «Это облегчит вашу участь. Послушаете симфонию, и вам сразу станет спокойно, благостно, исчезнут телесные страдания. Ваша душа освободится». Со слов Леонида, Потемкин был ему очень благодарен, взял диск, пообещал непременно послушать симфонию. А как еще мог поступить Виктор? Он видел, что Леня не похож на других людей, считал его юродивым, поэтому не стал обижать блаженного. Ясное дело, он не принял всерьез его слова и не собирался слушать музыку. А наутро Потемкина нашли мертвым, он отравился краконом. Потому что вечером, после визита Маркелова, в гости к Виктору приехал убийца и угостил его лекарством. Кракон не имеет ни вкуса, ни запаха, легко растворяется в воде и не теряет своих свойств ни при соединении с жидкостью, ни при контакте с пищей. Мы не знаем, куда было подсыпано средство, но факт остается фактом – Потемкин умер. Каков был план преступника? По завещанию все имущество Потемкина переходило его жене. И Вероника вступила в права наследства. Но спустя некоторое время она тоже отправилась на тот свет. С ней поступили так же, как с Потемкиным, – тайно давали ей лекарство, нарушающее координацию, а Леониду рассказали сказочку про «клеточную анемию», которой бывшие супруги заразились в Африке. Надо ли добавлять, что «Игнат» активно советовал Леониду «помочь» погибающей в муках жене? Маркелов подробно описал общение с «ангелом» и передал свой разговор с Никой. Муж сказал ей, что хочет облегчить ее страдания, поэтому и дает диск «Тихая смерть», которым можно воспользоваться, когда мучения станут невыносимыми. Что было дальше? Да все как с Потемкиным, по тому же сценарию. Ника взяла запись, Леонид уехал по делам, а к Сухановой пришел убийца, который и угостил ее краконом. И что подумал Маркелов? Естественно, что он помог уйти из жизни жене и ее бывшему мужу, поэтому формально является убийцей, эвтаназия в России запрещена. Мы не знаем, какие мысли зародились в голове Ники, когда она забирала у мужа диск. Вероятно, она все же поняла, что у супруга проблемы с психикой, наверное, решила посоветоваться с хорошим психологом, но не успела. Леониду очень повезло и с Мариной, и с Никой, обе жены обожали его, были готовы лечить мужа и жить с ним несмотря ни на что.

– Неужели Виктор и Вероника, богатые люди, не пошли к врачам, когда их стало тошнить? – удивилась Катерина Андреевна. – Ладно мы, плохообеспеченные пенсионеры, нам приходится в муниципальных поликлиниках неделями торчать в очередях. Но Потемкин с Сухановой небось обслуживались в коммерческой клинике!

– Верно, – согласилась Лиза. – Но в кабинетах с мраморными полами, картинами на стенах и роскошной мебелью не всегда сидят грамотные специалисты. Виктор действительно поехал к врачу, а тот оказался не самым лучшим специалистом, отправил его на кардиограмму, убедился, что сердце у того в порядке, и быстро вынес вердикт: «У вас вегетососудистая дистония, ничего страшного. Не нервничайте, соблюдайте режим, ходите на массаж, плавайте». Эскулап выписал Потемкину кучу гомеопатических препаратов, но Виктору не стало лучше. Он опять отправился к доктору, и тот снова успокоил его: «Гомеопатия начинает действовать не сразу, потерпите. Или, если желаете, можно перейти на синтетические таблетки, они дадут более быстрый эффект, но нарушат работу печени, почек, желудка». Виктор не хотел осложнений и решил продолжить лечение травами. А убийца не стал ждать. С момента, как Потемкину впервые стало плохо, и до его смерти прошло две недели.

– Разве Нику не удивило самоубийство мужа? – спросила Катерина Андреевна.

– Было прощальное письмо, – терпеливо напомнил Егор, – написанное рукой Потемкина, и Виктор плохо себя чувствовал. После его смерти Вероника сказала Леониду: «Бедный Витя, в последнее время мы не часто общались, наверное, ему поставили какой-то страшный диагноз, и он никому о нем не сообщил». И супруг ответил: «Виктор принял решение тихо уйти из жизни, хотел избежать страданий».

– Маркелов ничего не рассказал о своей «Тихой смерти»? – охнула Алиса. – Ника не знала о его роли в этой истории?

– Нет, – мрачно проговорил Антон. – «Ангел» заставил Леонида поклясться, что он никому не сообщит о том, что передал диск бизнесмену. А мы знаем, что честное слово для музыканта свято. Ника осталась в неведении.

Раиса Демьяновна опять робко подняла руку:

– Расчетливый преступник позарился на чужое богатство. Если я правильно вас поняла, его план был таков: деньги Потемкина достаются Сухановой, а после смерти Вероники Леонид делается невероятно богат и может распоряжаться капиталами, как хочет.

– Верно, – согласился Котов.

– Но, простите, – еще тише сказала Крылова, – где здесь выгода для преступника? Или он хотел, чтобы Леонид получил состояние?

– Именно так, – подхватил Лазарев. – Смотрите, Маркелов становится наследником, а потом, по замыслу преступника, его обвинят в убийстве, надолго посадят за решетку, и все деньги попадут в жадные лапы того, кто придумал эту многоходовую комбинацию.

– Ясно, – растерянно произнесла Раиса. – Но вы… вы же не думаете, что весь этот кошмар… организовала Джулия? Да, меня спрашивали о ее предсмертном письме, я призналась, что уничтожила его… Но она там написала, что убила Веронику и Виктора в отместку за свое уродство и жизнь в детдомах. Только… только я не верю… Нет, нет!

– Ой-ой! Какие беды некоторые дети приносят близким! – с сочувствием произнесла Алиса и погладила Вадима по плечу.

– Джулия… – вздохнула я. – Тут особая ситуация, попытаюсь разложить ее по полочкам. Егор уже говорил, что вся эта история – смесь изощренной фантазии и удивительной глупости. Убийца тщательно разрабатывает план, но сведения об анемии берет из первой попавшейся ему на глаза публикации в Интернете. И он не учитывает один важный момент: если Леонида обвинят в убийстве Виктора и Вероники, Маркелов никогда не сможет получить их капиталы.

– Есть такое понятие, как «недостойный наследник», – вздохнула Лиза. – Если доказано, что вы лишили жизни человека, надеясь заграбастать его квартиру, то вы и есть тот самый «недостойный наследник», и апартаментами завладеет другой, а вам предоставят койку в бараке на зоне, никак иначе.

– Глупая ошибка, – кивнула я, – но она была совершена. Маркелов отправился отбывать срок. И кому же должны перейти капиталы? В принципе, на них могла претендовать Светлана, но вспомните, ее родители в завещаниях сделали специальную пометку: дочери денег не отдавать ни при каких условиях. Вот такая штука. Убийца слишком поздно понимает, что его расчет не оправдался, и страстно хочет исправить положение. Но как?

Егор усмехнулся:

– А переиграть кон! Обратиться к людям, которые смогут раскопать «правду», доказать невиновность Леонида и, главное, подсунуть им «настоящего убийцу». На его роль идеально подходила Джулия. У девушки тяжелый, истеричный характер, плохая генетика, да еще не совсем правильное воспитание превратили Крылову в человека, практически не способного управлять своими эмоциями. Настроение Джулии менялось сто раз на дню, она могла ударить кого-то, а потом зарыдать и просить прощения, намеренно оскорбить вас и тут же признаться в любви. Я не знаю точно, но думаю, что как-то под влиянием минуты Джулия рассказала сестре о своей страшной тайне – что она лишила жизни приемных родителей, и Светлана поняла: вот лучший кандидат на роль «настоящего убийцы» Виктора и Вероники. У Джулии был бесспорный мотив – Суханова бросила в роддоме девочку-урода, а та выросла, случайно нашла мать и отомстила ей по полной программе.

– Вы намекаете, что весь этот ужас придумала Света? – испугалась Аня.

– Нет, не намекаю, а говорю прямо: одно из главных действующих лиц этой мрачной истории – Светлана Потемкина, – громко сказала я. – Неужели вы до сих пор не поняли? Кто имел доступ в квартиру родителей, у кого были все ключи? Кто мог незаметно подмешивать Виктору и Нике в еду лекарство? Кто принес Николаю Павлову дневник? Кто во время следствия, когда над Леонидом стали сгущаться тучи, вспомнил про историю с сейфом и часами Потемкина? Очень неприятный эпизод! Он не имел отношения к кончине Ники и Виктора, но, как написано в протоколе, «показания Светланы Викторовны Потемкиной помогли составлению правильного психологического портрета Леонида Петровича Маркелова». Пустячок, а приятно. Света очень постаралась, чтобы засадить отчима за решетку. Но потом-то потребовалось отыграть все назад!

– Вы уж, конечно, простите глупую старуху, – дрожащим голосом заговорила Раиса Демьяновна, – я постоянно с вопросами лезу. Но вот странность! Пусть Светлана ошиблась, не подумала, что убийце не отдадут деньги человека, которого он лишил жизни. Но как она вообще собиралась ими завладеть? Здесь не один раз говорили: родители официально лишили ее наследства. Все получал Леонид, Светлане в руки не могла попасть и копейка. К чему ей устранять отчима? Света за ним не наследует, она ему не дочь, не жена, вообще никто. На имущество Маркелова могла рассчитывать Анна. Что-то у вас не связывается.

– Раиса Демьяновна, никогда не именуйте себя глупой старухой, – с легкой укоризной произнес Егор. – Вы умная женщина и вопросы задаете, что называется, не в бровь, а в глаз. Мы тоже заинтересовались, на что рассчитывала Светлана, да?

– Мелких нестыковок в истории много, – не совсем вежливо перебила я напарника. – Ну, например, почему к нам обратилась Анна Маркелова? Потому что ей вдруг позвонила Светлана и… Что она сказала, Анечка?

Девушка закатила глаза:

– Точно не помню.

– И не надо, – улыбнулась я, – передайте суть.

Наша клиентка откашлялась.

– Света призналась, что оговорила моего папу в случае с часами. И что в сейф просила его лазить сказала. Уверяла: отчим не виноват, она знает имя подлинного убийцы.

– Вот уж нелепость, – протянула я. – Света терпеть не могла отчима, изо всех сил старалась его посадить, а потом вдруг решила восстановить истину. Почему?

– Совесть, наверное, замучила, – предположила Аня.

– Ох, боюсь, понятие совесть было не знакомо Потемкиной, – фыркнула Лиза. – Она знала Джулию, ее тайну и обрадовалась, что сможет использовать ее, когда понадобилось дать обратный ход истории с Леонидом. Сообразила, что отчим выйдет на свободу, получит деньги, и Аня сможет ими распоряжаться, как хочет.

Алиса быстро отодвинула свой стул подальше от Маркеловой.

– Я ни при чем! Просто хочу освободить папу! Никаких материальных интересов не имею! – воскликнула девушка.

– Анна очень подробно описала детство отца, его взаимоотношения с родителями и с женой, Мариной. Однако ни слова не сказала про то, что Леонид пил лекарства, и про его психические проблемы промолчала, – отметил Котов.

– Я ни о чем не знала! – быстро сказала Анна.

– Маркеловы имели маленькую однушку с шестиметровой кухней и совмещенным санузлом, – продолжал Антон. – Двое взрослых людей и подрастающая девочка едят, отдыхают, спят в очень ограниченном пространстве. Учтите, в этом курятнике еще находится музыкальный инструмент, места практически нет. А дети любопытны. Кто из нас не подглядывал за родителями? Леонид делился с Мариной своими проблемами, она поддерживала мужа. Аня, вы знали про Игната.

– Нет! – уперлась Маркелова.

– Леонид в беседе с Егором сказал: «Анна моя опора, она очень меня любит, я всегда могу рассчитывать на дочь», – покачал головой шеф нашей спецгруппы. – Кстати, откуда вам известны мельчайшие подробности детства и юности отца?

– Мама сообщила! – быстро нашла ответ Маркелова. – Она мне перед смертью сказала: «Доченька, заботься о папе, у него была не простая юность». Хотела, чтобы я пожалела отца.

– Значит, мать сообщила вам про Игната, – быстро подхватила я. – Марина любила мужа и велела вам приглядывать за ним, вы стопроцентно слышали о визитах ангела. Но вы, наверное, злились на отца. Тот мало зарабатывал, у вас не было ни красивых вещей, ни дорогих игрушек. Аня, вы умный человек, поэтому сразу поняли, что Леонид может понравиться Веронике, вашей начальнице. И очень радовались, когда они сыграли свадьбу, надеялись, что теперь мачеха позаботится о вас, повысит в должности, купит все, чего вам так не хватало. Но у Вероники было иное мнение по этому поводу. Суханова полагала, что люди должны сами обеспечивать себе хорошую жизнь. Дочка нового мужа для нее всего лишь падчерица, с какой стати ей материально поддерживать чужого человека? Вероника очень любила Леонида и исключительно ради спокойствия супруга приобрела вам квартиру в том же доме, где жила сама и ее собственная дочь, но больше никаких подарков не делала.

– Обрести апартаменты в элитном жилом комплексе Москвы – несбыточная мечта для очень многих людей, – усмехнулась Лиза.

– Человек так устроен: получив крошку, он моментально хочет ломтик, потом и весь батон, – вкрадчиво произнес Егор. – «Трешка» – это прекрасно, но очень обидно ходить пешком, когда отца возят на роскошном автомобиле!

– Не всегда надо верить словам, – подхватила я, – люди часто лгут, говорят вслух одно, а думают совсем другое. Нужно всегда обращать внимание на оговорки, невзначай оброненные фразы. Ну, например, Светлана в разговоре со мной неоднократно повторяла, что между ней и Аней никаких отношений нет. Анечка тоже не забывала упомянуть, что Света приятный человек, на свадьбе родителей даже предложила новой родственнице дружбу, но, увы, дальше общение не сложилось. Зачем уделять такое внимание не очень значительному факту? Штампы в паспортах Вероники и Леонида не обязывают их детей, рожденных в других браках, обожать друг друга и ходить повсюду, держась за руки. Достаточно, если девушки будут вежливо беседовать во время общих сборов семьи. Но Светлана упорно вкладывала в мою голову мысль: они с Анной относились друг к другу прохладно. Знаете, услышав в очередной раз от Потемкиной слова: «Поверьте, мы были далеки друг от друга», – я, наоборот, подумала, что девиц связывала крепкая дружба. Света вроде бы ругала Аню, злилась на нее за то, что та обратилась в нашу контору, а потом весьма откровенно рассказала о ситуации. Откуда мы узнали про Джулию? От Светланы. Кто дал мне номер телефона Джулии? Снова Света. Было похоже, что она очень хочет вызволить Леонида с зоны. Но зачем? Ей-то от его освобождения ни холодно, ни жарко, Маркелов всего лишь ее отчим. Светлана, конечно, пыталась внушить мне, что полюбила Леонида всей душой, но тогда возникал другой вопрос: если она обожала мужа матери, то почему сообщила полиции о скандале с сейфом и часами? Следующая неувязка: чтобы вызволить Леонида с зоны, Света открыла мне страшную тайну своей матери – та бросила в роддоме младенца. Странно, что девушка ради свободы отчима выдает такой секрет. Пусть мать умерла, но большинство детей не стало бы делиться подобной информацией даже после смерти родительницы. И при этом Света старательно демонстрировала свою любовь к матери – целовала ее фотокарточку, которая нарочито стояла на самом видном месте. И снова вопрос: почему Светлана, узнав от Джулии правду об убийстве ею родителей, не помчалась тут же в полицию и не стала добиваться освобождения Лени? Теперь о письмах. На суде над Маркеловым никто не вспомнил о предсмертных записках. Думаю, такая «забывчивость» прокурора и судьи была вызвана давлением Николая Павлова и признанием Маркелова в убийстве. Представители Фемиды хотели поскорей завершить процесс, Николай спал и видел Леонида за решеткой. Но, Аня, почему вы-то не сказали тогда: «Постойте, папа себя оговаривает, ведь в деле есть предсмертные записки самоубийц»?

– Кто бы меня послушал? – взвилась клиентка. – И я не подумала о тех писульках.

– Кстати, откуда они вообще взялись? – вкрадчиво поинтересовалась я. – Если Джулия убила своих биологических родителей, они никак не могли написать эти письма. Знаете, зачем понадобились послания? В права наследства можно вступить лишь через полгода после кончины родственника. Умер Виктор, смерть его сочли суицидом. Никаких проблем, проходит шесть месяцев, Ника оформляет имущество на себя. Но вскоре она тоже выпивает таблетки. Мать Светы добровольно ушла из жизни, об этом, как и в случае с Потемкиным, свидетельствует предсмертное письмо. Дни летят, и вот уже Маркелов полноправный владелец бизнеса и счетов в банке. Вот зачем были нужны послания – для отвода глаз, чтобы никто не усомнился: и Вероника, и Виктор ушли на тот свет добровольно. Однако не успевает вдовец осознать, что стал богат, как появляется дневник Ники и начинает действовать Павлов. Преступники потирают руки: настройщик очутился на зоне, Аня, его дочь, будет распоряжаться средствами и, конечно, поделится со Светой. Такой, собственно, и был уговор – барыш пополам. Но потом выясняется, что красавицы ошиблись: у Маркелова заберут и деньги, и все остальное, Анна не получит ни гроша, надо спешно раскручивать историю назад. Ну да об этом мы уже говорили. Вот только остались вопросы. Кто написал те предсмертные послания? Кто состряпал дневник Ники? Что-то я не верю в его подлинность. Почему Джулия вдруг решила покончить с собой? С какой стати она написала письмо с признаниями? Почему Светлана, услышав от меня, что возле Джулии не обнаружили никаких записок, переполошилась и стала уверять, что надо тщательно искать письмо, что оно было, непременно должно быть. Хотите знать ответы?

– Лучше я пойду домой, – дрожащим голосом ответила Аня, – очень устала.

– Боюсь, не получится, – сказал Егор, – Анна, ведь это вы все придумали вместе со Светой, подставили Джулию, воспользовавшись ее откровенностью и подумав, что на девушку, убившую приемных родителей, легко повесить и смерть ее биологических отца и матери. А потом преспокойно отравили Джулию и составили от ее лица письмо, которое должно было все объяснить. Она уже два раза пыталась покончить с собой, никого не удивит третья, удачная, так сказать, попытка. Но ваши карты спутала ее бабушка – она сожгла «исповедь». То-то Света занервничала. И вы, Аня, резонно решили: зачем делиться со Светой, лучше одной владеть состоянием. А затем угостили сводную сестричку краконом. Результат: Светлана умерла. Кто ее убил? Джулия. Но как ей это удалось? Крылова-то скончалась раньше Потемкиной! Хотя ответ есть, он содержится в письме Джулии, которое некий аноним оставил в ларьке с шаурмой.

Я посмотрела на притихшую Аню.

– Трудно учесть все нюансы. Очень часто вроде бы тщательно продуманная преступником история разваливается из-за мелочи. В письме Джулии, якобы оставленном перед последним удавшимся самоубийством, содержатся фразы: «Я насыпала кракон в банку с травяным чаем. Светка его любит. Скоро попробует». Они должны были убедить членов бригады: старшая сестра решила убить младшую, подмешала ей кракон, а уж когда Светочка попьет чаек, неведомо. Она ведь может это сделать и через пару недель после похорон Джулии. Вот вам и объяснение, каким образом, успев умереть, Джулия убьет Свету. Но чего не мог знать организатор спектакля, так это того, что, когда я буду в гостях у Светланы, она предложит мне тот самый травяной сбор. Я отказалась от угощения, а Света выпила чашечку – и ничего. Значит, в тот момент лекарства в банке не было. Но Джулия-то уже никак не могла его подсыпать! Думаю, события развивались так. Некто приехал домой к Джулии в тот момент, когда девушка была одна, отравил ее, оставил письмо и известил Светлану об удачном завершении дела. Вот только про фразы: «Я насыпала кракон в банку с травяным чаем. Светка его любит. Скоро попробует», преступник Потемкиной не сказал. Светлана сообщила мне «правду» об убийце родителей, и я уехала. Девушка отчиталась подельнику о том, как ловко обвела глупую Сергееву вокруг пальца. Тогда сообщник приехал к Потемкиной, убил ее, подмешав кракон в чай, и смылся. Все могло сойти ему с рук, если б Света на моих глазах не пила отвар.

Егор поморщился.

– Последние события, связанные с кончиной Светланы, свели все усилия преступников к нулю. Аня, вы в принципе добились успеха. После окончания нашего расследования деньги целиком и полностью аккумулируются в вашей семье, но они окажутся в распоряжении Леонида, когда он выйдет на свободу. А вот вы, наоборот, очутитесь на зоне. Очень печально.

– Печально, – эхом подхватила Лиза. – Несколько убийств – это очень большой срок.

– Нет! – закричала Аня. – Я ни при чем! Это он все придумал!

Вадик, на которого девушка показала пальцем, поморщился:

– Я вас умоляю! Я не имею ничего общего с этой историей.

Алиса вскочила и потянула сына за рукав:

– Мы уходим.

– Никто не двинется с места, пока я не разрешу, – твердо произнес Котов. – Аня, если вы будете с нами сотрудничать, ваш срок значительно сократится.

– Это все Светка, – заплакала девушка, – ее идея была. А меня отец достал. Он хуже ребенка! У Ники денег полно было, она бы отцу сколько угодно дала, но он ничего не просил. Я ходила в старом пальто, пешком – ему плевать. Сам с Вероникой по разным странам катался, а меня не брали. Даже в Турцию путевку не купили! Отец просто свинья неблагодарная. Сколько я с ним возилась! А лекарства… Один раз пришлось за его таблетками аж в Пермь лететь, в Москве они исчезли. И как меня отблагодарили? Никак! Он сам виноват в том, что очутился на зоне. Мы думали о другом развитии событий.

– Каком? – быстро спросил Котов.

Аня сцепила пальцы, захрустели суставы.

– Папа становится владельцем капитала и бизнеса. Ему ни деньги, ни дело не нужны, вообще на все наплевать. Мы хотели обеспечить его роскошными музыкальными инструментами, оборудовать студию, и пусть бы он сочинял там свои симфонии. Он подписал бы доверенность, по которой передавал мне управление всем, а уж я допустила бы к деньгам и бизнесу Светлану и Вадима. Ну кто мог подумать, что отец заартачится? Едва ему про вступление в права наследства сказали, как он заявил: «Мне деньги Вероники не нужны. Я хочу построить центр, куда будут обращаться музыканты, стану помогать тем, кто пишет музыку». Я чуть не умерла, Света тоже прибалдела. Мы с ним разговаривали, убеждали его забыть о дурацкой идее, но он твердил: «Зачем мне миллионы? Отдам их тем, кто служит музыке». О дочери и падчерице он не подумал. Псих! Идиот! Что нам оставалось делать? Смотреть, как кретин занимается тупой благотворительностью? Я в рваных туфлях, Светка полуголодная, а папенька набивает карманы тех, кто на скрипочках пиликает? Совсем дурак! И сволочь! В первую очередь надо думать о семье, а не о кукушатах с жадно открытыми ртами. Сам виноват, что на зону попал!

– Вы знали про Игната, – вздохнула я.

– Да! – с вызовом подтвердила Аня. – Но весь план придумала Светка. Она же по ночам Вадика впускала, чтоб тот из себя ангела корчил.

– Господи… – прошептала Алиса. – Не верьте, эта мерзавка врет.

– Конечно, лжет! – быстро сказал Вадик. – Мы с Анной почти не знакомы.

– Леонид вспоминал, что в их последнюю встречу Игнат внезапно сел и пожаловался на старость, – остановила я художника. – А у вас больная нога.

– Ну и что? – пожал плечами Вадим. – Сколько на свете таких, как я, с увечными конечностями. Покажите меня Маркелову и спросите: «Это Игнат?» Интересно, что он ответит…

Я постаралась не измениться в лице. Музыкант говорил, что он ни разу не видел лица посланника небес, оно было скрыто волосами. Один – ноль в пользу «гениального мальчика».

– Все предсмертные записки, включая письмо Джулии, ваших рук дело! – выпалила я. – Вы искусный каллиграф, изумительно подделываете подписи и почерк.

– Докажите, – спокойно отреагировал Вадим. – Но имейте в виду: ничего у вас не выйдет. Один раз уже проводили почерковедческую экспертизу, и специалисты сделали вывод: письма писали Ника и Виктор. Вы потерпите фиаско. Понимаете, в каждом деле есть гениальные люди.

– Это признание? – спросил Антон.

– Просто констатация факта, – улыбнулся молодой человек. – Очень искусную подделку можно разоблачить. Гениальную – нет.

Я посмотрела на Лизу. Эксперт сидела нахмурившись. Мне стало некомфортно. Похоже, Вадик нас не обманывает, с определением авторства почерка все не так просто.

Вздохнув, я ринулась в бой:

– Вы же знали Светлану?

– Конечно, – пожал плечами Вадим.

– И виделись с Джулией? – наседала я.

– Пару раз, – ответил художник. – Крылова пыталась завязать со мной отношения, но я не испытывал к ней никаких чувств.

– Странная девушка, – пробубнила я. – То посылала вам самодельные открыточки со словами «любимый Вадик», то обзывала «идиот колченогий»…

Вадим развел руками.

– Я не отвечаю за ее поведение. Джулия откровенно вешалась мне на шею. К сожалению, Света ее поощряла. Но вам-то наши отношения к чему?

Я чуть отодвинулась от стола.

– Когда я попросила у Светы телефон Вадима, парня Джулии, Потемкина начала истово отрицать его существование, уверяла меня, что никого у нее нет, обозвала старшую сестру вруньей. Почему она так испугалась, а? Она хотела скрыть вас, автора записок.

– А вы у нее спросите! – на секунду потерял маску интеллигента художник. Но тут же вновь нацепил ее: – Извините, я погорячился. Да и кто бы сохранил спокойствие под градом несправедливых обвинений? Я не знаю, что творилось в голове Светы, когда она с вами беседовала, и не несу ответственности за ее ложь.

– Но за свою-то отвечаете! – хмыкнул Егор. – Вы написали письмо от лица Джулии.

– Нет, – прозвучало в ответ.

– Не передавали его продавцу шаурмы? – не успокаивался Лазарев.

– Конечно, нет, – устало проговорил Вадим. – Бред какой-то. Понятия не имею, о чем идет речь.

– О тонаре на площади у трех вокзалов, – наседал Егор.

– В последний раз я бывал в том районе пару лет назад, – беззастенчиво солгал «великий живописец».

Я улыбнулась.

– Вы наступили в лужу с водой и упали. За вашим падением наблюдала студентка Лена, продающая билеты в клуб. Когда прохожий плюхнулся на спину, на какой-то момент его ноги задрались, и девушка хорошо разглядела кроссовки – около тонара горит мощный фонарь, а Елена стояла в паре шагов от человека, потерпевшего бедствие. Что-то ей показалось странным. Но она не сразу сообразила, что именно, а потом перезвонила мне и сообщила: «Вспомнила! У него на одной кроссовке был каблук. Правда глупо?»

Глаза Вадика сузились. Я обрадовалась и продолжила:

– А вы ведь хромаете! Чтобы скрыть дефект, очень часто надевают обувь с каблуками разной высоты.

– Могу лишь еще раз повторить: людей, у которых одна нога короче другой, много, – с виду равнодушно ответил Вадик. Потом он выставил на всеобщее обозрение свои ноги: – Вот, полюбуйтесь. Сегодня я в штиблетах на молнии и совершенно не скрываю, что на левом башмаке есть платформа, а на правом отсутствует. Это не преступление. Но на площади трех вокзалов я не был, там упал другой хромоножка.

Я встала, сбегала в холл, сняла с вешалки темно-синюю куртку, принесла ее в кабинет и спросила:

– Это чья одежда?

– Моя, – спокойно ответил Вадим.

– Вот тут, на рукаве, круглый и чуть липкий след, – сказала я. – От чего он?

– Понятия не имею, – вроде бы удивился Вадик.

– Там была наклейка, – вдруг вмешалась в разговор его мать. – Не пойму, как она попала на пуховик сына?

– Заяц в красной шапочке и брекетах на зубах? – уточнила я.

– Верно, – согласилась Ремнева.

– Мама, немедленно замолчи, – занервничал Вадик.

– Поздно, – улыбнулась я. – Лена, студентка, подрабатывающая продажей билетов в низкопробный клуб, налепила вам на рукав стикер. На ткани остались следы клея, экспертиза легко докажет его идентичность с тем, при помощи которого девушка клеит стикеры. Еще один момент. В наш офис позвонил аноним и, изменив голос, сообщил, что некто оставил в ларьке письмо Джулии. Вот уж всем глупостям глупость. Зачем такие хитрости? Просто у преступников не хватило времени, чтобы придумать нечто достоверное, а спешка всегда чревата ошибками. Вадим, наши телефоны не публикуются в справочниках, их нет в Интернете. Но, предположим, некто ухитрился раздобыть их. Вот только как он узнал, что Анна обратилась к нам?

– Зачем вы сломали ноутбук Светы? – вклинился с вопросом Костя.

– Наверное, он сам со стола упал, – быстро ответил Вадим, – или она его нарочно скинула.

Я усмехнулась.

– Вадик, Константин сказал «сломали». Почему вы сразу решили, что компьютер валялся на полу? Я бы скорее подумала о какой-то неисправности. Допустим, он просто не включается.

– И несчастный комп не просто уронили, на него еще пару раз наступили! – возмутился Рыков. – Очень хотели, чтобы никто не смог восстановить беднягу и изучить его память. Вадим, вам лучше перестать лгать. Анна уже рассказала правду, теперь ваш черед.

– Хотите правду? – усмехнулся Леонардо да Винчи двадцать первого века. – Плиз… Все ложь! Писем я не составлял, никуда не ходил, со Светланой порвал, с Джулией знаком шапочно, Анну видел мельком. И больше я ничего без адвоката не скажу.

Эпилог

Не знаю, где Алиса взяла деньги (навряд ли ей дала их Жанна Гуськова, вероятно, Ремнева продала квартиру), но «гениальный мальчик» получил лучшего адвоката, которого только можно было нанять. А чем так хорош опытный и неравнодушный к преступнику законник? В зале суда он говорит блистательные речи, находит необходимые аргументы и разбивает в пух и прах доводы прокурора. Но, самое главное, после того, как участники действа снимают мантии, такой защитник совершенно случайно оказывается с представителями Фемиды в каком-нибудь укромном ресторанчике, – он же состоит в почти приятельских отношениях со многими судьями. В общем, несмотря на тяжесть совершенных преступлений, Вадик получил минимальный срок и отбывает заключение в весьма комфортных условиях. Начальник лагеря, куда отправили Ремнева, да и остальные офицеры души не чают в художнике – тот расписывает им стены в квартирах, малюет портреты членов семей.

Вот у Анны был заурядный адвокат, бубнивший на процессе нечто невнятное. Чтобы облегчить свою участь, Маркелова честно выложила все, рассказала, как Вадим, пользуясь тем, что Джулия в него влюблена, пришел к ней домой в отсутствие Раисы Демьяновны и без колебаний отравил старшую дочь Ники, подложив письмо с ее «признаниями». Она же сообщила, как тот же Вадик, узнав о смерти Джулии, приехал к Свете в гости и подсыпал в банку с чаем кракон. Надо было лишь подождать, пока она напьется успокаивающего сбора, а Вадик знал, что Потемкина часто его пьет. Но откровенность Ане не помогла, она выйдет на свободу нескоро.

Антон очень постарался, чтобы все формальности в отношении Леонида Петровича Маркелова были улажены как можно быстрее. Настройщик обрел свободу и совершенно неожиданно для себя стал богат. Деньгами он распорядился по-своему, чего и боялись жадные Аня и Света, – основал фонд помощи неудачливым музыкантам, спонсирует их концерты, гастроли, выпуск дисков.

Раиса Демьяновна устроилась нянечкой в детдом, Катерина Андреевна старается почаще навещать подругу.

Игоряша с Генашей постоянно наезжают в Москву. Мишаня вполне счастливо живет с Ларисой и помогает мне по хозяйству. В гараже около моего дома в муках рождается первый экземпляр автомобиля «Мигеиг». Да, чуть не забыла: инкассатор Женя, в чей броневичок я случайно въехала на дороге, теперь лучший друг Мишани, все свободное время они проводят вместе.

Сто миллионов рублей я так и не получила, уж не знаю, почему не сработала методика Игоряши. Может, я плохо применяла психотехнику?

А вот засохшее растение совершенно неожиданно расцвело. Дней пять назад веточка неожиданно выпустила листочки, на самом ее верху появилось нечто вроде шарика. Сегодня утром, привычно включив телевизор, я налила себе кофе и вдруг увидела, что голый прутик украсился дивным ярко-голубым цветком. Я подошла к горшку и залюбовалась красотой. Ну надо же, Игорь оказался прав: если упорно поливать растение, оно непременно отблагодарит тебя за заботу. Ну и пусть бешеных денег я не получу, мне вполне хватает зарплаты. А если уж совсем честно… Приближаясь по утрам к горшку с лейкой в руках, я, естественно, не пела написанную психологом из Енотова мантру для обретения богатства. Зато всякий раз невольно думала: «И где же Гри?» Конечно, смешно было рассчитывать на то, что найденыш зацветет. Но вот вам и зеленые листики, и роскошный цветок. Только судьба Гри остается неизвестной.

Я отошла от подоконника, села за стол и, намазывая на тост варенье, смотрела в телевизор. Кабельный канал, как всегда, демонстрировал утреннюю программу «Звонок в дверь». Ничего оригинального, в студию к ведущей приходят разные гости и болтают о ерунде.

– Сегодня у нас человек, которого хотят видеть все! – объявила хозяйка эфира. – Вот он, знакомьтесь, Алексей Лопаткин…

Я отхлебнула кофе. Смелое заявление. Лично я, например, не знакома с данным индивидуумом и совершенно не горю желанием его видеть. Кто он такой? Полный, чуть лысоватый, в рубашке с немодным галстуком… Явно не звезда.

– Создатель любимого всеми братца Аленушки! – завершила фразу ведущая. – Расскажите нам, как у вас родился этот замечательный образ.

Я чуть не подавилась. Ну и ну! Я полагала, что мерзотного зайца, на котором помешалась куча народа, придумал парень вроде Кости, а тут дядечка, смахивающий на бухгалтера.

– Здрассти, Кира, – смущенно произнес гость студии. – Ну я… того… этого… случайно его… намалевал… ну… рисовать люблю… сочинять…

Я отодвинула чашку. Да уж, говорить Лопаткин не мастак. Или до дрожи в коленях испугался камеры. И почему-то его голос показался мне смутно знакомым.

– Алексей работает в дорожной полиции, – радостно сообщила Кира, – а в свободное время сидит за компьютером, пишет сказки. И, как все мы убедились, здорово рисует.

На экране появилась фотография – бело-синий «Форд», на номерном знаке цифры «250», а рядом с машиной – герой сегодняшнего эфира.

Я подпрыгнула на стуле. Ну, надо же! Теперь понятно, где я слышала приятный баритон. Лопаткин сидел за рулем автомобиля, который расчищал дорогу моему джипу, когда мы с Раисой Демьяновной и Катериной Андреевной мчались в больницу к умирающей Джулии. Оригинальный дядечка, помнится, на прощание он пожелал мне удачно ловить мышей.

Снимок исчез, теперь оператор дал крупным планом руку гостя. Ведущая несла какую-то чушь про вдохновение, а камера медленно скользила по внешней стороне правой ладони Алексея. Я смотрела на неожиданно узкую, прямо-таки аристократическую кисть, на чуть выступающие костяшки, маленькую родинку в ложбинке между большим и указательным пальцем, крохотный нитевидный шрам на первой фаланге мизинца… Камера работала, как лупа, во всех мельчайших деталях показывая руку, а я навалилась грудью на стол и затаила дыхание. Сколько раз я видела эти пальцы, эту родинку, этот шрам! Люди, которые полностью изменили внешность Гри, почему-то забыли о руках. Хотя я знаю, они не поддаются коррекции, и, наверное, специалисты считают, что опознать человека по пальцам и костяшкам невозможно. Вот только они не приняли в расчет женщину, которая во всех деталях знает своего любимого.

– Наш гость еще увлекается созданием оригинальных макетов, – радостно застрекотала ведущая, – посмотрите, какая красота!

Камера дала общий план, я увидела нечто странное, несуразно раскрашенное вроде замка или огромного дома.

– Расскажите об этой своей работе, – попросила Кира.

Лопаткин смущенно кашлянул:

– Перед вами Версальский дворец, он находится неподалеку от Парижа, там жили французские короли. Сейчас Версаль превращен в музейный комплекс, он открыт для туристов. В России же имеется народный промысел – хохлома. Может, видели такую деревянную посуду, в черно-красно-золотых тонах? Ее любят покупать в качестве сувенира иностранцы.

– А вы, значит, придумали раскрасить Версаль под хохлому? – засмеялась Кира. – Оригинальненько получилось.

– Идея пришла в голову случайно, – забубнил Алексей, – один раз я проверял права у нарушителя, гляжу, зовут его Версаль Иванович. Он мне сказал, что его отец всю жизнь собирал фото и другие материалы про дворец. Он был фанат Версаля и назвал сына в честь музея. Но самое смешное, фамилия у него оказалась – Хохлома! Вот тогда мне и пришла в голову идея создать серию необычных макетов. Версаль под хохлому первый, потом будут другие!

– Некоторые люди совершают удивительные глупости, – всплеснула руками ведущая, – назвать мальчика Версалем!

Я вцепилась руками в стол. Прекрасно знаю мужчину по имени Версаль Иванович, он не раз рассказывал мне про своего отца, известного историка, написавшего несколько книг о дворце под Парижем. Мы с Версалем Ивановичем были соседями по подъезду, но с тех пор, как сгорела моя квартира, более не встречались. И фамилия у него действительно – Хохлома! В сочетании с именем-отчеством получилось нечто несуразное. Кира права, если хотите дать малышу оригинальное имя, сначала подумайте, как ребенку потом с ним жить! Версаль Иванович Хохлома! Да и его детям будет не особо удобно с таким отчеством. Но для меня важно иное, похоже, Гри дает ниточку, дернув за которую я узнаю кое-что о своем муже. Или я сейчас все придумала? Слова, прозвучавшие с экрана, не имеют ко мне никакого отношения? Нет, я обязана заглянуть к бывшему соседу! Версаль под хохлому не может быть глупым макетом, это знак для меня! Или все же нет? Гри знает, что жена любит программу «Звонок в дверь» и старается не пропускать ее. Версаль под хохлому – это точно знак!

На экране замелькали маленькие разноцветные фигурки, программа «Звонок в дверь» завершилась, пошел блок рекламы.

Я повернула голову к окну. Интересно, это совпадение, что именно сегодня, когда на ветке распустился цветок, я увидела Гри?

На столе тихо звякнул мобильный, пришла эсэмэска от Лизы: «Ты где? Совещание через десять минут!»

Я встала, пошла к двери, но на пороге обернулась и посмотрела на прекрасный цветок. Если чего-то очень хотеть, то желание непременно исполнится. Наперекор обстоятельствам и здравому смыслу. Если чего-то очень хотеть, ты это непременно получишь. А вот когда получишь, тогда и подумаешь, стоило ли этого очень-очень хотеть.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

1 комментарий

  1. Люблю героиню Таню. Мне кажется, что детективы про Сергееву самые удачные. Книга понравилась, буду читать другие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *