Зимнее лето весны

Внимание! Это полная версия книги!

Глава 30

– И он придумал выход, – кивнула я.

– Да, да, да, – затрясла головой Кира. – Сначала мы вытащили Тасю через черный ход во двор и посадили к Кирсавину в машину, на заднее сиденье. Стащили с нее пальто, юбку, сапоги, натянули на бедную Таську шмотки из костюмерной, потом водку ей за шиворот наплескали.

– Зачем? – поразилась я.

– Кирсавин велел, сказал: «Если ГАИ остановит, начнет интересоваться, скажу, мол, везу красотку домой – перебрала в гостях, не трогайте ее, ребята, еще блеванет, салон потом не отчистишь. Понюхают воздух и отпустят».

– Похоже, у парня стальные нервы, – отметила я, – и редкостное хладнокровие. Куда он увез Таисию?

– Не знаю, – сказала Кира. – Мы с ним больше никогда на эту тему не беседовали.

– Что было дальше? Кирсавин увез труп, но ведь вернулся режиссер – он не удивился, куда подевалась одна из актрис?

Фомичева прижала руки к груди.

– Мы с Леной перепугались до потери пульса. В принципе, Костя был прав. Ну кто захочет иметь дело с гримершей, которая замешана в деле об убийстве? Слухи в нашей среде распространяются со скоростью ветра, да еще они по дороге обрастают немыслимыми подробностями. Станут шептаться: «Фомичева актрису на тот свет отправила, намазала ей морду ядовитым тоном». Даже свидетели найдутся! Таисия уже умерла, ей все по фигу, а мне каково? О Ленке дурная слава попрет!

– Ясно, – кивнула я, – рассказывайте дальше.

– Сценарий придумал Костя. Я лишь вызвала дядю Петю, – прошептала Кира, – позвонила ему, попросила побыстрей приехать. Он, слава богу, неподалеку был, живо примчался. Я хорошо знала: Тухтин ответственный, к нам порулит и диспетчеру отчитается, скажет: «Машина занята, заказы пока не принимаю». Понимаете?

– Да, – подтвердила я, – начнет милиция заниматься пропажей актрисы Денисовой, вы заявите: Таисия уехала на такси. Оперативники проверят информацию – и точно! Укатила девушка живая, здоровая, села в машину и отправилась к Измайловскому парку. Кирсавин вызвал такси.

– Ее роль Ленка исполнила, – зашептала Фомичева. – Одежду Таси натянула, я ей живо морду накрасила, хотя они с Денисовой здорово похожи и без грима были – светленькие, голубоглазые, белокожие, в общем, как все. Не успела Ленка отчалить, режиссер вернулся и взбесился, когда понял, что никого нет.

– Как вы ему объяснили отсутствие актрис и пиарщика?

Кира неожиданно улыбнулась.

– Элементарно. Сказала: Денисовой мужик позвонил, Таисия мигом переоделась и улетела. Кирсавин бросился за ней, чтобы назад вернуть, а Напалкова распсиховалась, заорала: «Я че? Самая простая? Не стану сидеть, раз все смылись!» Ну и утопала.

– Подобное возможно?

Фомичева хмыкнула.

– Сразу видно, вы не из нашего мира. Такие порой фортели актеры выкидывают, натурально крышу им срывает. И чем кривляки мельче, тем круче понты.

– А режиссер?

– Скандал закатил, а потом заявил: «Этих больше ни за какие деньги снимать не стану. «Капля касторки» мне все равно гонорар заплатит». Ну и хлопнул дверью.

– Вы как поступили?

– Домой поехала, – дрожащим голосом сказала Кира. – Это все.

– Совсем?

– Да.

– Думаю, вы лукавите.

Фомичева затрясла головой.

– Нет, нет, я все рассказала совершенно честно.

– Потом вы еще встречались с Константином?

– Нет!

– Ой, неправда!

– Ей-богу! – прошептала Фомичева и размашисто перекрестилась. – Чтоб мне сгореть.

– Он вас обманул? Не дал обещанных денег?

– Через три дня привез. Все до копейки.

– А говорите, что больше не встречались.

– Я в смысле как любовники, – зачастила Кира. – Костик бабки приволок и сказал: «Прости, думаю, нам лучше забыть друг о друге». Ну а я даже обрадовалась. Нельзя жить с мужиком после такого приключения.

– С Напалковой он поддерживал отношения?

Фомичева сгорбилась.

– Понятия не имею. Лену я больше не видела, что, учитывая ее профессию, странно, все-таки мы в одном кругу вращаемся. Но с тех пор никогда ее не гримировала, чему несказанно рада. Вы знаете, Костя погиб, попал в железнодорожную катастрофу очень скоро после всего случившегося.

– Значит, вы все же поддерживали отношения, – решила я поймать гримершу на лжи.

– Нет! Нет!

– А откуда информация о его кончине?

– Газету купила, а там фотки страшные и список жертв. Я сразу фамилию Кирсавина приметила и имя – Константин Александрович. Еще подумала, что Бог его наказал за затею с Таисией.

– Господь тут ни при чем, – не выдержала я, – вас-то он не тронул.

– Меня? – со страхом воскликнула Кира. – Но за что?

– Вы помогали Константину заметать следы и, между прочим, не отказались от денег.

– Я не виновата, – всхлипывала Кира. – И меня Бог тоже наказал! Знаете, как я теперь мучаюсь, в особенности после звонка!

– Какого? – насторожилась я.

Кира легла грудью на стол и зашептала:

– Жуть! Со мной голос разговаривал.

Я постаралась не измениться в лице и делано равнодушно переспросила:

– Голос?

– Да, – еще тише сказала гримерша. – Противный очень! Звякнул на мобилу и занудил: «Привет. Мне нужен телефон шофера»…

Кира спокойно ответила:

– Вы ошиблись номером.

– Нет, – прогундосил мужчина. – Ты Фомичева?

– Верно.

– Имеешь приятеля-таксиста?

– Петра Тухтина?

– Точно. Гони его номерок.

Киру возмутило нахальство незнакомца.

– По какой причине я обязана оказывать вам услугу? – фыркнула она и собралась отсоединиться, но голос рявкнул:

– По очень простой! Могу сообщить в ментовку: «Фомичева помогла убить человека. Таисия Денисова еще дышала, когда Константин увозил ее в своей машине. Кирсавин закопал актрису живьем, побоялся отправить в больницу, ему шума не хотелось». Ты пособница преступника. Ну-ка, объясни, где лавэ на хатку нашла? Гони телефон, и чао-какао!

Кира замолчала, потом заломила руки.

– Представляете?

– Неприятно, – согласилась я. – Но, как говорится, концы в воду не спрячешь. Что еще потребовал голос?

– Ничего, он больше не звонил, получил номер дяди Пети и пропал.

– Интересная история, – кивнула я.

Из глаз Киры потекли слезы.

– Я не виновата! Вся измучилась! Вдруг это правда?

– Что?

Кира промокнула лицо бумажной салфеткой.

– Мы же определили смерть Таисии на глаз. Она лежала не дыша, глаза не моргали, рот открылся. Но врачей-то среди нас не было! Вдруг у Денисовой шок случился и она в машине Кости ожила? А? Что тогда? Куда Кирсавин дел девчонку? Правда, живьем зарыл? Кто мне звонил? Он-то как узнал правду? Нас в тот страшный день трое было: я, Костя и Лена Напалкова. Господи, господи!

Кира тщетно пыталась справиться с рыданиями, изредка она стискивала кулаки и восклицала:

– За что? За что?

– За квартиру, – не выдержала я, – и за желание сохранить хорошую работу. Следовало тогда вызывать «Скорую помощь». Вдруг врачи и впрямь могли спасти Денисову?

– Костик так умолял! – стенала Кира. – И все повторял: «Ладно я, но Александр Григорьевич не переживет!»

– Это еще кто такой? – удивилась я.

Фомичева неожиданно перестала плакать.

– Александр Григорьевич? Отец Константина, очень пожилой человек. Кирсавин к нему был страшно привязан, часто уважительно называл за глаза именно так, по имени-отчеству. У Александра Григорьевича больное сердце…

У меня потемнело в глазах, а в носу неожиданно возник запах тяжелого мужского одеколона с отдушкой перца. Части рассыпанной головоломки подошли друг к другу, раздался щелчок, и я поняла все. От Реброва сильно пахло парфюмом, когда мы сидели в чулане, и я даже слегка разозлилась на Гарика. Ну разве можно так душиться? Хотя сейчас многие мачо усиленно поливаются лосьонами после бритья, а мужская парфюмерия, как правило, на редкость «тяжелая». Аромат с отдушкой перца сейчас на пике популярности. Семен приобрел себе такой, но мы с Томочкой бурно запротестовали после того, как он первый раз им воспользовался.

– Въедливый запах, – расчихалась я.

– Сенечка, может, лучше вернуться к прежнему одеколону? – тактично предложила неконфликтная Томуська.

Сеня внял нашим просьбам и подарил початый флакон… Лениниду. Папенька, долго не раздумывая, тут же опробовал подарок, и мы с Тамарой кинулись открывать окна.

Не понимаю, что хорошего в этой туалетной воде, но ее запах на сегодняшний день присутствует и в издательстве «Марко». Совсем недавно учуяла его от кого-то из сотрудников, вот только забыла, кто у нас любитель купаться в парфюме. Вроде Федор.

Я потрясла головой, попрощалась с Кирой и начала ломать лежащие на столе зубочистки. Что делать? Эпохальный вопрос! В конце концов у меня наметился план действий. Я схватила телефон и набрала хорошо знакомый номер.

– Максимов, – ответила трубка.

– Сережка! Здорово, что ты на месте.

– Привет, – весело отозвался коллега мужа, – редкий день выдался, тихо у нас.

– Можешь мне помочь?

Максимов помолчал, потом осторожно сказал:

– Чего надо делать?

– Дай справочку на одного дядечку!

– На кого информация нужна?

– Игорь Александрович Ребров, – зачастила я, – владелец издательства «Элефант». Понимаешь, мне предложили печататься у них, пообещали очень хорошие деньги. Но я побаиваюсь вот так с бухты-барахты бежать в новое место. Надо сначала немного познакомиться с Ребровым, а то я ничего о нем не знаю. Сейчас издатель обещает мне огромные суммы, но как он заговорит, если я подпишу с ним договор? Надежный ли он человек?

– Звякни через полчасика, – сказал Сергей. – Обожаю помогать писателям!

Я положила телефон на стол и застыла в ожидании. Еще у Гарика шрам на щеке! А Лена говорила, что опознала Кирсавина по яркой примете.

Максимов не подвел, ровно через тридцать минут мне в руки попали интересные сведения.

Игорь Александрович Ребров, коренной москвич, окончил Институт стали и сплавов, но по профессии работал недолго, потому что основал издательство «Элефант». Довольно продолжительное время фирма еле-еле держалась на плаву, затем Ребров внезапно отошел от дел. Он уехал в… Тибет и отсутствовал целый год. Все это время издавать книги под маркой «Элефант» пытался главный редактор, не очень расторопный человек. Дела он вел из рук вон плохо, издательство почти умерло, штатное расписание в конце концов сократилось до пяти сотрудников. И тут вернулся Ребров. Как все отметили, он стал другим человеком: сильно похудел, избавился от пристрастия к алкоголю, а главное – невесть откуда приобрел деловую хватку. До поездки в Тибет это был рохля и мямля, с трудом принимавший решения, а теперь в «Элефанте» начал рулить жесткий бизнесмен.

Первым делом Ребров выгнал главного редактора и всех сотрудников. С той минуты начался стремительный взлет «Элефанта». Гарик отыскал некоего фантаста Самойлова, издал его романы, получил энное количество денег, и понеслось…

На сегодняшний день «Элефант» – монстр, подмявший под себя армию маленьких издательств, спрут, охватывающий не только Россию, но и страны ближнего зарубежья. Оставалось только удивляться, каким образом Гарик ухитрился поднять с колен до таких вершин затухавший бизнес.

Ребров не женат, живет вместе с отцом, Александром Григорьевичем, имеет загородный дом, квартиру, несколько машин, записанных на отца, и солидный счет в банке. «Элефант» крепко стоит на ногах, разоряться не собирается, наоборот, готовится к новому прыжку ввысь.

– Можешь спокойно переметнуться в их стаю, – советовал Сергей. – Похоже, денег у парня – лом! И говорят: порядочен, умен, но не терпит идиотов и лентяев.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Он что, привлекался?

– Кто? Ребров? Нет, чист, как слеза котенка, – засмеялся Максимов. – Биография образцовая, исключая период, когда Игорь Александрович квасил по-черному. Но даже тогда он на улице не валялся, дебошей не устраивал, любовниц не бил и соседям не мешал. Тихушник! М-да…

– Тебе что-то не нравится?

– Предпочитаю иметь дело с людьми, не прячущими эмоций, – объяснил Максимов. – А в тихом омуте монстры водятся.

– Если Ребров ни разу не попадал в поле зрения правоохранительных органов, то откуда информация про Тибет и прочее? – удивилась я.

Сергей хмыкнул.

– Скандал у него случился. Писательница одна письмо в налоговую накатала, обвинила «Элефант» в контрафактных тиражах. Вот служба и произвела проверку, у меня в налоговой близкий друг работает. Цепь ясна?

– И что обнаружили полицейские?

– Ничего! Чист Ребров, словно…

– Слеза котенка, – докончила я. – Спасибо, Серега.

– Кушай на здоровье, – засмеялся Максимов. – А когда получишь от «Элефанта» супербабки, не забудь бедному менту пузырь поставить.

– Непременно, – пообещала я, – как только, так сразу.

Максимов хихикнул, потом из трубки полетели гудки. Я осталась сидеть, сжимая в руках мобильный.

Значит, фирма Реброва загибалась в муках, а потом хозяин смотался в Тибет, вернулся оттуда иным человеком (и внешне и внутренне), занялся делом, преуспел, разбогател… А Кирсавин Константин Александрович погиб в поезде. Внимание, его папу тоже звали Александром Григорьевичем. Едем дальше. Ребров обливается модными духами, а я убила «Анну Михайловну Викторову». В Киеве бузина, а в огороде дядька? Не совсем так!

Ну-ка, вспомним неприятный момент кончины «старухи»… На секунду гаснет свет, затем раздается выстрел, в мою руку всовывают пистолет, электричество вспыхивает, и я застываю в ужасе. А в холле стоит резкий запах модного мужского одеколона с отдушиной перца. Ох, не зря я пару раз за это расследование вспоминала о нем, да никак не могла понять, чем интересна мысль о духах. Но сейчас картинка сложилась. Настоящий Ребров умер. Думаю, скорее всего, он ехал в том же поезде и погиб, а Кирсавин взял его документы, затаился, выждал год и выполз на арену в качестве книгоиздателя. Внешние и внутренние изменения он объяснил поездкой в Тибет. Вероятно, алкоголик Ребров растерял всех друзей, потому Ребров новый не опасался быть уличенным во лжи. Может, он сделал ринопластику? Не знаю! Но факт остается фактом: Константин, став Ребровым, поднял «Элефант» с колен, превратился в успешного бизнесмена… и тут столкнулся с Леной Напалковой, которая опознала бывшего рекламщика. Оцените размер катастрофы! Ребров неведомыми путями узнает о съемках Напалковой в некоем кинопроекте и подставляет меня в качестве убийцы. Все складывается. Есть, правда, несколько вопросов. И главный из них: почему именно я избрана на роль киллера? Но это станет ясно лишь после ареста издателя. Ну что ж, мотив мне понятен, а улик нет.

Я подперла подбородок кулаком. Улики будут. Ребров хочет убить Виолу Тараканову, а я имела глупость рассказать издателю все, и тот оценил степень опасности. Гарик обещает наивной писаке помощь и предлагает спрятаться в инфекционной больнице. На первый взгляд все логично, нормальный человек побоится близко подойти к месту, где лежат люди со смертельно опасными, заразными болячками. Имея деньги Реброва, нетрудно отыскать врача, который объявит: «У Виоловой корь, состояние тяжелое». Ну и кого удивит потом сообщение о безвременной кончине детективщицы? Гарик надумал устранить меня по-тихому.

Я вскочила и ринулась к выходу из кафе. Надо немедленно вернуться в клинику, устроить там скандал, потребовать зарезервированную палату люкс и лечь в кровать. Меня непременно придут убивать. Думаю, ночью. Войдет медсестра с уколом, и каюк Вилке. Но я-то не буду дремать и поймаю бабу с ядом. Вот они, улики! Конец Реброву! Я не просто избавлюсь от мистера Икс, упорно издевающегося надо мной, и схвачу за руку убийцу Таисии Денисовой, я еще обезглавлю «Элефант», злейшего врага издательства «Марко». Если после этого «марковцы» не станут носить меня на руках, то я ничего не понимаю в людях.

Внимание! Число страниц выше - это номера на сайте, а не в бумажной версии книги. На одной странице помещается несколько книжных страниц. Это полная книга!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *