Зимнее лето весны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 11

Сделала я это вовремя. Едва я успела шмыгнуть за створку, как из холла долетели грубые мужские голоса:

– Во! Блин!

– У! Е мое!

– Повезло! В наше дежурство!

– Премии не дождаться!

– Слышь, Петьк, когда смена?

– Через час.

– Супер! Поселок пустой?

– Ага.

– Сдадим смену и уйдем. Молча. Ну не видели мы труп!

– Ты че, Ленька!

Дальше слушать разговор я не стала. Очень осторожно, вознося молитвы, чтобы не скрипнула половица, я кралась вперед и вдруг сообразила: паркета нет, под ногами голый бетон. Отсутствуют и обои, люстры, мебель, вместо потолка над головой железная сетка, приделанная к перекрытиям. Внутри таунхаус оказался неотделан, оставалось лишь удивляться, как тут жила Анна Михайловна, без кровати, кухни, туалета… Обустроенной в доме была лишь прихожая! Но не могла же старуха спать на галошнице? Да и не поместиться ей там!

Продвигаясь осторожнее мыши, я добралась до черного хода и высунула нос наружу. Никого. Впереди маячил лес, левее бежала тропинка. И я, бормоча про себя благодарности всевышнему за то, что у джипа спустило колесо, а потому машина не стоит перед домом и охранники не знают о моем присутствии, помчалась к шоссе.

Автомобиль оказался «обут», чумазый мастер взял деньги и сурово велел:

– Поезжайте осторожно, тут постоянно народ шины уродует. Стройка, вот и валяется всякая хрень – гвозди, осколки. За день машины три ко мне заруливают.

– Давно Рокот возводят? – спросила я.

Механик почесал в затылке.

– Это который поселок? Их тут два.

– У леса.

– Года три небось, – равнодушно сообщил он.

– Он еще не построен?

– Не-е, – протянул дядька, – думаю, не скоро хозяева новоселье отпразднуют. У них проблемы с правами на землю, вот и законсервировались. Взятку чиновникам не дали, те кислород и перекрыли. Правильно поступили! Раз богатый – плати! Ограбили народ, а теперь их трясут – закон общей подлости. А вы че интересуетесь?

– Из чистого любопытства, – прошептала я и полезла в джип.

– Девушка, – окликнул меня механик, – осторожней, кроссовки угваздали, ща в машину грязи нанесете.

Я посмотрела на обувь. Действительно, она вся в строительной пыли. Значит, мне ничего не привиделось – ни таунхаус, ни убийство Анны Михайловны!

На груди заверещал мобильный. Подавив желание зарыдать в голос, я схватила трубку.

– Виола, любовь моя, как настроение? – заботливо осведомился Алик. – Все ли в порядке? Не нужна помощь?

На долю мгновения я опять испытала желание разрыдаться и закричать: «Скорей, сюда!» Но остатки самообладания заставили меня ответить:

– У меня все супер! Никаких проблем.

– Отчего голосок странный? – не успокаивался Алик.

– Рот едой набит.

– Пардон, я помешал тебе ужинать! – расстроился Мальков и тут же с нескрываемым ужасом воскликнул: – А где ты вечеряешь? Надеюсь, не купила шаурму?

– Я в приличном ресторане, поглощаю рыбу дораду.

– Фу, – выдохнул Алик. – А то у нас позавчера писатель Киркин отравился. Знаешь такого?

– Простите, нет.

– Хороший фантаст, – болтал Мальков. – Стабильный интерес у СМИ вызывает. Угораздило же его у вокзала блинчик с грибами купить! Ну вообще. Ни в какие ворота не лезет! Пошел жену встречать, жрать захотел и на уличную хавку польстился. Чума! Скрутило через полчаса, до дома добраться не успел, увезли на «Скорой» прямо с площади. Такой геморрой теперь! В клинике осведомитель «желтухи» был, и понеслось… От одних заголовков нашего хозяина язва желудка сцапала. «Издательство «Марко» не платит Киркину денег, поэтому он питается отбросами», «Киркин бомжует», «Фантаст обречен жрать собачатину из-за жадности издателей». Ну при чем здесь шавки? Блинчик с грибами был! Но за тебя я спокоен. Еще позвоню. Чмок-чмок!

Я отпустила трубку, аппарат повис на цепочке. Собрав в кулак силу воли, я выехала на шоссе, добралась до Москвы, свернула на Новорижскую трассу и решила выпить чашку кофе на бензозаправке.

Кофе слегка отрезвил, ко мне вернулась способность соображать. Я не убивала Игоря Гаврилина! Вернее, не помню, чтобы совершала подобное действие. Интересно, существует лекарство, выпив которое вы теряете временно разум и память? Скажем, вы способны передвигаться, но потом не можете припомнить ничего? Вдруг меня опоили подобным препаратом, я вышла с тусовки Бустиновой вместе с Гаврилиным, а потом… Нет, не подходит! По словам Анны Михайловны, я посещала Игоря раньше, но ведь я не сумасшедшая и хорошо знаю: моя нога ни разу не ступала в его таунхаус. Откуда там мои вещи? Не знаю. Лена Петрова принесла! Она похожа на меня во всем! И это ее запечатлела кассета!

Может, зря я испугалась? Существует экспертиза, которая даст заключение: на пленке не Виола Тараканова, а ее двойник. Наверное, следовало заполучить запись и отнести ее к специалистам. Каким именно образом? Да вульгарно выкупить компромат у Викторовой!

Но Анна Михайловна требовала неслыханные деньги, ей затмила разум статья в гламурном издании. И кто убил старуху? Я. Иного ответа нет. В холле мы находились вдвоем, входная дверь не открывалась, она распахивается с противным скрипом, значит, извне в здание не проникали. Внутри никого, кроме нас, не было. Я бежала по неотделанным комнатам и обратила внимание, что даже лестница на второй этаж отсутствует, следовательно, наверху пусто, туда никак не попасть. А дверь черного хода оказалась закрыта изнутри на крючок. В таунхаусе в момент кончины Анны Михайловны находились два человека: старушка и я. У кого был мотив для убийства? У меня, которую бабка пыталась шантажировать. У кого пистолет? У меня. Чьи на нем отпечатки? Мои. Еще хорошо, что я успела удрать до появления охранников! Кто убил несчастную женщину? Я. Но я ее не убивала! И пистолета с собой не имела. Он самым таинственным образом очутился в моей руке в момент убийства Викторовой.

Сердце начало бешено колотиться. В умопомрачении я схватила со стола корзинку с хлебом и стала заглатывать куски белого мякиша, безвкусного, словно вата. Когда на дне плетенки остались считаные крошки, я взялась за телефон. Сейчас позвоню Алику! Он обещал разруливать мои проблемы, вот пусть и напряжется. Но в тот же момент я отпустила аппарат.

Нет, нельзя. Одно дело конфликт с «желтухой» и объяснения, что Киркин слопал на улице тухлятину из чистой глупости, и совсем другое – убийство. Это слишком серьезно. Узнав, в какую кашу я влипла, Алик схватится за голову и полетит к коммерческому директору «Марко». А тот, человек крутой и жесткий, мигом заявит: «Не нужна нам маленькая писательница с большими проблемами! Решение о раскрутке Виоловой отменяю, ищи новую кандидатуру на роль звезды!» И я останусь за бортом, не успев вкусить настоящей славы и не получив больших денег. А мне, если честно, хочется и того, и другого.

Кстати, не верьте людям творческих профессий, когда они, закатывая глаза, цедят сквозь зубы: «До чего надоели фанаты! Я устал от работы! Не хочу денег!» Такие заявления – всего-навсего кокетство. За каким чертом ты полез на сцену или начал писать? Да из желания самовыразиться! Но это лишь одна сторона правды, а вторая выглядит так: слава и деньги. И если бы второй стороны не существовало, почему тогда столь распространена среди интеллигенции зависть? Отчего певцы, литераторы, актеры никогда не хвалят друг друга, а, наоборот, говорят гадости? По какой причине у журналистов капает яд с перьев? Если вы хотите самовыражаться, никто вам не мешает! Но, увы, вопрос упирается в славу и деньги, трудно пережить, если эти две жар-птицы в чужих руках. И я тут не исключение. Наверняка я элементарно завидую Смоляковой и с огромной радостью займу место, которое освободила писательница, перебежавшая в другое издательство. Раз судьба подкинула шанс, надо использовать его на всю катушку. Но… ну-ка, Виола, вспомни, как Алик сто раз повторял: «Никаких скандалов!» А тут… Убийство! Пистолет! Любовник! Шантажистка!

– Девушка, хотите есть? – крикнула из-за стойки барменша, увидев пустую хлебницу на столе передо мной. – У нас свежие пирожные.

Я вынырнула из мыслей. Где нахожусь? Сижу на заправке, пью гадкий кофе.

– Эклер возьмете или «картошку»? – настаивала продавщица.

Я встряхнулась, словно попавшая под дождь собака, слабость и растерянность испарились без следа. Я хорошо знаю: до вершины добирается только упорный человек, кто, падая, поднимается и, срывая ногти, лезет дальше. Пусть вас за пятки хватают шавки, пусть они лают вам вслед, пусть жизнь подставляет подножки, не сворачивайте с выбранного пути – и непременно добьетесь своего! Другой вопрос, понравится ли вам в одиночестве маячить на вершине, но это можно понять, лишь когда допрешь до пика.

Ноги понесли меня к выходу.

– Девушка, ключи забыли! – заорала барменша.

Я вернулась, схватила связку и побежала к машине. Абсолютно точно уверена: с Гаврилиным я не знакома, Викторову не убивала. Кто задумал спектакль? Какую цель он преследует? Зачем впутали меня? Кому принадлежит голос?

Вот отвечу на эти вопросы – и доберусь до организатора аферы. Времени мало, на кону слишком большая ставка: мое доброе имя, слава и деньги. И надо соблюдать крайнюю осторожность, мистер Икс не должен знать, что жертва, деморализованная раба, превратилась в ловкого и хитрого охотника. Посмотрим, кто кого! Пока, правда, счет не в мою пользу, но жизнь быстро меняется. Главное, не ныть, не стонать, не жаловаться, а, стиснув зубы, идти вперед!

Радуясь, что временно живу дома одна, я села в своей комнате у стола и стала размышлять. Какие зацепки я имею? Во-первых, звонок из рекламного агентства «Панда». Хорошо, отработаю эту линию до конца. Есть еще один крючок. Кто хозяева коттеджей в Рокоте? В риелторской конторе, торгующей таунхаусами, непременно должны знать их фамилии. Может, танцевать от этой печки?

Сделав пометку в блокноте, я погрызла ручку и нашла третью зацепку. К продавщице Яне приходила пожилая дама, прикинувшаяся моей фанаткой, она купила в «Эгопе» тот же набор косметики, что и у писательницы Виоловой. Маленькая деталь – у меня нет близких подруг пенсионного возраста. Можно, конечно, предположить, что тетка – обычная фанатка, решившая пользоваться средствами, которые любит ее кумир. Подобная человеческая страсть широко распространена, и бизнесмены вовсю ею пользуются, приглашая рекламировать свой товар звезд. Но «Эгоп» крохотная фирмочка, и я ни разу никому из интервьюеров не сообщала ее названия, да меня и не спрашивали о таких вещах. И откуда старуха узнала про «Эгоп»? А потом в ванной у Гаврилина обнаружился полный набор… Кстати!

Чуть не упав, я вскочила со стула, кинулась к шкафу и принялась вышвыривать из него вещи прямо на пол. Где пижама с кошками? Где?

Телефон, покачивающийся на груди, издал противное попискивание, прося «покормить» его. Я сняла сотовый, положила на тумбочку, воткнула в отверстие зарядку и продолжила поиски.

Спустя час пришлось признать: уютной пижамы нигде нет. В гардеробе, на полке, лежал другой вариант одеяния, нежно-голубой с изображением собачьих морд. Бачок для грязного белья зиял пустотой, так же выглядела корзинка, куда мы складываем неглаженные вещи.

Засучив рукава, я проверила вещи Кристи, Томочки, Олега и даже сделала обыск в гардеробной Семена. Уютный домашний костюмчик словно растаял в воздухе.

На слабых ногах я спустилась вниз, заварила себе чай и притащила кружку в спальню. В изнеможении рухнула на кровать. Еще чуть-чуть – и я поверю, что собственноручно отвезла пижамку к Гаврилину, чтобы не мерзнуть во сне! Вот как далеко зашли наши отношения! Ну согласитесь, если одеваетесь в присутствии мужчины не в эротическое белье с кружевами, а в байковую хламиду, это свидетельствует о давней связи…

Раздался резкий звонок, я открыла глаза и рывком села. На тумбочке подскакивал подсоединенный к зарядке мобильный.

– Алло, – испуганно ответила я.

– Я знаю все, – противно засмеялся мистер Икс.

– Что? – спросила я, пытаясь подавить рвущуюся наружу злость.

– Нехорошо убивать старушек.

– Это не я.

– А кто?

– Не знаю!

Мистер Икс хохотнул.

– Похоже, ты вошла во вкус. Сначала Гаврилин, теперь Викторова…

– Это не я!

– Хватит нести чушь! Где пистолет?

– В реке, – проблеяла я.

– В какой? – удивился мистер Икс.

– Не знаю. То ли в Яузе, то ли в Москве. Выбросила, когда проезжала по набережной.

Мистер Икс помолчал и вдруг сказал:

– Врешь, ты не ехала мимо воды! Вот на бензоколонку заруливала. Кофе там пила!

– Откуда вы знаете? – поразилась я.

– Неважно. Не смей лгать!

– Ладно, – прошептала я.

– Так где оружие? – повторил вопрос мистер Икс.

– Дома.

– А конкретно?

– Под матрасом моей кровати.

– Не ври! – оборвал мистер Икс. – Оно еще в сумке. А чего ты его не выбросила?

– Забыла, – честно призналась я. – Завтра уничтожу.

– Не смей! Положи к себе под матрас. Не послушаешься – получишь неприятности, – пригрозил мистер Икс.

– Ладно, ладно, – живо согласилась я, изображая покорность.

Страх прошел, осталось желание обыграть мистера Икс, поймать его, прижать к стене, вывести на чистую воду.

– Завтра отдам новый приказ, – зашипел мистер Икс. – Помни, ты под постоянным наблюдением.

– Ой, ой, ой… – театрально захныкала я.

Из трубки понеслись гудки, я положила телефон на место. Сон пропал. Обдумывая, как искать подходы к мистеру Икс, я совсем забыла про пистолет, поэтому сейчас встала, с большой осторожностью вынула из шкафа сумку, вытащила оружие и замерла около дверцы.

Минуточку! Мистер Икс постоянно повторяет: «Я слежу за тобой!» Я считала, что он пугает меня, а оказалось – он не врет. Откуда таинственный незнакомец узнал, что я заезжала на бензоколонку? А еще непостижимым образом углядел, что пистолет остался в сумке. Неужели преступник столь проницателен? Он экстрасенс? Колдун?

Простите, но я не верю в чертей и людей, способных взглядом проникать сквозь стены. Есть лишь один ответ на вопрос: за мной подсматривают в прямом смысле этого слова. Джип ведет специалист, а за спальней наблюдают из леса. Нынче имеется замечательное шпионское снаряжение, например бинокль, при помощи которого легко рассмотреть усы у таракана, бегающего в километре от вас. А я обладаю дурной привычкой не закрывать с наступлением темноты занавески…

И тут я инстинктивно дернулась в сторону окна и открытой балконной двери, но усилием воли погасила порыв. Ну, Вилка, собери в кулак свои актерские способности и начинай спектакль!

Навесив на лицо испуганное выражение, я с пистолетом в руке принялась метаться по спальне, изображая крайнюю растерянность. Сначала просто бегала из угла в угол, потом залезла в шкаф, замотала оружие в ночнушку, засунула сверток поглубже на полку и вынула другую сорочку, скрученную комком. Нервно оглядываясь, приблизилась к кровати, приподняла матрас, сунула под него «пустышку», легла, вскочила, легла, вскочила…

У наблюдателя должно было сложиться четкое впечатление, что глупая писательница, автор тупых детективов, напугана до потери пульса. Жертва выполнила приказ мистера Икс, но теперь она панически боится укладываться в постель. Оно и понятно – вдруг пистолет выстрелит!

Разыграв сцену «Блондинка и орудие убийства», я схватила мобильный, одеяло, подушку и пошла в спальню к Кристе. В отличие от меня, девочка практически никогда не поднимает жалюзи. Сколько раз Томочка в сердцах восклицала:

– Ты ослепнешь! Нельзя сидеть совой.

– Мне светло, – упорствовала Кристя, – я хорошо вижу экран компьютера!

Если наблюдатели изучили дом со всех сторон, то они в курсе, что круглые окна на втором этаже вечно занавешены непроницаемой материей. Все логично: я положила куда велели пистолет, испугалась и пошла спать в другую комнату! Ну, мистер Икс, погоди! У меня теперь есть свой замечательный план!

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *